82
одновременно с наследодателем, либо откажется от принятия завещательного
отказа или не воспользуется правом на получение завещательного отказа,
либо лишится права на получение завещательного отказа согласно правил п.
5 ст. 1117 ГК РФ. Завещательный отказ предполагает исполнение
наследником совей обязанности исключительно в пределах стоимости
переданного ему в наследство имущества. Выше отмечалось, что от
наследника не требуется исполнять такую обязанность за свой счёт, хотя
последнее он может исполнить добровольно. Как видно, завещательный
отказ фактически является обязательством имущественного характера,
установленным на основании завещания между наследником, как
должником, и отказополучателем, как кредитором.
Обобщая причины возникающих проблем в правоприменении
категорий ограничения и обременения права, можно условно их
классифицировать по четырём группы:
1. Первая группа таких факторов представлена внутренними
потребностями социальной системы по урегулированию юридическими
нормами вновь возникающих или изменившихся общественных отношений,
то есть возникновении необходимости урегулирования недавно появившихся
видов общественных отношений в части ограничений и обременений прав.
2. Вторая группа факторов связана с процессами интеграции России в
международную экономическую и правовую систему. Усиление
взаимодействия международного и внутригосударственного права порождает
много проблем, которые пока еще не разрешены. Это, в частности,
соотношение Конституции Российской Федерации и международного права
(ратифицированных норм), четкое и исчерпывающее определение перечня
«общепризнанных принципов и норм международного права», которые в
соответствии со статьей 15 Конституции Российской Федерации являются
частью российской правовой системы. Не определены также порядок
определения коллизий между нормами международного договора и
83
внутригосударственного законодательства, юридические процедуры их
преодоления
90
.
3. Третья группа факторов обусловлена несовершенством и дефектностью
норм позитивного права, содержащихся в традиционных юридических
источниках. Нормативные акты нередко противоречат не только друг другу,
но и самим себе. При создании новых актов не отменяются или не
изменяются акты, ранее принятые по тому же вопросу, либо отменяются
ранее принятые акты без точного и исчерпывающего их перечня. Вновь
принимаемые акты не полностью регулируют вопросы, содержащиеся в
ранее принятых актах, поэтому прежние акты утрачивают силу лишь в части.
Существует практика принятия «временных» нормативно-правовых актов. В
результате в законодательстве появляется избыточное количество
нормативных актов с нарушенной логической структурой. Во многих
федеральных законах предлагается Президенту и Правительству привести
свои акты в соответствие с принятым федеральным законом даже тогда,
когда таких актов просто не существует
91
.
4. Недостаточная координация взаимодействия между ветвями власти и
неправительственными организациями. Не учитываются все сложные связи и
взаимодействия в этой области, не согласованы интересы граждан и органов
государственной власти, вовлекаемых в этот процесс.
Более четко систематизированной в части правоприменения является
судебная практика, где правовая доктриной является непосредственно
определяющей.
90
Лукьянова Е.Г., Балытников В.В. «Процессы глобализации в сфере правоприменения в
России»// "Журнал российского права". 2006. № 6.С.135.
91
Тихомиров Ю.А. «Правоприменение: от стихийности к системе»// "Журнал российского
права".2007. № 12. С. 29.
84
3.3 Анализ судебной практики в области реализации правовых норм
обременений в гражданском праве в России и других стран
Правовые позиции российских судов являются важной частью
российской правовой системы. Поскольку правоприменительная
деятельность традиционно ближе к действительности, реальным
потребностям людей, правовые позиции российских судов оказывают
немалое влияние и на правотворческую деятельность, законодательство
92
.
Анализ судебной практики в области реализации правовых норм
показывает, что актуальность совершенствования законодательного
регулирования института обременения обусловлена все чаще возникающими
спорами в правоприменительной практике.
Определение Конституционного Суда РФ «По запросу Советского
районного суда города Челябинска о проверке конституционности абз. 2 ч. 1
ст. 446 ГПК РФ и п. 1 ст. 78 Федерального закона «Об ипотеке (залоге
недвижимости)» от 17 января 2012 г. № 13-О-О было принято по итогам
рассмотрения запроса указанного суда об оспаривании конституционности
абз. 2 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ, в соответствии с которым взыскание по
исполнительным документам не может быть обращено на жилое помещение,
принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности, если оно
является единственным пригодным для постоянного проживания для него и
членов его семьи, устанавливающего особенности обращения взыскания на
заложенный жилой дом или квартиру.
Так, 17 июля 2007 г. между гражданином Ш. и юридическим лицом
ОАО «Банк «Монетный дом» был заключён договор на открытие кредитной
линии. Предметом договора была квартира, принадлежащая на праве
собственности гражданину Ш., как способ обеспечения исполнения
обязательств по этому договору. Решение Советского районного суда г.
Челябинска от 28 мая 2010 г., оставленное без изменения судебной коллегией
92
Зайцев О.В. Вещные и обязательственные отношения в контексте реформы
гражданского права // Право и экономика. 2017. № 12. С. 19.
85
по гражданским делам Челябинского областного суда от 23 июля 2010 г.,
удовлетворяло часть исковых требований залогодержателя к залогодателю, в
части взыскания задолженности по договору на открытие кредитной линии в
связи с неисполнением обязательств по договору, а также оставлены без
удовлетворения в части обращения взыскания на квартиру, заложенную по
договору об ипотеке
93
. Определение Верховного Суда РФ от 28 июня 2011 г.
отменяло судебные постановления в части отказа в удовлетворении исковых
требований об обращении взыскания на заложенную квартиру, и дело в этой
части было направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Верховный Суд РФ, отменяя судебные постановления в указанной части,
указал следующее. Наличие у должника жилого помещения, являющегося
единственным пригодным для постоянного проживания гражданина и членов
его семьи, не является препятствием для обращения на него взыскания, если
соответствующее жилое помещение является предметом ипотеки
(договорной или законной). Советский районный суд г. Челябинска при
новом рассмотрении пришёл к выводу о не соответствии абз. 2 ч. 1 ст. 446
ГПК РФ и п. 1 ст. 78 ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» не отвечают ст.
17, ч. 1 ст. 19, ч. 1 ст. 40, ч.ч. 2, 3 ст. 55 Конституции РФ, поскольку
предполагают обращение взыскания на квартиру, заложенную в ипотеку,
которая является единственной пригодной для постоянного проживания,
независимо от целей получения кредита, в связи с чем, обратился в
Конституционный Суд РФ с запросом по поводу конституционности такого
положения, предварительно приостановив производство по делу.
Конституционный Суд РФ обратил внимание на гарантии свободы
экономической деятельности, включая свободу договоров, право владеть,
пользоваться и распоряжаться имуществом единолично или с другими
93
Определение Конституционного Суда РФ «По запросу Советского районного суда
города Челябинска о проверке конституционности абз. 2 ч. 1 ст. 446 Гражданского
процессуального Кодекса Российской Федерации и п. 1 ст. 78 Федерального закона «Об
ипотеке (залоге недвижимости)» от 17 января 2012 г. № 13-О-О [Электронный ресурс] //
Режим доступа: http://www.consultant.ru/(Дата обращения 15.03.2020).
86
лицами, иметь имущество в собственности, признание и защиту прав и
свобод, в том числе судебную защиту, реализуемую на основе равенства всех
перед законом и судом (ст. 8, ч.ч. 1, 2 ст. 19, ч.ч. 1, 2 ст. 35, ч. 1 ст. 45, ч. 1 ст.
46 Конституции РФ). КС РФ сослался и на собственное Постановление от 22
апреля 2011 г. № 5-П, согласно которому указанные положения Конституции
РФ, определяющие правовое положение участников гражданских
правоотношений, в том числе при совершении сделок с недвижимостью, во
взаимосвязи с ч. 2 ст. 15 и ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, вытекает требование о
необходимости соотнесения права собственности, принадлежащего лицу, с
правами и свободами иных лиц, состоящее, в том числе, в праве
собственника осуществлять по своему усмотрению любые действия в
отношении принадлежащего ему имущества, если они не противоречат
закону и иным правовым актам и не нарушают права и законные интересы
других лиц
94
. Общепризнанные принципы неприкосновенности и свободы
собственности, свободы договора и равенства всех собственников как
участников гражданских правоотношений, отражённые в Конституции РФ,
обусловливают свободу владения, пользования и распоряжения имуществом
(постановления Конституционного Суда РФ от 22 ноября 2000 г. № 14-П, от
20 декабря 2010 г. № 22-П и т.д.). Предполагается и возможность
обеспечения собственником своих обязательств по гражданско-правовым
сделкам за счёт принадлежащего ему имущества, в том числе относящегося к
объектам недвижимости. В соответствии с ч. 2 ст. 24 ГК РФ, имущество
граждан, на которое согласно закону не может быть обращено взыскание,
перечень которого определяется гражданским процессуальным
законодательством. Абз. 2 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ включает запрет на обращение
взыскания на жилое помещение, если оно является единственно пригодным
94
Определение Конституционного Суда РФ «По запросу Советского районного суда
города Челябинска о проверке конституционности абз. 2 ч. 1 ст. 446 Гражданского
процессуального Кодекса Российской Федерации и п. 1 ст. 78 Федерального закона «Об
ипотеке (залоге недвижимости)» от 17 января 2012 г. № 13-О-О [Электронный ресурс] //
Режим доступа: http://www.consultant.ru/(Дата обращения 15.03.2020).
87
для постоянного проживания для гражданина-должника и членов его семьи.
Однако этот запрет не касается предмета ипотеки. В результате
Конституционный Суд РФ указал на то, что его решения по данному вопросу
не требуется, согласно ст. 71 Федерального конституционного закона «О
Конституционном Суде РФ», ссылаясь на то, что оспариваемые положения
не содержат какой-либо правовой неопределённости по вопросу
регулирования порядка наложения взыскания на ипотеку. Таким образом,
Конституционный Суд РФ в своей правовой позиции признал
конституционность возможного лишения имущества, обеспечивающего
обязательства должника по ипотеке. Оспариваемые нормы существенно
ограничивают свободу граждан в отношениях, возникающих по поводу
ипотеки, одновременно способствуя обеспечению интересов
залогодержателя.
Интересным, на наш взгляд, является пример из судебной практики,
разрешающий спор о договоре аренды имущества, обременного правами
третьих лиц. Так, Определением Верховного Суда РФ от 4 декабря 2018 г. №
А40-91725/2017
95
было принято решение по итогам рассмотрения дела по
кассационной жалобе ответчика, юридического лица на решения
арбитражного суда первой инстанции, постановления арбитражных судов
апелляционной и кассационной инстанций. Так, было установлено, что истец
обратился в суд первой инстанции с иском о признании договора аренды от 1
февраля 2016 г. № 01-01/16-012, заключённого между сторонами,
недействительной (ничтожной) сделкой. Суд первой инстанции отказал
истцу в удовлетворении иска. Постановлением арбитражного суда
апелляционной инстанции, оставленным без изменения постановлением суда
кассационной инстанции, указанный иск был удовлетворён. Ответчик
обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о пересмотре принятых по делу
95
Определение Верховного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2018 г. № А40-
91725/2017 [Электронный ресурс]// Режим доступа: http://sudact.ru/vsrf/doc/H9duZH0GPy5v/(Дата
обращения 17.03.2020)
88
судебных актов в кассационном порядке, ссылаясь на существенное
нарушение норм материального и процессуального права судами трёх
инстанций. Судья Верховного Суда РФ, определением от 24 октября 2018
г.
96
, передал дело на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим
спорам ВС РФ, которая постановила отменить решения судов трёх
инстанций и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции,
исходя из следующих соображений.
В частности, был установлен срок договора аренды. Истец ранее
обратился в уполномоченный федеральный орган с заявлением о
государственной регистрации договора аренды, однако управление
приостановило регистрацию договора в связи с наличием обременения его
правами третьих лиц, а также наличия в ЕГРН записей, ранее внесённых об
этом. В частности, имелись заключённые договоры аренды, затрагивавшие и
сдаваемый по договору земельный участок. Истец обосновывал свои
требования тем, что сделка по передаче уже переданного в аренду другим
лицам имущества на основании договора аренды не соответствует ст.ст. 606-
609, 611 ГК РФ, правовыми последствиями заключения нескольких
договоров аренды в отношении одной и той же вещи является
недействительность всех последующих договоров в отношении такой вещи
при сохранении действия первоначального договора. Судом первой
инстанции было установлено, что спорный договор был расторгнут
сторонами в июне 2016 г., арендованные объекты были возвращены
ответчику 30 июня 2016 г., что доказывается актом приёма-передачи,
поэтому признал обязательства сторон договора прекращёнными на
основании ст. 453 ГК РФ. Суд исходил из того, что такой договор не может
быть признан недействительной (ничтожной) сделкой.
96
Определение Верховного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2018 г. № А40-
91725/2017 [Электронный ресурс] // Режим доступа: http://sudact.ru/vsrf/doc/H9duZH0GPy5v/(Дата
обращения 17.03.2020).
89
Апелляционный суд не согласился с выводом суда первой инстанции,
обоснованно указав, что расторжение договора и проверка его законности
имеют разные правовые последствия, которые состоят и в том, что
обязательства сторон прекращаются на будущее время при расторжении
договора, однако отдельные обязательства, в соответствии с п. 2 ст. 453 ГК
РФ, сохраняют силу, тогда как недействительная сделка не влечёт
юридических последствий, кроме связанных с её недействительностью, и она
недействительна с момента совершения.
Верховный Суд указал и на соответствие такой правовой позиции
заключению самого ВС РФ, изложенному 21 июня 2018 г. № 303-ЭС14-4717.
Суд апелляционной инстанции установил, что ответчиком действительно
были заключены договоры в отношении сдаваемого истцу в аренду
имущества, придя к выводу о том, что признание сделки недействительной
является верным. С выводами суда апелляционной инстанции согласился и
окружной ФАС. Верховный Суд счёл применение судами трёх инстанций
норм материального права неправильным, указав на содержание ст.ст. 168,
398, п. 3 ст. 611 ГК РФ, п. 13 Постановления № 73, неправильно
применённые и истолкованные судами в отношении случаев заключения
договоров аренды арендодателем с разными лицами, в отношении одной и
той же вещи в целом
97
. В частности, согласно ст. 398 ГК, в случае
неисполнения обязанности по передаче индивидуально определённой вещи в
собственность, на праве оперативного управления или хозяйственного
ведения или возмездное пользование кредитору, последний имеет право на
изъятие такой вещи у должника и передачи её, на определённых договором
условиях, кредитору.
Далее обратимся к Определению Конституционного Суда РФ «По
запросу Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации о проверке
97
Определение Верховного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2018 г. № А40-
91725/2017 [Электронный ресурс] // Режим доступа:
http://sudact.ru/vsrf/doc/H9duZH0GPy5v(Дата обращения 17.03.2020).
90
конституционности части 3 статьи 13 Федерального закона «Об участии в
долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов
недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты
Российской Федерации» и п. 1 ст. 131 Федерального закона «О
несостоятельности (банкротстве)» от 14 января 2014 г. № 2-О, которое было
принято по итогам рассмотрения запроса ВАС РФ об оспаривании порядка
обеспечения залогом исполнения обязательств по договору участия в
долевом строительстве многоквартирных домов, иных объектов
недвижимости, а также процедуры банкротства (состав конкурсной массы
должника, в отношении которого открыто конкурсное производство).
Конституционный Суд Российской Федерации установил, что между
застройщиком и участником долевого строительства (гражданином) 25 марта
2008 г. был заключён договор об участии в долевом строительстве, согласно
которому застройщик обязался передать дольщику в собственность
однокомнатную квартиру, а дольщик – уплатить застройщику свыше 2,2 млн.
рублей. Обязанность по оплате своих обязательств была исполнена
дольщиком.
Между тем, соглашением от 20 мая 2008 г. договор между сторонами
был расторгнут, предусмотрен возврат уплаченных денег. В 2009 г. в
отношении застройщика была введена процедура наблюдения, а в 2010 г. –
внешнего управления. На этом этапе дольщик и подал иск в Арбитражный
Суд Краснодарского края о возврате внесённых денежных средств,
определением суда от 11 октября 2010 г. требование было включено в третью
очередь реестра требований кредиторов. Позднее дольщик обратился в тот
же суд с заявлением, в котором просил признать своё требование
обеспеченным залогом имущества должника, а также включить в реестр
требований кредиторов компании застройщика проценты за пользование
чужими денежными средствами.
Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили требование,
исходя из того, что требования дольщика обеспечены имуществом должника,
91
согласно п. 1 ч. 2 ст. 12.1 ФЗ «Об участии в долевом строительстве
многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении
изменений в некоторые законодательные акты РФ», однако суды не
определили, какое именно залоговое имущество обеспечивает требования
дольщика, не установили его наличие у должника и не учли, что право на
квартиру, ставшую предметом залога, признано собственностью другого
лица судом общей юрисдикции.
Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа отменил
судебные акты нижестоящих судов, отказав в признании бывшего дольщика
залоговым кредитором, сделав вывод о прекращении залога, исходя при этом
из норм § 7 главы IX ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»
98
. Было
приято определение Конституционного Суда РФ № 2-О «По запросу ВАС РФ
о проверке конституционности ч. 3 ст. 13 Федерального закона «Об участии в
долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов
недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты
Российской Федерации».
При пересмотре дела в порядке надзорного производства, приняла
решение о передаче дела на рассмотрение Президиума ВАС РФ на основании
того, что вывод суда кассационной инстанции о прекращении залога с
момента применения соответствующих норм закона о банкротстве не
основан на нормах указанного ФЗ.
Применение п. 1 ст. 131 закона о банкротстве, по мнению заявителя,
создаёт противоречивую ситуацию – кредиторы-дольщики, чьи иски о
признании права собственности на недостроенные помещения
удовлетворены судом, изымают имущество из конкурсной массы на
основании судебных решений, а кредиторы-дольщики, обращающиеся за
установлением денежных требований в реестре кредиторов застройщика, не
удовлетворяются, поскольку право на такое имущество признаётся за иными
98
«О несостоятельности (банкротстве)»: Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред.
от 01.04.2020)// СЗ РФ. 28.10.2002. N 43. ст. 4190.