Группа по созависимос ти (по медиане)=н
Диаграмма размаха по группам
Перемен.: Упрямство
Медиана
25%-75%
Мин.-Макс .
Высокий Умеренный
Ур. личн. трев-ти
0,5
1,0
1,5
2,0
2,5
3,0
3,5
4,0
4,5
Упрямство
Рис. 2.12 – Выраженность упрямства
(группа независимых)
Группа по созависимости (по медиане)=в
Диаграмма размаха по группам
Перемен.: Упрямство
Медиана
25%-75%
Мин.-Макс.
Высокий Умеренный
Ур. личн. трев-ти
0,5
1,0
1,5
2,0
2,5
3,0
3,5
4,0
4,5
Упрямс тво
Рис. 2.13 – Выраженность упрямства
(группа созависимых)
У независимых испытуемых уровень упрямства выше при умеренной
тревожности, тогда как у созависимых — при высокой.
Рис. 2.14 – Выраженность упрямства в зависимости от тревоги (на основе
дисперсионного анализа)
Группа по созависимос ти (по медиане)=в
Диаграмма размаха по группам
Перемен.: Чтение мыслей
Медиана
25%-75%
Мин.-Макс.
Высокий Умеренный
Ур. личн. трев-ти
0,5
1,0
1,5
2,0
2,5
3,0
3,5
4,0
4,5
Чтение мыслей
Рис. 2.15 – Выраженность чтения
мыслей (группа созависимых)
Группа по созависимости (по медиане)=н
Диаграмма размаха по группам
Перемен.: Чтение мыслей
Медиана
25%-75%
Мин.-Макс.
Высокий Умеренный
Ур. личн. трев-ти
0,5
1,0
1,5
2,0
2,5
3,0
3,5
4,0
4,5
Чтение мыслей
Рис. 2.16 – Выраженность чтения
мыслей (группа независимых)
В группе независимых испытуемых уровень тревожности не оказывает
влияния на когнитивное искажение «чтение мыслей», тогда как в группе
созависимых тревожность усиливает его проявление.
Рис. 2.17 – Выраженность чтения мыслей в зависимости от тревоги (на основе
дисперсионного анализа)
45
Группа по созависимости (по медиане)=н
Диаграмма размаха по группам
Перемен.: Персонализация
Медиана
25%-75%
Мин.-Макс.
Высокий Умеренный
Ур. личн. трев-ти
0,5
1,0
1,5
2,0
2,5
3,0
3,5
4,0
4,5
Персонализация
Рис. 2.18 – Выраженность
персонализации (группа
независимых)
Группа по созависимос ти (по медиане)=в
Диаграмма размаха по группам
Перемен.: Перс онализация
Медиана
25%-75%
Мин.-Макс.
Высокий Умеренный
Ур. личн. трев-ти
0,5
1,0
1,5
2,0
2,5
3,0
3,5
4,0
4,5
Персонализация
Рис. 2.19 – Выраженность
персонализации (группа
созависимых)
На графике видно, что персонализация более выражена у созависимых,
причём тревожность усиливает проявление этого когнитивного искажения.
Рис. 2.20 – Выраженность персонализации (на основе дисперсионного анализа)
46
Рис. 2.21 – Влияние личностной тревожности на выраженность
катастрофизации
Личностная тревожность увеличивает выраженность катастрофизации в
обеих группах испытуемых, особенно в группе созависимых. Вероятно, это
связано с иллюзорным восприятием опасности у созависимых, у которых может
наблюдаться недооценка реальной угрозы из-за выраженности многочисленных
психологических защит и, возможно, алекситимии.
Рис. 2.22 – Влияние личностной тревожности на проявление выученной
беспомощности
47
На графике видно, что тревожность повышает выраженность проявлений
выученной беспомощности, особенно в группе независимых. Вероятно, это
связано с иллюзорным восприятием реальности у созависимых, которые часто
переоценивают свои силы и возможности в лечении зависимого родственника.
Кроме того, для созависимых обычно характерна активная позиция в отношении
помощи близкому, поэтому выученная беспомощность у них выражена слабо.
Рис. 2.23 – Влияние личностной тревожности на проявление максимализма
Тревожность усиливает проявление максимализма, главным образом, в
группе независимых испытуемых. Это, вероятно, связано с ограниченностью
ситуаций, в которых созависимые могут проявлять максимализм без ущерба для
собственной самооценки. Иными словами, созависимые обычно «скованы»
проблемой зависимого близкого и часто не могут позволить себе резких
высказываний или действий, чтобы не ухудшить и без того напряжённые
отношения с окружающим миром.
48
Рис. 2.24 – Влияние личностной тревожности на преувеличение опасности
Тревожность усиливает проявление когнитивного искажения
«преувеличение опасности» как у независимых испытуемых, так и у
созависимых, причём у независимых этот эффект выражен сильнее.
Эволюционно тревожность возникла как механизм предупреждения об угрозах,
что имело ключевое значение для выживания как людей, так и животных. Она
повышает готовность человека к адекватному восприятию и нейтрализации
угрожающих факторов, а также к бегству или самозащите.
У созависимых тревога часто возникает не в ответ на объективную
опасность, а на субъективно значимые факторы, ассоциативно связанные с
проблемой зависимости их близких. Однако именно эта субъективность создаёт
у них ощущение критической и неразрешимой ситуации. Эти факторы, как
правило, не представляют реальной угрозы, однако воспринимаются как
опасные. Таким образом, у созависимых тревога тесно связана с когнитивными
искажениями, которые помогают блокировать неприемлемые эмоции или
игнорировать факты, связанные с зависимостью их близких.
В то же время, под влиянием множества защитных механизмов,
созависимые нередко недооценивают объективную угрозу внешних факторов.
49
Это связано с их избыточной сосредоточенностью на проблеме зависимости
близких, из-за чего другие аспекты остаются вне их внимания.
Таким образом, личностная тревожность оказывает значительное влияние
на выраженность различных когнитивных искажений как у независимых, так и у
созависимых испытуемых. У независимых тревога чаще связана с реалистичной
оценкой угроз и активным поиском решений проблемных ситуаций. В то же
время у созависимых испытуемых выявлена более высокая выраженность
катастрофизации и преувеличения опасности, что свидетельствует о том, что
тревожность у них связана с тенденцией воспринимать ситуацию как
критическую и неразрешимую.
Выявленные различия между группами подчеркивают, что тревожность
оказывает разное влияние на когнитивные искажения у независимых и
созависимых испытуемых. В частности, у созависимых выявлено значимо более
высокое выражение катастрофизации, выученной беспомощности и
преувеличения опасности, тогда как по другим когнитивным искажениям
различий между группами не обнаружено.
2.3. Обсуждение результатов эмпирического исследования
Анализ полученных данных показывает, что когнитивные искажения
оказывают значительное влияние на формирование тревожных состояний у
испытуемых с различным уровнем зависимости. Высокий уровень тревожности
действительно зафиксирован у большинства участников. Однако, согласно
критерию Манна-Уитни, статистически значимые различия между группами
наблюдаются только по таким когнитивным искажениям, как
«катастрофизация», «преувеличение опасности» и «выученная беспомощность».
Это указывает на связь тревожности именно с этими когнитивными ошибками, а
не с созависимостью в целом, что согласуется с выводами Н.Г. Артемцевой о
роли когнитивных искажений в повышенной тревожности. В то же время у
50
независимых испытуемых эти когнитивные искажения проявляются менее ярко,
что свидетельствует о более адаптивных механизмах восприятия угроз.
Кроме того, результаты исследования показывают, что созависимые лица
часто испытывают хроническую тревогу, которая формируется под влиянием
субъективных факторов, связанных с проблемой зависимости близких. Данный
вывод подтверждает работы А. Бека, который указывал на тесную связь между
когнитивными искажениями, такими как преувеличение опасности и выученная
беспомощность, и высоким уровнем тревожности. У независимых испытуемых,
напротив, тревожность чаще возникает в ответ на объективные внешние угрозы,
требующие активного поиска решений.
Интересно отметить, что у созависимых испытуемых наблюдается большая
выраженность персонализации по сравнению с независимыми, что подтверждают
исследования В.Д. Москаленко. Так же следует отметить, что у созависимых
испытуемых упрямство менее выражено в отличии от независимых, что,
вероятно, связано с их склонностью пренебрегать защитой собственной позиции
в ситуациях, угрожающих самооценке.
Наконец, выявленные различия в выраженности когнитивных искажений
подчеркивают важность индивидуальных особенностей эмоционального
реагирования. Результаты подтверждают данные Е.С. Легкостаевой, которая
отмечала, что лица с менее выраженными признаками зависимости
демонстрируют большую эмоциональную гибкость. Это проявляется в меньшей
подверженности когнитивным искажениям и более сбалансированном
эмоциональном состоянии, что подтверждает тезис о большей адаптивности этой
группы испытуемых.
На основе результатов исследования нами были сформулирвоаны
следующие практические рекомендации.
Психологическая коррекция катастрофизации и максимализма
Психологическая коррекция катастрофизации и максимализма
представляет собой одно из ключевых направлений в снижении уровня
ситуативной тревожности у лиц с созависимыми формами поведения.
51
Катастрофизация, как склонность воспринимать возникающие проблемы в
гипертрофированном, угрожающем ключе, формирует бурную эмоциональную
реакцию на стрессовые события, приводя к субъективному ощущению
беспомощности и отсутствия контроля над ситуацией. Максимализм, в свою
очередь, характеризуется стремлением к идеальному результату и завышенными
ожиданиями как от себя, так и от окружающих. В ситуациях, когда реальность
не соответствует этим ожиданиям, возникает чувство разочарования,
обостряющее тревожное состояние и усиливающее эмоциональную
нестабильность.
Для коррекции данных когнитивных искажений рекомендуется
использовать методы когнитивно-поведенческой терапии, которые направлены
на выявление и трансформацию деструктивных мыслей в более реалистичные и
адаптивные установки. Например, участникам предлагается вести дневник
автоматических мыслей, в котором они фиксируют ситуации, вызывающие
тревогу, и свои первоначальные эмоциональные и когнитивные реакции. В
случае катастрофизации человек записывает свои мысли, связанные с
преувеличением угрозы: «Это катастрофа, я никогда с этим не справлюсь» или
«Эта проблема разрушит всё, что я строил». После фиксации мысли участник
учится анализировать ситуацию рационально, задавая себе следующие вопросы:
«Какова реальная вероятность того, что произойдёт самое худшее?», «Что я могу
сделать, чтобы уменьшить последствия этого события?», «Какие менее
пугающие объяснения можно найти?». Постепенная практика позволяет снизить
эмоциональный накал и развить более конструктивное восприятие проблемы.
Для коррекции максимализма рекомендуется использование техники
рационального стандарта, направленной на снижение завышенных ожиданий.
Участникам предлагается проанализировать свои требования к себе и другим,
выявить их нереалистичность и заменить на более гибкие установки. Например,
человек, стремящийся к идеальному результату, может фиксировать мысли: «Я
должен быть лучшим», «Моя работа должна быть идеальной, иначе это провал».
В процессе коррекции его обучают переформулировать такие мысли в более
52
реалистичные: «Я сделаю всё, что в моих силах, и этого будет достаточно»,
«Невозможно всегда быть лучшим, но я могу стремиться к улучшению и ценить
то, что уже достиг». Конкретный пример — ситуация, в которой человек
получает критику на работе: вместо того чтобы воспринимать это как
доказательство своей некомпетентности, он учится видеть конструктивные
аспекты замечаний и использовать их для дальнейшего роста.
Важной частью работы является обучение участников техникам
критического мышления, которые помогают различать факты и субъективные
интерпретации. Например, в случае сильного волнения перед публичным
выступлением участник фиксирует мысль: «Все будут смеяться надо мной, если
я совершу ошибку». Психолог помогает проанализировать эту мысль с точки
зрения фактов: «Как я могу знать, что все будут смеяться?», «Бывало ли так, что
люди поддерживали меня, даже когда я ошибался?», «Что самое худшее может
произойти, если я допущу ошибку?». Такой подход позволяет снизить уровень
тревожности, связанной с катастрофическим восприятием событий.
Практическим примером коррекции катастрофизации и максимализма
может служить метод градуированного воздействия на проблему. Участникам
предлагается разделить сложную задачу на несколько более мелких и
достижимых этапов. Например, если человек воспринимает предстоящий проект
как неразрешимую проблему и начинает паниковать, ему предлагают выделить
отдельные шаги: проанализировать требования, составить план, назначить сроки
выполнения каждой части работы. Это помогает снизить эмоциональное
напряжение и даёт ощущение контроля над ситуацией. Максимализм в этом
случае корректируется через акцент на процессе выполнения задачи, а не на
идеальном результате.
Развитие навыков эмоциональной саморегуляции
Развитие навыков эмоциональной саморегуляции является важным
направлением работы с лицами, у которых наблюдается высокий уровень
ситуативной и личностной тревожности на фоне когнитивных искажений.
Эмоциональная саморегуляция позволяет человеку контролировать