64
С 1 сентября 2019 г. состав суда для рассмотрения каждого уголовного дела
формируется путем использования АИС. Для этого в ГАС «Правосудие»
разработана подсистема «Модуль распределения дел». В случае невозможности
использования в суде автоматизированной информационной системы
допускается формирование состава суда в ином порядке, исключающем влияние
на его формирование лиц, заинтересованных в исходе судебного
разбирательства
1
.
Исходя из буквального толкования части первой ст. 30 УПК РФ
посредством АИС должны распределяться только уголовные дела, а при
широком толковании данной нормы применение АИС возможно и при
формировании состава суда по рассмотрению обращений в порядке ст. 125 и
125.1 УПК РФ. Однако соответствующий модуль в ГАС «Правосудие» пока не
разработан.
Поэтому распределяет обращения председатель суда (уполномоченное им
лицо), что зачастую порождает, в том числе, обоснованные сомнения участников
уголовного судопроизводства в объективности и беспристрастности
сформированного таким способом состава суда
2
.
Кроме того, в пользу применения АИС свидетельствует тот факт, что в
настоящее время судьи, осуществляющие судебный контроль на досудебных
стадиях уголовного судопроизводства, не отделены от судейского корпуса,
рассматривающего уголовные дела по существу. Поэтому распределение
уголовного дела председателем суда судье, ранее рассматривавшему жалобы по
данному делу в порядке ст. 125 УПК РФ, порождает заявления об отводе судьи,
рассмотрение и разрешение которых затягивает процедуру судебного
разбирательства.
С учетом изложенного считаем, что для предупреждения коррупционных
рисков, а также в обеспечение открытости деятельности судебной системы,
1
О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации:
Федеральный закон от 29.07.2018 № 228‑ ФЗ [Электронный ресурс] – Режим доступа:
http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_304447/.
2
Шереметьев И. И. Использование цифровых технологий при рассмотрении уголовных дел в
суде: реальность и перспективы // Lex Russica. 2019. № 5 (150). С. 117-131.
65
формирование состава суда для рассмотрения обращений, поступающих в суд на
досудебных стадиях уголовного процесса, следует осуществлять с
использованием автоматизированной информационной системы (подсистемы
«Модуля распределения материалов судебного контроля» ГАС «Правосудие»).
До его разработки в целях оптимизации данного направления судебной
деятельности предлагается использовать расширительное толкование
положений ч. 1 ст. 30 УПК РФ, которое позволяет формировать состав суда для
рассмотрения обращений, поступающих в суд на досудебных стадиях
уголовного процесса, с использованием автоматизированной информационной
системы.
Несовершенство действующего законодательства, регулирующего
использование современных Интернет-технологий в антикоррупционной
деятельности государственных органов, является одной из главных причин
неэффективной борьбы с коррупцией в России. Данное утверждение
подтверждается практикой работы органов прокуратуры по борьбе с
коррупцией. Ранее уже отмечалось, что для противодействия коррупции органы
прокуратуры помимо предоставленных процессуальных и надзорных
полномочий должны максимально эффективно использовать весь арсенал
информационных ресурсов и технологий. Для этих целей Президентом России
был утвержден Национальный план противодействия коррупции, где сказано,
что необходима «детальная настройка» на основе пошагового анализа
правоприменительной и судебной практики, в том числе активное внедрение
компьютерных технологий для выявления фактов коррупции
1
.
В то же время, проведенный анализ показал, что в настоящее время
реализация важнейших целей и задач прокурорского надзора в сфере
противодействия коррупции затрудняется тем, что действующая редакция
Федерального закона от 17 января 1992 г. № 2202-I «О прокуратуре
1
О Национальном плане противодействия коррупции на 2018-2020 гг.: Указ Президента РФ
от 29 июня 2018 г. № 378 // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2018. № 15. Ст. 1729.
66
Российской Федерации»
1
не регламентирует должным образом два важнейших
антикоррупционных направления:
1) правовой режим прокурорских надзорных проверок, проводимых в
отношении должностных лиц государственных органов, на основании
электронного обращения, направленного на официальный сайт органа
прокуратуры;
2) работу с анонимными жалобами и обращениями граждан,
поступившими на Интернет-сайт органа прокуратуры.
Учитывая тот факт, что усиление контроля за жалобами и обращениями
граждан, отправляемыми на официальный сайт органов прокуратуры в целях
противодействия коррупции, является «наиболее актуальным вопросом в сфере
расширения информационных возможностей антикоррупционной борьбы»
2
,
считаем, что необходимо принять меры к совершенствованию
антикоррупционного законодательства.
Для этого предлагается детализировать в Законе о прокуратуре (либо в
нормативных документах) правовой режим проведения надзорных проверок в
отношении должностных лиц государственных органов по жалобам,
организованных по фактам, изложенным обращениях, поступивших на
официальный сайт органов прокуратуры. При этом следует обратить внимание
на основания их проведения; круг полномочных субъектов и объектов,
применяемый инструментарий; порядок привлечения специалистов; правила
документирования и процессуального оформления результатов проверки, а
также на срок и порядок обжалования результатов проверки.
Отдельное внимание также предлагается уделить регламентации работы с
анонимными обращениями, в том числе, поступившими через Интернет-сайт и
1
О прокуратуре Российской Федерации: Федеральный закон от 17 января 1992 г. № 2202-I (в
ред. от т 1 октября 2019 г. №328-ФЗ) // Ведомости Съезда народных депутатов Российской
Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 8. Ст. 366.
2
Какителашвили М. М. Современные технологии в деятельности органов российской
прокуратуры по обеспечению законности правовых актов // Сборник статей «Проблемы
укрепления законности и правопорядка: наука, практика, тенденции». Минск, 2015. С. 233-
240.
67
содержащими сведения о готовящихся, совершаемых или совершенных
коррупционных правонарушениях. Дело в том, что закон сегодня не позволяет
рассматривать в качестве основания для проведения прокурорской проверки
сведения, содержащиеся в анонимных обращениях, направленных на
официальный сайт органов прокуратуры.
Прежде всего, проблема заключается в том, что действующая редакция
Федерального закона от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения
обращений граждан Российской Федерации»
1
(далее – Закон № 59-ФЗ) не
содержит понятия «анонимное обращение». На это неоднократно обращалось
внимание в научной литературе, где предлагалось законодательно закрепить
соответствующую дефиницию. С таким подходом мы полностью согласны, так
как формулировка «анонимное обращение» неоднократно используется в самых
разных законах, а, значит, требует уточнения.
Кроме того, особое внимание следует уделить разрешению вопроса о
допустимости использования анонимного обращения, направленного на
официальный сайт органа прокуратуры, как источника информации для
проведения прокурорами проверки при наличии в таковом сведений о
готовящихся, совершаемых или совершенных правонарушениях (в том числе,
коррупционных).
Следует отметить, что согласно п. 1 ст. 10 Закона о прокуратуре в органах
прокуратуры в соответствии с их полномочиями разрешаются все заявления,
жалобы и иные обращения (в том числе электронные, направленные через
Интернет), содержащие сведения о нарушении законов.
Помимо этого, Федеральный закон «О порядке рассмотрения обращений
граждан РФ» (далее – Закон № 59-ФЗ) в части 1 статьи 11 также не исключает
возможности проведения прокурором проверки в рамках разрешения
анонимного обращения, направленного через Интернет, по существу в случае
1
О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации: Федеральный закон от
02.05.2006 № 59-ФЗ (в ред. от 27 декабря 2018 г. №528-ФЗ) // Собр. Законодательства Рос.
Федерации. 2006. №19. Ст. 2060.
68
наличия в нем сведений о факте нарушения закона.
Другое дело, что и пункт 1 ст. 10, и пункт 2 ст. 21 ФЗ «О прокуратуре РФ»
в буквальном смысле подчеркивают, что речь в данном обращении должна идти
об уже совершенном противозаконном деянии. Однако считаем, что данное
обстоятельство не является критичным с точки зрения допустимости
проверочных мероприятий со стороны прокурора. Но в таком случае возникает
вполне резонный вопрос об источнике информации, являющемся основанием
для применения ст. 25.1 ФЗ «О прокуратуре РФ», согласно которой в целях
предупреждения правонарушений и при наличии сведений о готовящихся
противоправных деяниях прокурор (его заместитель) направляет в письменной
форме должностным лицам предостережение о недопустимости нарушений
закона.
Вышесказанное позволяет сделать вывод о необходимости приведения
статьи 10 и статьи 21 Закона о прокуратуре в соответствие со ст. 25.1Закона о
прокуратуре, а также с частью 1 статьи 11 Закона № 59-ФЗ. В этой связи
необходимо формулировку «нарушении законов» в первом предложении пункта
1 статьи 10, а также слова «о фактах нарушения закона» в абзаце втором пункта
2 статьи 21 заменить словами «готовящихся, совершаемых и совершен- ных
нарушениях закона». Считаем, что будет способствовать повышению
эффективности антикоррупционной деятельности прокуратуры по
рассмотрению жалоб и обращений, в том числе, направленных через Интернет,
а также поможет решить вопрос о допустимости использования анонимного
обращения, направленного через Интернет, а также содержащего сведения о
готовящихся, совершаемых и совершенных нарушениях, в качестве основания
для проведения прокурорской проверки.
Не менее значимым направлением оптимизации борьбы с коррупцией с
помощью сети Интернет является совершенствование форм и методов правового
просвещения граждан по вопросам противодействия коррупции. Это
способствует формированию антикоррупционного правосознания и правовой
культуры личности и общества. В связи с этим необходимо совершенствовать
69
работу в области антикоррупционной пропаганды с использованием Интернет-
технологий. В этом смысле полезным может оказаться опыт
антикоррупционного просвещения и антикоррупционной пропаганды,
накопленный ФБК и его лидером – Алексеем Навальным. Необходимость
дальнейшего распространения опыта А. Навального, а также других Интернет-
блогеров, таких как Карл Волох, который на своей странице в Facebook
раскрывает особенности коррупции в Украине или российский видеоблогер Илья
Варламов, который провел собственное расследование касаемо коррупции в
Челябинской области, для правового просвещения, формирования правового
сознания граждан, а также для организации антикоррупционных протестных
акций, а также их эффективность подтверждены практикой.
Одним из наиболее важных инструментов антикоррупционного
просвещения является антикоррупционный мониторинг. В.А. Номоконов
считает, что сегодня антикоррупционный мониторинг – одно из наиболее слабых
звеньев формируемой антикоррупционной системы. Подтверждением этому
служит тот факт, что в нашей стране по сей день не создано какого либо органа
или структуры, которая бы осуществляла эту деятельность в полном объеме, а не
на ведомственной или региональной основе
1
.
Кроме того, большую роль могли бы сыграть в деле формирования
антикоррупционного мониторинга и просвещения специализированные сайты
правоохранительных органов, посвященные проблеме коррупции и борьбы с
ней. При этом данные исследований, проведенных в последние годы,
подтверждают, что многие такие сайты носят преимущественно «скупой,
фрагментарный и описательный характер»
2
.
Из-за этого общественность не имеет доступа к статистическим данным,
обзорам и отчетам о деятельности правоохранительных органов, связанной с
противодействием коррупции. Подобные статистические данные обычно
представляют независимые организации, однако официальную статистику по
1
Номоконов В.А., Петрова Е. Указ.соч. С. 33.
2
Номоконов В.А., Петрова Е. Указ.соч. С. 33-34.
70
данному вопросу найти крайне трудно. В связи с этим можно сделать следующий
вывод: либо официальные Интернет-ресурсы по вопросу противодействия
коррупции не используются, либо такое противодействие не осуществляется.
О необходимости оптимизации информационного мониторинга, в том
числе, путем совершенства ведомственных правовых актов, в структуре МВД
России свидетельствует недостатки в организации противодействия коррупции
в органах внутренних дел.
Как известно, в структуре МВД России функционируют подразделения
собственной безопасности, комиссии по соблюдению требований к служебному
поведению федеральных государственных гражданских служащих и
урегулированию конфликта интересов, подразделения экономической
безопасности и противодействия коррупции. Однако, практика показывает, что
в настоящее время деятельность подразделений ОВД по борьбе с коррупцией
выполняется с некоторой задержкой, т.е. только после того как в средствах
массовой информации тот или иной факт коррупции получит значительный
резонанс
1
.
В этой связи считаем необходимым уделить особое внимание повышению
эффективности информационного мониторинга сведений о фактах
коррупционных правонарушений в сети Интернет и их своевременному
освещению в СМИ.
В связи с тем, что в сфере информационных технологий и
информационных коммуникаций сегодня существуют свои специфичные формы
коррупционной деятельности, считаем, что правоохранительным органам
необходимо оперативно отвечать на новые и порой специфичные вызовы в этой
области. Для этого следует предпринять некоторые меры по совершенствованию
противодействия коррупции в информационной сфере. В первую очередь
необходимо пересмотреть ведомственные приказы МВД
1
Гоголев А.А. Применение информационных ресурсов в деятельности органов внутренних
дел по противодействию коррупции / Сборник материалов Всероссийской научно-
практической конференции. Самара, 2018. С. 167
71
России, определяющие полномочия ведомственных СМИ в сети Интернет, а
также усовершенствовать порядок работы с информацией (в том числе, о фактах
коррупции), получаемой от СМИ.
В частности, необходимо:
1) внести изменения в Приказ МВД России от 27 июня 2015 г. № 725,
определив в нем порядок и механизм публикаций и обработки информации,
получаемой от МВД, СМИ и журналистов, а также:
2) обновить Приказ МВД России от 01.01.2009 № 1, расширив
полномочия ведомственных СМИ в Интернет-пространстве.
Помимо этого важно:
1) учитывать вопросы противодействия коррупции в информационной
сфере и вопросы информационного противодействия при подготовке кадров
МВД России;
2) создать в структуре МВД России специализированные подразделения
или назначить ответственных из числа сотрудников специальных подразделений
по борьбе с коррупцией за мониторинг и реагирование на публикации в СМИ и
Интернет-факты коррупционных правонарушений;
3) разработать научные методики по повышению эффективности
деятельности ОВД в информационной сфере, а также по раскрытию и
расследованию коррупционных преступлений на основе информации,
полученной из СМИ и Интернет.
Считаем, что реализация этих мер повысит эффективность использования
Интернета в деятельности ОВД по противодействию коррупции.
К сказанному остается добавить, что мировое сообщество стремится
модернизировать антикоррупционную систему, внедрив в нее новые элементы,
такие как Интернет и СМИ. Однако сегодня данное направление не достигло
высокой эффективности, и требует доработок. В связи с этим отдельное
внимание при разработке перспективных направлений использования Интернет-
технологий в противодействии коррупции следует уделить заимствованию
передового зарубежного опыта, а именно, распространению в
72
России практики антикоррупционной борьбы тех стран, которые сегодня
демонстрируют наименьший показатель этого криминального явления.
В данном случае полезным представляется заимствование положительного
опыта Кореи и Китайской Народной Республики, на сегодняшний день
являющих мировыми лидерами по использованию Интернет- платформ и
цифровых технологий в антикоррупционной деятельности.
Считаем, что полезным для применения в российских условиях может
стать китайский опыт «гражданских доносов» (распространение информации о
фактах коррупции через социальные сети), регулярный мониторинг социальных
сетей органами власти; внедрение в российскую практику схем расследования по
информации, опубликованной в Интернет-сообществах, а также широкое
освещение в большинстве СМИ, контролируемых государством, информации об
уголовных делах, возбужденных против высокопоставленных лиц государства
по факту совершенных ими коррупционных правонарушений.
Не менее полезным может стать опыт Кореи. Не вызывает сомнения, что
корейская антикоррупционная программа OPEN, содержащая онлайн-базу
данных для повышения прозрачности власти, позволяющая осуществлять
социальный контроль за своевременным исполнением процедуры рассмотрения
заявлений, а также отслеживать и предупреждать любые задержки в этом
процессе и выявлять злоупотребления, должна послужить толчком к разработке
аналогичных он-лайн инструментов противодействия коррупции в России.
Считаем, что воспитание негативного отношения граждан к коррупции и
ко всем ее проявлениям, а также эффективное расследование любого факта
коррупции, в том числе, освещенного в соцсетях и на Интернет-ресурсах (по
примеру Китая и Кореи) могли бы помочь выработать четкую систему
противодействия коррупции с использованием всемирной сети в России,
объединить большое количество Интернет-ресурсов и достичь высокого уровня
эффективности СМИ и Интернета как мощного антикоррупционного
инструмента.
73
В связи с тем, что информационный вид борьбы с коррупцией начал
использоваться сравнительно недавно, то можно предположить, что у него на
данный момент существует масса перспектив развития.
Полагаем, что первым шагом к этому может стать грамотное
перераспределение эфирного времени на радио и ТВ с целью выделить
определенный промежуток времени для информирования населения о способах
легального и эффективного взаимодействия, а также формирования
отрицательного отношения к коррупции.
Наибольшие перспективы в данном направлении наблюдаются у сети
Интернет, так как она обладает целым рядом преимуществ. По мнению А.Н.
Казаченко, «при грамотном использовании всех преимуществ сети Интернет
будет возможна полная информационная победа над коррупцией»
1
.
Поддерживая оптимистичный настрой автора, тем не менее, считаем, что полной
победы над коррупцией (даже информационной) не удалось добиться еще ни
одному государству. Однако это не значит, что бороться с этим социальным злом
бессмысленно.
Считаем, что добиться ощутимых результатов можно, используя весь
арсенал методов: от организационно-правовых, но информационных, включая
новейшие разработки в области информационно-коммуникационных
технологий. Мы живем в век информации, использовать которую можно по-
разному, а в случае использования информации как антикоррупционного
инструмента появляется возможность пресечь коррупцию на самом раннем этапе
ее формирования, а именно, в сознании граждан.
Таким образом, оптимизация борьбы с коррупцией в России подразумевает
реализацию ряда важнейших направлений, разработанных с учетом практики их
применения в зарубежных странах. Особого внимания заслуживает
совершенствование антикоррупционного законодательства (как федерального,
так и ведомственных приказов), а также реализация
1
Казаченко А.Н. Роль СМИ и Интернет в антикоррупционной деятельности государства //
Материалы XVI Всероссийской студенческой научно-практической конференции. В 2-х
частях. Ответственный редактор С.В. Нечаева. 2018. С. 174.