23
Перфекционизм – это стремление к безупречности во всем, что касается
себя и других, что часто приводит к откладыванию важных дел на
неопределенное время или отвлечению на мелочи. Примеры:
«Она должна выполнять свою работу без малейшего изъяна».
«Я должен чувствовать себя идеально в каждый момент».
«В моем доме должен царить абсолютный порядок». Ключевые слова:
«совершенно», «идеально», «безупречно», «максимально», «на все сто»,
«или..., или...». [33, с. 85]
Эмоциональная аргументация – это процесс, при котором человек
принимает собственные эмоции как окончательную истину, игнорируя все
объективные данные и контрдоказательства. Такой подход часто приводит к
ошибочным выводам. Например:
«Чувство беспокойства у меня означает надвигающиеся беды».
«Мои внутренние сомнения ставят под сомнение даже подтвержденное
медицинское заключение о моем здоровье».
«Если я чувствую вину, то непременно что-то сделал не так».
Используемые формулировки включают: «чувствую», «ощущаю»,
«переживаю», «знаю», «убежден».
Эмоциональная аргументация может также проявляться в уверенности,
что личные чувства неопровержимо свидетельствуют о реальности событий.
Примеры:
«Мое ощущение тревоги неизбежно предвещает катастрофу».
«Мои опасения о здоровье заставляют меня думать о возможной
болезни, несмотря на врачебные заключения».
«Чувство вины является доказательством моей вины». Включенные
ключевые выражения: «чувствую», «убежден», «ощущаю», «испытываю»,
«уверен». [33, с. 86]
Магическое мышление воспринимается как убеждение в возможности
воздействовать на реальные события с помощью мыслей или действий, что
24
часто связано с попытками чрезмерного контроля над неуправляемыми
явлениями. Примеры:
«Мои пессимистичные представления могут притягивать несчастья».
«Необходимость в точном исполнении ритуала для избежания беды».
«Молитвы и магические действия могут предотвратить
авиакатастрофу». Ключевые слова: «если..., то...», «только если»,
«обязательно», «должно», «необходимо», «непременно». [33, с. 86]
Когниции (как адаптивные, так и дезадаптивные) проявляются на трех
уровнях. Автоматические мысли (например, «Я слишком устал, чтобы что-
нибудь делать») находятся на поверхностном уровне. Также имеются
промежуточные убеждения, например условные предположения («Если я
попробую завязать отношения, меня отвергнут»). На самом глубоком уровне
находятся глубинные убеждения относительно себя, других людей и мира в
целом («Я беспомощен», «Другие люди навредят мне», «Мир опасен»). Для
долгосрочного улучшения эмоционального состояния и поведения нужно
работать на всех трех уровнях. Модификация автоматических мыслей и
лежащих в их основе дисфункциональных убеждений приводит к устойчивым
изменениям. [4, с. 25]
Негативные убеждения – убеждения, которые лежат в основе проблем и
могут препятствовать движению к устремлениям. [2, с. 373]
Позитивные убеждения – адаптивные убеждения о себе, других,
будущем и мире, которые отражают сильные стороны личности, навыки,
способности и чувство принадлежности. [2, с. 373]
Основной принцип когнитивной модели заключается в том, что
восприятие ситуации непосредственно влияет на эмоции, физиологию и
поведение. Эллис был одним из первых, кто обратил внимание на изречение
философа стоика Эпиктета: «Людей беспокоят не сами вещи, а мнения о них».
Это подтверждается фундаментальными научными исследованиями, а также
исследованиями клинических результатов. [31, с. 39]
25
Согласно когнитивной модели, автоматические мысли обычно
возникают спонтанно, часто являются краткими и мимолетными, имеют
форму мысли или образа и считаются истинными без рефлексии и оценки.
Автоматические мысли берут свое начало в системе базовых убеждений и
влияют на наши чувства и действия.
Между автоматическими мыслями, зависящими от конкретной
ситуации, и базовыми убеждениями находятся так называемые правила или
предположения. Правила – это универсальные идеи, благодаря которым у
человека формируются представления о себе, других людях или мире,
например: «у меня никогда ничего не получится»; «все остальные способнее
меня». Предположения – это условные утверждения, связывающие
поведенческие стратегии и базовые убеждения. Они существуют в формате
«если – поведение, то — результат» и, как правило, являются способом
соединить то, чего человек боится, с тем, что он делает, чтобы избежать этой
травмирующей встречи. [31, с. 43]
Например, когда у человека есть убежденность в собственной
несостоятельности, он может опасаться рисковать, так как неудача в
очередной раз подтвердит его несостоятельность. Скорее всего, он научится
избегать ситуаций, в которых может потерпеть провал, или же бросит начатое
при первых его признаках, потому что это для него менее болезненно, чем
неудача.
С другой стороны, человек с похожим убеждением, но
гиперкомпенсаторным поведением как раз склонен рисковать, так как в
противном случае его будут считать несостоятельным.
Предположения представляют собой стратегическую точку
вмешательства, поскольку они демонстрируют, как убеждения и поведение
связаны между собой. Ориентация на убеждение и соответствующее
поведение может быть особенно важна, когда человек придерживается
стратегий избегания. Например, он боится потерпеть неудачу, поэтому не
рискует и не берется за серьезное дело. Но если проанализировать вместе с
26
ним его предполагаемую несостоятельность, вряд ли бы у него нашелся
реальный опыт неудач, на который он опирается. Это касается и примера с
человеком, который боится, что его не будут любить, если он станет отклонять
просьбы других. Но если он никогда не говорит «нет», это свидетельство того,
что у него очень ограниченный опыт и ему просто не на что опираться.
1.3 Методы, приемы и функции психологической работы с
тревожностью
Человеку приходится постоянно адаптироваться по мере столкновения с
новыми для него социальными условиями, новыми людьми и требованиями
среды, в том числе и стрессогенного характера. У каждого есть свои
выработанные жизненным опытом способы борьбы со стрессом с
привлечением личностных и средовых ресурсов. Приобретая и используя
копинг-стратегии, или стратегии совладания со стрессом, личность сохраняет
целостность своей психики, свое психическое здоровье. Это является важным
фактором жизнедеятельности. [36, с. 119]
Особенности тревожных воспоминаний способствуют развитию
проблем, связанных с тревогой. Активность памяти, стимулированная
внешними обстоятельствами или сознательными усилиями, усиливает связи
между различными элементами, формируя новые ассоциации. С течением
времени для активации этих воспоминаний требуется всё меньше стимулов,
так что даже одиночный сигнал может запускать целую каскадную реакцию.
Например, тревожные воспоминания могут активировать представления о
физическом возбуждении, такие как учащённое сердцебиение или потение,
которые могут быть вызваны даже обыденными событиями, такими как
подъем по лестнице или употребление крепкого кофе. Такое физическое
возбуждение, аналогичное возбуждению при тревожности, может привести к
тому, что даже невинные ощущения воспринимаются как предвестники
27
катастрофы, например, учащенный пульс воспринимается как
приближающийся сердечный приступ, вызывая ужас у человека. [34, с. 10]
С точки зрения психологии, для преодоления тревожности важно не
только распознавание и коррекция необоснованных тревожных
воспоминаний, но и учет таких аспектов как осознанность, устойчивые
привычки, настроения, а также физические и личностные особенности.
Изучение тревожности требует глубокого понимания её корней, что
охватывает различение двух основных источников: внешних, где длительные
стрессовые ситуации стимулируют частые тревожные реакции, и внутренних,
включая психологические и психофизиологические факторы.
В академическом дискурсе тревога часто рассматривается как
отражение внутреннего конфликта, сопоставимого с постоянным состоянием
субъективно воспринимаемого страха. Такой внутренний конфликт возникает
из разрыва между субъективным восприятием угрозы в ситуации и
недостаточностью доступных средств для её нейтрализации или избежания.
Эта дилемма запускает цепочку когнитивных процессов, которая включает:
начальную оценку обстановки как опасной;
активный поиск возможных решений для преодоления возникшей
угрозы;
переоценку ситуации, что ведет к изменению восприятия и отношения к
ней. [26, с. 19]
Одним из наиболее активно изучаемых аспектов патологической
тревоги также являются когнитивные нарушения. При тревожных
расстройствах выделяют нарушения в сфере внимания и исполнительных
функций, памяти, когнитивный дефицит, а также аномальные
когнитивные и метакогнитивные установки. [8, с. 78]
В процессе консультирования по вопросам тревожности основная задача
- помочь клиенту развить осознанное отношение к своим проблемам. Это
основополагающий этап, предваряющий любые терапевтические
мероприятия, включая ведение дневниковых записей. Прежде чем приступить
28
к любому виду вмешательства, важно, чтобы клиент понял его значимость и
необходимость. Отсутствие понимания механизмов страха и стресса часто
осложняет процесс, а также на пути к осознанному отношению стоят два
распространенных препятствия.
Первое – это убеждение клиента в том, что источником его психического
и физического дискомфорта является соматическое заболевание. Второе
препятствие заключается в использовании лекарственных средств и алкоголя
для снижения уровня тревожности, что также может затруднять процесс
решения психологических проблем. [34, с. 39]
Вторая ключевая задача в терапии тревожности заключается в
коррекции завышенных или неверных восприятий угрозы. Эти искаженные
представления об угрозах составляют основу тревожных расстройств и
отличаются от боязливости или излишней осторожности, которые можно
рассматривать как чрезмерную неспособность переносить дискомфорт,
вызванный обыденными жизненными испытаниями. К таким нереалистичным
оценкам могут приводить:
получение искаженной информации;
преувеличение вероятности или степени угрозы;
заниженная самооценка клиента в отношении его способностей
противостоять угрозам.
Изменение таких восприятий угроз может осуществляться через прямые
когнитивные и поведенческие стратегии или косвенно через укрепление
общего эмоционального состояния. Когнитивные методы направлены на
развитие у клиента способности к логическому и оптимистичному мышлению.
Поведенческие техники, включая методы конфронтации, позволяют клиенту
переоценить реальность угрозы, осознав, что последствия столкновения с ней
часто оказываются менее разрушительными, чем предполагалось. [20, с. 127]
Третья важная цель в лечении тревожности – это укрепление
уверенности и улучшение способности адаптироваться к изменяющимся
условиям. Тревожность редко бывает изолированной; она часто связана с
29
общей способностью человека адаптироваться к жизненным вызовам. Взять, к
примеру, фобии, как страх перед пауками, кажется исключением, но даже
такая фобия может серьезно подорвать качество жизни, ведя к ухудшению
самооценки. Разрешение такой проблемы способствует повышению
самоуверенности и благополучия.
Часто, низкая самооценка и другие психологические сложности
действуют как основные причины тревожности, а не ее следствия.
Рассматривая тревожность как антитезу стабильности, безопасности и
доверия, можно утверждать, что последние элементы критически важны для
нейтрализации первой. Клиенты обычно сталкиваются со сложностями в
таких областях как:
- личные отношения и другие аспекты межличностного взаимодействия;
- проблемы с хроническим стрессом, связанные либо с реальными
трудностями, либо с отсутствием навыков эффективного преодоления стресса;
- трудности в преодолении последствий посттравматического
стрессового расстройства.
Поэтому консультирование в области тревожности неразрывно связано
с адресацией этих вопросов. [34, с. 40]
Четвертая задача терапевтической работы – это внедрение и развитие у
клиента эффективных стратегий решения проблем. Нередко тревожность
проистекает из базовой неспособности индивида адекватно реагировать на
повседневные вызовы. Простое сосредоточение на устранении специфической
проблемы часто оказывается недостаточным, так как тревога возвращается с
появлением новых испытаний и стрессоров. Такая склонность к тревожности
может быть обусловлена чувством неуверенности, страхом перед возможным
неуспехом, заниженной самооценкой или другими подобными установками.
Роль консультанта состоит в том, чтобы обучить клиента
универсальным методам решения проблем, которые он сможет применять для
преодоления ежедневных трудностей. По мере того, как клиент будет успешно
справляться с конкретными задачами, он научится самостоятельно
30
использовать приобретенные навыки, постепенно делая этот процесс
автономным. В итоге, приобретенные стратегии становятся внутренним
инструментом клиента, который он может эффективно использовать без
внешней поддержки. [34, с. 40]
После того как терапевтические цели установлены, следующий этап
заключается в точной артикуляции клиентских проблем. Этот процесс обычно
включает в себя определение основных трудностей клиента и выявление
событий, которые способствуют поддержанию этих проблем. Механизмы,
которые поддерживают эти трудности, обычно укрепляют и усугубляют их
присутствие в жизни человека.
Крайне важно обучить клиента методам самонаблюдения, чтобы он мог
определять события, происходящие до и после проявления проблемного
поведения. Это позволит в дальнейшем формировать комплексное понимание
динамических и постоянно меняющихся факторов, которые усугубляют или
ослабляют его страдания. Осознание собственных мыслей и внешних
событий, которые предшествуют проблемам, предоставляет ключ к контролю
и предотвращению нежелательных реакций.
В процессе диагностики также принимаются в расчет события, которые
уже произошли и не подлежат изменению. Эти аспекты требуют глубокого
осмысления, так как терапевтическое вмешательство предполагает
нахождение баланса между идеальными ожиданиями и реалистично
достижимыми результатами. Клиенту может быть полезно осознать, что
некоторые проблемы невозможно решить в изначально представленной
формулировке. В процессе терапии консультант помогает клиенту принять эту
реальность и разработать более адекватные способы формулировки своих
вызовов.
Тревожное мышление клиентов часто проявляется как драматическая
последовательность событий, каждое из которых окрашивается все более
мрачными тонами, кульминацией которой становится сценарий абсолютной
катастрофы. Эти пессимистичные интерпретации инициируют
31
физиологические реакции и поведение, которое в свою очередь порождает
дополнительные подтверждения уже существующих опасений, тем самым
закладывая основу для развития новых страхов. Так формируется замкнутый
круг тревожности, где каждый элемент взаимно усиливает следующий.
Элементы этой цепи могут включать в себя всё: от собственных чувств и
переживаний до поведения и его последствий, от личных интерпретаций до
взаимодействия с окружающими. Эти компоненты могут быть связаны
последовательным логическим рассуждением или оценочными суждениями в
духе "Это страшно, это катастрофа...". [34, с. 47]
В сущности, когнитивные искажения – это также нарушение законов
логики, адаптированные под нужды психотерапии. Логика, в свою очередь –
это наука о том, как мыслить непротиворечиво, истинно и обоснованно. [11, с.
16]
В контексте когнитивной психологии принято считать, что негативные
эмоциональные состояния как депрессия, тревожность и гнев, часто коренятся
в постоянном применении искажённых когнитивных процессов. Например, у
лиц с депрессией типично проявление чтения мыслей («Он уверен, что я
провалился»), предвидения негативных исходов («Я обязательно провалюсь»)
и самостигматизации («Я бесполезен»). У агрессивно настроенных особ также
наблюдаются чтение мыслей и персонализация («Он стремится мне
навредить», «Это оскорбление лично для меня»), а также склонность к
катастрофизации («Если они со мной не согласны, это апокалипсис»). Таким
образом, одна мысль может совмещать в себе элементы разных когнитивных
искажений. [22, с. 583]
Важно осознавать, что автоматические мысли могут иногда
соответствовать реальности: пациент действительно может не справиться с
тестом или не вызвать симпатии у окружающих. Когда мыслительные
искажения находят подтверждение в действительности (например, в случае
реальной антипатии или провала задачи), терапевту важно переориентировать
внимание на преодоление проблемы, переосмысление усилий, коррекцию
32
целей и на поиск удовлетворительных и значимых действий. Это может
помочь показать, что даже подтвердившаяся проблема не так значима, как
представлялось. К тому же, даже если первичная автоматическая мысль верна,
более значимым остаётся анализ базового предположения или условного
убеждения, что открывает новые перспективы для психологической работы.
[22, с. 584]
На примере когнитивных искажений, особенно тех, что связаны с
предсказанием будущего, где человек склонен антиципировать возникновение
отрицательных событий, применяются следующие методики:
1. Оценка уровня доверия к своим предположениям и интенсивности
сопутствующих эмоций.
2. Детализация прогноза: формулирование конкретных предположений о
том, что, где и когда может произойти.
3. Анализ плюсов и минусов: а) Оценка защитной функции беспокойства:
способствует ли оно подготовке или мотивации? Есть ли подтверждения его
полезности? б) Определение страха перед потерей контроля над тревогой и
последствий её нарастания.
4. Проверка аргументов за и против собственных предположений.
5. Оценка надежности доказательств: достаточно ли они убедительны для
нейтрального наблюдателя?
6. Идентификация когнитивных искажений, которые поддерживают
данное убеждение.
7. Поиск методов опровергнуть текущее мнение. Рассмотрение
возможностей для его проверки.
8. Применение техники вертикального спуска: анализ последствий, если
предположение окажется верным, и выяснение, почему это вызывает тревогу,
а также рассмотрение долгосрочных последствий.
9. Анализ прошлых ситуаций, когда предположения оказались неверными.
Оценка вероятности ошибки в текущем прогнозе.