74
Так, в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53 "Об оценке
арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком
налоговой выгоды" Образовательная система в вопросах совершенствования
правовой культуры 149 сказано, что судебная практика при разрешении
налоговых споров исходит из непосредственно самой презумпции
добросовестности. Вследствие этого предусматривается, что действия
налогоплательщика, который имеет, прежде всего, своим результатом
получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, которые
содержатся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.
Таким образом, можно утверждать, что каждый налогоплательщик считается
добросовестным, пока иное не будет доказано в результате проведения
контрольных мероприятий.
При этом если недобросовестность налогоплательщика будет доказана, то
закрепленные в налоговом законодательстве права и гарантии защиты его прав
и интересов на него не будут распространяться. То есть фактически
недобросовестный налогоплательщик становится субъектом «вне закона». На
судебной практике это выгладит следующим образом: - если «формально», т.е.
по фактическим документам у налогоплательщика «все в порядке», но «по
существу дела» преследуется предвзятая цель уменьшения налогов, то,
несмотря на формальную правильность тех или иных действий
налогоплательщика, его налоговые обязательства в ходе налогового контроля,
виде проверок будут определены без учета применяемых способов и методов
налоговой оптимизации. Данное теоретическое положение хотелось бы
проиллюстрировать на примере из судебной практики, которым послужит
Определение Верховного Суда РФ от 02.02.2018 N 305-КГ17-21909 по делу N
А41-32519/2016.
В данном деле ОАО "Электрозавод" - Живичкина Ю.М (т.е.завяитель),
обращается в Арбитражный Суд Московской области с заявлением к ИФНС
России г. Клину Московской области о признании непосредственно исполнения
обязанности по уплате земельного налога в срок. В качестве 3-х лиц здесь
75
выступают ПАО "НОТА-Банк" и Инспекция Федеральной налоговой службы
по г. Москве. В данной жалобе общество оспаривает судебные акты
предыдущих судов, ссылаясь на то, что арбитражные суды неправильно
применяли нормы права, а также несправедливо определяли значимые для дела
доказательства. Но как следует по обстоятельствам дела, в целях исполнения
обязанности по уплате земельного налога общество предъявило к исполнению
через ПАО «НОТА-Банк» платежное поручение на сумму, необходимую для
уплаты налога, которая на счет соответствующего бюджета не поступила в
связи с отсутствием денежных средств на корреспондентском счете банка.
Впоследствии чего у банка была отозвана лицензия на осуществление
банковских операций. Согласно статье 45 НК РФ, а также правовой позиции
Конституционного Суда, обязанность каждого налогоплательщика по уплате
налогов должна считаться исполненной в момент, когда изъятие части его
имущества, предназначенной для уплаты в бюджет в качестве налога,
фактически произошло. Такое изъятие происходит в момент списания банком с
расчетного счета налогоплательщика средств в уплату налога. Иное приводило
бы к Образовательная система в вопросах совершенствования правовой
культуры повторному взысканию с добросовестного налогоплательщика не
поступивших в бюджет налогов. В соответствии с данной правовой позицией
установлено, что обязанность по уплате налога считается исполненной
налогоплательщиком с момента предъявления в банк поручения на
перечисление денежных средств в бюджетную систему РФ со счета
налогоплательщика в банке при наличии на нем достаточного денежного
остатка на день платежа.
Вместе с тем, в силу вытекающего из части 3 статьи 17 Конституции
Российской Федерации запрета злоупотребления правом никто не вправе
извлекать преимущество (выгоду) из своего недобросовестного поведения.
Общеправовой принцип добросовестного поведения определяет пределы
осуществления своих субъективных прав налогоплательщиками. Таким
образом, выдача распоряжения банку о списании денежных средств со счета
76
клиента для уплаты налогов не создает правовых последствий,
предусмотренных НК РФ, если к моменту предъявления соответствующего
платежного поручения плательщик знал (не мог не знать) о неспособности
кредитного учреждения обеспечить перечисление налогов в бюджетную
систему РФ. Однако суды пришли к выводу о том, что обществом не исполнена
обязанность по уплате налога за спорный период. Объясняя это тем, что суды
учли обстоятельства, которые свидетельствуют об осведомленности
налогоплательщика при оформлении платежных поручений о нестабильности
финансового положения банка. При этом у общества имелся ряд счетов,
открытых в финансово стабильных банках, через которые он систематически
осуществлял платежи в бюджет. Совокупность данных фактов дает основание
полагать, что налогоплательщик, зная о финансовой нестабильности банка,
предпринял меры по уменьшению финансовых рисков по проблемному банку
за счет формального исполнения публичных обязательств. Таким образом,
некоторые положения Налогового кодекса Российской Федерации рассчитаны
лишь на добросовестные действия налогоплательщика, которые
свидетельствуют о реальном исполнении обязанности по уплате налога.
Данный пример далеко не единичный случай того, как недобросовестные
налогоплательщики злоупотребляют правом для снижении суммы налоговых
платежей. В самом налоговом законодательстве отсутствует трактовка понятия
принципа добросовестности, а также и само определение в НПА не
используется. При этом из статьи 108 Налогового Кодекса РФ следует, мы
можем увидеть что: а) лицо считается невиновным в совершении налогового
правонарушения, пока его виновность не будет доказана; б) бремя доказывания
вины лежит на налоговиках - сам налогоплательщик доказывать свою некую
«налоговую» невиновность не обязан; в) все неустранимые сомнения в
виновности налогоплательщика толкуются Образовательная система в вопросах
совершенствования правовой культуры 151 в его пользу. Анализируя все
вышеизложенное, можно утверждать, что, несмотря на отсутствие прямого
указания в законе на необходимость принимать во внимание принцип
77
добросовестности при оценке действий, совершенных участниками в сфере
налоговых правоотношений, не помешало судам фактически следовать
данному принципу, для обоснования нераспространения гарантий, которые
установлены законом непосредственно на тех лиц, которые злоупотребляют
своими правами в сфере налогообложения. Так выявление глобальных проблем
и столь существенных трудностей в вопросе добросовестности
налогоплательщика, может послужить началом формирования нового взгляда
законодателя на суть проблемы в данной сфере, которые ранее обходились
стороной.
Подводя итог проведенному исследованию можем отметить что, в
судебной практике категория справедливости используется в качестве:
отдельного принципа, требования или критерия справедливости; оценки
обстоятельств дела («справедливый баланс интересов», «справедливое
распределение активов», «справедливая цена») или размера компенсации;
показателя отношения к судье («справедливость судьи»); оценки состояния
судебного разбирательства («справедливое рассмотрение дела») или судебного
решения; права на справедливое судебное разбирательство; и т.д.
При этом в большей степени акцент в судебных актах делается на
принцип справедливости или справедливое судебное разбирательство.
В настоящее время нам видится верным выработка понятия
«добросовестность», а также основных критериев и стандартов, позволяющих
определить поведение стороны как добросовестное на законодательном уровне,
либо же введения их в очередном Постановлении Пленума Верховного Суда
Российской Федерации. Также отмечаем, что этот перечень может и должен
быть открытым, потому как каждый судебный спор уникален и индивидуален, а
набор определенных критериев и стандартов, которые были бы близки к
универсальным, помог бы сформировать единый подход судов по данному
вопросу.
Таким образом, в заключении можно сделать вывод, что судам
принадлежит особая роль в отнесении действия принципов добросовестности и
78
справедливости на конкретные гражданские правоотношения и как следует из
вышеизложенных примеров данные принципы судами различных инстанций
очень активно используются при вынесении и обосновании решений.
2.4 Предложения по совершенствованию гражданского законодательства
в вопросе обеспечения соблюдения принципов добросовестности и
справедливости
С целью совершенствования гражданского законодательства в вопросе
обеспечения соблюдения принципов добросовестности и справедливости
предлагается внести в ГК РФ следующие поправки:
Во-первых, предлагается уделить принципу справедливости, впрочем как
и принципу разумности, более значимую роль, прямо закрепив их в качестве
основных начал гражданского законодательства, а именно пункт 3 статьи 1 ГК
РФ предлагается изложить в следующей редакции:
«3. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при
исполнении гражданских обязанностей участники гражданских
правоотношений должны руководствоваться принципами добросовестности,
разумности и справедливости».
Во-вторых, предлагается по аналогии с нормой, указанной в пункте 3.1
статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с
ограниченной ответственностью»
1
, закрепить в статье 53.1 ГК РФ такую же
норму о субсидиарной ответственности по обязательствам исключенного из
единого государственного реестра юридических лиц недействующего
юридического лица, но при этом распространить ее действие на все виды
юридических лиц.
Таким образом, статью 53.1 ГК РФ предлагается дополнить пунктом 6
следующего содержания:
1
Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной
ответственностью» // «Собрание законодательства РФ», 16.02.1998, № 7, ст. 785.
79
«6. Исключение юридического лица из единого государственного реестра
юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о
государственной регистрации юридических лиц для недействующих
юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные настоящим Кодексом
для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае,
если неисполнение обязательств юридического лица (в том числе вследствие
причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи
53.1 настоящего Кодекса, действовали недобросовестно или неразумно, по
заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная
ответственность по обязательствам этого юридического лица».
В-третьих, как указывалось в одном из вышеизложенных примеров
судебной практики (ситуация с так называемой «альтернативной
ликвидацией») недобросовестные учредители часто используют возможности
реорганизации юридического лица для того, чтобы избежать ответственности
по обязательствам перед его кредиторами, при этом кредиторов о начале
процедуры реорганизации не уведомляют и те фактически узнают о ней как
уже о свершившемся факте после завершения всех процедур по реорганизации.
Поэтому, предлагается в пункте 1 статьи 60.1 ГК РФ прямо закрепить
возможность оспаривать реорганизацию юридического лица его кредиторами, а
также увеличить сроки на обращение в суд для такого оспаривания.
Таким образом, пункт 1 статьи 60.1 ГК РФ предлагается изложить в
следующей редакции:
«1. Решение о реорганизации юридического лица может быть признано
недействительным по требованию участников реорганизуемого юридического
лица, кредиторов реорганизуемого юридического лица, а также иных лиц, не
являющихся участниками или кредиторами юридического лица, если такое
право им предоставлено законом.
Указанное требование может быть предъявлено в суд не позднее чем в
течение шести месяцев после внесения в единый государственный реестр
80
юридических лиц записи о завершении процедуры реорганизации, если иной
срок не установлен законом».
В-четвертых, предлагается абзац первый пункта 2 статьи 229 ГК РФ
дополнить нормой, регламентирующей процедуру определения вознаграждения
нашедшего вещь, представляющей ценность только для лица, управомоченного
на ее получение, в случае не достижения согласия между ними о размере такого
вознаграждения.
В связи с чем, абзац первый пункта 2 статьи 229 ГК РФ предлагается
изложить в следующей редакции:
«2. Нашедший вещь вправе потребовать от лица, управомоченного на
получение вещи, вознаграждение за находку в размере до двадцати процентов
стоимости вещи. Если найденная вещь представляет ценность только для лица,
управомоченного на ее получение, то размер вознаграждения определяется по
соглашению с этим лицом, а в случае не достижения согласия судом на основе
принципов добросовестности, разумности и справедливости».
В-пятых, предлагается закрепить в пункте 3 статьи 307 ГК РФ
обязанность участника гражданских правоотношений действовать не только в
соответствии с принципом добросовестности, но и в соответствии с
принципами разумности и справедливости, а также учитывать интересы третьих
лиц, а именно пункт 3 статьи 307 ГК РФ предлагается изложить в следующей
редакции:
«3. При установлении, исполнении обязательства и после его
прекращения стороны обязаны действовать в соответствии с принципами
добросовестности, разумности и справедливости, а также учитывать права и
законные интересы не только друг друга, но и третьих лиц, в том числе в
вопросе оказания содействия и предоставлении информации».
В-шестых, в настоящее время в банках и иных кредитных организациях
при выдаче кредитов, а иногда и в магазинах при покупке товаров в кредит,
сложилась практика навязывания клиентам различных видов страхования, а в
случае досрочного гашения кредита гражданам порой довольно сложно
81
получить при отказе от договора страхования хотя бы часть затраченных на
страхование средств. При этом судебная практика по этому вопросу
противоречивая – так одни суды иногда такие иски граждан удовлетворяют, а
другие наоборот отказывают, мотивируя свои решения добровольностью
заключения договора страхования и не поступления отказа от него в
установленные сроки (в договорах страхования, как правило, на отказ от
договора дается пятидневный срок с даты его заключения), причем отказов в
удовлетворении исков значительно больше.
Поэтому, в целях защиты прав граждан и обеспечения справедливости
предлагается внести в пункты 2 и 3 статьи 958 ГК РФ изменения, сделав пункт
2 указанный статьи более понятным, а в пункте 2 настоящей статьи исключить
абзац второй, который предусматривает возможность не возвращать
страхователю страховую премию при досрочном отказе страхователя
(выгодоприобретателя), если иное не предусмотрено договором. Тем более ведь
договора страхования типовые и условия выгодные для себя формулируют
сами страховщики, а гражданам не дают возможности вносить в них
изменения.
В связи с этим, пункты 2 и 3 статьи 958 ГК РФ предлагается изложить в
следующей редакции:
«2. Страхователь (выгодоприобретатель) вправе отказаться от договора
страхования в любое время.
3. При досрочном прекращении договора страхования по
обстоятельствам, указанным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, страховщик
имеет право на часть страховой премии пропорционально времени, в течение
которого действовало страхование».
Выводы по главе: Можно констатировать, что в правовой науке нет
сложившегося единообразного представления о содержании понятия
справедливости и соответствующего ему принципа, а представители
отраслевых институтов нередко рассматривают справедливость в разных
82
ракурсах и различных контекстах. Научный хаос в понимании принципа
справедливости отразился в законодательстве и судебной практике.
Следует признать, что до полноценного принципа достоверности
реестров российскому гражданскому праву предстоит пройти длинный путь.
Помимо всего отмеченного выше потребуется принять новые стандарты
нотариальной деятельности, устанавливающие процедуру проверки сделки.
Между тем подобная реформа необходима. Гражданин, который полагался на
данные реестра, не должен страдать.
Принцип добросовестности является одной из вечных проблем
гражданского права. Ему посвящено множество научных трудов, статей,
монографий. Между тем до сих пор с пониманием этого принципа связано
существенное число сложных вопросов.
С 2012 г. требование добросовестного осуществления прав и исполнения
обязанностей было закреплено в качестве основного принципа гражданского
права (ст. 1 ГК РФ). В последующие годы был внесен ряд изменений в
отдельные нормы и институты, отсылающие в том или ином виде к данному
принципу (ст. 434.1, 167 ГК РФ и др.). В судебной практике также наблюдается
экспансия данного принципа.
Для целей правоприменения понятие добросовестности не имеет
содержания, отличного от правового. Отсутствие единых правил
добросовестности опасно для общества.
С течением времени установленный в ст. 10 ГК РФ запрет на
злоупотребление правом превратился в генеральный деликт. Было дано
определение недобросовестного поведения. Общее последствие
злоупотребления правом — отказ в защите — было дополнено вполне
конкретной санкцией — возмещением убытков. На практике это привело к
тому, что доводы со ссылкой на ст. 10 ГК РФ можно встретить практически в
каждом втором судебном деле, в особенности в тех случаях, когда требование
заявляется незадолго до истечения срока исковой давности. При этом судебные
акты, опирающиеся на ст. 10 ГК РФ, зачастую недостаточно обоснованы. В
83
частности, суды не указывают, какое же поведение в данной ситуации являлось
бы добросовестным, в чем состоит дефект оспариваемых действий стороны.
Вторая проблема судебной практики заключается в том, что ссылки на ст.
10 ГК РФ используются вместо, а не наряду со ссылками на материальное
право. Тонкая работа законодателя сводится на нет, суды уходят от правильной
квалификации действий.
Наконец, очень актуальной проблемой становится отсутствие отраслевых
стандартов или кодексов добросовестного, этичного поведения. Подобные акты
могут быть источниками знания о том, какое именно поведение является
добросовестным. Оптимально, если такие стандарты будут разработаны каждой
отраслью самостоятельно, а не направлены сверху регулятором.
Существует много проблем реализации принципа добросовестности в
банковской сфере, а также масса проблем и при использовании
добросовестности и достоверности реестров и виндикации.
В качестве основных направлений совершенствования законодательства в
сфере реализации принципа добросовестности и справедливости мы
предлагаем:
- принцип справедливости должен быть закреплен в каждой
законодательной отрасли (в том числе и в гражданском праве), причем
самостоятельно, а не в соединении с другим каким-либо принципом, иметь
четкое определение и критерии;
- развитие принципа добросовестности как одного из наиболее значимых
элементов единой системы общих начал в виде конкретизации его критериев и
условий применительно к конкретным правоотношениям;
- при определении добросовестности лица необходимо установить
наличие одновременно двух критериев: объективного и субъективного.
Критериями добросовестности в действующем гражданском
законодательстве России правомерно считать следующие свойства деяний
субъектов в гражданских правоотношениях: