75
В.Ф. Попондопуло - принципом дозволительной направленности
1
. Данный тип
регулирования присущ гражданскому праву, поэтому ведущее значение в нём
имеют нормы, управомочивающие субъектов на инициативные правовые дейст-
вия, связанные с их интересами. Важнейшее значение он имеет для договорных
отношений, так как в соответствии с ним законодательство может установить
лишь общие границы самостоятельности, остальное - дело самих субъектов
2
.
Усиление данного типа регулирования происходит именно благодаря по
явлению принципа свободы договора, получившему наиболее последователь-
ную реализацию в Части второй ПС РФ. Она в максимальной мере воплощает
присущие нормальному рыночному обороту начала договорной свободы и ини-
циативы сторон. Поэтому подавляющее большинство правил о договорах носит
диспозитивный характер и рассчитано на свободное усмотрение самих сторон.
В связи с этим нельзя не согласиться с В.А. Тарховым, считающим рас-
сматриваемую формулу несостоятельной, так как невозможно всё не позволи-
тельное выразить в запретах, и, если закон предписывает определённое поведе-
ние, отступающее от предписанного, оно должно рассматриваться как запре-
щённое, хотя прямого запрета нет. Поэтому правильнее говорить о не противо-
речии закону. Таким образом, принцип свободы договора определяет приоритет
диспозитивного регулирования, но ни в коем случае не исключает детального
регулирования договорных отношений. Исходя из опыта экономически
развития стран, С.А. Хохлов отмечал, что и в условиях свободы договора такое
регулирование определяется общими потребностями современного рынка.
Сегодня жизнь показала недостаточную проработанность в законодательстве
правил о некоторых видах обязательств. Поэтому появляются, например,
предложения о введении императивных норм об ответственности за нарушение
договора транспортной экспедиции. К принципу «не запрещённое законом
дозволено» следует относиться с особой осторожностью и не «перегибать
1
См.: Яковлев В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений:
2
См.: Коммерческое право: Учебник / Под ред. В.Ф. Попондопуло, В.Ф. Яковлевой. 4.1.
76
палку». Важнейшее значение при этом приобретает соотношение
императивных и диспозитивных норм и чёткое их определение. Ответ на
данный вопрос даёт сам закон. Это сделано во избежание чрезмерного
толкования положений принципа свободы договора.
Не случайно понятие диспозитивной нормы содержится в ст. 421 ГК РФ,
определяю щей её как норму, применяющуюся постольку, поскольку
соглашением сторон не установлено иное, стороны могут своим соглашением
исключить её применение либо установить условие, отличное от
предусмотренного в ней. Такое определение можно признать традиционным
для отечественной цивилистики. В частности, К. Анненков выделял два вида
норм права: принудительные и дозволительные
1
. Под последними он понимал
нормы, «которые могут быть в отношении определяемого ими правоотношения
заменяемы определениями частной. По нашему мнению, для разграничения
диспозитивных и императивных норм следует использовать критерий,
установленный законом. В соответствии с ним, диспозитивными следует
считать нормы, прямо предоставляющие сторонам возможность изменения их
правил или исключения их применения. Такие нормы содержатся, например, в
ст.ст.459, 518, 660, 780, 994 и т.п. Нормы же, не содержащие указаний типа
«если иное не предусмотрено договором» или «если из соглашения сторон не
вытекает иное», относятся к императивным (за редки ми исключениями).
Диспозитивность гражданско-правового регулирования предполагает, по
нашему мнению, существование императивных норм, содержащих права,
которыми их субъект может как воспользоваться, так и отказаться от этого.
Таковы, например, императивные нормы, закрепляющие законную неустойку.
Это обусловлено характером гражданско-правового регулирования,
предполагающего, прежде всего, наличие норм регулятивного, а не охрани
тельного характера. В части же, не урегулированной правовыми нормами,
1
Анненков К. Начала русского гражданского права. Вып.1. СПб., 1900. С.4.
77
принцип «дозволено всё, кроме прямо запрещённого» должен действовать в
полной мере.
Иной точки зрения придерживается М.Г. Розенберг
1
, считающий, что из-
ложенный выше подход неизбежно приведёт к существенному ограничению
свободы договора. Но при этом он всё же говорит о спорности такого утвер-
ждения, так как практике потребуется более чёткий и дифференцированный
подход при определении степени обязательности норм ГК. Н.И. Матузовым
2
справедливо отмечено, что принцип «не запрещённое законом дозволено» в
полной мере осуществим лишь в зрелом гражданском обществе, каковым
Россия пока не является. Кроме того, он предполагает известную
осмотрительность, взвешенность, ответственность. С этой позиции следует
признать правильной, точно выверенной позицию российского законодателя,
отступившего от абсолютистских позиций и закрепившего, по определению
Н.И. Матузова
3
, «формулу разумной, полезной разрешённости». Он предлагает
дополнить это правило: «разрешено всё, что не запрещено законом и не
порицается моралью».
Ещё раз о принципе «не запрещённое законом дозволено» Правоведе
Рассматриваемый принцип обретёт в нашей стране большее содержание лишь
когда в российском общественном правосознании укоренится сформули-
рованное во времена классического римского частного права правило: «Не всё,
что дозволено, достойно уважения». А для этого необходимы ещё многие годы.
При этом полезно использовать и опыт экономически развитых стран
Европы, где в последнее время идеи справедливости в договорном праве берут
верх над идеями свободы и появляются предложения заменить или дополнить
принцип свободы принципом справедливости договоров.' В предложенном
1
Практика Международного коммерческого арбитражного суда при ТПП РФ за 2004
г. М.: Статут, 2005; Розенберг М.Г. Международный договор и иностранное право в
практике Международного коммерческого арбитражного суда. 2-еизд., перераб. и доп.
2
См.; Теория государства и права. Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько.
3
С.205; Матузов Н.И. Ещё раз о принципе «не запрещённое законом дозволено» // Правове-
дение.- 1999-№ 3.- С. 18.
78
нами варианте соотношения диспозитивных и императивных норм также
следует соблюдать меру - иначе придём к обратному принципу: «запрещено
всё, кроме прямо разрешённого». Следовательно, здесь необходимо найти
некую «золотую середину», продиктованную как особенностями правового
регулирования, так и необходимостью разумного понимания дозволительного
способа правового регулирования.
Таким образом, принцип свободы договора является своеобразным эталоном, с
помощью которого должны выверяться все действия нормотворца. А при
обнаружении несоответствия нового акта рассматриваемому принципу должен
действовать последний иначе говоря, придание этому принципу конкретного
содержания остается всецело на усмотрение суда.
79
заключение
Принцип свободы договора, являясь одним из фундаментов гражданского
права, не может не испытывать воздействия со стороны технологий, которые с
каждым годом все глубже проникают в жизнь общества. Технологии все в
большей степени диктуют правила, по которым развивается рынок. Они
определяют как поведение потребителей, так и бизнес-модели и влекут
появление новых объектов прав.
Среди инновационных информационных технологий, которые могут в
наибольшей степени оказать влияние на эволюцию принципа свободы
договора, стоит указать Интернет вещей, большие данные, расширенную
реальность и когнитивные вычисления. Как было показано выше, данные
технологии окажут влияние на процесс заключения договора, что будет
проявляться в росте автоматизированных договоров, заключаемых
электронными агентами без участия человека. При этом условия таких
договоров также могут определяться самими электронными агентами на
основании специальных алгоритмов с элементами самообучения. Кроме того,
информационные технологии позволяют по-новому взглянуть на давнюю
проблему, связанную с информационной асимметрией между
предпринимателем и потребителем, предоставляя последнему богатый арсенал
возможностей по получению в реальном времени необходимой информации о
товаре (услуге) или продавце. Данный аспект должен найти свое отражение в
оценке судами справедливости тех или иных условий договоров, заключенных
с потребителем.
Наконец, в связи с возрастанием роли информации (особенно так
называемых сырых данных) в развитии экономики будут появляться новые
типы договоров, опосредующих ее оборот. За юридическую жизнеспособность
последних будет отвечать принцип свободы договора, который должен
обеспечить возможность заключения непоименованных договоров, в том числе
с непоименованными объектами гражданских прав. Можно также ожидать, что
80
те виды информации, которые традиционно рассматривались в качестве
проявления личных прав граждан (персональные данные), со временем
превратятся в полноценный объект оборота, что при определенных условиях
может положительно сказаться на защите прав граждан вообще и рынке
информационных технологий в частности.
Список использованной литературы .
