96
Такое заявление возможно только во второй ситуации, когда суд
присуждает истцу (или третьему лицу, предъявляющему самостоятельные
требования относительно предмета спора), а также ответчику (в случае
двусторонней реституции) не то, о чем просит истец (третье лицо), а то, что
он вправе претендовать в силу существующего реституционного
обязательства. Например, истец, ссылаясь на ничтожный договор аренды,
который он считает действительным, требует взыскать с ответчика сумму
арендной платы. Суд, вместо того чтобы просто отказать в иске из-за
ничтожности договора, применяет реституцию, то есть присуждает
ответчику вернуть вещь, которую он нанял истцу, даже если истец этого не
требовал.
Представляется, что положение ст. 166 ГК РФ следует понимать в том
смысле, что суд вправе лишь проявлять инициативу в применении
реституции, но не осуществлять ее вопреки воле истца (или третьего лица,
заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора).
Поэтому, если, предположим, истец возражает против такой инициативы, то
ходатайство о реституции не должно иметь места. При противоположном
подходе невозможно было бы объяснить, какие существенные особенности
отношений между участниками ничтожной сделки приводят к
осуществлению судом реституции в целях защиты прав и интересов лиц,
участвующих в деле, и в их пользу, однако, вопреки их воле. Суд не может
реализовать таким образом какой-либо другой гражданский иск, поэтому
вряд ли можно было бы объяснить такое исключение из принципа
диспозитивности конкретно требованием реституции.
Из проведенного в данной главе исследования о правовых последствий
признания недействительности сделок, можно сделать следующие выводы:
1) Следствием признания сделки недействительной является
соответствующая реакция, установленная нормой права с целью
восстановления имущественного положения добросовестной стороны в виде
возврата переданной ею сделки, применения к виновной стороне санкции в