65
9. В 2014 году гражданин Бойцов А.В. подал иск к ООО «Строй-гид» о
защите авторских прав, указав, что является автором каталога
проектов дачных домов и бань, размещенных на сайте ответчика в
интернете без указания авторства и без ведома на то автора.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения
апелляционным определением областного суда, в удовлетворении
исковых требований истцу было отказано. Однако судебная
коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской
Федерации не согласилась с постановлениями нижестоящих судов.
Согласно Статье 1228 Гражданского кодекса РФ, при рассмотрении
дел, связанных с вопросами авторского права на результаты
интеллектуальной деятельности, суду для корректного и
правильного разрешения спора необходимо установить, кто на
самом деле является автором результата интеллектуальной
деятельности, и является ли вообще объект спора результатом
интеллектуальной деятельности, согласно перечню результатов
интеллектуальной деятельности, приведенному в Статье 1225
Гражданского кодекса РФ. В данном случае, суд первой инстанции
этой необходимостью пренебрег, и не установил, каким именно
охраняемым результатом интеллектуальной деятельности являются
графические эскизы, представленные истцом. Кроме того, отказывая
в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции
пришёл к выводу о том, что истец не сумел доказать свое авторство
на спорные произведения, в то время как на самом деле истец
предоставил данные о том, что в 2012 году Российским авторским
обществом было осуществлено депонирование экземпляра каталога,
который стал объектом спора, и истец числится автором данного
каталога. Соответственно, согласно Статье 1300 Гражданского
кодекса РФ, авторство истца презюмируется. Суд первой инстанции
также пришёл к выводу об исчерпании права, предусмотренного
66
Статьей 1272 Гражданского кодекса РФ, в то время как данный
принцип предусматривает возможность участия в гражданском
обороте именно экземпляра произведения, правомерно введённого в
этот оборот, без дальнейшего согласия правообладателя, не наделяя
участников гражданского оборота правом по своему усмотрению
использовать сам результат интеллектуальной деятельности без
выплаты вознаграждения правообладателю. В соответствии со
Статьей 1276 Гражданского кодекса РФ без согласия автора или
иного правообладателя и без выплаты вознаграждения допускается
лишь воспроизведение и распространение изготовленных
экземпляров, сообщение в эфир или по кабелю, доведение до
всеобщего сведения произведения изобразительного искусства или
фотографического произведения, которые постоянно находятся в
месте, открытом для свободного посещения, за исключением
случаев, если изображение произведения является основным
объектом использования или изображение произведения
используется в целях извлечения прибыли. Ссылаясь на положения
Статьи 1276 Гражданского кодекса РФ как на ещё одно основание
для отказа в удовлетворении исковых требований истца, суд не учёл,
что графические эскизы, являющиеся результатами творческого
труда истца, не относятся к перечисленным в названной норме права
результатам интеллектуальной деятельности. Кроме того, сеть
«Интернет» – это информационно-телекоммуникационная сеть,
которая не является местом, открытым для свободного посещения,
по смыслу Статьи 1276 Гражданского кодекса РФ, что судом первой
инстанции также учтено не было. А потому судебная коллегия по
гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
постановила отправить это дело на дальнейший пересмотр, и в
конечном счете иск был удовлетворен
1
.
1
Определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской
67
10. В 2008 году граждане Б. и Т. (именно так фигурируют во всех
судебных документах по данному вопросу) подали иск к АО
«Дятьковский хрусталь» о взыскании денежных средств за
нарушение авторских прав ссылаясь на то, что ответчиком на
протяжении 2004 – 2007 годов воспроизводились массово в
промышленности и распространялись произведения авторов без
договора с правообладателем и без заключения соответствующей
лицензии с Российским авторским обществом, что является, по
мнению истцов, нарушением авторских прав. Истцы просили
взыскать в пользу Т. 600 тысяч рублей за 5 произведений
декоративно-прикладного искусства и в пользу Б. – 10 миллионов 80
тысяч рублей за 6 произведений декоративно-прикладного
искусства. Решением суда первой инстанции, оставленным без
изменения определением суда второй инстанции, в удовлетворении
исковых требований Б. и Т. было отказано. Судебная коллегия по
гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации с
выводами нижестоящих судов не согласилась. При рассмотрении
дела судом было установлено, что 6 произведений декоративно-
прикладного искусства были созданы гражданином Б.Е. в период с
1968 по 1976 год, и авторские права на них перешли истцу Б. по
наследству. Данные произведения декоративно-прикладного
искусства были признаны авторскими произведениями
заключениями художественного совета. Суд пришел к выводу о том,
что к правоотношениям сторон подлежит применению Закон
Российской Федерации от 9 июля 1993 г. № 5351-I «Об авторском
праве и смежных правах», который действовал в период, когда
ответчиком были воспроизведены промышленным путем и
распространялись произведения, созданные Б.Е. Отказывая в
Федерации от 26 мая 2015 г. № 84-КГ15-4
68
удовлетворении исковых требований Б., суд исходил из того, что все
произведения декоративно-прикладного искусства, изготовленные
автором Б.Е., были созданы им в рабочее время за счет предприятия
в порядке выполнения служебных обязанностей, в связи с чем
исключительные права на использование произведений
принадлежат ответчику. Однако суд не учёл, что Закон Российской
Федерации «Об авторском праве и смежных правах» введен в
действие с 3 августа 1993 г., то есть после создания Б.Е.
произведений декоративно-прикладного искусства. Суд
руководствовался Статьей 16 Закона Российской Федерации «Об
авторском праве и смежных правах», согласно которой автору в
отношении его произведения принадлежат исключительные права
на использование произведения в любой форме и любым способом,
включая права на воспроизведение и распространение экземпляров
произведения. Однако важен тот факт, что Б.Е. работал на заводе в
качестве шлифовщика-алмазчика, при этом доказательств,
свидетельствующих о том, что в круг его служебных обязанностей
входило создание произведений декоративно-прикладного
искусства, не представлено. Служебное задание могло быть дано
работодателем только в пределах трудовых функций работника, а
соответственно каких-либо доказательств, свидетельствующих о
том, что произведения декоративно-прикладного искусства, по
поводу которых возник спор, являются служебными, нет. Важен
также и тот факт, что во время работы Б.Е. на предприятии, завод
полностью признавал авторство Б.Е., своевременно выплачивая
авторские гонорары через Всесоюзное агентство по авторским
правам. Признавал авторство Б.Е. на изделия декоративно-
прикладного искусства также и ответчик. Также при вынесении
решения суд первой инстанции указал, что истец не представил
доказательств, подтверждающих неправомерное использование
69
созданных Б.Е. произведений. В подтверждение факта выпуска и
реализации ответчиком произведений декоративно-прикладного
искусства, созданных Б.Е., истец сослался на размещенные в сети
«Интернет» сведения о выпускаемой акционерным обществом
продукции по состоянию на июнь 2008 года, прейскуранты цен
выпускаемой продукции, фотокопии CD-диска, купленного в
магазине ответчика, с чеком и официальной информацией о выпуске
продукции, ее изображением и каталогом по состоянию на 8 апреля
2004 года. Таким образом, истец в соответствии с разъяснениями,
данными в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда
Российской Федерации от 19 июня 2006 г. № 15 «О вопросах,
возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с
применением законодательства об авторском праве и смежных
правах», представил суду доказательства, подтверждающие факт
использования произведений декоративно-прикладного искусства
ответчиком. Доказательств, подтверждающих, что акционерным
обществом выполнены требования Закона Российской Федерации
«Об авторском праве и смежных правах» при использовании
произведений, созданных Б.Е., ответчик суду не представил. В этой
связи первоначальное решение суда было отменено, и дело было
отправлено на пересмотр
1
.
11. В 2014 году Управление Федеральной службы государственной
регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области
обратилось в суд с иском к муниципальному бюджетному
учреждению «Институт градостроительного планирования
Волгограда «Мегаполис» о взыскании компенсации за нарушение
исключительных прав, принадлежащих Российской Федерации, а
1
Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской
Федерации от 13 сентября 2009 г. № 83-В09-10
70
именно о взыскании 60 000 руб. за использование координат
пунктов государственной геодезической сети без наличия
соответствующего разрешения. Арбитражный суд волгоградской
области удовлетворил требования истца в полном объеме, на
апелляционном суде решение оставили без изменений, а вот Суд по
интеллектуальным правам затем такое решение отменил, решив, что
на геодезические координаты исключительные права государства
распространяться не могут. В связи с кассационной жалобой,
поданной истцом, дело ушло на рассмотрение в Верховный Суд РФ.
В кассационной жалобе Управление Росреестра ссылалось на то, что
в соответствии со Статьей 1259 Гражданского кодекса РФ
географические, геологические и другие карты, планы, эскизы и
пластические произведения, относящиеся к географии, топографии
и к другим наукам, относятся к объектам авторского права, а также
указывало на Статью 10 Федерального закона от 18 декабря 2006 г.
№ 231-ФЗ «О введении в действие части четвертой Гражданского
кодекса Российской Федерации», в которой сказано, что
«исключительное право на результаты интеллектуальной
деятельности в области геодезии и картографии, которые получены
ранее за счет средств республиканского бюджета РСФСР и
составлявшей союзный бюджет части государственного бюджета
СССР и находятся на территории Российской Федерации, в том
числе на материалы государственного картографо-геодезического
фонда Российской Федерации, признается за Российской
Федерацией, если это исключительное право не было передано или
не принадлежало другому лицу в соответствии с законодательством
Российской Федерации». Судебная коллегия по экономическим
спорам Верховного Суда Российской Федерации указала, что
Управление Росреестра обладало в полной мере полномочиями на
обращение в суд в соответствии с пунктами 7.1.32 и 7.1.35
71
Положения об Управлении Федеральной службы государственной
регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области,
утвержденного приказом Росреестра от 28 октября 2009 г. № 328,
поскольку в данном положении указано, что Управление Росреестра
осуществляет государственный геодезический надзор за
геодезической и картографической деятельностью, передачей
геодезических и картографических материалов и данных в
картографогеодезические фонды, а также за хранением и
использованием этих материалов и данных. Из указанного выше
следует, что Управление Росреестра имеет право в полной мере
представлять интересы Российской Федерации по делам, связанным
со спорными вопросами в области исключительного права на
результаты интеллектуальной деятельности в сфере геодезии и
картографии, а также защищать эти интересы в судебном порядке.
Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и
апелляционной инстанции руководствовались пунктом 1 Статьи
1259, пунктом 2 Статьи 1260, пунктом 1 Статьи 1304, пунктом 1
Статьи 1334, пунктом 1 Статьи 1335, а также Статьей 1311
Гражданского кодекса РФ и ссылались на неправомерное
использование сведений федерального картографо-геодезического
фонда ответчиком, который использовал данные без разрешения на
то правообладателя. Данные сведения картографо-геодезического
фонда были созданы за счет средств федерального бюджета, а также
относятся к объектам авторского и смежного с ним права, а потому
их использование должно осуществляться исключительно на
основании договора, заключенного с правообладателем.
Суд по интеллектуальным правам отменил принятые ранее
судебные акты, в связи с тем, что посчитал выводы судов о том, что
координаты пунктов государственной геодезической сети являются
объектами авторского права, необоснованными. Аргументировано
72
это было тем, что определение геодезических координат
представляет собой технический процесс, а именно измерения,
производимые при помощи приборов и математических формул, а
соответственно не несет в себе творческий характер.
Рассмотрим более подробно статьи Гражданского кодекса и другие
нормативные акты, на которые ссылался суд в своем решении. Так,
в соответствии со Статьей 1259 Гражданского кодекса РФ,
результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к
ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров,
работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая
охрана, являются в том числе географические, геологические и
другие карты, планы, эскизы и пластические произведения,
относящиеся к географии, топографии и к другим наукам. В
соответствии со Статьей 9 Федерального закона от 26 декабря 1995
г. № 209-ФЗ «О геодезии и картографии», геодезические,
картографические, топографические и иные подобные материалы и
данные, в том числе в цифровой форме, полученные в результате
осуществления геодезической и картографической деятельности и
находящиеся на хранении в федеральных органах исполнительной
власти, а также подведомственных этим федеральным органам
организациях, образуют государственный картографо-геодезический
фонд Российской Федерации. Согласно Статье 10 Закона о геодезии
и картографии, результаты геодезической и картографической
деятельности, которые были получены за счет средств федерального
бюджета, а также ранее за счет средств республиканского бюджета
РСФСР и составлявшей союзный бюджет части государственного
бюджета СССР и находятся на территории Российской Федерации,
включая материалы государственного картографо-геодезического
фонда Российской Федерации, являются федеральной
собственностью. Статьей 11 Закона о геодезии и картографии
73
определено, что исключительные права на результаты
геодезической и картографической деятельности признаются и
осуществляются в соответствии с гражданским законодательством.
Статьей 10 Федерального закона от 18 декабря 2006 г. № 231-ФЗ «О
введении в действие части четвертой Гражданского кодекса
Российской Федерации» установлено, что исключительное право на
результаты интеллектуальной деятельности в области геодезии и
картографии признается за Российской Федерацией, если это
исключительное право не было передано или не принадлежало
другому лицу в соответствии с законодательством Российской
Федерации. Распоряжение исключительным правом на результаты
интеллектуальной деятельности в области геодезии и картографии
от имени Российской Федерации осуществляется в порядке,
установленном Правительством Российской Федерации. В
настоящее время такой порядок определен постановлением
Правительства Российской Федерации от 3 августа 2012 г. № 793.
Выводы о том, что сам по себе федеральный картографо-
геодезический фонд, как совокупность систематизированных
материалов и данных может являться объектом смежных прав, были
признаны необоснованными, поскольку указанные обстоятельства
не подлежали установлению при рассмотрении данного дела, ибо
иск был заявлен о защите авторских прав. В этом случае под
правовую охрану подпадает не уникальная систематизация
цифровых картографических материалов в целях обработки ЭВМ и
не содержимое этих материалов как базы данных – объект смежных
прав, но система картографо-геодезических материалов, созданных
за счет федерального бюджета. Таким образом, выводы о том, что на
материалы и данные федерального картографо-геодезического
фонда не распространяются исключительные права Российской
Федерации, поскольку координаты пунктов государственной
74
геодезической сети не признаются результатом интеллектуальной
деятельности, необоснованны. Процесс создания геодезических и
картографических материалов и данных может носить как
технический и производственный характер, так и быть процессом
научной деятельности, то есть носить творческий характер. Вопрос
о том, была ли система координат государственной геодезической
сети создана в результате творческой или технической
деятельности, подлежит установлению при новом рассмотрении
дела судом первой инстанции. Таким образом, дело направили на
пересмотр. В конечном итоге требования истца были удовлетворены
в полном объеме, то есть ответчику пришлось выплатить 60 тысяч
рублей
1
.
3.3. Вывод
По результатам проведенной нами работы, мы можем подытожить
следующие предложенные нами в ходе работы идеи по совершенствованию
текущего законодательства в области защиты прав авторов на результаты
интеллектуальной деятельности:
1. Более тесная интеграция предприятий, НИИ и ВУЗов в патентную
систему, создание на законодательном уровне инструментов по
упрощению получения патентов доверенными организациями.
2. Передача судебных разбирательств по вопросам защиты прав на
результаты интеллектуальной деятельности в ведомство судов по
интеллектуальным правам, и соответственно учреждение единой
системы специализированных арбитражных судов по
интеллектуальным правам.
3. Уточнение в Статье 1301 ГК РФ «Ответственность за нарушение
исключительного права на произведение» порядка определения
1
Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда
Российской Федерации от 8 апреля 2015 г. № 306-ЭС14-5432 по делу № А12-
18806/2013