12
объектом обременения. А ограничения не являются субъективным правом,
поскольку они созданы в пользу неопределенного круга лиц, они влияют
только на правоспособность и только косвенно взаимодействуют с
субъективными правами. Следовательно, обременение - это субъективные
права, поскольку априори определяется в пользу конкретного субъекта и по
умолчанию установленное доминирование над этими объектами правовых
отношений. Способом обременения является та или иная форма
субъективных прав (залог, сервитут, рента и п.), в свою очередь итог
ограничений может принадлежать любому субъекту. Таким образом, с
большой уверенностью можно утверждать, что природа ограничения и
обременения различна. Каждое из данных явлений имеет своё специфическое
значение в системе правоотношений, что отличает их свойства, а также
конечный результат в правоприменительной практике.
При более глубоком изучении категории ограничения можно
определить его как правовую меру, в рамках которой субъекты
правоотношений координируют свои действия. Цель ограничений
заключается в предотвращении противозаконного действия субъектов.
Категория «ограничения» встречается в разных отраслях гражданского
права:
- вещном праве (сужения прав субъекта в силу законы в интересах
других лиц и др.);
- в обязательственном праве ограничением выступает срок (срочное
обязательство);
- в договорной отрасли (свобода договора ограничивается законом);
Таким образом, правовое ограничение можно разграничить по видам:
- по объекту права;
- по субъекту правоотношений;
- по форме (временные и постоянные).
Правовое ограничение также выполняет ряд функции для
правоотношений:
13
1) охранительную (охраняет интересы субъектов правоотношений);
2) информационную;
3)систематизированную (выражается в обусловленной системе
осуществление права);
4) защитную (предоставляет границы осуществления правомочий)
7
.
Кроме соотношения выше рассмотренных понятий, крайне актуальным
является вопрос соотношения ограничения права и злоупотребления
правами. На сегодняшний день проблема злоупотребления правом очень
актуальна, поскольку законодатель не раскрывает ни самого содержания
этого термина (что, в свою очередь, приводит к многочисленным спорам
между учеными и практиками), ни признаков рассматриваемого правового
явления, (что на практике часто вызывает трудности при его применении,
различные гражданские и правовые споры). Последствия этого, очевидно,
выражаются в том, что рост количества злоупотреблений правом
препятствует экономическому и правовому развитию России, снижает ее
инвестиционную привлекательность по сравнению с другими странами.
Судебная практика в настоящее время также не выработала единого
подхода к определению понятия «злоупотребление правом». Квалификация
действий участников гражданских правоотношений как злоупотребления
правом в судебной практике, несмотря на наличие достаточного количества
подобных судебных дел, не находит единообразия. Часто суды считают
возможным рассматривать злоупотребление правом исключительно как
гражданские правонарушения.
При разрешении споров нередко суды применяют положения статьи 10
ГК РФ
8
к отношениям, в которых по существу отсутствует злоупотребление
7
Шляхтина Н.К. Ограничение и обременение в гражданском праве: проблемы
терминологии // Евразийский союз ученых. 2015. № 3-6 (12). С. 153.
8
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая):Федеральный закон от 30
ноября 1994 г. № 51-ФЗ (ред. от 16.12.2019) // СЗ РФ. 05.12.1994, N 32, ст. 3301; СЗ РФ.
23.12.2019. N 51 (часть I). ст. 7482.
14
правом. Суды, разрешая тот или иной спор, с осторожностью применяют
положение вышеуказанной статьи.
Обратим внимание на то, что в общем виде недопустимость
злоупотребления правом установлена в ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, согласно
которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно
нарушать права и свободы других лиц
9
.
Данное положение получает свое закрепление также в отраслевом
законодательстве. А именно, в соответствии с положениями ст. 10 ГК РФ «не
допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые
исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также
злоупотребление правом в иных формах. Не допускается использование
гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также
злоупотребление доминирующим положением на рынке».
Основополагающим принципом для гражданского оборота является
принцип свободы договора, что также накладывает свой отпечаток на
толкование понятия злоупотребления правом. В результате, использование
термина злоупотребление правом является одним из дискуссионных
вопросов в современном гражданском праве, поскольку учеными
выдвигаются различные мнения о том, относится ли злоупотребление правом
к числу противоправных действий и какие санкции применяются в
отношении лица, злоупотребившего правом.
В юридической науке отсутствует единое понимание термина
«злоупотребление субъективным правом». Однако среди исследователей
существуют различные концепции относительно понимания данного
понятия. Так, например, А.А. Малиновский под злоупотреблением
субъективным правом понимает «способ осуществления субъективного
права в противоречии с его назначением, посредством которого причиняется
9
Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с
поправками от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ, от
21.07.2014 № 11-ФКЗ)// Российская газета. 1993. № 327.
15
вред личности, обществу, государству»
10
. К основным признакам
злоупотребления субъективным правом он относит фактическое
осуществление субъективного права в противоречии с его назначением и
вредоносность осуществления права. Данный постулат опирается на
правовую аксиому, что при установлении, осуществлении и защите
гражданских прав и при исполнении обязанностей участники гражданских
правоотношений должны действовать добросовестно. Таким образом, как
следствие этого, добросовестность устанавливается как принцип
гражданского права.
Одной из наиболее изученной формы злоупотребления правом, как
таковым, является шикана. Положения ст. 10 ГК РФ определяет шикану как
«действие, осуществляемое исключительно с целью причинения вреда
другому лицу» то есть, субъект реализует свои права, преследуя лишь одну
цель – ущемление интересов другого лица.
Правовед Т.С. Яценко считает, что шиканой должны признаваться «в
том числе и действия, направленные на достижение кроме указанной и иных
целей, например, получение материальной выгоды, привлечение большего
количества покупателей и т. д.»
11
Таким образом, Т.С. Яценко предлагает под
шиканой понимать действия граждан и юридических лиц, как
осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому
лицу, так и преследующие и другие цели наряду с причинением вреда.
В современной цивилистике достаточно большое признание получила
также концепция В.П. Грибанова, в которой он предлагает толковать
злоупотребление правом как «особый тип гражданского правонарушения,
при котором управомоченное лицо осуществляет принадлежащее ему
10
Малиновский А.А. Злоупотребление субъективным правом как юридиче-ский феномен:
Дис. ... д-ра юрид. наук / А.А. Малиновский. М., 2009. С. 132. 14 Ткачук А.С. Принцип
добросовестности в Гражданском кодексе Российской Федерации / А.С. Ткачук, Н.В.
Фирсова // Актуальные направления научных исследований: от теории к практике /
Редкол.: О.Н. Широков [и др.]. Чебоксары: ЦНС «Интерактив плюс», 2016. №2–2 (8). С.
300.
11
Яценко Т.С. Шикана как правовая категория в гражданском праве: Дис. … канд. юрид.
наук. Ростов н/Д, 2001. С.250.
16
субъективное право с использованием недозволенных конкретных форм в
рамках дозволенного ему законом общего типа поведения»
12
.
Между тем противники использования данной конструкции
утверждают, что она по существу размывает четкую грань между
правонарушением и осуществлением субъективного права (правомерным
действием). Они считают, что действия, именуемые злоупотреблением
правом, находятся за пределами субъективного права. В итоге,
использование конструкции злоупотребления правом приводит к отрицанию
субъективных прав.
В этой связи, следует согласиться с позицией М.В. Кратенко, который
утверждает, что «… для злоупотребления свободой договора характерна
часть тех признаков, с помощью которых в литературе характеризуют
феномен злоупотребления субъективным правом: видимость легальности
поведения субъекта, использование недозволенных средств и способов
осуществления права (свободы), осуществление права вопреки его
социальному назначению, осознание лицом незаконности своих действий
(наличие умысла), причинение ущерба другим лицам вследствие совершения
вышеуказанных действий»
13
.
На практике при квалификации как случаев злоупотребления
субъективным правом, так и случаев злоупотребления свободой договора,
очевидно, что существуют некоторые пробелы в толковании норм закона и,
как уже было упомянуто выше, существует недостаточно точная правовая
регламентация рассматриваемых понятий в правоприменительной практике.
Многие цивилисты рассматривают договор присоединения как один из
способов ограничения «конституционной свободы договора». Так, правоведы
Е.Н. Баширина, Н.В. Фирсова отмечают, что «сравнение признаков договора
присоединения с элементами принципа свободы договора приводит к
12
Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав / В.П. Грибанов. М.: Статут,
2001. С. 104
13
Кратенко М.В. Злоупотребление свободой договора: частноправовые и публично-
правовые аспекты. М.: ВолтерсКлувер, 2010. С. 215.
17
следующему выводу: присоединяющаяся сторона оставляет за собой право
выбора только лишь в заключении договора, обладая правом отказаться либо
добровольно вступить в данные договорные отношения»
14
.
Особенность злоупотребления свободой договора проявляется в том,
что большинство форм злоупотребления свободой договора прямо
запрещены законом. Например, продавцу запрещается навязывать
потребителю дополнительные товары (работы, услуги), включать в договор
условия, умаляющие законные интересы потребителя, что достаточно строго
регламентируется специальным законодательством. Также и со стороны
потребителя не должно быть использования права во зло: нередки случаи,
когда потребитель пытается обогатиться через суд за счет продавца,
злоупотребляя, по сути, лояльными правовыми нормами в своих личных
интересах. Несоблюдение такого запрета влечет за собой привлечение лица,
злоупотребившего правом, к ответственности.
Подводя итог настоящей части исследования, можно утверждать, что
злоупотребление свободой договора представляет собой преднамеренное
несоблюдение одной из сторон предусмотренных законом ограничений
договорной свободы, последствием которого является причинение ущерба
другой стороне (контрагенту), государству или третьим лицам. Особо
следует подчеркнуть, что в настоящее время интерес исследователей к
институту «шикана», как к одному из способов злоупотребления правом, не
уменьшается, ученые стараются выработать единое определение данного
правового явления, что будет способствовать дальнейшей разработке
методов противодействия таким неправовым по своей сути явлениям, как
злоупотребление правом.
14
Баширина Е.Н. Ограничение принципа свободы договора / Е.Н. Баширина, Н.В.
Фирсова // Евразийский юридический журнал. 2016. №4 (95). С. 76.
18
1.2. Содержание понятия «обременение» в зарубежном законодательстве
Определенные ограничения и обременения права собственности
существовали всегда, и, следовательно, соответственно степень свободной
реализации собственником принадлежащих ему правомочий владения,
пользования и распоряжения в отношении своего имущества всегда в
определенной мере ограничивалась. Вещные обременения как
самостоятельные вещные права используются в ГП стран Европы с 19 века.
При этом, несмотря на общие римские начала гражданского
законодательства Германии, России, Швейцарии и Австрии, вещные права
развивались в различных суверенных экономических, исторических,
политических условиях, под воздействием самых разных правовых воззрений
и правоприменительной практики. Например, на формирование немецкой
системы вещных прав посильное воздействие оказали исторические условия
формирования пандектного права. Помимо этого, в то время как зарубежные
нормы «цивильного» права нарабатывали и совершенствовали правовую
конструкцию института вещных обременений на протяжении всего XX в.,
российское право просто-напросто не допускало не только существования,
но и в целом возможности регламентации вещных прав на недвижимость.
Вещные обременения могли устанавливаться в самых разных жизненных
ситуациях. Так, в немецкой литературе приводится пример, в котором
супружеская пара, являясь хозяевами ресторана, при передаче своего
имущества сыну установили свое право на ежедневное предоставление литра
пива с помощью вещного обременения.
Цели ограничения права собственности в некоторых странах Европы
сформулированы следующим образом
15
:
- в Германии – «общее благо»;
- в Испании – «общественная целесообразность или социальные
интересы»;
15
Бумажникова О. В. Актуальность обременения в частном праве Российской
Федерации.//Российский научный журнал. 2013. № 6 (31). С.17.
19
- в Португалии – как «общественные интересы».
Нормы, регулирующие право частной собственности, закрепленные в
Конституции РФ, в отличие от современных европейских конституций,
прямо не устанавливает ограничение, как неизбежный и достаточный
инструмент воздействия.
В США предиальные сервитуты определяют преимущества и
обременения, они передаются вместе со служащей и господствующей
недвижимостью. Они автоматически передаются следующим владельцам
недвижимости, и все последующие владельцы и лица, занимающие
территорию, обязаны выполнять условия этого сервитута.
Общие регулирующие правила таких категорий как обременения и
ограничения права различны во многих правовых системах. Необходимо
четко установить, как в разных правовых системах, могут обременения и
преимущества, обусловленные личными сервитутами, передаваться
владельцем сервитута, или передаваться в процессе отчуждения вместе с
обремененной собственностью. Рассмотрев всю историю развития этих
правовых категорий, видно, что обычно, во всех юридических системах
сервитуты не было возможности передавать лицу, в пользу которого
устанавливался сервитут. Тем не менее, на сегодняшний день взгляд на эту
проблему, например, в США таков, что преимущества, обеспечивающиеся
личными сервитутами, являются независимыми имущественными правами.
При передаче установленного в пользу какого-то лица личного сервитута
происходит также передача всех сопутствующих предиальных сервитутов,
обременяющих собственность
16
.
Обременения классифицируют как предиальные и личные, а также как
утвердительные и негативные. Наиболее распространенным способом
наложения обременений является согласие на использование (грант).
Отдельный вид обременения представляет собой резервирование. Само
согласие на использование представляет собой обременение, созданное
16
Кравцова Д. Л., Ковалева Я. А. Указ соч. С. 98
20
специальным письменным соглашением с владельцем обремененного
участка. Резервирование - это обременение, созданное владельцем служащей
земли во время передачи этой земли в собственность другому владельцу.
Обременения также используются для того, чтобы установить простые
отрицательные ограничения, которые могут быть связаны с «потребностью»
господствующего земельного участка, например, ограничения на планировку
и строительство, связанные с потребностью в сохранении вида, в свете и
воздухе.
17
Рассмотрим, к примеру, обременения в законодательстве Германии. О.
Гирке отмечает, что происхождение вещных обременений в немецком праве
связано, прежде всего, с объединением сборов и личных повинностей, а
также с общим вектором перекладывания личной зависимой ответственности
на ответственность имуществом. При этом сборы и повинности,
возложенные на свободных и независимых крестьян, которые обеспечивали
им право самостоятельного ведения хозяйства, одновременно ограничивали
их права в виде вещных обременений.
Основой формирования вещных обременений стал отказ немецкой
юриспруденции от разделенной собственности и возникшая как следствие
необходимость создания более жесткого механизма защиты прав лиц, в
пользу которых установлены обременения (то есть собственников земли).
При разделенной собственности, право гражданина, в отношении его
землевладения, и право на получение денежного вознаграждения (чинша,
оброка и т. п.) защищались публичным правом. После модернизации вещной
повинности в самостоятельное ограниченное вещное право понадобилась
частноправовая защита права на выплату долга.
В этой связи стала необходима концепция обременений, согласно
которой из публичных повинностей они должны перейти в разряд частных
прав - в форму самостоятельных прав на чужие вещи, предоставляющих
землевладельцу абсолютное право непосредственного воздействия на вещь, а
17
Кравцова Д. Л., Ковалева Я. А. Указ соч. С. 99
21
также сильное вещное обеспечение в виде принудительного взыскания за
счет земельного участка и вещно-правовая защита.
Решением этой задачи занимались немецкие правоведы, и ими был
создан ряд концепций вещных обременений
18
. Доминирующей концепцией в
этот период выступала теория, отождествляющая обременения с
сервитутами. Ее сторонники относили вещные обременения к достоянию
немецкого права и обозначали их как servitudes juris Germanic.
Сторонники теории, которая отождествляющей вещные обременения с
сервитутами, утверждали, что Reallastenn - это разновидность известного
римскому праву сервитута, заключающегося в предоставлении права
действия (Servitus in faciendo consistere no№ potest). Представителями
данного подхода являются Хайнессиус (Hei№eccius) Шмидт (Schmidt)
Герхард (Gerhard) Шмидт (Schmidt).
Отказ от теории сервитута позволил признать в качестве
основополагающей концепцию вещно-правовой природы Reallast'а (в
качестве самостоятельного jus i№ re aliena), согласно которой сущность
вещного обременения заключается в непосредственной связи
управомоченного лица с вещью, которое проявляется через право на
использование земельного участка. Под влиянием этой концепции нормы о
вещных обременениях были помещены в книгу третью (Вещное право)
Германского гражданского уложения (ГГУ) 1896 г.
Следует уточнить, что несколько раньше, чем в ГГУ, вещные
обременения были регламентированы другим кодифицированным актом -
австрийским Общим гражданским уложением 1811 г. Но на момент своего
создания австрийское уложение не смогло предоставить полноценную
конструкцию вещного обременения. То есть, в отличие от немецкого права в
нем нет даже специального раздела, посвященного вещным обременениям, а
18
Законодательство об исполнительном производстве в Федеративной Республике
Германии// Бюллетень Федеральной службы судебных приставов. 2013. №4. С.26.