44
рассматривать объединение, т.е. совокупность двух или более
организованных групп, вследствие чего использование количественного
критерия позволило бы разрешить проблему различия организованной
группы и преступной организации. В качестве же преступного сообщества с
учетом условности обозначения, имевшего своей целью различение форм
объединения, предлагалось признавать объединение организаторов,
руководителей или иных представителей организованных групп
1
.
Однако развитие общественных отношений требует внесения корректив
как в законодательство, так и в теоретические взгляды. Это наглядно
демонстрирует современный законодательный процесс, в результате
которого за более чем 20 лет действия в УК РФ законодателем внесено
свыше 200 изменений и дополнений.
Одной из первых новелл, вызвавшей многочисленные дискуссии
относительно ее принадлежности к какой-либо классической форме
соучастия в преступлении, стало введение Федеральным законом от 25 июля
2002 г. N 112-ФЗ ответственности за организацию экстремистского
сообщества (ст. 282.1 УК РФ), которое законодатель определил как
организованную группу лиц для подготовки или совершения преступлений
экстремистской направленности, а также как объединение организаторов,
руководителей или иных представителей частей или структурных
подразделений такого сообщества в целях разработки планов и (или) условий
для совершения преступлений экстремистской направленности
2
.
В связи с неоднозначной формулировкой и толкованием признаков
экстремистского сообщества ряд специалистов относили данную
разновидность преступного объединения к форме соучастия "преступное
1
Мондохонов А.Н. Соучастие в преступной деятельности. 2016. С. 104 - 119.
2
См., напр.: Дуюнов В.К., Хлебушкин А.Г. Квалификация преступлений:
законодательство, теория, судебная практика. М., 2012. С. 336 - 337; Организация
экстремистского сообщества: проблемы квалификации и доказывания: Учебное пособие /
Под ред. В.В. Меркурьева. М.: Проспект, 2015. С. 24; Цепелев В.Ф. Преступления
экстремистской направленности: общие подходы и проблемы правоприменения //
Уголовное право: стратегия развития в XXI веке: Материалы XII Международной научно-
практической конференции. М., 2015. С. 419 - 420.
45
сообщество (преступная организация)"
1
, другие - к форме соучастия
"организованная группа"
2
.
Некоторую определенность в разграничении форм соучастия внесло
принятие Федерального закона от 3 ноября 2009 г. N 245-ФЗ, содержавшего
новую редакцию ст. 35 и ст. 210 УК РФ и заменившего признак
сплоченности на признак структурированности в определении преступного
сообщества (преступной организации). Таким образом, отсутствие
указанного признака в определении экстремистского сообщества
автоматически должно исключать его из разновидностей преступного
сообщества (преступной организации). Однако диспозиция ч. 1 ст. 282.1 УК
РФ также предусматривает возможность наличия в составе экстремистского
сообщества частей или структурных подразделений, что фактически
констатирует признак структурированности.
Кроме того, немаловажное значение продолжает иметь существование в
диспозиции статьи ответственности за создание объединения организаторов,
руководителей или иных представителей частей или структурных
подразделений такого сообщества в целях разработки планов и (или) условий
для совершения преступлений экстремистской направленности. Несмотря на
очевидные недостатки юридической техники при описании объединения, его
криминализация наряду с криминализацией собрания организаторов,
руководителей (лидеров) или иных представителей организованных групп в
целях совершения хотя бы одного из указанных в ч. 1 ст. 210 УК РФ
преступлений дает основания для вывода о высокой общественной опасности
1
См., напр.: Зубалова О.А. Уголовно-правовые меры борьбы с организацией
экстремистского сообщества: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2013. С. 19;
Попов В.А. Преступное сообщество (преступная организация): вопросы теории и
практики: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2016. С. 28; Фридинский С. О
совершенствовании уголовно-правовых мер борьбы с осуществлением экстремистской
деятельности // Законность. 2008. N 7. С. 36.
2
См., напр.: Саркисов Д. Организация экстремистского сообщества // Уголовное право.
2010. N 2. С. 63; Хлебушкин А.Г. Преступный экстремизм: понятие, виды, проблемы
криминализации и пенализации: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2007. С. 9.
46
подобного объединения, характерной именно для преступного сообщества
(преступной организации).
Соответственно, получается, что экстремистское сообщество может
представлять собой как организованную группу, так и преступное
сообщество (преступную организацию). Различия в мотивах создания и
деятельности преступного сообщества (преступной организации) (ч. 4 ст. 35
УК РФ) и экстремистского сообщества (ст. 282.1 УК РФ), полагаем, нельзя
рассматривать в качестве критерия разграничения форм соучастия
"преступного сообщества (преступной организации)" и "организованной
группы". В противном случае утрачивается сама суть выделения форм
соучастия, когда число разновидностей последних будет зависеть от мотивов
их создания и деятельности (напр., корыстных, экстремистских,
террористических, хулиганских побуждений и т.п.). Такая противоречивость
признаков экстремистского сообщества не позволяет сделать однозначный
вывод относительно конкретной формы соучастия
1
.
В то же время Федеральным законом от 2 ноября 2013 г. N 302-ФЗ в
уголовный закон введена норма, предусматривающая ответственность за
организацию террористического сообщества и участие в нем. Согласно ч. 1
ст. 205.4 УК РФ террористическим сообществом признается устойчивая
группа лиц, заранее объединившихся в целях осуществления
террористической деятельности либо для подготовки или совершения одного
либо нескольких преступлений, предусмотренных ст. ст. 205.1, 205.2, 206,
208, 211, 220, 221, 277, 278, 279, 360 и 361 УК РФ, либо иных преступлений в
целях пропаганды, оправдания и поддержки терроризма. И снова в
террористическом сообществе предусмотрен признак структурированности в
виде части или структурного подразделения сообщества. Обращает внимание
лишь отсутствие в диспозиции ст. 205.4 УК РФ указания на объединение
организаторов, руководителей или иных представителей террористических
1
Мондохонов А.Н. Экстремистское сообщество - организованная группа или преступное
сообщество? // Вестник Академии Генеральной прокуратуры РФ. 2010. N 15. С. 49 - 53.
47
сообществ в целях совершения преступлений террористической
направленности.
Другая сложность связана с введением уголовной ответственности за
организацию деятельности экстремистской организации (ст. 282.2 УК РФ) и
за организацию деятельности террористической организации и участие в
деятельности такой организации (ст. 205.4 УК РФ).
В специальной литературе уже анализировались признаки ст. 282.2 и ст.
205.4 УК РФ и их соотношение с другими уголовно-правовыми нормами, в
связи с чем высказывались замечания относительно как законодательной
техники, так и обоснованности криминализации
1
. При этом основное
различие между рассматриваемыми составами преступлений заключается в
том, что деятельность экстремистской организации не всегда является
криминальной, в то время как деятельность террористической организации
носит исключительно преступный характер. Поэтому террористическое
сообщество отличается от террористической организации лишь наличием
вступивших в законную силу решения суда о признании организации
террористической либо обвинительного приговора суда в отношении лица за
создание, руководство или участие в террористическом сообществе
2
.
Анализ регламентированных в российском уголовном законодательстве
признаков экстремистского и террористического сообществ позволяет
сделать следующие выводы.
Во-первых, общими для этих видов преступных объединений являются
заложенные в них признаки формы соучастия "организованной группы" как
устойчивой группы лиц, заранее объединившихся для совершения одного
1
См., напр.: Мондохонов А.Н. Понятие экстремистской организации в Уголовном кодексе
РФ // Вестник Академии Генеральной прокуратуры РФ. 2009. С. 30 - 33; Ульянова В.
Террористическое сообщество и террористическая организация: проблемы квалификации
// Уголовное право. 2015. N 1. С. 100 - 105; Хлебушкин А. Организация деятельности
террористической организации и участие в деятельности такой организации (ст. 205.5 УК
РФ): уголовно-правовая характеристика и квалификация // Уголовное право. 2014. N 2. С.
82 - 87.
2
См.: Ульянова В. Указ. соч. С. 104; Пихов А.Х.-А. Проблемы и тенденции изменений
уголовного законодательства в сфере противодействия террористической деятельности //
Закон и право. 2015. N 5. С. 110.
48
или нескольких преступлений (ч. 3 ст. 35 УК РФ). Незначительные отличия в
определениях экстремистского и террористического сообществ, а также
организованной группы выражаются лишь в выделении стадии подготовки
преступлений экстремистской либо террористической направленности, а
также в недочетах юридической техники при определении экстремистского
сообщества как "организованной группы лиц", а не "организованной
группы". Аналогичным образом законодатель выделяет стадию подготовки
преступлений террористической направленности в диспозиции ч. 1 ст. 205.4
УК РФ.
Во-вторых, в рассматриваемых уголовно-правовых нормах каждое из
указанных сообществ может состоять из частей и структурных
подразделений, что свидетельствует о наличии признака
структурированности, характерного для формы соучастия - "преступного
сообщества (преступной организации)". Однако согласно частям 1 ст. 282.1 и
ст. 205.4 УК РФ в основу экстремистского и террористического сообществ
заложена именно неструктурированная организованная группа. Другими
словами, указанные сообщества могут представлять собой как
организованные группы, так и преступные сообщества (преступные
организации), а значит, законодатель под экстремистским или
террористическим сообществом фактически понимает соответственно
"экстремистскую" или "террористическую" организованную группу и
"экстремистское" или "террористическое" преступное сообщество
(преступную организацию).
В-третьих, вызывает вопросы противоречивая позиция законодателя по
использованию в качестве идентичных понятий преступного сообщества и
преступной организации (ч. 4 ст. 35 и ст. 210 УК РФ) и разграничению
понятий экстремистского сообщества (ст. 282.1 УК РФ) и экстремистской
организации (ст. 282.2 УК РФ), а также террористического сообщества (ст.
205.4 УК РФ) и террористической организации (ст. 205.5 УК РФ).
49
Получается, что законодатель применяет в действующем уголовном
законе различные подходы к одним и тем же правовым терминам, что
затрудняет единообразное толкование и правоприменение.
Исходя из изложенного, на наш взгляд, возникает необходимость в
пересмотре структуры форм соучастия в преступной деятельности и видов
преступных объединений, предусмотренных в статьях Особенной части УК
РФ.
Так, в связи с введением в уголовное законодательство таких
преступных объединений, как "экстремистское сообщество", "экстремистская
организация", "террористическое сообщество", "террористическая
организация", которые содержат в себе признаки организованной группы и
преступного сообщества (преступной организации), представляется
целесообразным разделить по своему значению преступное сообщество и
преступную организацию.
На наш взгляд, критерии разграничения как форм соучастия, так и
преступных объединений должны носить "прозрачный" характер,
максимально минимизирующий возможность неоднозначного толкования и
правоприменения. Поэтому в первую очередь предлагается под преступной
организацией понимать исключительно объединение организованных групп
либо иных видов преступных объединений, предусмотренных в Особенной
части УК РФ (экстремистских, террористических сообществ, банд,
незаконных вооруженных формирований и др.), действующих под единым
руководством.
В качестве преступного сообщества, полагаем, следует признавать
структурированную организованную группу, состоящую из структурных
подразделений (частей, звеньев, блоков и т.п.). Видами преступного
сообщества в действующем УК РФ соответственно могут выступать
экстремистское и террористическое сообщества, для которых характерен
признак структурированности.
50
И наконец, организованная группа как первичная составляющая
организованной преступности может представлять собой любую устойчивую
группу лиц, заранее объединившихся для осуществления преступной
деятельности (корыстной, насильственной, экстремистской,
террористической и др.). В свою очередь, это позволит правоприменителю
четко разграничивать структурированные и неструктурированные
организованные группы. К примеру, неструктурированная устойчивая группа
лиц, заранее объединившихся для осуществления экстремистской
деятельности, будет признаваться организованной группой (как вариант,
экстремистской организованной группой), а структурированная
организованная группа будет уже выступать в качестве экстремистского
сообщества.
Кроме того, по нашему мнению, аналогичное разграничение по признаку
структурированности возможно и в других видах преступных объединений
(бандах, незаконных вооруженных формированиях, некоммерческой
организации, посягающей на личность и права граждан, и др.).
С учетом высокой общественной опасности и координационного
характера деятельности собрание организаторов, руководителей (лидеров)
или иных представителей организованных групп, преступных сообществ и
иных преступных объединений предлагается криминализировать в рамках
деятельности преступной организации, для которой также типична
координация преступных действий.
Что касается преступлений, предусмотренных ст. 205.5 и ст. 282.2 УК
РФ, то ответственность за организацию деятельности террористической или
экстремистской организации, на наш взгляд, должна наступать посредством
изменения объекта совершения этих преступлений и рассмотрения их в
качестве преступлений против правосудия. Это возможно, например, путем
новой редакции ст. 315 УК РФ об ответственности за неисполнение решения
суда либо введения ст. 315.1 УК РФ, регламентирующей ответственность за
организацию деятельности террористической или экстремистской
51
организации, в отношении которых судом принято вступившее в законную
силу решение о ликвидации или запрете деятельности в связи с
осуществлением террористической либо экстремистской деятельности.
С учетом изложенного в качестве критериев форм соучастия в
преступной деятельности в современном российском уголовном
законодательстве предлагается рассматривать признак структурированности
и количественный признак, а в качестве форм соучастия в преступной
деятельности: 1) организованную группу; 2) преступное сообщество; 3)
преступную организацию.
С криминологической точки зрения участники организованных
преступных структур в большинстве случаев обладают чертами и свойствами
личности профессиональных преступников. Это вытекает из такого признака
организованной преступности, как постоянный или систематический
характер и специализация соответствующей деятельности.
Причем овладение необходимыми знаниями, навыками, умениями для
участия в деятельности организованных преступных структур обязательно
предполагает усвоение не только «технологии» исполняемых функций, но и
ее идеологии и психологии: норм иерархизированного поведения, общения;
норм дисциплины в сообществе; ценностной ориентации; систем
распознавания «свой — чужой» и других элементов преступной
субкультуры.
Российский криминолог Миньковский Г.М. выделяет следующие
личностные типы участников организованной преступности
1
:
лидеры организованных преступных групп и сообществ;
"воры в законе", "авторитеты";
специалисты в различных областях профессиональных знаний;
рядовые участники организованных преступных групп и
сообществ;
1
Миньковский Г.М. Организованная преступность: проблемы теории и практики // Борьба
с организованной преступностью: проблемы теории и практики: материалы ученого
совета. М., 2010. С. 13 - 18.
52
коррумпированные должностные лица.
Для всех характерна авторитарность, жестокость, готовность идти на все
для достижения цели, организационные способности, умение подчинить себе
других, уверенность в собственном превосходстве, мотивация господства,
отсутствие способности к сопереживанию, отношение к людям как к
орудиям для достижения цели.
Вместе с тем единой характеристики личности участника
организованной преступности не существует. Дифференциация этой
характеристики связана со спецификой мотивации вхождения в
организованную структуру, степени устойчивости и масштаба деятельности
организованной преступной группы (сообщества), направления и содержания
преступного бизнеса, ролевой функции, прошлого жизненного и
криминального опыта.
53
ГЛАВА 2. ХАРАКТЕРИСТИКА УГОЛОВНО-ПРАВОВЫХ И
КРИМИНОЛОГИЧЕСКИХ СРЕДСТВ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ
ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ
2.1 Понятие и сущность уголовно-правовых и криминологических
средств противодействия организованной преступности
Организованная преступность является сложным социально-правовым
явлением, подвергающимся фундаментальным научным исследованиям в
плане сущности, признаков, структуры и мер противодействия. Среди
многих средств воздействия на организованную преступность важное место
занимают уголовно-правовые средства. От качества уголовного закона в
немалой степени зависит эффективность противодействия организованной
преступности. Уголовно-правовое законодательство располагает общими и
специальными нормами, которые направлены как в целом на борьбу с
организованной преступностью, так и на борьбу с отдельными формами
организованной преступности
Вопрос о средствах уголовно-правового воздействия в науке
уголовного права до настоящего момента до конца не решен. История
становления российского уголовного законодательства позволяет сделать
вывод о том, что по мере его развития постоянно расширялся круг мер,
применяемых к лицам, совершившим преступление.
Противодействие организованной преступности предполагает
реализацию сложного комплекса специально-криминологических средств.
Эти средства предполагают, что правоохранительные органы осуществлять
непосредственную работу, направленную на устранение, ослабление и
нейтрализацию криминогенных факторов, влияющих на рост организованной
преступности. Криминологическое законодательство регламентирует
некарательную сторону предупреждения преступлений: организационные
вопросы противодействия преступности в целом и отдельным её
составляющим криминолого-социальные, криминолого-воспитательные,
криминолого-психологические и другие вопросы. Криминологические нормы