82
принцип добросовестности, формируя совершенно новые подходы в
арбитражной практике. Другими словами, этот принцип и так довольно
успешно применялся. Зачем понадобилось дополнительно закреплять
обязанность участников гражданских правоотношений действовать
добросовестно?
Пункт 2 постановления Пленума ВАС РФ от 20.06.07 № 40 «О
некоторых вопросах практики применения положений законодательства о
сделках с заинтересованностью»
– Дело в том, что до сих пор у некоторых юристов (в том числе
судей) преобладает нормативистский, механический подход к праву. На
этот счет можно привести массу примеров. Один из них – развитие
судебной практики по оспариванию крупных сделок и сделок с
заинтересованностью, совершенных с нарушением требований закона.
Следует напомнить, что до 2009 года нормы федеральных законов от
26.12.95 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» и от 08.02.98 № 14-ФЗ
«Об обществах с ограниченной ответственностью », посвященные таким
сделкам, предусматривали возможность оспаривания этих сделок без
каких-либо оговорок.
Не было фразы о том, что сделка не может быть признана
недействительной, если контрагент добросовестный (не знал и не должен
был знать о том, что сделка совершена с нарушением требований). Хотя
очевидно, что защита прав кредиторов юридического лица должна быть в
приоритете перед защитой прав участников этого юридического лица.
Отсутствие специальной оговорки позволяло «стряхивать » ставшие
неугодными сделки при помощи механизма их оспаривания по мотиву
крупности или заинтересованности.
Доводы о том, что от этого страдает другая, добросовестная, сторона
сделки, в судах не помогали только потому, что для защиты этой стороны
в законодательстве не было предусмотрено специальной нормы. И наличие
83
общего принципа добросовестности при таком нормативистском подходе не
спасало. Ситуация изменилась только с появлением разъяснений Пленума
ВАС РФ в 2007 году, который вывел из смысла закона принцип
невозможности оспаривания сделок из-за несоблюдения установленного
порядка, если другая сторона не знала и не должна была знать об этих
нарушениях. Позднее аналогичные по содержанию нормы появились в
самих законах «Об акционерых обществах » и «Об обществах с
ограниченной ответственностью ». Но если бы в Гражданском кодексе была
такая точка опоры, как обязанность действовать добросовестно и запрет
на извлечение преимуществ из недобросовестного поведения, судам не
нужно было бы дожидаться ни специальных норм, ни разъяснений ВАС
РФ, чтобы защитить добросовестных контрагентов.
В пункте 1 статьи 10 ГК РФ говорится не просто об обходе закона, а
об обходе закона именно с противоправной целью.
Это уточнение «с противоправной целью » появилось в норме уже
после того, как законопроект поступил в Государственную думу.
Изначально разработчики поправок, конечно, исходили из того, что
выражение «обход закона» само по себе имеет негативную окраску и
указывает на противоправную цель, поэтому дополнительное указание на
противоправную цель представляется излишним.
Формы недобросовестного поведения
Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с
намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с
противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное
осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1 ст. 10 ГК
РФ).
– Антипод добросовестности – это злоупотребление правом. В новой
редакциипункта 1статьи 10 Гражданского кодекса называются три формы
84
этого явления: шикана, действия в обход закона и иное заведомо
недобросовестное поведение.
– Серьезная новелла, которая состоялась в пункте 1 статьи 10
Гражданского кодекса, – это решение проблемы так называемых иных
форм злоупотребления правом. В прежней редакции эта норма содержала
запрет на совершение действий, осуществляемых исключительно с
намерением причинить вред другому лицу, а также на злоупотребление
правом «в иных формах ».
1
Соответственно, часто возникал вопрос: что
такое «иные формы»? Эта неясность была устранена с помощью новой
формулировки. Заведомо недобросовестное поведение – это и есть те самые
«иные формы» злоупотребления правом. Данная формулировка наглядно
показывает, что статья 10 – тоже про добросовестность, но со знаком
«минус ». Кстати, в этой статье понятие «недобросовестность » используется
в объективном смысле (то есть имеется в виду заведомо нечестное,
непорядочное поведение).
Практический смысл этой поправки заключается в следующем. Среди
форм злоупотребления правом собственно шикана (то есть совершение
действий исключительно с намерением причинить вред другому лицу)
встречается очень редко.
Обычно лицо, совершая действия, которые кому-то причиняют вред,
все -таки преследует какой -то свой интерес, поэтому нельзя сказать, что
оно действует исключительно с намерением причинить вред. И, учитывая,
что понятие злоупотребления правом в «иных формах» (кроме шиканы) не
было раскрыто, со ссылкой на злоупотребление правом очень трудно было
добиться отказа в защите права недобросовестному лицу или оспорить
сделку.
1
Харсеева В.Л. Понятие и содержание принципа добросовестности в гражданском праве //
Общество: политика, экономика, право. 2013. № 4. с-114
85
Например, заемщик получил кредит и свои обязательства по нему
обеспечил залогом. В какой -то момент у заемщика наступают финансовые
трудности, и он уже не в состоянии платить по кредиту. Он честно ставит
об этом в известность банк и предлагает обратить взыскание на предмет
залога. Но банк, имея такую возможность, не делает этого, а ждет, когда у
заемщика штрафные санкции возрастут до огромной суммы. Разве тем
самым банк стремится исключительно причинить вред заемщику? Конечно,
нет, банк просто преследует свои интересы. Поэтому в данном случае нет
шиканы, но, возможно, есть иная форма злоупотребления правом –
заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. Новая
редакция пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса открывает новые
возможности для борьбы со злоупотреблением правом в подобных случаях.
Что касается действий в обход закона, то изначально, когда
разрабатывали проект Концепции совершенствования общих положений
Гражданского кодекса, правило об обходе закона предлагалось включить в
статью 168 («Недействительность сделки, не соответствующей закону или
иным правовым актам »). Идея была в возможности признавать сделку
недействительной и в том случае, когда она прямо не нарушает закон, а
обходит требования закона. Но впоследствии норма об обходе закона
оказалась в статье 10 Гражданского кодекса.
Вообще под обходом закона разработчики поправок имели в виду
попытки использовать недостатки формулировки императивной нормы,
чтобы обойти ту цель, которую преследовал законодатель, вводя данную
норму (разумеется, при условии, что цель законодателя понятна из нормы).
Представьте, что правилами о проведении семинара запрещено выходить
из аудитории во время выступления лектора. Очевидно, что тот, кто
устанавливал эту норму, хотел запретить покидать аудиторию, но
сформулировал правило не совсем удачно, применив глагол «выходить ».
86
Кто-то может использовать этот недостаток формулировки и,
например, выпрыгнуть из аудитории, полагая, что тем самым он не
нарушил запрет. Это и есть обход закона. Правило о запрете обхода закона
ориентирует суды на то, что им необходимо смотреть на цель
установления соответствующих норм, а не упираться в формулировки.
1
Отсутствие целевого понимания права – большая проблема нашего
правоприменения. Если ВАС РФ уже неоднократно применял целевое
толкование права, то нижестоящие суды пока, к сожалению, неохотно идут
на это. И эта новая норма об обходе закона как раз призвана приучить
суды перейти на целевое понимание права. Теперь у них есть для этого
прямое основание, указанное в законе. Суд должен понимать, что,
применяя норму о злоупотреблении правом (в том числе в форме действий
в обход закона), он помогает развиваться правопорядку и делает так, что в
результате зло не получает защиту.
Последствия злоупотребления правом
В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1
настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом
характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в
защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также
применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ).
В случае если злоупотребление правом выражается в совершении
действий в обход закона с противоправной целью, последствия,
предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку
иные последствия таких действий не установлены настоящим кодексом (п.
3 ст. 10 ГК РФ).
1
Рыбаков В.А., Теория функций гражданского права (методологические и воспитательные
аспекты): Монография - М.: Статут, 2016. с-106
87
Если злоупотребление правом повлекло за собой нарушение права
другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим
убытков (п. 4 ст. 10 ГК РФ).
– Раньше на случай злоупотребления правом было предусмотрено
только одно последствие: отказ в защите права, которым злоупотребляет
лицо. Теперь появилась возможность взыскания убытков, а также некие
«иные меры». Какие это могут быть меры? Под ними имеется в виду
признание сделки недействительной, если при ее заключении допущено
злоупотребление правом?
Примерами могут служить постановления Президиума ВАС РФ от
22.11.11 № 17912/09, ФАС Западно-Сибирского округа от 01.04.13 по делу
№ А70-3210 /2012.
– Если правом злоупотребляет лицо, обратившееся в суд за защитой
этого права (истец), то по-прежнему самое простое последствие – это отказ
в защите принадлежащего права. «Иные меры, предусмотренные законом» –
это скорее всего отсылка к пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса (о том,
что никто не вправе извлекать преимуществ из своего недобросовестного
поведения ). Так, если правом злоупотребляет ответчик, то суд отказывает
ему в предоставлении преимуществ, которые он хотел получить и мог
получить, если бы с его стороны не имело место злоупотребление правом.
Например, практике известны случаи, когда суды в качестве санкции за
злоупотребление правом отказывали ответчику в применении срока
давности, о пропуске которого он заявил.
Кроме того, не исключено, что упоминание «иных мер,
предусмотренных законом» включено в пункт 2 статьи 10 Гражданского
кодекса с прицелом на будущее. Возможно, со временем в практике
появятся такие ситуации злоупотребления правом, которые потребуют
применения новых специальных последствий. Упоминание о неких
специальных «иных последствиях» действий по обходу закона (п. 3 ст. 10
88
ГК РФ), вероятно, включено с той же целью – на будущее. Пока таких
специальных последствий в Гражданском кодексе нет.
1
Что касается признания сделки недействительной на том основании,
что при ее заключении было допущено злоупотребление правом, то на
сегодняшний день это не является одной из «иных мер», упоминающихся в
пункте 2 статьи 10 Гражданского кодекса. Сделка признается
недействительной со ссылкой на пункт 1 статьи 10 (запрет на
злоупотребление правом ) и статью 168 Гражданского кодекса
(недействительность сделки, не соответствующей закону).
Проще говоря, если сделка нарушает запрет на злоупотребление
правом, то она не соответствует требованиям закона, а значит, ничтожна.
После вступления в силу новой редакции статьи 168 Гражданского кодекса
такая сделка может быть оспоримой или ничтожной в зависимости от того,
имело место посягательство на публичные интересы либо права и
охраняемые законом интересы третьих лиц или нет.
Итак, подведем некоторые итоги данной главы.
Нецелесообразность, а во многих случаях невозможность
нормативного закрепления точных границ субъективных прав и обязанностей
участников гражданских правоотношений делают необходимым
использование механизма "плавающей" границы меры дозволенного или
должного поведения. Эта граница в каждом конкретном случае с учетом
конкретных обстоятельств устанавливается судом или сторонами договора
(по взаимному добровольному согласию) с учетом принципа социальной
справедливости вкупе с принципами разумности и добросовестности.
Принцип добросовестности как общий принцип права опосредованно
выражается во многих нормах и институтах обязательственного права, как
бы растворяясь в огромном массиве гражданского законодательства.
1
Шиян О.В. О некоторых вопросах применения принципа добросовестного поведения
участников гражданских правоотношений // Гуманитарные и юридические исследования.
2013. № 3. с-65
89
Иными словами, принцип разумности и добросовестности является
одной из составляющих более общего принципа - принципа социальной
справедливости.
Требование социальной справедливости в большинстве случаев его
"подразумевания" в нормах ГК РФ возлагает на субъекта обязанность выбора
справедливой величины одного из линейных параметров (характеристик) в
целом достаточно определенного действия. Наряду с этим социальной
справедливостью могут обусловливаться не только отдельные параметры
описательно-результативных моделей поведения, но и их совокупные
качественные характеристики.
Нередко обязанность надлежащего выполнения точно определенных
описательно-результативных моделей поведения подкрепляется требованием
разумности качества действий или их результата. Например, ч. 2 ст. 469 ГК
РФ гласит: "При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве
товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей,
для которых товар такого рода обычно используется". Данное правило
действует в случаях отсутствия в договоре качественных характеристик
модели поведения, каковой является предоставление товара, или когда
имеющихся характеристик недостаточно.
90
Заключение
Процесс эволюции категории «добросовестности » характеризуется
длительностью и неравномерностью. В дореволюционный период
соблюдение требований добросовестности позволяло защититься от
обвинения в краже и снизить размер ответственности. С развитием
товарно-денежных отношений добросовестность стала учитываться при
виндицировании вещи, а также в качестве условия снижения либо
увеличения гражданско-правовой ответственности. В советский период в
условиях господства государственной собственности, государственного
планирования расширение сферы действия категории «добросовестность»
не произошло, однако она по-прежнему учитывалась при виндикации.
Следовательно, закрепление категории «добросовестность » в
законоположении это объективный, естественный процесс,
продиктованный необходимостью эффективной защиты участников
отношений от недобросовестности третьих лиц (контрагента). Процесс
эволюции категории «добросовестность » позволяет заметить ее связь с
торговым оборотом. И приобретательная давность, и презумпция
добросовестности, и принцип добросовестности, и защита добросовестного
приобретателя являются продуктом развития и роста гражданского оборота.
При этом наука гражданского права не выработала единого
универсального определения понятия «добросовестность». Считаем, нет
необходимости как в доктринальном, так и в законодательном определении
данного понятия, иначе пришлось бы пожертвовать гибкостью,
эластичностью данного понятия, индивидуальным подходом к каждому
конкретному делу. Вместе с тем данный вывод не опровергает
необходимость выработки критериев применения данного понятия.
Добросовестность следует рассматривать как совокупность
объективного и субъективного элементов, что обусловлено необходимостью
91
учёта при разрешении конкретного дела как внутреннего отношения лица к
своим действиям с точки зрения осознания им противоправности либо
правомерности своих действий, желание причинить ущерб третьим лицам,
либо извинительное заблуждение в своей правоте.
Учащение случаев недобросовестного поведения и злоупотребления
правом в современных экономических условиях выявило проблему
соотношения данных правовых конструкций. Пока соотношение данных
правовых категорий остается спорным и неоднозначным в науке
гражданского права и судебной практике, поскольку выявлено множество
противоречивых, а в большинстве взаимоисключающих позиций в
цивилистике, что обусловлено сложностью данных правовых явлений для
теоретического осмысления и практического применения. Считаем,
данные категории взаимно пересекающимися. Проникновение рыночных
отношений в экономику России привело к появлению презумпции
добросовестности. Законодатель при регулировании гражданско-правовых
отношений исходит из добросовестности субъектов гражданского права,
обеспечивая их защиту.
Презумпция добросовестности осуществляет регулирование
общественных отношений путем признания субъектов гражданских
отношений добросовестными, а также освобождая их от доказывания своей
добросовестности, поскольку недобросовестность лица доказывает тот, кто
утверждает об этом путем предоставления доказательств. Презумпция
добросовестности характеризует субъекта путем презюмирования, в
частности, его честности, правдивости, порядочности. Установления факта
недобросовестности субъекта права влечет последствия, предусмотренные
гражданским законодательством, в частности, взыскание убытков,
неустойки, отказ в признании права.
Анализ соотношения принципа добросовестности с принципами,
закрепленными в ст. 1 ГК РФ, показал, с одной стороны, его