33
личности, идеи С. Карпмана [14] о драматическом треугольнике и выборе
разных ролей во взаимоотношениях (роли жертвы, спасателя, преследователя),
представления Г.И. Малейчук [19]. Дж. Уайнхолд [43], А. Пилипенко, И.
Соловьева [28], М. Битти [4] и др. о консультативной помощи созависимым
клиентам. В результате анализа проблемы созависимости данными учеными
установлено, что основная симптоматика: низкая самооценка, нарушенные
границы личности, запрет на чувства, контролирующее поведение, психология
жертвы, треугольник Карпмана, депрессия, навязчивое поведение, тревога,
неуверенность и др.
В соответствии с методологическими основами исследования нами был
использован опросный метод, реализованный посредством следующих
диагностических методик:
1. Шкала созависимости Спанн-Фишер (Spann-Fischer Codependency
Scale), Дж. Фишер, Л. Спанн, в адаптации В.Д. Москаленко для оценки уровня
созависимости (Приложение 1) [3].
2. Драматический треугольник Карпмана, A. Lac, C. Donaldson, для
описания трех социальных ролей в межличностном взаимодействии (жертва,
спасатель, преследователь) (Приложение 2) [14].
3. 16-факторный опросник Р. Кеттелла, форма А, в адаптации
А.Г. Шмелева, В.И. Похилько, А.С. Соловейчика, для диагностики степени
выраженности личностных качеств (Приложение 3).
Методы статистической обработки: с помощью программы SPSS
Statistics v. 21. распределение полученных данных проверено на нормальность
по критерию Колмогорова-Смирнова; рассчитан коэффициент линейной
корреляции r-Пирсона для измерения прочности связи между двумя
переменными: взаимосвязь между шкалой созависимости, ролями во
взаимоотношениях, личностными качествами респондентов; рассчитан
критерий t-Стьюдента для двух независимых выборок применен для анализа
различий созависимости в структуре личности и ролей во взаимоотношениях.
Описание выборки. 76 мужчин и женщин в возрасте от 25 до 35 лет:
34
- 38 респондентов (14 мужчин и 24 женщин) находятся официально
зарегистрированных отношениях с партнерами, которые имеют разные формы
зависимостей (алкогольная, игровая, сексуальная и др.). Данную группу
условно отнесли к выборке созависимых респондентов, так как данные
мужчины и женщины состоят в отношениях с зависимыми, но за
консультативной помощью ни разу не обращались.
- 38 респондентов (17 мужчин и 21 женщина), которые на момент
исследования не находятся в официальных отношениях, были ранее в
отношениях с партнерами, которые имели зависимости. Данную группу
условно отнесли к выборке несозависимых респондентов, они раннее
обращались за консультативной помощью и прошли цикл терапевтических
сессий.
2.2 Анализ результатов диагностики созависимых клиентов,
обсуждение и интерпретация
Первый этап. В результате анализа полученных данных по методике
«Шкала созависимости Спанн-Фишер» установлено, что в выборке
созависимых респондентов резко выраженная форма созависимости (М=61,76;
SD=3,15), а выборке несозависимых – умеренно выраженная форма
созависимости (М=47,71; SD=2,87). Представлены средние показатели
выраженности созависимости в двух группах респондентов (несозависимые и
созависимые) (см. рис. 2.1., табл. 2.1).
Рисунок показывает, что в выборке созависимых респондентов
показатели выраженности созависимости имеет резко выраженную степень
(М=61,76; SD=19,42), в выборке несозависимых – умеренно выраженную
степень созависимости (М=47,71; SD=17,69).
В процентном разбросе по шкале созависимости установлена высокая
степень созависимости в выборке респондентов, которые состоят в отношениях
с зависимыми партнерами: резко выраженная созависимость – 65,7%, умеренно
выраженная созависимость – 21,1%, норма – 13,2%. В свое время у
35
респондентов, которые не состоят в отношениях с зависимыми партнерами,
умеренная степень созависимости: резко выраженная созависимость – 34,2%,
умеренно выраженная созависимость – 44,7%, норма – 21,1%.
Рис. 2.1. Средние показатели выраженности созависимости в двух
независимых выборках (несозависимые и созависимые клиенты)
Резко выраженная (или высокая степень) созависимость представляет
патологическую форма взаимоотношений, характеризующаяся глубокой
поглощенностью, всесторонней вовлеченностью в жизнь другого человека,
накоплением негативных эмоций.
В результате анализа различий (см. табл. 2.1) в оценках выраженности
созависимости было установлено, что данные значения статистически выше в
выборке созависимых респондентов по сравнению с выборкой несозависимых
респондентов (t эмп. =3,298, при p=0,001).
Е.С. Иванова указывает, что созависимость труднее поддается коррекции,
созависимый не может обозначить свои собственные личные границы, чаще
отрицает или избегает проблемы, что усугубляет его психическое состояние,
способствуют формированию саморазрушающему поведению [11].
36
Таблица 2.1
Статистически значимые различия созависимости и ролей в отношениях
в выборках созависимых и несозависимых респондентов
Шкалы
Респонденты
N
Среднее
(М)
Среднекв.
отклонение
(SD)
Среднекв.
ошибка
среднего
Т критери
й Стьюде
нта
P <0,05
Шкала
созависи
мости
созависимые
38
61,76
19,42
3,15
3,298
p=0,001
несозависимые
38
47,71
17,69
2,87
Роль
жертвы
созависимые
38
5,10
1,58
0,26
2,707
p<0,01
несозависимые
38
4,13
1,55
0,25
Роль
спасателя
созависимые
38
4,59
1,35
0,22
2,478
p<0,05
несозависимые
38
3,87
1,18
0,19
Роль
преследо
вателя
созависимые
38
3,90
1,16
0,19
1,228
p=0,223
несозависимые
38
3,56
1,23
0,20
Второй этап. Драматический треугольник С. Карпмана является одним
из индикаторов созависимых отношений, в результате описания трех ролей:
спасатель, жертва и преследователь. Представлены средние показатели ролей
созависимых отношений в двух группах респондентов (несозависимые и
созависимые) (см. табл. 2.1. и рис. 2.2).
Как видно из рисунка, в выборке созависимых респондентов роль жертвы
имеет высокую степень выраженности (М=5,10; SD=0,26), роль спасателя имеет
степень выраженности выше средней (М=4,59; SD=0,22), роль преследователя
имеет среднюю степень выраженности (М=3,90; SD=0,19).
В выборке несозависимых респондентов роль жертвы имеет степень
выраженности выше средней (М=4,13; SD=0,24), роль спасателя (М=3,87;
SD=0,19) и роль преследователя (М=3,56; SD=0,20) имеют среднюю степень
выраженности.
37
Рис. 2.2. Средние показатели ролей в отношениях в двух независимых выборках
(несозависимые и созависимые клиенты)
В процентном разбросе наиболее выражена роль жертвы у 60,5%
созависимых респондентов, роль спасателя – у 39,5%, роль преследователя у –
15,8%. У несозависимых респондентов роль жертвы наиболее выражены у
26,3%, роль спасателя – у 18,4%, роль преследователя у – 7,9%.
Видно, что в группе созависимых респондентов чаще наблюдаются роли
жертвы, спасателя и преследователя. При этом в роль жертвы созависимые
респонденты играют чаще всего. Термин «жертвенность» часто употребляется,
когда идет речь о феномене созависимости, как склонность субъекта к
поведению, провоцирующему совершение преступления в отношении него. По
мнению Е.В. Емельяновой [8], она проявляется в комплексах, самоуничижения
и мученичества. Д.А. Рассохин указывает, что жертва сама провоцирует
скандал и негативное отношение к ней. Ожидая отдачи, такой человек жертвует
чем-либо. Не получив отдачу, расценивает это как ущерб, потерю, чувствует
себя обманутым. Существует и другое мнение, отождествление созависимости
и жертвенности неоправданно [33]. О.Д. Агапов трактует жертвенность в узком
смысле, как свойство личности, осознавать себя в «статусе жертвы», т.е.
подчиненной внешним обстоятельствам. Во втором случае, жертвенность
понимается «как форма свободной, добровольной духовной практики,
сущность которой – в посвящении своей жизни ценностям любви, свободы,
плодотворности, позволяющим преодолеть ―порядок насилия‖» [1, с. 92].
38
В результате анализа различий (см. табл. 2.1) в оценках ролей по
треугольнику Карпмана было выявлено, что значения роли жертвы
статистически выше в выборке созависимых респондентов по сравнению с
выборкой несозависимых респондентов (t эмп.=2,707, при p<0,01), также
значения роли спасателя статистически выше в выборке созависимых
респондентов по сравнению с выборкой созависимых респондентов (t эмп.=
2,478, при p<0,05). Можем предположить, что респонденты, которые прошли
цикл терапевтических сессий, осознанно выбирают роли творцов собственной
жизни, менее склонны к ролям жертвы, спасателя. По мнению В.Д. Москаленко
[24], цель психотерапии созависимых отношений заключается в том, чтобы
научить созависимых распознавать, свои роли и сознательно, отказаться от
ролей треугольника Карпмана. Т.А. Демидова, В.В. Сойко указывают, что
сознательное наблюдение за собственными взаимодействиями с другими
позволят определить способ, которым личность может отказаться от входа в
треугольник [6]. Несозависимый человек принимает себя таким, каков он есть,
независимо от проявления достижений, и взаимоотношений, личной силы.
Третий этап. С целью проверки наличия значимой связи созависимости
и ролей в отношениях в выборке несозависимых и созависимых респондентов
был проведен корреляционный анализ, представлены взаимосвязи шкалы
созависимости и ролей в отношениях в выборке несозависимых респондентов
(см. табл. 2.2).
Таблица 2.2
Взаимосвязь шкалы созависимости и ролей в отношениях в выборке
несозависимых респондентов
Жертва
Спасатель
Преследователь
Шкала
созависимости
Корреляция
Пирсона
0,406
*
0,223
0,179
Знач.
(двухсторонняя)
0,011
0,179
0,284
N
38
38
38
***
p<0,001;
**
p<0,01;
*
p<0,05
39
Обнаружена взаимосвязь шкалы созависимости и роли жертвы в
отношениях в выборке несозависимых респондентов (см. рис. 2.3.).
Как видно в выборке несозависимых респондентов установлена слабая
положительная связь между шкалой созависимости и ролей в отношениях
(r=0,406; р<0,05).
Рис. 2.3. Взаимосвязь шкалы созависимости и ролей в отношениях в выборке
несозависимых респондентов
Полученные данные говорят о том, что при повышения уровня
созависимости у несозависимых респондентов может развиваться роль жертвы.
Важно своевременно предупреждать данную тенденцию.
Представлена взаимосвязь шкалы созависимости и ролей в отношениях в
выборке созависимых респондентов (см. рис. 2.4.).
Рис. 2.4. Взаимосвязь шкалы созависимости и ролей в отношениях в выборке
созависимых респондентов
В выборке созависимых респондентов установлена сильная
положительная связь между шкалой созависимости и роли жертвы в
отношениях (r=0,741; р=0,001) (см. табл. 2.3).
Полученные данные говорят о том, что при ярко выраженной
созависимости у созависимых респондентов преобладает роль жертвы.
Шкала созависимости
Роль жертвы
роль преследователя
шкала созависимости
роль спасателя
роль жертвы
40
Таблица 2.3
Взаимосвязь шкалы созависимости и ролей в отношениях в выборке
созависимых респондентов
Жертва
Спасатель
Преследователь
Шкала
созависимости
Корреляция
Пирсона
0,741
***
0,803
***
0,499
**
Знач.
(двухсторонняя)
0,000
0,000
0,001
N
38
38
38
***
p<0,001;
**
p<0,01;
*
p<0,05
Обнаружена сильная положительная связь между шкалой созависимости
и роли спасателя в отношениях (r=0,803; р=0,001).
Это может означать, что при развитой созависимости роль спасателя в
отношениях часто выбирают созависимые респонденты.
Выявлена умеренная положительная связь между шкалой созависимости
и роли преследователя в отношениях (r=0,499; р=<0,01) . Может означать, что
роль преследователя чаще характерна для ярко выраженной созависимости у
респондентов.
Как пишет Д.А. Рассохин, один человек играет сразу несколько ролей, и
треугольник может крутиться в любую сторону: жертва может перейти в
преследователя, снова в жертву, затем в спасателя и наоборот. В то время, как
другой коммуникатор встаѐт на другие роли. Но таким образом, люди
удовлетворяют невротическую потребность или потребность зависимости.
Удовлетворяют так, что могут даже сами себе в этом не признаваться, а
перекладывать ответственность за зависимое или созависимое поведение на
других.
Четвертый этап. С целью исследования личности созависимого типа
использован факторный опросник Р. Кеттелла, результаты которого
представлены в Таблице 4.1 Приложения 4. На данном этапе принимало
41
участие 38 респондентов, которые состоят в отношениях с зависимыми
партнерами.
Представлена взаимосвязь шкалы созависимости и ролей в отношениях с
личностными качествами в выборке созависимых респондентов (см. рис. 2.5.).
В выборке созависимых респондентов установлена слабая отрицательная
связь между шкалой созависимости и личностной характеристикой «интеллект»
(r=-0,323; р<0,05) (см. Приложение 4, таблица 4.1). Это может означать,
респонденты с некоторой ригидностью мышления, с недостаточным уровнем
общей вербальной культуры имеют более выраженную созависимость.
Рис. 2.5. Шкала созависимости и ролей в отношениях с личностными
качествами в выборке созависимых респондентов
Обнаружена слабая отрицательная между личностной чертой
«эмоциональная нестабильность – стабильность» и шкалой созависимости (r=-
0,343; р<0,05), ролью жертвы (r=-0,407; р<0,05), ролью спасателя в отношениях
(r=-0,326; р<0,05) (см. Приложение 4, таблица 4.1). Можно предположить, что
респонденты с эмоциональной неустойчивостью, импульсивностью, низким
уровнем толерантности по отношению к фрустрации, раздражительностью,
утомляемостью более склонны к созависимости, а также ролям жертвы или
спасателя во взаимоотношениях.
шкала созависимости
интеллект
эмоц. нестабильность –
стабильность
спокойствие – тревожность
жертва
преследователь
спасатель
расслабленность –
напряженность
низкая – высокая
тревожность
42
Выявлена умеренная положительная связь между личностной чертой
«спокойствие – тревожность» и шкалой созависимости (r=0,621; р<0,01), ролью
жертвы (r=0,553; р<0,01), ролью спасателя в отношениях (r=0,564; р<0,01) (см.
Приложение 4, таблица 4.1). Полученные данные говорят о том, что
респонденты с чертами беспокойства, озабоченности, ранимости,
ипохондричности, со страхом и неуверенностью в себе, со склонностью к
самобичеванию и депрессиям, с чувством вины и недовольством собой чаще
бывают созависимыми от партнеров, а также выбирают либо роль жертвы, либо
роль спасателя.
Определена умеренная положительная связь между личностной чертой
«расслабленность – напряженность» и ролью спасателя (r=0,413; р<0,01), ролью
преследователя в отношениях (r=0,454; р<0,01), а также слабая положительная
связь со шкалой созависимости (r=0,394; р<0,05) (см. Приложение 4, таблица
4.1). Может означать, что при таких чертах, как напряженность,
фрустрированность, повышенная мотивация, беспокойство, взвинченность,
раздражительность, клиенты более созависимы и выбирают они роли либо
спасателя, либо преследователя.
Выявлена умеренная положительная связь между вторичным фактором
«низкая тревожность – высокая тревожность» и шкалой созависимости
(r=0,583; р<0,01), ролью спасателя в отношениях (r=0,562; р<0,01) а также
слабая положительная связь ролями жертвы (r=0,407; р<0,05) и преследователя
(r=0,375; р<0,05) (см. Приложение 4, таблица 4.1). Полученные данные говорят
о том, что при очень высокой тревоги респонденты имеют выраженную
созависимость и выбирают роли в отношениях жертвы, спасателя либо
преследователя.
Полученные данные можно подтвердить результатами В.В. Шаповалова,
Е.Л. Голенищевой, которые показывают, что личностная тревожность и
депрессия будут тем больше, чем выше созависимость [46]. Также наши
результаты также можно согласовать с выводами О.И. Политика, которая
указывает на то, что достоверное повышение таких факторов: «невротичность»,