55
под наименованием, использование которого способно вызвать впечатление
о существующей связи между данной компанией и органами публичной
власти только в случае, если на это предварительно получено разрешение
соответствующего должностного лица[15]. Для коммерческих обозначений
английский Закон о компаниях выделил главу 41, которая с момента
вступления в силу заменила Закон о коммерческих обозначениях 1985 г.
(Business Names Act)[10]. Характер содержащихся в данной главе
предписаний схож с соответствующими нормами главы 5 о наименованиях
компаний. Законодательство США, как известно, специфично своей
многоуровневой структурой, с предоставлением штатам широкого спектра
полномочий для регулирования корпоративных отношений. Единообразный
торговый кодекс США (Uniform Commercial Code) всеобъемлющей
кодификацией торгового права не является и отношений по созданию
корпораций и использованию фирменных наименований и коммерческих
обозначений не регламентирует. Каждый американский штат имеет
собственное корпоративное законодательство. Причем во многих субъектах
федерации оно не кодифицировано. Большинство законов штатов о
корпорациях имеют в своей основе Модельный закон о
предпринимательских корпорациях (Model Business Corporation Act)[18]. На
сегодняшний день его одобрили и ввели в действие целиком или в
значительной части более половины американских штатов. Например, третья
переработанная редакция данного акта действует в Аризоне, Флориде,
Иллинойсе и других штатах. В то же время корпоративные законы таких
влиятельных штатов, как Нью-Йорк, Калифорния, Техас, на Модельном
законе не основываются[22]. В отличие от ГК РФ, большинство законов
отдельных американских штатов содержит норму, дозволяющую лицу
зарезервировать новое название для своей будущей компании на срок до 120
дней. Интересно, что § 4.02 Модельного закона разрешает передачу прав на
зарезервированное имя (reserved name) другому лицу при условии
уведомления соответствующего регистрирующего органа. Похожее
56
понимание соотношения исследуемых средств индивидуализации закреплено
в законодательстве Канады. Согласно ст. 2 канадского Закона о товарных
знаках 1985 г., коммерческое обозначение (trade name) есть имя, под которым
ведётся бизнес, независимо от того совпадает оно или нет с наименованием
корпорации, товарищества или именем индивидуального
предпринимателя[41]. Одним из заслуживающих внимания применительно к
данной проблематике является законодательство Франции. Современное
французское право достаточно чётко разграничивает исследуемые средства
индивидуализации. В то же время, как и в случае с законодательством
Великобритании, США и Канады, точного эквивалента известного
российскому праву коммерческого обозначения французский закон не
знает[45]. Данному понятию во французском праве в целом соответствует
термин "nom commercial", который означает не совпадающее с фирменным
наименованием название, используемое для индивидуализации
предпринимательской деятельности организации или индивидуального
предпринимателя. В качестве наиболее близкого аналога фирменного
наименования во французском праве используются понятия "denomination
sociale" и "raison sociale"[3]. Правовой режим фирменных наименований во
Франции покоится на ст. 10 bis Парижской конвенции по охране
промышленной собственности 1883 г., которая обязывает государств-
участников обеспечить эффективную защиту от недобросовестной
конкуренции. Статья 8 Парижской конвенции, в свою очередь, служит
основой для правовой регламентации коммерческих обозначений.
Коммерческий кодекс Франции 2000 г. ограничивается предписаниями
технического характера относительно структуры и содержания фирменных
наименований[2]. Так, согласно ст. L. 223-1 Коммерческого кодекса,
товарищество с ограниченной ответственностью имеет наименование
(denomination sociale), в которое может быть включена фамилия одного или
нескольких участников, и которому должны непосредственно
предшествовать или за которым должны непосредственно следовать слова
57
"товарищество с ограниченной ответственностью" или аббревиатура "SARL"
(societe a responsabilite limitee) и, что немаловажно, указание уставного
капитала. Практически такие же предписания для полных товариществ и
акционерных компаний установлены в ст. L. 221-2 и ст. L. 224-1
Коммерческого кодекса Франции[11].
Следует отметить, что Кодекс интеллектуальной собственности
Франции 1992 г. не содержит специальных норм, посвящённых фирменным
наименованиям и коммерческим обозначениям. Вместе с тем эти средства
индивидуализации упоминаются в статьях L. 711-4, L. 713-6 данного акта.
Первая из указанных норм устанавливает запрет на регистрацию
тождественных или сходных до степени смешения с фирменными
наименованиями или коммерческими обозначениями товарных знаков, в
случае существования опасности введения публики в заблуждение[16].
Причём, в отличие от фирменного наименования, коммерческое обозначение
может служить препятствием для регистрации товарного знака только в
случае приобретения таким обозначением известности на территории всей
страны[23]. Согласно ст. L. 713-6 Кодекса интеллектуальной собственности
Франции, регистрация товарного знака не препятствует использованию
тождественного или сходного обозначения в качестве фирменного
наименования или коммерческого обозначения, если такое использование
было начато ранее регистрации товарного знака, а также в случае если
данные средства индивидуализации содержат имя владельца бизнеса и такое
использование осуществляется им добросовестно. Примечательно, что
наряду с фирменными наименованиями и коммерческими обозначениями
данные статьи Кодекса интеллектуальной собственности Франции выделяют
и защищают такое средство индивидуализации, как вывеска (enseigne)[3].
Таким образом, французский законодатель не закрепляет
исключительных прав на фирменные наименования и коммерческие
обозначения и статуса интеллектуальной собственности им с
однозначностью не придаёт. Режим использования и защиты этих
58
интеллектуальных продуктов во французском праве можно охарактеризовать
как разработанный фрагментарно[60]. Несколько иной статус имеют данные
средства индивидуализации в праве Федеративной Республики Германия.
Прежде всего, стоит напомнить об устойчивом влиянии, которое германские
законы оказывали и продолжают оказывать на отечественное право[46].
Сами термины "фирма" и "фирменное наименование", употребляемые в
различных законодательных актах Российской империи, СССР и России,
являются очевидной калькой известных германскому торговому праву
понятий "Firmen" и "Firmennamen". В противовес большинству зарубежных
нормативных актов соответствующей проблематики, § 17 Германского
торгового уложения (далее ГТУ) дает легальную дефиницию фирмы:
"фирменным наименованием (Firmennamen) коммерсанта является
наименование, под которым он ведет свои дела и ставит свою подпись"[44].
Сопоставляя это понятие с нормой § 1 ГТУ, согласно которой коммерсантом
является лицо, занимающееся коммерческой деятельностью, можно
констатировать, что германское право закрепляет особое средство
индивидуализации коммерческой организации - фирменное наименование. В
то же время, в отличие от российского права, германский закон дозволяет
иметь фирменное наименование не только коммерческому юридическому
лицу, но и индивидуальному предпринимателю, гражданское имя которого
вследствие этого может не совпадать с его торговым именем (фирмой)[40].
§§ 18, 30 ГТУ, формулируя требования, предъявляемые к фирменному
наименованию, закрепляют, что оно должно быть пригодным для
обозначения коммерсанта и обладать различительной силой, чётко отличаясь
от всех фирменных наименований, которые уже существуют в той же
местности или общине и зарегистрированы в торговом реестре или реестре
кооперативов. После проведения первоначальной регистрации коммерсанта
его фирменное наименование дополняется пометкой "зарегистрированный
коммерсант"[54]. Но данной регистрации германский закон, в отличие от
российского, не придаёт правообразующего значения, так как
59
исключительное право на фирменное наименование возникает в силу
использования этого средства индивидуализации в коммерческом
обороте[58].
Также принципиально важно, что фирменное наименование согласно
§§ 22, 23 ГТУ может быть передано в порядке универсального или
сингулярного правопреемства вместе с передачей торгового дела, что в корне
разнится со ст. 1474 ГК РФ, запрещающей распоряжение исключительным
правом на фирменное наименование[10]. Очевидно, что данные нормы ГТУ в
немалой степени повлияли на развитие дискуссии по вопросу о правовой
природе фирмы среди дореволюционных цивилистов. Это также отразилось
на содержании ст. 12 Положения о фирме 1927 г. и п. 2 ст. 132, п. 2 ст. 559
ГК РФ, которые в ранее действовавшей редакции относили фирменное
наименование к составу предприятия и позволяли распоряжаться им при
отчуждении данного имущественного комплекса[42]. Коммерческими
обозначениями согласно ст. 5 Закона ФРГ о защите товарных знаков и иных
обозначений 1994 г. признаются символы компаний и названия
произведений. При этом под символами компаний закон понимает
обозначения, используемые в процессе коммерческой деятельности в
качестве названий, фирменных наименований, средств индивидуализации
предприятий и других внешних проявлений предпринимательской
активности[39]. Таким образом, зарегистрированная надлежащим образом
фирма коммерческой организации при условии приобретения признака
известности рассматривается законом как частный случай коммерческого
обозначения и является охраноспособным объектом интеллектуальной
собственности в данном статусе[53]. Вторую группу коммерческих
обозначений - названия произведений - составляют названия или
специальные обозначения печатных публикаций, кинематографических
работ, музыкальных и драматических произведений, а также иных подобных
обозначений. Практика Верховного суда ФРГ подтверждает, что
коммерческие обозначения, состоящие из фамилий, также охраноспособны
60
на основании ст. 5 Закона о товарных знаках, причём независимо от частоты
употребления фамилий. Данный критерий, однако, влияет на объём
предоставляемой обозначению правовой охраны [51].
Подчеркнём, что в соответствии со ст. 15 процитированного Закона
обладатели коммерческих обозначений имеют исключительные права на
использование данных средств индивидуализации. Следовательно, в отличие
от английского, американского и французского вариантов охраны
исследуемых нами средств индивидуализации, германское право однозначно
рассматривает коммерческое обозначение, частным случаем которого
является фирма, в качестве интеллектуальной собственности. Иной вариант
правового регулирования фирменных наименований и коммерческих
обозначений продемонстрирован в законодательстве Швеции[52]. К
средствам индивидуализации в гражданском праве этой страны относятся не
только фирма и коммерческое обозначение, но и вторичный символ
(secondary symbol). Для собирательного именования коммерческих
обозначений и вторичных символов ст. 1 Закона Швеции о коммерческих
обозначениях 1974 г. вводит общий термин "символы предпринимательской
деятельности" (business symbols)[50].
Шведский подход к рассматриваемой проблематике состоит в том,
что коммерческое обозначение есть наименование, под которым коммерсант
осуществляет предпринимательскую деятельность. То есть к коммерческим
обозначениям следует относить и фирменные наименования. Как и
законодательство Германии, шведский закон предоставляет обладателю
коммерческого обозначения исключительное право в отношении данного
средства индивидуализации[58]. Оно может возникнуть как на основании
регистрации обозначения в торговом реестре, так и в силу приобретения им
известности в результате использования. Поскольку предпринимательская
деятельность ведется в большинстве случаев путём организации той или
иной формы юридического лица, коммерческие обозначения в виде
61
фирменных наименований приобретают защиту посредством
регистрации[51].
Под вторичными символами понимаются прочие отличные от
коммерческих обозначений средства, индивидуализирующие коммерческую
деятельность лица. Их перечня закон не содержит. Как предусматривает ст. 2
Закона о коммерческих обозначениях, исключительное право на вторичный
символ возникает только при условии приобретения им известности в
пределах определённой территории, без какой-либо регистрации. Достаточно
своеобразно урегулировано положение фирменных наименований и
коммерческих обозначений в законодательстве Португалии[59]. Принятый в
1995 г. Кодекс промышленной собственности этой страны относит к
средствам индивидуализации, в том числе названия и эмблемы предприятий.
Режим фирменных наименований Кодексом не урегулирован. Последние
подлежат внесению в торговый реестр и могут быть защищены на основании
специального Закона от 13 мая 1998 г. N 129/98. Говоря о названиях и
эмблемах предприятий (то есть коммерческих обозначениях), нельзя не
отметить, что португальский законодатель достаточно подробен в их
описании. Хотя ст. ст. 228 - 244 Кодекса промышленной собственности не
содержат легальной дефиниции данного интеллектуального продукта, анализ
закона позволяет сделать вывод, что названия и эмблемы предприятий
представляют собой средства индивидуализации принадлежащего
юридическому или физическому лицу имущественного комплекса, который
используется в ходе предпринимательской деятельности[18]. Согласно ст.
229 Кодекса, название предприятия может состоять, в частности, из
вымышленных обозначений, исторических имен (с соблюдением некоторых
ограничений), фирменного наименования собственника предприятия, его
псевдонима. Статья 230 Кодекса предусматривает, что эмблемами
предприятия могут служить обладающие различительной способностью
изображения, фигуры, композиции, внешнее оформление заведения, а также
комбинации данных элементов с объектами, перечисленными в ст. 229
62
Кодекса. В отличие от большинства зарубежных государств, основанием
возникновения исключительного права на коммерческое обозначение
португальский закон считает его регистрацию в национальном органе,
уполномоченном в области интеллектуальной собственности. При этом
португальского законодателя не смущает явное противоречие такого
требования ст. 8 Парижской конвенции[4]. Статья 242 Кодекса
устанавливает, что срок действия зарегистрированного исключительного
права на коммерческое обозначение составляет 20 лет и может продлеваться
неограниченное число раз. Проведённый анализ позволяет резюмировать, что
мировая законодательная практика весьма разнообразна при описании
правового режима фирменных наименований и коммерческих
обозначений[17]. Действующему законодательству иностранных государств
известны такие средства индивидуализации, как фирменные наименования,
обозначения предприятий и предпринимательской деятельности субъекта в
целом, логотипы компаний, специальные обозначения печатных публикаций,
кинематографических работ, музыкальных и драматических произведений.
Указанным средствам индивидуализации далеко не во всех государствах
придаётся статус интеллектуальной собственности. Основания
возникновения прав на эти объекты также заметно рознятся[15]. Даже в
случае предъявления требования о регистрации данных средств
индивидуализации она не всегда имеет правообразующее значение.
Показательно, что даже на уровне Европейского союза, где уделяется
большое внимание вопросам гармонизации законодательств государств-
членов, не принято специальной директивы или регламента, которые бы
устанавливали единообразный правовой режим фирменных наименований и
коммерческих обозначений. Между тем существуют соответствующие акты
Европейского союза, посвящённые товарным знакам, географическим
указаниям и защите конкуренции[47].
Изложенные противоречия служат катализатором ведущейся
юристами многих стран в течение достаточно длительного периода
63
дискуссии о необходимости внесения изменений в ст. 8 Парижской
конвенции с целью уточнения статуса коммерческих обозначений и развития
правовой защиты данных средств индивидуализации. Замечания о
необходимости редактирования данной статьи вполне справедливы, ведь в
ней не определено понятие коммерческого обозначения, не указаны объекты,
индивидуализируемые им и не установлены границы действия
исключительного права на это средство индивидуализации[49]. Очевидно,
что изменения в данную статью с неизбежностью потребуют пересмотра
содержания норм российского гражданского права, что ещё раз подчеркивает
необходимость внимательного отношения к описанной проблематике и
обеспечения участия отечественных цивилистов в соответствующих
международных дискуссионных форумах. Вместе с тем мы полагаем
возможным сделать, по крайней мере, три принципиальных вывода по
итогам проведенного исследования[53].
Во-первых, согласно наиболее распространенной в мировой практике
точке зрения, коммерческое обозначение представляет собой не
совпадающее с товарным знаком средство индивидуализации собирательного
внешнего проявления предпринимательской деятельности. То есть не только
предприятия, но и бизнеса в целом, отдельных его компонентов, а также
самого субъекта прав. Как и товарный знак, коммерческое обозначение
оказывает значительное влияние на формирование репутации
предпринимателя, но не ограничивает своё действие конкретными
производимыми товарами[50].
Во-вторых, фирменное наименование охраняется в большинстве
государств в качестве одной из разновидностей коммерческого обозначения.
Именно последнее средство индивидуализации является ведущим в
исследуемой паре, общим по отношению к частному[61]. Следовательно,
чтобы получить надлежащую защиту, фирменное наименование должно как
минимум соответствовать критериям, которые закон предъявляет к
коммерческому обозначению.
64
В-третьих, ключевым моментом, с которым закон, как правило,
связывает возникновение прав на коммерческие обозначения и фирменные
наименования, является интенсивность их использования в гражданском
обороте. Только в случае приобретения этими средствами индивидуализации
известности в результате их использования им может быть обеспечена
полноценная правовая защита[61]. Представляется, что такие
законодательные решения заслуживают дальнейшего теоретического
осмысления и могут быть использованы при совершенствовании
соответствующих институтов российского гражданского права.
4.2. Пути совершенствования законодательства в сфере правового
регулирования прав на коммерческое обозначение в
Российской Федерации
Правовой основой торгового законодательства является Конституция
РФ. В соответствии с конституционными принципами осуществляется
нормативно-правовое регулирование коммерческой деятельности. Поскольку
установление правовых основ единого рынка находится в ведении
Российской Федерации (п. «ж» ст. 71 Конституции РФ), правовое
регулирование отношений в сфере оптового товарооборота осуществляется
федеральными законами и иными нормативными правовыми актами
федерального уровня[40]. Роль субъектов Российской Федерации в правовом
обеспечении торговой деятельности заключается в основном в принятии
региональных целевых программ, направленных на удовлетворение спроса
на товары в соответствующем регионе, государственной поддержке местных
рынков. Между тем в соответствии с федеральным законодательством и
заключёнными договорами о разграничении предметов ведения и
полномочий между органами государственной власти Российской Федерации
и органами государственной власти субъектов РФ субъекты РФ вправе
осуществлять нормативное правовое регулирование организации оптовой и
розничной торговли своего региона. Ряд статей закрепляют
основополагающие принципы коммерческого права (8, 9, 34, 35, 71, 72)[47].