54
Так, Верховный Суд РФ отменил приговор по делу в отношении К., А. и
Т., поскольку недопустима постановка вопросов, подлежащих разрешению
присяжными заседателями, с использованием юридических терминов. Эти
требования закона нарушены председательствующим при составлении
вопросного листа по уголовному делу в отношении К., А. и Т. Вопросы N 1, 2,
5, 8, 11, 12, 15, 18, 21, 22, 25, 28 в вопросном листе требовали собственно
юридической оценки при вынесении присяжными заседателями своего
вердикта, поскольку содержали юридические термины, такие, как
"организованная группа"
49
.
По другому делу Верховный Суд РФ, отменяя приговор, отметил, что
"...перед коллегией присяжных заседателей 1 и 2 вопросы сформулированы с
применением юридических терминов, подлежащие юридической, уголовно-
правовой оценке: "унижены честь и достоинство", "в связи с отправлением ей
правосудия", "проявляя неуважение к суду"
50
.
Указанные аспекты обвинения устанавливаются на этапе обсуждения
последствий вердикта присяжных заседателей, где проводится вторая часть
судебного следствия и прений сторон.
Эта особенность пределов судебного разбирательства в суде присяжных
до сих пор является предметом острой дискуссии между сторонниками
различных моделей разделения компетенции между присяжными заседателями
и председательствующим судьей.
В уголовно-процессуальном праве исторически сформировались две
теории разделения компетенции между присяжными и председательствующим
судьей. Первая теория, общеизвестная и наиболее распространенная,
заключается в том, что судьи решают вопросы права, а присяжные - вопросы
факта (de jure respondent judices, de facto juratores).
49
Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 07.06.2006 N
26-о06-4сп // СПС "КонсультантПлюс".
50
Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 04.05.2012 N
41-О12-24сп // СПС "КонсультантПлюс".
55
Проблема пределов судебного разбирательства в суде присяжных была
характерна и для дореволюционного суда присяжных в России. Согласно ст.
760 Устава уголовного судопроизводства России "...в делах, решаемых с
участием присяжных заседателей, предлагаемые им вопросы составляются в
общеупотребительных выражениях, по существенным признакам преступления
и виновности подсудимого, а не в виде принятых в законе определений". В
первые годы деятельности суда присяжных кассационная инстанция (Сенат)
своими многочисленными решениями поддерживала обязательность
неукоснительного выполнения этой нормы. В результате, как указывал
известный русский юрист С. Хрулев, "...такое требование закона и направление
кассационной практики привело к тому, что многие общепонятные
определения и термины были изгнаны из практики судов и заменены
выражениями хотя и "общеупотребительными", но не всем понятными
(например, слова "кража", "украл", "изнасиловал" заменялись выражениями
"тайное похищение", "тайно похитил", "совокупился против ее воли, несмотря
на ее сопротивление")"
51
.
Однако в дальнейшем Сенат изменил свою позицию о том, что в
вопросах присяжным не должны встречаться выражения, употребляемые в
законе. Как отмечал И.Я. Фойницкий, кассационная практика стала различать
"между такими выражениями общепонятные и специальные, допуская первые и
устраняя вторые". К первым причислялись: умысел, намерение, необходимое
пособничество, случайная ошибка, похищение и т.п., а ко вторым - растрата,
покушение, приготовление, поджог, грабеж, взлом и т.п.
52
. Таким образом,
возникающие у судей трудности при формулировании вопросов были хотя и не
полностью, но все же разрешены.
Таким образом, первая особенность пределов судебного разбирательства
в суде с участием присяжных заседателей касается содержания обвинения и
51
Насонов С.А. Особенности пределов судебного разбирательства при рассмотрении
уголовного дела судом с участием присяжных заседателей // Lex russica. 2014. N 5. С. 575 -
586.
52
Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб.: Альфа, 1996. Т. 2. С. 453 - 454.
56
состоит в "разделении" обвинения на части (элементы), подлежащие
исследованию (доказыванию) с участием присяжных заседателей и
исследуемые только после вынесения вердикта.
С этим "разделением" обвинения связана и вторая особенность пределов
судебного разбирательства в суде присяжных, обусловленная постановкой
вопросов коллегии присяжных заседателей и составлением особого
процессуального акта - вопросного листа.
Многие авторы отмечают, что вопросный лист является отражением
содержания обвинения, поддерживаемого государственным обвинителем в
судебном заседании с участием присяжных заседателей. По мнению М.В.
Немытиной, вопросный лист - это "...изложенные в концентрированном виде в
вопросной форме доказанные на основе обвинительного заключения в ходе
судебного следствия и обоснованные в прениях сторон фактические
обстоятельства события преступления, причастности к его совершению
подсудимого, виновности его, предлагаемые для ответа коллегии присяжных"
53
.
С данной позицией можно согласиться, но с одной оговоркой - вопросный лист
может включать в себя и фактические обстоятельства позиции защиты.
Таким образом, на содержание вопросного листа в суде присяжных в
полном объеме распространяются положения ст. 252 УПК РФ, регулирующей
пределы судебного разбирательства.
Вместе с тем в практике производства в суде присяжных проявились
несколько проблем, обусловленных соответствием вопросного листа
требованиям пределов судебного разбирательства.
Первая из этих проблем вызвана тем, что нередко содержание
обвинения, изложенного в основных вопросах вопросного листа, отличается от
обвинения, изложенного в обвинительном заключении и поддерживаемого
государственным обвинителем на этапе прений сторон в суде присяжных. Это
несоответствие чаще всего проявляется в определенных формах.
53
Немытина М.В. Указ. соч.
57
Другая форма изменения обвинения основными вопросами вопросного
листа состоит в фрагментации обвинения - неполном отражении в них всех
обстоятельств вменяемого подсудимому деяния.
Например, в Кассационном определении Судебной коллегии по
уголовным делам Верховного Суда РФ по делу С. и Х. как на основание
отмены приговора указывалось: "Из предъявленного органами
предварительного расследования обвинения С. и Х. следует, что они
обвинялись в разбойном нападении и убийстве Козловой Р.И., совершенном по
предварительному сговору группой лиц.
Между тем в вопросном листе основной вопрос N 1 о доказанности или
недоказанности события преступления и совершения конкретных деяний,
имевших место 12 июля 2001 г., поставлен не в соответствии с предъявленным
обвинением и позицией государственного обвинителя.
А именно: председательствующий судья при постановке вопроса N 1 не
описал в нем все действия, которые по обвинению были совершены группой
лиц по предварительному сговору, в частности не указал как преступные
действия С. и Х., предшествующие посадке потерпевшей Козловой Р.И. в
автомашину, так и роль Х., выступившего согласно обвинению в качестве
организатора разбойного нападения на потерпевшую и ее убийства. Таким
образом, основные вопросы N 2, 5 о доказанности или недоказанности участия
С. и Х. в совершении этих деяний с конкретизацией их действий в соответствии
с предъявленным обвинением поставлены не были..."
54
.
Следующей формой нарушения пределов судебного разбирательства
при формулировании основных вопросов в вопросном листе является
постановка вопросов о виновности иных, кроме подсудимого, лиц. Такая
ситуация на практике чаще всего возникает тогда, когда подсудимый
утверждает, что оборонялся от нападения потерпевшего.
54
Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 28.08.2002 N 7-кпо02-15сп // СПС "Консультант Плюс".
58
Второй блок проблем соответствия вопросного листа требованиям
пределов судебного разбирательства обусловлен закрепленной в УПК РФ
возможностью сторон ставить перед присяжными частные и альтернативные
вопросы.
Возможность постановки перед присяжными заседателями частных и
альтернативных вопросов предусмотрена ч. 3 ст. 339 УПК РФ, где говорится о
том, что после основного вопроса о виновности подсудимого могут ставиться
частные вопросы о таких обстоятельствах, которые влияют на степень
виновности либо изменяют ее характер, влекут за собой освобождение
подсудимого от ответственности. В необходимых случаях отдельно ставятся
также вопросы о степени осуществления преступного намерения, причинах, в
силу которых деяние не было доведено до конца, степени и характере
соучастия каждого из подсудимых в совершении преступления. Допустимы
вопросы, позволяющие установить виновность подсудимого в совершении
менее тяжкого преступления, если этим не ухудшается положение подсудимого
и не нарушается его право на защиту.
Согласно ч. 2 ст. 338 УПК РФ судья не вправе отказать подсудимому
или его защитнику в постановке вопросов о наличии по уголовному делу
фактических обстоятельств, исключающих ответственность подсудимого за
содеянное или влекущих за собой его ответственность за менее тяжкое
преступление. Отказ председательствующего судьи стороне защиты в
постановке таких вопросов влечет отмену приговора судом второй инстанции.
Между тем альтернативный вопрос стороны защиты может изменить
содержание обвинения самым существенным образом, затрагивая любые
обстоятельства, подлежащие разрешению в вердикте присяжными
заседателями.
Гарантией того, что постановка альтернативных (частных) вопросов не
нарушит пределы судебного разбирательства, служат некоторые запреты,
содержащиеся в ч. 2 ст. 338, ч. 3 ст. 339 УПК РФ.
59
Во-первых, постановка перед присяжными заседателями
альтернативных (частных) вопросов допускается только в том случае, если о
совершении менее тяжкого преступления (или об обстоятельствах,
исключающих ответственность подсудимого за содеянное) давал показания
подсудимый и на этом строилась позиция стороны защиты на протяжении всего
судебного разбирательства. Это требование обеспечивает соблюдение права
обвиняемого на защиту при постановке альтернативных вопросов.
Если подсудимый, оспаривая предъявленное ему обвинение, не
указывал на совершение менее тяжкого преступления (или на обстоятельства,
исключающие его ответственность за содеянное), альтернативные (частные)
вопросы постановке не подлежат.
Во-вторых, председательствующий судья не вправе произвольно менять
редакцию альтернативных (частных) вопросов, предложенных стороной
защиты, в сторону, ухудшающую положение подсудимого, а также
существенно изменять такую редакцию, включая в нее другие обстоятельства.
Очевидно, что председательствующий судья вправе исключить из такого
вопроса обстоятельства, не упоминавшиеся в судебном разбирательстве,
заменить юридические термины на общеупотребительные, но иное
редактирование альтернативных (частных) вопросов защиты будет
противоречить закону.
Например, отменяя приговор по делу Ч., Верховный Суд РФ указал, что
"...в судебном заседании подсудимый пояснил, что он один выстрел произвел
вверх, а два - в опору линии электропередачи.
Адвокат в связи с данной позицией подсудимого в прениях говорил о
попадании дробины в Д. и в голову М. в результате рикошета от опоры и при
обсуждении сформулированных председательствующим вопросов, подлежащих
разрешению присяжными заседателями, предложил поставить альтернативный
вопрос о наличии обстоятельства, исключающего ответственность подсудимого
за содеянное или влекущего за собой его ответственность за менее тяжкое
преступление, в следующей редакции: "Ч. вышел с ружьем, предупредил,
60
чтобы все расходились, после чего произвел один выстрел в воздух и два
выстрела в опору".
Однако председательствующий вопреки позиции защиты изменил
вопрос по существу и... указал в девятом вопросе: "...производя два других
выстрела, Ч. направил ружье в сторону опоры линии электропередачи у дороги,
недалеко от которой стояла группа вышеназванных лиц, среди них были Д. и
М.?" и тем самым ухудшил положение обвиняемого"
55
.
Следующий блок проблем соответствия вопросного листа требованиям
пределов судебного разбирательства обусловлен правом присяжных
заседателей при вынесении вердикта признавать какие-либо обстоятельства
недоказанными, т.е. изменять фактическую сторону обвинения. Конструкция
вопросного листа позволяет присяжным заседателям изменять фактическую
сторону обвинения в направлении его сужения, путем исключения тех или
иных обстоятельств из числа признанных доказанными. Каких-либо
ограничений такого изменения обвинения законом не установлено, вследствие
чего данное полномочие присяжных заседателей вызывало и вызывает
определенное опасение у ряда авторов.
На наш взгляд, ничем не ограниченное право присяжных заседателей
признать недоказанными любые обстоятельства обвинения (как и все
обвинение в целом) не создает опасности нарушения пределов судебного
разбирательства, поскольку реализация присяжными этого права повлечет
признание обвиняемого виновным в менее тяжком преступлении, т.е.
улучшение его положения. Право на защиту обвиняемого в этой ситуации не
будет нарушаться, т.к. новое обвинение будет основано на фактах,
тождественных обстоятельствам, входившим в ранее предъявленное обвинение.
Эти факты не будут новыми для подсудимого.
В соответствии с ч. 6 ст. 343 УПК РФ при вынесении вердикта
"виновен" присяжные заседатели вправе изменить обвинение в сторону,
55
Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 03.08.2004 N 51-о04-61сп // СПС "КонсультантПлюс".
61
благоприятную для подсудимого. Нарушение этого требования проявляется
чаще всего в дополнении присяжными заседателями своих ответов указаниями
на обстоятельства, о которых вопросы им не ставились.
Так, по делу Ч. Верховный Суд РФ подчеркнул: "...при ответе на вопрос
3.2 о виновности Ч. в действиях, изложенных в предыдущих вопросах,
присяжные заседатели указали: "Да, виновен в связи с причинением смерти
потерпевшему", хотя вопрос о виновности Ч. в действиях, причинивших смерть
С., не ставился. Таким образом, присяжные заседатели изменили суть
обвинения Ч. в сторону, ухудшающую его положение"
56
.
Это нарушение пределов судебного разбирательства в суде присяжных
вполне устранимо, поскольку председательствующий наделен правом проверки
вердикта присяжных заседателей до его провозглашения. Найдя в вердикте
суждения присяжных, выходящие за рамки поставленных перед ними вопросов,
он вправе дать присяжным заседателям указание об устранении нарушения
формы вердикта.
Третья особенность пределов судебного разбирательства в суде
присяжных состоит в том, что формулировка и юридическая квалификация
преступления в приговоре должны полностью соответствовать тем
фактическим обстоятельствам, которые установлены вердиктом присяжных
заседателей.
Анализ судебной практики позволяет выявить типичные случаи
нарушения пределов судебного разбирательства применительно к этой их
особенности в суде присяжных.
Прежде всего, пределы судебного разбирательства будут нарушены,
если в приговоре суда существенно изменены установленные присяжными
заседателями фактические обстоятельства деяния, вменяемого подсудимому.
Например, Х. было предъявлено обвинение в совершении разбойного
нападения и покушения на убийство в Москве 13 марта 2002 г. Однако в
56
Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ
от 22.05.2008 N 68-О08-1сп // СПС "КонсультантПлюс".
62
судебном заседании потерпевший по делу показал, что нападение на него было
совершено 13 марта 2003 г. Свидетель Б. также давал показания о событиях 13
марта 2003 г. Подсудимый Х. был допрошен в суде о событиях, происшедших
13 марта 2003 г., а по предъявленному обвинению в совершении преступления
13 марта 2002 г. вообще допрошен не был и не давал никаких пояснений. Перед
присяжными заседателями был поставлен вопрос о доказанности разбойного
нападения и покушения на убийство, совершенных 13 марта 2002 г., на
который дан утвердительный ответ. Однако по приговору суда Х. был осужден
за совершение преступления 13 марта 2003 г. Отменяя указанный приговор,
Верховный Суд РФ отметил: "В данном случае время совершения преступления
указано не в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей.
Однако вызвано это не технической ошибкой председательствующего по делу,
а нарушением требований ч. 1 ст. 252 УПК РФ, так как в судебном заседании
исследовались события, произошедшие 13 марта 2003 г."
57
.
Необходимо подчеркнуть, что согласно ч. 1 ст. 348 УПК РФ
оправдательный вердикт присяжных заседателей является обязательным для
председательствующего судьи применительно ко всем аспектам обвинения,
которое поддерживалось в судебном заседании государственным обвинителем.
В случае вынесения присяжными заседателями обвинительного вердикта судья
вправе не согласиться с фактической стороной обвинения, установленной
присяжными заседателями, однако при этом он обязан распустить коллегию
присяжных и начать слушать дело заново (ч. 5 ст. 348 УПК РФ). Закон не
предоставляет председательствующему судье права изменять в приговоре
содержание обстоятельств деяния, установленных присяжными заседателями.
Следующей типичной ситуацией нарушения пределов судебного
разбирательства после вынесения присяжными заседателями вердикта является
незаконное расширение обвинения в приговоре по сравнению с вердиктом - как
57
Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 05.10.2005 N 625-П05 // СПС
"Консультант Плюс".
63
применительно к фактической стороне обвинения, так и к квалификации
содеянного.
Это нарушение проявляется, во-первых, при указании в приговоре суда
квалифицирующих признаков преступления, которые не соответствуют
обстоятельствам, установленным вердиктом присяжных заседателей. Таким
образом, данное нарушение пределов судебного разбирательства обусловлено
неверной юридической интерпретацией фактов, установленных вердиктом
присяжных заседателей.
Во-вторых, рассматриваемое нарушение пределов судебного
разбирательства в суде присяжных может быть обусловлено выводом судьи в
приговоре о доказанности таких обстоятельств, которые были отвергнуты
вердиктом присяжных либо о которых присяжным заседателям вообще не
ставились вопросы (т.е. они не устанавливались присяжными).
Так, Г., И., О. и В. были осуждены приговором Пермского краевого суда
от 29.04.2010 по п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ за разбойное нападение на
потерпевших Ш. и М. в магазине "Исток" и по п. "а" ч. 4 ст. 162 УК РФ за
разбойное нападение на потерпевших Е. и В. в магазине "Золотая рыбка",
совершенные с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с
применением оружия и предмета, используемого в качестве оружия, с
незаконным проникновением с помещение, совершенные организованной
группой. Разбои совершены около 4 часов утра, магазины работали в
круглосуточном режиме. В судебном заседании государственный обвинитель
не поддержал квалификацию разбойных нападений по квалифицирующему
признаку "с незаконным проникновением с помещение", поскольку
подсудимые свободно входили в работающие магазины. Факт того, что Г., И.,
О. и В. совершали разбойные нападения, будучи в магазине, признан
доказанным и присяжными заседателями. Вместе с тем ни позиция
государственного обвинителя, ни содержание вердикта коллегии присяжных не
учтены судом при постановлении приговора, который изменен Судебной
коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ путем исключения из