13
ловушки в контролирующих отношениях, низкую самооценку, поиск
постоянного подтверждения и поддержки от других для эмоционального
благополучия, отсутствие контроля в токсичных отношениях, обращение к
таким веществам, как алкоголь, еда, работа или секс, как средство эскапизма,
неэффективные или отсутствующие личные границы, чрезмерную зависимость
от других и общее низкое качество отношений [40].
Изучение точек зрения различных исследователей на концепцию
созависимости позволило сделать следующие выводы: внутренняя сложность,
нелинейность и разнообразие этого явления; альтернативные подходы к
изучению этого состояния; различные группы людей, изучаемых на предмет их
созависимых характеристик; противоречивые гипотезы относительно
происхождения этого явления. Созависимость можно рассматривать либо как
наследственную черту человеческого разума, либо как психологический
защитный механизм, возникающий в результате жизни с зависимыми людьми.
1.2 Психологическая характеристика созависимых клиентов
Модель, описывающая четыре главные сферы личности био-психо-социо-
духовная удобна и используется для понимания особенностей личности и
механизма развития зависимости. Любая зависимость, поведенческая
эмоциональная или химическая – это комплекс специфических сложностей на
каждом из этих уровней [1; 17; 36]. Созависимость – это тоже зависимость,
поэтому для них также может быть актуальна данная модель (Е.Р. Телеватая
[41], О.Д. Агапов [1], И.Г. Малкина-Пых [18], В.Е. Никитин [24] и др.
1. Биологический аспект, включает фундаментальные эмоции, ощущения
и физиологическое функционирование организма. Оба супруга страдают от
десенсибилизации - снижения чувствительности и эмоциональной
отзывчивости из-за продолжающегося травматического опыта. Они также
испытывают депрессию, тревогу и всепроникающее чувство душевной
пустоты.
14
2. Психологическая стадия включает в себя более сложные элементы,
такие как когниции, аффективные состояния, драйвы и самовосприятие. Эта
стадия имеет решающее значение для развития идентичности человека, его
мировоззрения, понимания собственных потребностей и методов, которые он
использует для их удовлетворения. В созависимых отношениях оба партнера
сталкиваются с эмоциями неадекватности, унижения, раскаяния,
неуверенности, снижения самооценки, тревоги по поводу того, что их бросили
и поглотили, трудностями в выражении и получении здоровой близости, а
также переносом своих собственных страданий и травм. Созависимые,
неосознанно пытаясь помочь себе через других, обладают повышенной
чувствительностью к боли, которую испытывают другие. Как следствие, они
попадают в повторяющийся паттерн спасения.
3. Социальное взаимодействие, включает в себя процесс передачи и
реагирования на потребности других людей, а также определение своей роли и
предназначения в обществе. Созависимые и зависимые пары демонстрируют
подсознательные установки, гибкие границы и дефицит вербальной и
невербальной коммуникации, что определяет их роли в социальном
взаимодействии. Зависимый человек может считать, что его партнер ошибочно
ассоциирует его преданность и уважение с необходимостью работать.
Вследствие этого у человека развивается склонность к совершенствованию,
стремление к совершенству и чрезмерная ответственность за свою работу.
Люди, страдающие любовной зависимостью, могут испытывать трудности в
отстаивании собственных потребностей, установлении границ, отказывая
другим, или в признании своей неудовлетворенности нынешними
обстоятельствами. Они переходят границы, когда навязывают другим свою
точку зрения, советы и помощь, диктуя, какие действия и как эффективно
выполнять. Произнесение таких фраз, как "я не в состоянии выполнить это, я не
в состоянии управлять этим", - распространенное поведение тех, кто хочет
избежать сложных обстоятельств. Уверенность человека в истинности чего-
либо усиливается после ряда неудачных попыток достичь определенной цели.
15
Кроме того, снижается мотивация и усиливается чувство тревоги. Наркомания
предлагает убежище от опасностей и обязательств в жизни человека. Люди,
использующие стратегии избегания, часто прибегают к обману или
манипуляциям по отношению к своим близким, уклоняются от удовлетворения
собственных потребностей и рационализируют действия других людей.
Следствием этих обстоятельств может стать разочарование, вызванное
несбывшимися ожиданиями, а также наличие контроля и манипуляций.
4. Духовное измерение охватывает этические принципы человека, его
межличностные связи и веру в трансцендентную силу. Признание и принятие
недостатков и ограничений, присущих себе и миру. Духовная цель человека -
вести осознанное существование, проявляя самостоятельность в принятии
решений и принимая на себя полную ответственность за их последствия.
Созависимые борются с самодостаточностью, что приводит к проблемам в
установлении личных этических рамок, ограниченной автономии и нелогичной
вере в свою способность изменить поведение других людей. Это усиливает их
комплекс спасителя [40].
Созависимые, как и другие люди, склонны устанавливать прочные связи с
теми, кто обладает схожими слабостями и потребностями. В любых условиях
люди с созависимостью предпочитают поддерживать связь с конкретным
человеком, а не рисковать ее разорвать. Созависимые люди боятся
предпринимать необходимые действия для изменения собственного поведения
таким образом, чтобы улучшить отношения и побудить партнера сделать то же
самое. Они предпочитают оценивать ответы партнера в соответствии с
собственными ожиданиями, а не вести открытый диалог. Они обнаруживают
данные, которые подтверждают их пессимистические предположения
(отсутствие понимания, враждебность и т. д.). Когда ожидания предвзяты
(благоприятны, одобряемы и т. д.), люди активно ищут данные, которые им
противоречат. Таким образом, они постоянно ищут наиболее неблагоприятные
обстоятельства и, соответственно, поддерживают их в своих мыслях, эмоциях и
16
действиях. Это обусловлено их склонностью к негативу, пессимизму,
отрицанию, недоверию, ожиданию и стремлению избежать худшего [20].
Все люди имеют опыт нормального периода созависимых отношений –
младенчество. В дальнейшем он трансформируется и дополняется новыми
способами регуляции взаимодействия с окружающими при условии
постоянного присутствия отношений с родителями или лицами, их
заменившими. Б. Уайнхолд [43], Дж. Уайнхолд [43], Е.Д. Скорик [36] и др.
считают, что базовые основы отношений «я – другой» закладываются в
возрасте до 12 лет и выделяют четыре стадии индивидуального развития
человека:
1) Созависимость (6-9 месяцев от рождения), когда симбиотические
отношения между матерью и младенцем гарантирует ребенку необходимый
уход и решение первых задач коммуникации – наличие связи с другим и
создание доверия. Возраст нормативной созависимости – от 0 до ~ 3 лет (это
индивидуально). На данном этапе закладывается представление: «Я – ок. Мир –
ок». Если ребенок убеждается, что с миром в целом всѐ в порядке, основа для
личных границ заложена и можно начинать их очерчивать. Это небыстрый
процесс, начинается стадия отделения.
2) Противозависимость или контрзависимость (пик приходится на
возраст 18–36 месяцев, т. е. 2-3 года): период «Я сам», который одновременно
присутствует и у ребенка, и у родителей – стремление стать независимыми
людьми и тратить все больше времени на личные интересы, оба родителя
должны выступать в качестве буфера между ребенком и друг другом, в течение
процесса отделения. Данная подстадия включает процессы дифференциации
(5–11 месяцев), ранней практики (10-16 месяцев), возобновления дружеских
отношений (15 месяцев – 2 года), постоянства объекта (2-3 года). Главное
открытие на данном этапе: в мире, который «ок», ребенку можно не всѐ. С этим
он соглашается не сразу, проходя раз за разом через типичные стадии
отрицания-злости-торга-депрессии-смирения. Если на данном этапе родители
17
непоследовательны, агрессивны и т.д., то завершение контрзависимости и
психологическое отделение ребенка - невозможно.
3) Независимость (3-6 лет): ребенок становится способен большую часть
времени действовать автономно, но чувствует и осуществляет действия в
состоянии связи с родителями, и семьей. Это период социальных игр, когда в
игре ребенок апробирует все наблюдаемое им поведение людей его
окружающих.
4) Взаимозависимость (6-12 лет): колебания близости и отделенности;
главная задача – приобрести способность двигаться вперед и назад между
соединением и отделением, не испытывая при этом дискомфорта [43].
Кроме того, Н.М. Манухина предполагает, что степень
взаимозависимости, формирующейся во взрослой жизни, определяется тем,
насколько этот вид взаимодействия был принят на более поздних этапах жизни
и подкрепляется нашим нынешним социальным окружением, как внутри, так и
вне нашей непосредственной семьи. В подростковом возрасте (12-17 лет) люди
оцениваются по их способности представлять себя таким образом, чтобы
соответствовать своему социальному окружению, сохраняя при этом уровень
зависимости от своих родителей. В подростковом возрасте (часто между 17 и
20 годами) люди испытывают эмоциональную отстраненность от родителей,
сохраняя при этом прочные эмоциональные связи, которые помогут им перейти
в самостоятельную взрослую жизнь. Вера в то, что "это постоянное состояние
для всех", укореняется, когда значимые личности последовательно выполняют
его основные требования. Способность самостоятельно жить с другими людьми
становится сферой развития личности на протяжении периода ранней
взрослости (20-25 лет), который характеризуется межличностными связями. На
последних этапах развития характера используются ранее приобретенные
паттерны. Тем не менее, растущие сети связей вызывают новые потребности,
что приводит к изменениям, реализации новых желаний и появлению
возможностей для развития новых навыков, таких как различные типы
поведения и общения [20].
18
Таким образом, воспитание чувства собственного достоинства требует
психологической независимости. Индивиды могут прервать свое развитие в
двух разных точках: либо они остаются эмоционально и эмпатически на уровне
трехлетнего ребенка (стадия созависимости), либо они решают стать более
интровертными и отвергают то, что они воспринимают как "привязанность",
"заботу" и "близкие отношения" (стадия контрзависимости) в результате своего
прошлого травматического опыта в отношении этих элементов.
В результате надлома «Я» в связи с дефицитом любви формируются со-
ответствующие комплексы созависимого человека, что формирует условные
психологические портреты (см. табл. 1.1) [8]. В основу таблицы легли положе-
ния разных авторов: о размытых психологических границ М.Е. Серебряковой
[35], о социально-психологических предпосылок К.Э. Ибрагимова [10], о типо-
логических личностных характеристик О.И. Политика [29], В.А. Фаизовой [45],
о поведенческих проявлениях Ю.Н. Пунинской [32] и др.
Таблица 1.1
Психологические портреты созависимых людей (по Е.В. Емельяновой)
Виды
Характеристика
1
2
Портрет
человека с
комплексом
самоуничтоже
ния
Человек с комплексом самоуничижения всегда старается держаться в тени,
выглядит скромным и готовым угождать всем, кто его окружает. Постоянно
думает о том, как он выглядит в глазах других людей, что он сделал непра-
вильно, в чем виноват. Любая критика с их стороны для него невыносима.
Характерны постоянное чувство вины и стыда, страх неудачи, страх успеха,
Тайная мстительность, избегание конфликтов, хроническая неудовлетво-
ренность жизнью и др. Строит свои отношения со значимыми людьми по
принципу «Любовь через отказ от собственного суверенитета и растворение
своей психологической территории в территории партнера».
Портрет
человека с
комплексом
мучени
чес
тва
Основная черта мучеников – это несгибаемая уверенность в том, что они
жертвы и кто-то (но только не они) виноват в их страданиях. Характерны
страх одиночества, навязчивое стремление к любви, зависимым отноше-
ниям, стремление к превосходству, стремление к доминированию, власти
(открытой или тайной) и контролю, высокомерие, мстительные мысли и
желания, сниженный фон настроения и др. Мученик строит свои отношения
со значимыми людьми по принципу «Любовь через поглощение психологи-
ческой территории партнера, через лишение его суверенитета».
19
Продолжение таблицы 1.1
1
2
Портрет
человека с
садистскими
наклонностям
и
Главное в садистских наклонностях — это стремление к абсолютной власти.
Характерны нарушенное представление о связи причины и следствия,
проецирование негативного самоотношения на окружающих, эмоциональная
нестабильность, отсутствие твердых установок, принципов, стремление к
доминированию и тотальному контролю, высокая чувствительность к ду-
шевной боли, агрессивность, склонность к совершению насилия, стремление
к поглощению значимого Другого через жесткое принуждение,
бессознательное стремление «лепить» из других людей представление о не-
достижимом собственном Идеальном Я, склонность к различным злоупо-
треблениям — наркотикам, алкоголю, сексу, азартным играм, кутежам,
которые используются как средство снижения постоянной тревожности
Человек с садистскими наклонностями бдительно следит за тем, чтобы его
жертва боялась покинуть его. Он внушает ей мысль о своей сверхзначимости
для нее во всех сферах жизни, говорит о том, что все его действия нацелены
на заботу о жертве.
Портрет
человека с
комплексом
нарциссизма
Нарциссы используют других людей в качестве зеркала для отражения об-
раза необыкновенного человека. На партнера перекладывается ответствен-
ность за собственное благополучие. Необходимость видеть в отражении свое
Идеальное Я заставляет человека с комплексом нарциссизма соответствовать
собственным сверхожиданиям от себя и добиваться всеми возможными
средствами жизненно необходимого ответа «зеркальца»: «Ты, конечно, всех
милее, всех красивей и умнее».
Характерны низкая самооценка, тревожность, компенсаторное высокомерие,
страх провала, страх успеха, потребность быть всегда правым, трудности в
принятии решений, отсоединение от собственных чувств, потребность в
непрерывном восхищении, страх близости, страх быть отвергнутым и по-
кинутым, зависимость, от мнения окружающих, апатия, безынициативность
Портрет
человека с
ненасытной
жаждой
любви
Главное – невротическая потребность в любви. Для невротическая любви
характерны навязчивость, неспособность быть одному, страх одиночества,
манипулятивные способы получения внимания и любви, ненасыщаемость,
Требования абсолютной любви, постоянная ревность к партнеру,
болезненное восприятие отказа и возражений. Жаждущие любви — это
недолюбленные люди, которые вновь и вновь стремятся исправить ход
событий, вырваться из замкнутого круга недополучения любви. Но
поскольку они знают только путь, при котором после получения
вытребованных ласк и внимания, снова их теряют, то они создают именно
такие ситуации и отношения, в которых практически неизбежна потеря
любви.
Как видно из таблицы 1.1, людям свойственны различные формы
созависимых отношений:
1. Любовь через отказ от собственного суверенитета и растворение своей
психологической территории в территории партнера ( «Я – часть Его. Он –
20
лучше, умнее, интереснее, значительнее, чем я. Он – моя жизнь. Без Него я –
никто»).
2. Любовь через поглощение психологической территории партнера,
через лишение его суверенитета («Без меня Он не сможет жить. Я сильнее,
умнее, активнее. Я живу для Него»).
3. Любовь через абсолютное владение и разрушение психологической
территории объекта любви («Я абсолютен, а Он – ничтожен. Я – властелин, Он
– раб. Он должен абсолютно подчиняться мне»).
4. Любовь через отражение в значимом Другом («Любовь к Нему – это
обуза. Но я должен получать свидетельства того, что я – необыкновенный
человек. Он должен доказать, что я лучше других и достоин любви».
Нельзя не увидеть, что общим для всех них является то, что способ
отношения человека к другим людям всегда представляет собой отражение его
истинного отношения к себе. Человек, не знающий любви, не может узнать
любовь в других и не умеет любить сам.
Созависимость с точки зрения теории внутренних семейных систем
рассматривал ряд авторов: С.А. Малкина [17], Н.С. Кулиш [15], М.Н. Каешко
[13], Ю.В. Стряпухина [37] и др. Проблема исследования феномена
созависимых отношений в супружеских парах была проанализирована Я.С.
Сунцовой [39], П.Ю. Удачиной [44], В.В. Шаповаловым [46], М.Н. Ялышевой
[48], L. Panaghi [52] и др.
Рассмотрим понятие «созависимая семья». Созависимость одного члена
семьи от другого (например, жены от супруга, который злоупотребляет
алкоголем) может отражаться на других членах семьи, в первую очередь, детях
(и во взрослом возрасте в том числе).
Признаки дисфункциональной семьи, которые также можно отнести к
созависимым, по мнению В.Д. Москаленко, «отрицание проблем и
поддержание иллюзий, вакуум интимности, замороженные правила и роли,
конфликтные взаимоотношения, недифферениированность «Я» каждого члена
(«Если мама сердится, то сердятся все»), границы личности либо смешаны
21
(либо наглухо разделены невидимыми стенами), все держат секрет семьи, все
поддерживают фасад псевдоблагополучия, склонность к полярности чувств и
суждений, закрытость системы, абсолютизирование воли и контроля».
Главные особенности семей больных зависимостью: роли могут быть
перевернутыми вверх ногами – дети заботятся о родителях, родители
безответственны и беспомощны как дети, с первых дней рождения у ребѐнка
нередко возникает дефицит общения со значимыми взрослыми, повышенный
уровень конфликтности детей по причине частых семейных ссор, предчувствия
у детей, что их предадут, сделают больно, обидят, формируется сложное
амбивалентное отношение к матери (отцу) и др. Именно воспитание в
дисфункциональной семье формирует те психологические особенности,
которые составляют «почву» созависимости, а «корни» – это травмы детства,
которые выражались в насилии – физическом, духовном, сексуальном,
эмоциональном [23; 37; 43].
Проанализируем основные модели взаимоотношений:
Матери – Сыновья (зависимый супруг). Женщина, несчастливая в браке с
зависимым мужчиной, может чувствовть себя примерно так: «у меня нет
мужчины, я нуждаюсь в мужчине как в дополнении своей женской слабости,
поэтому я не могу позволить себе потерять сына. Сын – это все, что у меня
есть. Она будет идеализировать, чрезмерно опекать его. Частично ее поведение
мотивируется страхом потерять сына, в особенности потерять в пользу другой
женщины» [23, c. 58]. В результате принижения своего зависимого мужа
женщина может нарушить идентификацию сына. Начинается процесс
«демаскулинизации» либо «психологической кастрации», то есть лишения сына
мужественности.
Матери – дочери. Взаимоотношения с мамой, которая живет жизнью
своей дочери, могут влиять на отношения ее дочери с мужем, с детьми.
Болезненна зависимость может мешать дочери стать взрослой и зрелой
женщиной. Главное чувство, которое может испытывать мать при отделении
22
дочери, – это чувство отвержения, а дочь может испытывать «тревогу
отделения».
Также из поколения в поколение может передаваться понимание женской
доли: воздержание, обязательность, терпение, стойкость в перенесении боли
как физической, так и эмоциональной. Быть женщиной значить быть либо
собственностью мужчины, даже если у него есть пагубные привычки.
Интересна стратегия «жертва рождает жертву», когда женщина жертвует
своими потребностями и желаниями только ради мужа (например, алкоголика).
В результате дочь может повторить путь своей матери.
Недостаток чувства собственного достоинства и размытость
представлений о себе у матерей способствует нарушению личных границ
дочери. Свободное развитие дочери принесено в жертву ради удовлетворения
секретного желания матери улучшить свое собственное благополучие.
Отцы и дети (отец зависимый). Главная потребность детей – это любовь.
Самое болезненное чувство в детстве – это чувствовать себя отвергнутым. Не
утоленный с детства эмоциональный голод способствует чрезмерной и
болезненной привязанности к своему избраннику. Либо, например, девушка
может выбрать сценарий созависимой «мстительницы», которая живет по
принципу заставить всех мужчин мучиться [23].
Таким образом, дети их созависимых семей могут вырастать в страхе
перед жизнью, отличаться от других, прежде всего неуверенностью в себе,
враждебностью и агрессивностью, может сохраняться низкая самооценка, они
могут не верить в себя и в свои возможности.
1.3 Сущность индивидуальной консультативной работы с
созависимыми клиентами
В настоящее время предмет психологического консультирования
является достаточно размытым, и существующие сегодня определения
отражают эту размытость.