45
является его принадлежность лицу основываясь исключительно на праве
собственности и здесь же право собственности на данное имущество
подтверждается путем внесения цифровых изменений (информации о ЦФА) в
распределительный реестр цифровых транзакций. Что означает наличие
систематизированной базы данных, которая создается на определенный отрезок
времени. Также, ЦФА не считается законным средством платежным системы на
территории РФ. В довершение всего вышесказанного, держатели цифровых
финансовых активов имеют право заключать договоры по обмену одного вида на
ЦФА другого вида, либо обмену ЦФА на любую валюту и другое имущество
исключительно через оператора обмена ЦФА.
Из описания термина ЦФА очевидно, что актив пересекается с
криптовалютой и токеном в отношениях общего и частного, поскольку последние
в понимании инициаторов законопроекта являются производными от ЦФА.
Так, криптовалюта имеет характеристику вида ЦФА, наследуя только
небольшую часть качеств последнего
52
. При этом формируется и учитывается в
распределенном реестре цифровых транзакций участниками данного реестра
сообразно с правилами ведения. В то время, как токен тоже является видом ЦФА
и выпускается юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем с
целью привлечения финансирования.
Законопроект диктует порядок выпуска токенов и специфику обращения
ЦФА. Однако следует отметить, что совместная деятельность с IСО, в случае
принятия законопроекта, сможет работать только с квалифицированными
инвесторами, разве что исключениями будет какое-либо определенное ситуация
Центрального банка РФ. В таком случае, токены и криптовалюта могут
обозначаться - как имущество (однако которое не являются нормативно
подтвержденным платежным средством). Способы обмена токенов и
криптовалюты предлагаются разрешать только с учетом обращения к специально
авторизованным операторам.
52
Захарова Н. Глава Ripple: "Криптовалюты – это не валюты, а цифровые активы" // BITGIT.COM: ежедн.
интернет-изд. 2018.
46
С точки зрения регулирования отношений в этой сфере является значимым
Федеральный закон РФ «О внесении изменений в части первую, вторую и статью
1124 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» № 34-ФЗ,
который был принят 12.03.2019 г. и вступил в силу в октябре прошлого года. В 3
пункте данного закона, дополняющего главу 6 Гражданского кодекса РФ статьи
1411: «о том, что цифровыми правами признаются обозначенные в законе
обязательственные и иные права, содержание и условия которых могут быть
определены согласно и с правилами информационной системы, которые
соответствуют установленным законом признакам». И здесь же цифровые права
признаются как объект гражданских прав, также в качестве вида имущественных
прав.
Законодательство определяет, что цифровые права можно изымать без
согласия эмитента, как и завещать, закладывать и обратить на них взыскание.
Таким образом, закон устанавливает и регулирует определенное узкое
пространство, основанное по принципу технологической нейтральности, что
позволяет выявить необходимые базовые условия для введения в
законодательство таких актов, которые смогут регулировать эмиссию и
обращение цифровых прав, и это, ко всему прочему, упрощает заключение сделок
в электронной форме. Однако важно отметить, что категория цифровых прав не
может быть окончательно и в полной мере определена, так как полноценное
функционирование данного акта невозможно без рассмотрения и принятия
законопроекта «О цифровых финансовых активах».
Выводы по второй главе:
Итак, в данной главе мы рассмотрели цифровые активы с точки зрения
толкования термина, его отношением в экономической и правовой областях. И
проанализировали последние принятые Федеральные Законы, которые косвенно
затрагивают область нормативно-правового регулирования цифровых активов.
Напомним основные моменты.
В большинстве своем по отношению к цифровым активам используется
данное определение: информационный ресурс, производный от права на ценность
47
и обращающийся в распределенном реестре в виде уникального идентификатора.
Включает в себе ряд критериев, пройдя аттестацию которых криптовалюта
сможет называться «цифровым активом»: уникальность, идентифицируемость,
регламентируемость, сессионность, производность, верифицируемость,
транспарентность, децентрализованность и учитываемость.
Законодательное регулирование или наличие судебной практики
наследования цифровых активов в Российской Федерации в настоящее время
отсутствуют. Но вопрос и решение относительно такого вида наследства
становиться все более актуальным с каждым днем.
По причине того, что в законодательстве отсутствует понятие "цифрового"
наследования - все результаты деятельности субъектов информационной сферы
после смерти субъекта права утрачиваются.
Обращаясь к ст. 1112 ГК РФ, в которой говорится о возможности
наследования иного имущества, в том числе безналичных денежных средств,
видится необходимым включение в перечень безналичных денежных средств
криптовалюты, что позволит узаконить переход данного объекта гражданских
прав от наследодателя к наследнику и осуществлять наследником правомочия
собственника.
Из этого следует, что виртуальный контент, учетная запись и иные
цифровые продукты имеют стоимостную оценку, но не являются имуществом по
действующему законодательству. Следовательно, вопросы защиты исследуемых
объектов должны разрешаться участниками самостоятельно. То есть, в теории
наследование с ЦФА работает как и в случае с другим имуществом. Однако не
совсем понятно, как нотариус должен устанавливать содержание завещания в
случае, если наследодатель намерен передать права на учетную запись или иное
виртуальное имущество наследнику.
Возможно, стоит согласиться с дефиницией Законопроекта № 419059-7 и
законодательно зафиксировать понятие «цифровые активы», под которыми мы
уже понимаем имущество в электронной виде, созданное с использованием
криптографических средств и удостоверенное цифровым кодом или
48
обозначением, право собственности на которое можно утвердиться путем
внесения цифровых записей в реестр цифровых транзакций.
49
ГЛАВА III. Защита прав физических лиц как участников
оборота цифровых данных
3.1. Права субъекта персональных данных
При вопросе о наследовании цифровых активов, а в частности, таких как
аккаунты в социальных сетях, блоги, подписки на разного рода электронные
ресурсы, криптовалюты и биткоины, смарт-сделки многих начинает беспокоить,
что вместе с наследуемыми цифровыми ресурсами наследник получит и историю.
Здесь будет уместно обратиться к зарубежному опыту. Так, некоторые
зарубежные страны, в частности североамериканские штаты, не так давно начали
рассматривать дела с наследованием аккаунтов. Например, в Штате Делавэр
(США) в 2014 г. где есть регламентированная возможность оформлять право
собственности на интернет-аккаунты, принадлежавшие умершему гражданину
53
.
И, казалось бы, нет ничего, чтобы смущало при задаче наследования,
однако для многих этот вопрос становиться проблемным с точки зрения
конфиденциальности информации. Например, в Германии не так давно был
достаточно громким случай, когда решением Верховного суда от 12.07.18 III ZR
183/17 было вынесено решение, что права и обязанности по договору между
пользователем и социальной сетью не связаны с личностью этого пользователя,
в связи с чем может наследоваться. Такой вывод был обусловлен тем, что
наследники замещают наследодателя в отношениях с социальной сетью и имеют
доступ взаимодействовать с содержанием личной страницы другого
пользователя так же, как если бы знакомились и общались в бумажном виде, а
значит тайна переписки никак не нарушается
54
. В этом случае вопрос
действительно поставили остро, но именно на его примере другие похожие дела
получили свои продвижения.
Получается, что есть информационные ресурсы, в теории наследуя
которые, мы можем нарушить право конфиденциальности персональных
53
Delaware General Assembly. Enter to page Legislation.
54
Петров Е. Ю., Безвенко Р. С., Будылин С. Л. Наследственное право: постатейный комментарий к статьям 1110 -
1185, 1224 Гражданского кодекса Российской Федерации (отв. ред. Е.Ю. Петров) , "М-Логос", 2018. – 656 с. – С. 64
– 67.
50
данных, но таких объектов значительно меньше, чем тех которые данного не
нарушения в результате получения наследства не несут.
Если проанализировать данные примеры из практики, то хочется
согласиться с решением Верховного суда Германии в вынесенном решении.
Ведь персональные данные это абсолютно любая информация о человеке,
которую пользователи социальных сетей разглашают и транслируют
ежесекундно. Если рассматривать самые очевидные сведения, то это ФИО, пол,
возраст, место жительства, образование, семейное положение и многое другое.
Вместе с этим, это может быть изображение, удостоверяющее его личность
55
.
Теперь следует задуматься: переписка делового или личного характера
наследодателя не принесет какого-то секретного знания (однако, стоит
учитывать, что есть группы профессий, которые не приветствуют наличие
социальных сетей, а если и регистрируют учетную запись, то обязательно под
псевдонимом. Данные выводы можно сделать благодаря даже такому простому
методу, как наблюдение. В настоящее время люди может и не скажешь, что
открыты миру, но точно открыты Интернету, в который добровольно «сливают»
достаточное количество своей персональной информации.
Таким образом, граждане в процессе своей жизнедеятельности и в рамках
имеющихся ресурсов «интернета», используя возможности, предоставляемые
инструментами самих ресурсов, посредством информационного обмена
накапливают информацию, имеющую материальную и духовную, социальную
ценность. Например: личная переписка, развитый «блог» или членство на форуме,
аккаунт в различных группах социальных сетей и т.д. А также «заработать»
привилегированный статус в рамках программ лояльности различных
организаций, работающих с использованием сервисов и ресурсов сети Интернет,
что определяет возможность получения преференций и материальных выгод в
рамках использования таких услуг и ресурсов. Все вышеперечисленное можно
рассматривать как «цифровые» активы субъекта данных, обладающие всеми
55
Федеральный закон от 27.07.2006 N 152-ФЗ (ред. от 24.04.2020) «О персональных данных».
51
признаками существенности: они существуют и могут быть отчуждены -
обменены, израсходованы, проданы и т. д.
А как же интересы третьих лиц? Можно полагать, что это как раз один из
тех вопросов, почему законодательная власть не рассмотрела законопроект о
цифровых активов. И это вполне объяснимо, мы уже рассмотрели важные
аспекты цифровых активов и вполне понимаем, что в этом вопросе может быть
еще много нюансов.
Следует также отметить, что требования действующего международного и
российского законодательства об использовании всех электронных сервисов сети
Интернет привели к накоплению огромного объема конфиденциальной
информации, в том числе персональных данных, таких как: фамилия, имя и
отчество; почтовый адрес; сведения о банковских картах и электронных счетах, а
также их реквизиты; Номер телефона; идентификационные данные электронных
средств связи и др. Очевидно, что его объем будет расти вслед за ростом
использования самих услуг
56
.
В отличие от материальных (физических) активов, «цифровые» активы
эфемерны и подвержены постоянным изменениям как структурно, так и
«физически». Все потому, что содержание цифровых активов не является
постоянной величиной, а зависит от актуальности существующих вопросов.
Анализируя законодательные и нормативные акты Российской Федерации и
европейских Государств с четкой информационной сферой общества в области
наследования прав на персональные данные и цифровые товары и ценности, мы
считаем очевидным, что регулирование в этой сфере недостаточно отражает
актуальность существующей проблемы.
Помимо возможности отозвать свое согласие на обработку персональных
данных, субъект обладает рядом прав, о которых важно знать.
К правам субъекта персональных данных относятся:
56
Петрыкина Н.И. Правовое регулирование оборота персональных данных. Теория и практика. М.: Статут, 2011.
С. 84-85
52
Право на обеспечение защиты прав и свобод при обработке персональных
данных, защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личной и семейной
тайны.
Право субъекта на доступ к своим персональным данным может быть
ограничено только в строго определенных случаях – например, когда:
обработка осуществляется в целях обеспечения национальной
обороны, государственной безопасности и правопорядка;
обработка осуществляется органами, задержавшими субъекта
персональных данных по подозрению в совершении преступления, либо
предъявившими ему обвинение по уголовному делу, либо применявшими к нему
меру пресечения до предъявления обвинения (за исключением случаев, когда
допускается ознакомление подозреваемого или обвиняемого с такими
персональными данными);
обработка осуществляется в соответствии с законодательством о
противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным
путем, и финансированию терроризма;
доступ субъекта к своим персональным данным нарушает права и
законные интересы третьих лиц.;
обработка осуществляется в случаях, предусмотренных
законодательством о транспортной безопасности (статья 14 Закона О
персональных данных).
Если персональные данные являются: не содержащими всей информации,
а лишь частичный характер, потратившими актуальность, неточными, а также
если они получены незаконным путем или не являются необходимыми для
заявленной цели обработки, то субъект может потребовать от оператора их
уточнения, блокирования или даже уничтожения.
В этом случае оператор обязан внести изменения в персональные данные
или удалить их в срок, не превышающий семи рабочих дней со дня обращения
53
субъекта или его представителя (ч. 3 с. 20). Оператор обязан уведомить субъекта
персональных данных о внесенных изменениях и принятых мерах.
В случае выявления факта незаконной обработки персональных данных
оператор обязан заблокировать незаконно обработанные персональные данные с
момента обращения лица или получения официального запроса от
Роскомнадзора на период проверки (ч. 1 ст. 21).
Если оператор подтвердит, что он незаконно обработал персональные
данные, он должен прекратить такую обработку в течение трех рабочих дней.
Если нет возможности обеспечить законность обработки, оператор обязан
уничтожить эти персональные данные в течение 10 рабочих дней со дня
обнаружения нарушения. Они обязаны информировать субъекта персональных
данных и Роскомнадзор о принятых мерах по устранению нарушения.
Кроме того, сайт, на котором осуществляется незаконная обработка
персональных данных, может быть заблокирован по требованию субъекта
(Статья 15.5 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ "Об
информации, информационных технологиях и защите информации"). Для этого
им необходимо обратиться в Роскомнадзор с просьбой принять меры по
ограничению доступа к информации, обрабатываемой с нарушением закона.
Такое заявление должно сопровождаться вступившим в законную силу
судебным актом. После получения этих документов Роскомнадзор уведомит
хостинг-провайдера о нарушении в течение трех рабочих дней, а хостинг-
провайдер, в свою очередь, должен будет сообщить об этом владельцу ресурса в
течение одного рабочего дня. Если владелец сайта не устранит выявленное
нарушение в течение 24 часов (например, не удалит незаконно размещенные
персональные данные субъекта), хостинг-провайдер ограничит доступ к веб-
ресурсу. Если ни провайдер, ни владелец сайта не предпримут мер по
устранению нарушения, операторы связи ограничат доступ к информационному
ресурсу (сетевому адресу, доменному имени и индексу страниц сайта в сети
Интернет).
54
Кроме того, оператор может попасть в "реестр нарушителей"
(автоматизированную информационную систему, включающую доменные имена
и индексы страниц сайта, содержащих информацию, обработанную с
нарушением закона). Это чревато негативным воздействием на репутацию и
повышенным вниманием со стороны Роскомнадзора.
По словам человека, обжаловать незаконные действия оператора можно
как в Роскомнадзор, так и в суд (ст. 17, ст. 23 Закона О персональных данных).
В данном параграфе в рамках темы выпускной квалификационной работы
мы рассмотрели, чем обусловлена взаимосвязь между наследством цифровых
активов и персональными данными. Познакомилась с случаями из практики, в
которых особое внимание обратили на право конфиденциальности. Обозначили
права субъекта персональных данных.
3.2. Права лица, использующего цифровые данные (потребителя
цифровых данных)
Защита основных прав человека на равный доступ к культурному
выражению в соответствии с Конвенцией об охране и поощрении разнообразия
форм культурного самовыражения 2005 года в эпоху растущего значимости
цифровых медиа подняла вопрос о необходимости обеспечения прав
потребителей цифровых продуктов и услуг.
Таким образом, правовое регулирование оборота цифровых данных
должно обеспечивать защиту не только права своих создателей, но и интересов
потребителей цифровых данных как наименее защищенные участники
гражданского оборота. Научные исследования в этой области редки и
немногочисленны. Проблемы защиты прав потребителей цифрового контента
рассматривает А.И. Савельев
57
.
Защита прав потребителей или потребительское право, как юридическая
отрасль законодательства стала развиваться со второй половины 20 века.
Понятие «потребительское право» стало употребляться в праве экономически
57
Савельев А. Юридическая дефиниция блокчейна // Журнал Закон. 2017. – №5