
Однако это не было учтено судебными инстанциями при рассмотрении
настоящего дела.
Материалы дела не содержат сведений о том, что обе стороны по
названному предварительному договору утратили интерес в заключении
основного договора и отказались от намерений по его заключению, не
совершив действий, направленных на заключение основного договора.
Напротив, как установлено судом в ходе рассмотрения дела, Гусынин
В.Н. обращался с заявлениями в Управление Росреестра в период с 10 февраля
2014 г. по 25 февраля 2014 г. о получении информации относительно объектов
недвижимости, являющихся предметом указанного предварительного договора,
а Дунаева Е.Н. и Дунаев Д.М. направляли истцу предложение заключить
основной договор купли-продажи названного недвижимого имущества.
В связи с изложенным выводы судов первой и апелляционной инстанций
об отсутствии вины обеих сторон указанного предварительного договора в
незаключении основного договора нельзя признать правильными.
Также нельзя признать правильным вывод суда апелляционной
инстанции о том, что в связи с прекращением обязательств по
предварительному договору переданные истцом денежные средства подлежат
возврату в силу ст. 1102 ГК РФ как неосновательное обогащение, поскольку
правоотношения, связанные с последствиями прекращения обязательства,
обеспеченного задатком, регулируются ст. 381 ГК РФ, согласно пункту 1
которой при прекращении обязательства до начала его исполнения по
соглашению сторон либо вследствие невозможности исполнения (статья 416)
задаток должен быть возвращен
.
В соответствии с п. 4 ст. 445 ГК РФ сторона, необоснованно
уклоняющаяся от заключения предварительного договора, должна возместить
другой стороне причиненные этим убытки.
Под убытками понимаются расходы, которые кредитор произвел или
должен был бы произвести для восстановления нарушенного права (реальный
Доступ из СПС «КонсультантПлюс».