84
профилактикой. Один – через СМИ и прочие медиа, а другой через
непосредственное общение с различными аудиториями, в ходе которого даются
практические рекомендации, как предотвратить коррупцию, а также обучают
чиновников, студентов и школьников антикоррупционному поведению.
На упомянутой конференции прозвучала и информация об опыте ряда
стран Юго-Восточной Азии по созданию различных специализированных
антикоррупционных ведомств. В мире появляется все больше адвокатских и
консалтинговых бюро, которые консультируют предпринимателей по поводу
того, как избежать коррупции, однако до сих пор нет комплексной и
всеобъемлющей системы антикоррупционного просвещения и воспитания
(СМИ, Интернет, ведомства, организации и т.п.)
1
.
Следует отметить, что мировое сообщество предпринимает различные
меры, чтобы модернизировать антикоррупционную систему, внедрив в нее такие
новые элементы, такие Интернет и СМИ. Однако сегодня данное направление
требует существенных доработок. В первую очередь, это касается доработки
соответствующей правовой базы.
Согласимся с мнением Д.А. Буровой, что, «следуя принципу законности
любой деятельности по противодействию коррупции в Интернете, все действия,
которые совершают разоблачители, должны оставаться в рамках действующего
законодательства и обязательно законодательно регулироваться государством»
2
.
Считаем, что именно заинтересованность государства в нормативном
обеспечении мер противодействия коррупции посредством Интернета должна
быть гарантом эффективности деятельности разоблачителей.
Однако в настоящее время в законодательстве зарубежных стран нет
достаточно эффективных норм, регулирующих «внешнее разоблачение», тем
более через Интернет (а ведь именно глобальная сеть сейчас является
1
Номоконов В.А. Указ.соч. С. 316-317.
2
Бурова Д.А. Интернет в сфере противодействии коррупции: разоблачительство и
социальные сети // Электронный научно-публицистический журнал «Homo Cyberus». 2018.
№1(4). [Электронный ресурс] - Режим
доступа: http://journal.homocyberus.ru/internet_technologies_against_corruption_w .
85
основным средством массовой информации). Не отрицая того, что в настоящее
время существуют нормативно-правовые акты о «внешнем разоблачении»,
отметим, что в них содержится много двусмысленности, отсылочных норм и
пробелов.
Помимо этого проведенный анализ показал, что ни в одном
законодательном акте мира не содержится упоминания о том, какая реакция
должна быть у контролирующих органов на появление в Интернете
разоблачительной информации. При этом в большинстве стран «защитникам
порядка» рекомендовано просматривать прессу и реагировать на «наиболее
вероятные» разоблачения. Но в данном контексте встает вопрос о том, что
является «вероятным», какой информации верить, а какой – нет, и где ее искать?
Очевидно, что проверять каждое высказывание народа в адрес властей
контролирующие органы не могут (на это требуется большое количество
времени и средств). Возможно, выходом ситуации могло бы стать создание
единого государственного сайта в каждом государстве, содержащего
специальную вкладку (рубрику), где каждый гражданин мог бы опубликовать
свое разоблачение и получить отклик государства на его публикацию.
Конечно, создать подобный сайт для государства достаточно затратно,
ведь для этого потребуется помощь широкого круга специалистов, способных
провести расследование по каждому разоблачительному материалу и выявить
достоверную информацию. Кроме того, существует высокий риск того, что
большого числа обращений на официальный государственный сайт может и не
быть, так как в этом случае для многих разоблачителей наиболее безопасным
может показаться публикация именно на неофициальных Интернет-ресурсах.
Это позволит им избежать возможных преследований и отрицательных
последствий. Однако считаем, что рискнуть все же стоит.
Таким образом, проведенный анализ показал, что опыт зарубежного
законодателя по противодействию коррупции представляет определенный
интерес и с учетом российской специфики может и должен быть воспринят
отечественным законодателем.
86
Во-первых, мы считаем, что повысить эффективность антикоррупционной
борьбы в России можно принятием специального законодательного акта по
вопросу противодействия коррупции в системе государственной службы. По
этому пути следует Канада, которая приняла Ценностный этический кодекс
государственной службы. При этом в России отдельного закона, регулирующего
ответственность за коррупционные правонарушения в системе государственной
службы, пока не принято, и все нормы, регулирующие данную сферу, содержатся
в нормативно-правовых актах различного уровня, что затрудняет
правоприменение. Конечно, каждая страна самостоятельно решает, является ли
коррупция в системе государственной службы проблемой, стоит ли эту проблему
решать и как это сделать наиболее эффективно. Однако необходимость
применения зарубежного подхода в этом смысле сомнений не вызывает.
Во-вторых, не вызывает никаких сомнений целесообразность
заимствования зарубежного опыта антикоррупционного противодействия с
использованием СМИ и Интернет-технологий. Полагаем, что опыт Кореи, Китая,
Гонконга по данному направлению должен получить распространение в России.
В то же время нельзя не отметить, что, несмотря на явные достижения отдельных
стран в использовании СМИ и Интернета как антикоррупционных инструментов,
ни одна страна мира пока не сумела создать эффективной правовой базы по
данному направлению. Так, за рамками правового поля все еще остаются
действия контролирующих органов в случае обнаружения в Интернете
разоблачительной информации, а также взаимодействие внешних
разоблачителей и органов власти. До настоящего времени не разработана
комплексная всеобъемлющая система антикоррупционного просвещения и
воспитания, способная объединить возможности СМИ и Интернета, а также
усилия различных ведомств и организаций в борьбе с коррупцией.
87
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
По результатам проведенного исследования в соответствии с
поставленными задачами были сформулированные следующие выводы.
1. До настоящего времени ни в научной литературе, ни в отечественном
законодательстве не содержится такого определения коррупции, которое бы
отражало в полной мере ее сущность как социально-правового явления. Закон
определяет коррупцию не как социальное явление, а как отдельное
коррупционное деяние, а это важно различать. Представляется, что коррупция –
это, прежде всего, негативное социальное явление, а уже потом –
правонарушение. В связи с этим мы считаем, что только широкая трактовка
коррупции, закрепленная в Федеральном законе от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ
«О противодействии коррупции» может способствовать глубокому осмыслению
ее сущности, пониманию всех ее предпосылок и последствий, а также выработке
результативных антикоррупционных мер.
2. Анализ социальных предпосылок и особенностей текущего состояния
противодействия коррупции в России показал, что коррупция в нашей стране
обусловлена социальными, политическими и правовыми предпосылками.
Следствием этого становится глубокое поражение коррупцией
правоохранительных органов и государственно-властных структур. Учитывая
это, нынешний уровень противодействия коррупции в России можно
охарактеризовать как низкий, что указывает на недостатки, как самого
содержания антикоррупционных мер, так и способов их реализации.
3. Исследование отечественного антикоррупционного законодательства,
его современного состояния позволило установить, что за весь период развития
в России сформировалась обширная законодательная база. Однако широкий
перечень действующих законов не говорит об их эффективности и не позволяет
минимизировать коррупционные проявления в нашей стране. Подтверждением
этому могут служить:
– недостатки Кодекса РФ об административных правонарушениях,
88
который содержит правовые пробелы, не позволяющие должным образом
урегулировать антикоррупционное противодействие в системе
государственной службы;
– отсутствие действенного правового механизма, регулирующего
проведение проверок сведений о расходах, предоставляемых федеральными
государственными служащими;
– пробелы правовых норм, устанавливающих полномочия, а также
порядок работы правоохранительных органов с информацией о фактах
коррупции, получаемой из сети Интернет;
– разбросанность антикоррупционных норм по правовым актам
различной отраслевой принадлежности.
Для исправления ситуации мы предлагаем:
– исключить из КоАП РФ норму об ответственности юридического лица
за совершение правонарушения коррупционной направленности, а также
положение, позволяющее освободить от ответственности юридическое лицо,
содействующее раскрытию данного вида правонарушения;
– закрепить в примечании к ст. 19.29 КоАП РФ положение, исключающее
обязанность государственных органов при заключении трудового договора
направлять уведомление о приеме на работу бывшего государственного
служащего либо выработать данную позицию путем разъяснений Верховного
Суда РФ по рассмотрению такого рода дел;
– предусмотреть в КоАП РФ материальную ответственность для бывших
государственных служащих за сокрытие либо намеренное искажение
информации о предыдущем месте работы, а также за неисполнение обязанности
по сообщению этой информации работодателю. Считаем, что норма о
материальной ответственности бывших государственных служащих станет еще
одной эффективной мерой по борьбе с коррупцией в системе государственной
службы;
– внести изменения в Приказ МВД России от 27 июня 2015 г. № 725,
пределив в нем порядок и механизм публикаций и обработки информации,
89
получаемой от МВД, СМИ и журналистов, а также расширить полномочия
ведомственных СМИ в Интернет-пространстве путем внесения изменений в
Приказ МВД России от 01.01.2009 № 1;
– детализировать в Федеральном законе «О прокуратуре Российской
Федерации» правовой режим проведения надзорных проверок в отношении
должностных лиц по жалобам, поступившим на официальные сайты
государственных органов.
4. Анализ практики применения современных информационно-
коммуникационных технологий в антикоррупционной деятельности позволил
нам прийти к выводу, что современные Интернет-технологии являются мощным
инструментом антикоррупционного воздействия. Их роль в обеспечении
открытости деятельности судебной системы, органов прокуратуры,
правоохранительных и других государственных органов трудно переоценить.
5. По результатам проведенного анализа были разработаны следующие
направления оптимизации борьбы с коррупцией в России, которые включают:
– совершенствование антикоррупционного законодательства, в том числе,
закрепление в нем норм, регламентирующих алгоритм действий
контролирующих органов в случае обнаружения разоблачительной информации,
в том числе, размещенной в телекоммуникационной сети Интернет;
– распространение современных методов антикоррупционного
просвещения (пропаганды) и антикоррупционного мониторинга, в том числе,
путем создания Интернет-сайтов, официальных групп и страниц в социальных
сетях, а также видеоканалов, используемых для медиа-расследований;
– разработку комплексной системы антикоррупционного просвещения и
воспитания, способной объединить возможности СМИ, Интернета, а также
усилия различных ведомств и организаций в борьбе с коррупцией;
– активизацию противодействия коррупции в информационной сфере и
включение вопросов антикоррупционного противодействия в программу
90
подготовки кадров МВД России;
– создание в структуре МВД России специализированных подразделений
или назначение ответственных из числа сотрудников специальных
подразделений по борьбе с коррупцией за мониторинг и реагирование на
Интернет-факты коррупционных правонарушений;
– разработку научных методик по повышению эффективности
деятельности ОВД по раскрытию и расследованию коррупционных
преступлений на основе информации, полученной из сети Интернет.
6. Исследование зарубежного опыта противодействия коррупции
позволило прийти к выводу, что, несмотря на новые направления
антикоррупционной борьбы, которые реализуются в России, благодаря развитию
информационных технологий, их использование в
антикоррупционной борьбе может стать более эффективным, если использовать
для этого опыт зарубежных стран, которые являются мировыми лидерами
антикоррупционной борьбы. Мы считаем, что корейская антикоррупционная
программа OPEN, содержащая онлайн-базу данных для повышения
прозрачности власти, позволяющая осуществлять социальный контроль за
своевременным исполнением процедуры рассмотрения заявлений, отслеживать
и предупреждать любые задержки в этом процессе и выявлять злоупотребления,
может служить основанием для разработки аналогичных онлайн-инструментов в
России. Кроме того, полагаем, что определенный интерес для России может
представлять регулярный мониторинг социальных сетей органами власти Китая;
китайские схемы расследования по информации, опубликованной в Интернет-
сообществах, а также воспитание негативного отношения граждан ко всем
проявлениям коррупции посредством СМИ и Интернета.
Реализация всех разработанных предложений направлена на повышение
антикоррупционной борьбы в России.
91
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Нормативные акты:
1. Конвенция ООН против коррупции: принята на пленарном заседании 58-й
сессии Генеральной Ассамблеи ООН 31 октября 2003 года // СЗ РФ. – 2006.
–№ 26. – Ст. 2780.
2. Конституция Российской Федерации: принята всенар. голосованием 12 дек.
1993г.: [офиц. текст по состоянию на 21.07.2014] // Российская газета. – 1993.
– 25 дек. – С. 3-9.
3. Уголовный кодекс Российской Федерации: принят Государственной Думой
13 июня 1996 г., одобр. Советом Федерации 19 июня 1996 г.: [офиц. текст по
состоянию на 18.02.2020] // СЗ РФ. – 1996. – № 25. – Ст. 2954.
4. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях:
принят Государственной Думой 30 декабря 2001 г., одобр. Советом
Федерации 04 января 2001 г.: [офиц. текст по состоянию на 04.11. 2019 г.]
// СЗ РФ. – 2002. – № 1 (часть I). – Ст. 1.
5. Федеральный закон «О противодействии коррупции»: принят
Государственной Думой 25 декабря 2008 г., одобр. Советом Федерации 30
декабря 2008 г.: [офиц. текст по состоянию на 26 июля 2019 г.] // СЗ РФ. –
2008. – № 52 (ч. 1). – Ст. 6228.
6. Федеральный закон «О государственной гражданской службе Российской
Федерации»: принят Государственной Думой 27 июля 2004 г. одобр.
Советом Федерации 3 августа 2004 г.: [офиц. текст по состоянию на 1 мая
2019 г.] // СЗ РФ. – 2004. – № 31. – Ст. 3215.
7. Федеральный закон «О контроле за соответствием расходов лиц,
замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам»: принят
Государственной Думой 03 декабря 2012 г., одобр. Советом Федерации 12
декабря 2012 г.: [офиц. текст по состоянию на 3 августа 2019 г.] // СЗ РФ. –
2012. –№ 50 (часть IV). – Ст. 6953.
92
8. Указ Президента РФ «О Национальном плане противодействия коррупции
на 2018-2020 гг.» // СЗ РФ. – 2018. –№ 15. – Ст. 1729.
9. Указ Президента Российской Федерации «О мерах по реализации отдельных
положений Федерального закона «О противодействии коррупции» // СЗ РФ.
– 2013. – № 14. – Ст. 1670.
10. Модельный закон о борьбе с коррупцией: принят на тринадцатом пленарном
заседании Межпарламентской Ассамблеи государств- участников СНГ //
Информационный бюллетень. Межпарламентская Ассамблея государств –
участников СНГ. – 1999. – № 21. – Ст. 67.
11. Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 17 октября 2017
г. № 182 «Об утверждении Порядка организации и проведения в судах
трансляции судебных заседаний по радио, телевидению и в информационно-
телекоммуникационной сети "Интернет"» [Электронный ресурс] – Режим
доступа: http://www.garant.ru/1148479/#ixzz5ABJS5qPE.
12. Приказ Генпрокуратуры России от 14.09.2017 г. № 627 «Об утверждении
Концепции цифровой трансформации органов и организаций прокуратуры
до 2025 года // Законность. – 2017. – № 12. – С. 34-38.
13. Постановление Конституционного Суда РФ от 30 июня 2011 г. № 14-П
«По делу о проверке конституционности положений п. 10 ч. 1 ст. 17
Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской
Федерации» и ст. 20.1 Закона РФ «О милиции» в связи с жалобами граждан
Л.Н. Кондратьевой и А.Н. Мумолина» // СЗ РФ. – 2011. – № 32. – Ст.3586.
14. Постановление Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2014 №
46-АД14-14 [Электронный ресурс] – Режим доступа: СПС
«КонсультантПлюс», 2020.
15. Постановление Самарского областного суда от 18.02.2015 по делу № 4а-
148\2015 [Электронный ресурс] – Режим доступа: СПС
«КонсультантПлюс», 2020.
16. Постановление Рязанского областного суда от 24.01.2013 по делу № 4а-
233/13 [Электронный ресурс] – Режим доступа: СПС «КонсультантПлюс»,
93
2018.
17. Постановление мирового судьи судебного участка № 162 Шигонского
района Самарской области от 14.11.2014 [Электронный ресурс] – Режим
доступа: СПС «КонсультантПлюс», 2020.
Монографии и справочная литература:
18. Власов И.С. Борьба с коррупцией в правоохранительных органах за
рубежом: монография / И.С. Власов, Н.А. Голованова. – М.: Институт
законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве
Российской Федерации, 2018. – 320 с.
19. Воробьев Н.И. Комментарий к Федеральному закону от 27 июля 2004 г. №
79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации»
(постатейный) / Н.И. Воробьев. – М.: Проспект, 2014. – 335 с.
20. Воронцов С.А. Противодействие коррупции на государственной и
муниципальной службе: монография / С.А. Воронцов, А.В. Понеделков. –
Ростов-на-Дону: Кубань, 2015. – 215 с.
21. ГИАЦ МВД России. Данные о состоянии преступности за 2019 год //
Министерство внутренних дел Российской Федерации [Электронный
ресурс] – Режим доступа:. https://мвд.рф/reports/item/14468708/.
22. Головщинский К.И. Бизнес и коррупция: проблемы противодействия:
итоговый отчет / К.И. Головщинский, С.А. Пархоменко. – М.: ИНДЕМ, 2014.
– 243 с.
23. Илий С.К. Совершенствование правовой базы предупреждения коррупции в
системах государственной и муниципальной службы / С.К. Илий. – М.:
Норма, 2014. – 198 с.
24. Кругликов Л.Л. О дифференциации ответственности за коррупционные
правонарушения / Л.Л. Кругликов. – М.: Институт государства и права РАН,
2010. – 233 с.
25. Локшина С.М. Словарь иностранных слов. – 3-е изд. доп. М.: Изд-во: