64
исключительного права, которые предусматриваются п. 1 ст. 1515 ГК
Российской Федерации.
По мнению П.В. Крашенинникова, взыскание компенсации за незаконное
использование товарного знака возможно в случае, когда на момент
предъявления иска правовая охрана товарного знака прекращена, в
соответствии с положениями ст. 1515 ГК Российской Федерации. В таком
случае иск может заявляться лицом, которое являлось правообладателем на
момент совершения правонарушения.
2
С вопросом взыскания компенсации тесно связано исследование наличия
вины нарушителя. На данном вопросе следует остановиться более подробно.
По делам данной категории в предмет доказывания правообладателем
входит бездоговорное использование прав. Также истец должен произвести
расчет суммы компенсации. В противном же случае исковое заявление судом
будет оставлено без движения.
Ответчик вправе ссылаться на отсутствие своей вины, положения ст. 1064
ГК Российской Федерации об освобождении от возмещения вреда,
предоставлять суду доказательства правомерности использования спорных
объектов интеллектуальных прав, а равно контррасчет суммы компенсации.
При этом, даже в том случае, когда спорным объектом выступает не результат
интеллектуальной деятельности в научном смысле слова, т.е. когда объект не
создан творческим трудом автора, создателя или творца, а, к примеру,
представляет собой средство индивидуализации – товарный знак, присутствует
риск того, что товарный знак может признаваться оригинальным и охраняемым
авторским правом. В этой связи правообладателю товарного знака
целесообразно всякий раз заключать соглашение об урегулировании всех
вопросов, касающихся авторских прав, с разработчиком такового товарного
знака. Это предоставит возможность создать положительные перспективы
судебному процессу об оспаривании авторских прав.
2
Крашенинников П.В. Гражданский кодекс Российской Федерации. Фирменное название.
Товарный знак. Место происхождения товара. Коммерческое обозначение: постатейный
комментарий к главе 76 / под ред. П.В. Крашенинникова. – М.: Статут, 2015г, с. 87
65
Вопрос наличия либо отсутствия вины нарушителя при защите прав на
результаты интеллектуальной деятельности можно считать одним из самых
главных, подлежащих разрешению судом непосредственно перед вынесением
решения. Для правильного разрешения данной проблемы суд должен
определить, требование какой категории заявляет истец в просительной части
своего искового заявления.
Если истец намеревается защитить свои права с применением к
нарушителю мер, которые не относятся к мерам ответственности, то вопрос
наличия либо отсутствия вины судом исследованию не подлежит. Такой вывод
можно сделать на основании того, что в отношении нарушителя может быть
вынесено решение об обязании прекратить нарушение и в отсутствии вины
последнего.
Среди применяемых к нарушителю мер, которые не относятся к мерам
ответственности, можно выделить следующие:
- публикация решения суда о допущенном нарушении;
- пресечение действий, нарушающих исключительное право на результат
интеллектуальной деятельности, либо создающих угрозу нарушения такового
права.
Некоторые источники указывают на неточность названной нормы
Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку публикация решения
суда о допущенном нарушении осуществляется за счет нарушителя, чревата
другими неблагоприятными последствиями, способными привести к
имущественным потерям, постольку она является дополнительной
имущественной санкцией. Сказанное свидетельствует о том, что правовая
природа указанного способа защиты дает право отнести его к мерам
гражданско-правовой ответственности.
1
1
Гаврилов Э.П. Комментарий к Постановлению Пленума Верховного суда РФ и Пленуму
Высшего Арбитражного суда РФ от 26 марта 2009г № 5/29 «О некоторых вопросах,
возникающих в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса
Российской Федерации» / Э.П. Гаврилов. – М.: Междунар. отношения, 2012г
66
Согласно положениям ст. 401 ГК Российской Федерации, наличие вины
является обязательным условием наступления мер ответственности, и к таким
мерам относится, в частности, взыскание убытков и компенсация.
В процессе изучения правоприменительной практики выяснилось, что
судами неоднозначно толкуются положения п. 23 постановления Пленума
Верховного Суда Российской Федерации и «О некоторых вопросах, возникших
в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса
Российской Федерации», согласно положениям которого, ответственность за
нарушение интеллектуальных прав наступает, применительно к ст. 401 ГК
Российской Федерации.
Одной из причин неоднозначности толкования выступает неточность
формулировки упоминавшегося ранее п. 3 ст. 1250 ГК Российской Федерации.
Логическая основа, на которой зиждется разъяснение п. 23 Постановления
Пленумов № 5/29. подрывается недостаточной точностью формулировки п. 3
ст. 1250 ГК Российской Федерации, который некорректно разграничивает меры
ответственности от способов защиты, не являющихся мерами ответственности.
Следует отметить, что наличие вины лица по делам об ответственности за
нарушение обязательств является необходимым условием наступления
ответственности и, согласно положениям п. 2 ст. 401 ГК Российской
Федерации, презюмируется. При этом для лица, которое осуществляет
предпринимательскую деятельность, ответственность наступает при отсутствии
вины. Однако действующим законодательством из данного правила
предусматриваются исключения, и лицо, которое осуществляет
предпринимательскую деятельность, вправе ими воспользоваться:
- во-первых, ответственность без вины не наступит, если ответчик сможет
доказать наличие чрезвычайных обстоятельств;
- во-вторых, обязательное наличие вины для наступления
ответственности может предусматриваться законом либо в тексте заключенного
договора.
67
Применительно ко второму случаю в научной литературе рассмотрению
подвергается достаточно интересный пример, когда судом было отказано
таможенным органам во взыскании неустойки по внешнеторговому контракту в
силу того, что оговорка об обязательном наличии вины была закреплена в
самом контракте.
1
В отношении исков о взыскании компенсации за нарушение
интеллектуальных прав таковой подход не применим, так как во всех судебных
делах подобного рода речь ведется о бездоговорном использовании.
Нарушение исключительных прав выступает основанием для
возникновения деликтного обязательства. Для наступления ответственности
при причинении вреда обязательным должно быть наличие необходимых для ее
применения условий. В качестве условий деликтной ответственности следует
назвать состав гражданского правонарушения, в частности:
- противоправный характер поведения причинившего вред лица;
- наличие причинной связи между противоправным поведением и
наступившим вредом;
- наличие вины причинившего вред лица, при этом, законом, в
соответствии с положениями ст. 1064 ГК Российской Федерации, может
предусматриваться ответственность и без вины причинителя вреда.
Достаточно показательным случаем правовой неопределенности в
понимании названного выше п. 23 совместного постановления Пленумов №
5/29 можно назвать рассмотренное выше дело № А56-44999/2010. В границах
названного дела истец обратился к ответчику с иском о взыскании компенсации
за нарушение исключительных прав. Судом истцу в иске было отказано, акцент
при этом был сделан на отсутствии вины нарушителя. Судом апелляционной
инстанции решение было изменено, и с ответчика была взыскана компенсация.
При этом суд апелляционной инстанции руководствовался положениями нормы
п. 3 ст. 401 ГК Российской Федерации о возможности наступления
1
Савинов А.В. Защита интеллектуальной собственности: учебно-методическое пособие /
А.В. Савинов, С.В. Кузьмин. – Волгоград: ВГТУ, 2016г, с. 91
68
ответственности нарушителя при отсутствии вины, если при нарушении
осуществлялась предпринимательская деятельность, а также положениями п. 2
ст. 1064 ГК Российской Федерации, предусматривающего возможность
наступления ответственности без вины причинителя вреда. Но при применении
последней нормы судом не была сделана ссылка на конкретный закон, который
позволяет привлечь причинителя вреда к гражданско-правовой ответственности
в виде взыскания компенсации при отсутствии вины последнего.
Судом кассационной инстанции было оставлено в силе решение суда
первой инстанции и отменено постановление суда апелляционной инстанции.
При этом судом делалась ссылка на ряд обстоятельств.
Во-первых, суд апелляционной инстанции не сделал ссылку на
конкретный закон, позволяющий привлечь причинителя вреда к гражданско-
правовой ответственности в виде взыскания компенсации в отсутствие его
вины.
Во-вторых, применение правил о привлечении юридического лица к
ответственности в отсутствие его вины должно осуществляться с учетом
обстоятельств, освобождающих его от ответственности, в соответствии с
положениями п. 1 ст. 401 ГК Российской Федерации.
Таким образом, юридическое лицо не может быть привлечено к
юридической ответственности в отсутствие вины, если при той степени
заботливости и осмотрительности, каковая от него потребовалась по характеру
обязательства, им были предприняты все меры для надлежащего исполнения
обязательств.
Примечательным представляется еще один пример. Так, весной 2016 года
заявитель обращался в суд с заявлением о пересмотре судебного акта в связи с
вновь открывшимися обстоятельствами, но производство по заявлению было
прекращено в связи с пропуском не подлежащего восстановлению
шестимесячного срока обращения с подобным заявлением. Таким образом,
правообладателям было отказано в защите против владельцев Интернет-сайтов.
69
Аналогичная ситуация имела место и с защитой правообладателей против
Интернет-провайдеров. Имея в виду, что последний не обладает техническими
возможностями фильтровать передаваемую по каналам связи информацию.
Еще одним из примеров исследования вопроса вины по делам о выплате
компенсации можно назвать Постановление Пленума Верховного суда
Российской Федерации от 20 ноября 2016 года, в котором судом было
отмечено, что требование о выплате компенсации за нарушение
исключительных прав осуществляющим предпринимательскую деятельность
лицом должно подлежать удовлетворению при отсутствии его вины. Суду при
этом необходимо оценить обстоятельства дела, оказывающие влияние на
размер взыскиваемой компенсации, и при необходимости снизить такую сумму,
по сравнению с заявленными истцом требованиями.
1
В соответствии с названным выше Постановлением, размер компенсации
за неправомерное использование произведения должен определяться, в
соответствии с необходимостью восстановления имущественного положения
правообладателя. При определении размера компенсации необходимо
учитывать возможность привлечения к ответственности правообладателем всех
известных нарушителей его права. Таким образом, потенциальная возможность
привлечения к гражданско-правовой ответственности лиц, не привлеченных к
участию в деле в качестве ответчика, представляется необходимым и
достаточным условием для взыскания минимально возможной по закону суммы
компенсации.
Названный теоретический вывод становится вполне обоснованным при
внимательном изучении сути спорного дела. Правообладатель обратился с
иском о взыскании компенсации за нарушение авторских справ с
распространителя средства массовой информации – магазина розничной
торговли. Названное юридическое лицо выступало единственным ответчиком
1
О взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на фотографическое
произведение: Постановление Президиума Верховного Суда от 20 ноября 2016г № 8953/16.
[Электронный ресурс] – Режим доступа: www.consultant.ru/
70
по делу, к редакции средства массовой информации правообладатель не
обращался.
Распространителю, как юридическому лицу, которое осуществляет
предпринимательскую деятельность, взыскания компенсации избежать не
удалось, так как его вина не является элементом, который необходим для
привлечения к гражданско-правовой ответственности.
Однако Верховным судом Российской Федерации было указано, что
размер компенсации должен быть установлен судом минимальным, так как у
истца остается возможность восстановить имущественное положение, в
котором он бы находился, если бы произведение было использовано
правомерно. Такая возможность могла быть реализована истцом при
обращении к редакции средства массовой информации с аналогичным иском.
Верховным судом Российской Федерации был сделан вывод, что при
определении размера компенсации необходимо учитывать возможность
привлечения к ответственности правообладателем всех известных нарушителей
его права.
Данная Верховным судом Российской Федерации трактовка создает
благоприятную почву для защиты юридических лиц, которые осуществляют
предпринимательскую деятельность, от недобросовестных правообладателей,
которые, например, в состоянии вступать в сговор с редакциями средств
массовой информации. Подобного рода сговор может обусловливаться
желанием недобросовестных сторон обогатиться за счет распространителей
средств массовой информации. Трактовка же, данная Верховным судом
Российской Федерации, расставила экономические приоритеты таким образом,
что данный сговор становится для недобросовестного правообладателя
неэффективным. Названный судебный акт представляет собой яркий пример
применения российским судом экономического анализа права, разработанного
71
западными университетами,
1
при формировании судебной практики.
Подводя итоги изложенному в данной главе материалу, следует сделать
следующие выводы. Нарушитель обязан прекратить действия, которые ведут к
нарушению интеллектуальных прав авторов либо иных правообладателей.
Однако, если в действиях имеет место наличие вины, и в действиях нарушителя
имеется состав преступления, то автор вправе прибегнуть к уголовно-правовой
защите.
Важнейшим элементом исследования гражданско-правовой защиты
результатов интеллектуальной деятельности явился анализ ее существенных
признаков. При этом сформулированные в результате рассмотрения признаки
гражданско-правовой защиты результатов интеллектуальной деятельности
можно с условной долей определенности разделить на признаки, которые
присущи гражданско-правовой защите любых субъективных прав, и признаки,
которые обусловлены именно спецификой прав интеллектуальной
собственности и их объектов.
Предметом гражданско-правовой защиты прав на интеллектуальную
деятельность выступают имущественные и личные неимущественные права
правообладателя, образующие в своей совокупности интеллектуальную
собственность.
Реализация права на защиту нарушенных или оспоренных прав на
результаты интеллектуальной деятельности происходит в определенном
порядке, использование которого равнозначно применению надлежащей
формы, способов и средств защиты. Именно данными элементами образуется
внутренняя структура механизма гражданско-правовой защиты
исключительных прав.
1
Мамаева Л.Н. Институциональная экономика: учебник для студентов высших учебных
заведений, учебных заведений, обучающихся по направлению подготовки «Экономика» /
Л.Н. Мамаева. – Ростов-н-Дону: Феникс, 2016г, с. 131.
72
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Таким образом, результаты интеллектуальной деятельности обладают
существенными особенностями и значительно более разнообразны, чем права
на результаты материального производства. Будучи нематериальными и не
ограниченными в пространстве, результаты интеллектуальной деятельности
одновременно могут использоваться неограниченным кругом лиц.
Права на результаты интеллектуальной деятельности, широко вошедшие
в экономический оборот, представляют интерес для самых разных его
участников: авторов, их работодателей, инвесторов, пользователей, разного
рода посредников и т.п. Временами вопрос о распределении прав между
отдельными участниками экономического оборота становится особенно острым
и приобретает форму борьбы за определение в законе оснований возникновения
прав каждого из них.
Способы распоряжения интеллектуальными правами включают в себя не
только отчуждение прав, но и выдачу лицензий. Не все субъекты
интеллектуальных прав наделены абсолютными правами. Круг субъектов
несколько шире, нежели круг обладателей права. Традиционная модель
построения защиты вызывает определенные трудности. В частности, сложней
становится установление справедливого баланса прав и интересов различных
участников процесса, отсутствие которого грозит превратиться в тормоз
дальнейшего развития.
Ответственность, предусмотренная в четвертой части Гражданского
кодекса Российской Федерации за нарушение прав на результаты
интеллектуальной деятельности, включает в себя как ответственность личного
характера – возмещение морального ущерба, так и ответственность
имущественную – возмещение вреда.
Правильный выбор форм и способов защиты прав на результаты
интеллектуальной деятельности в состоянии стать определяющим фактором
при восстановлении нарушенных прав.
73
Отказ от привлечения к участию в судебном разбирательстве
определенных лиц может стать причиной вынесения незаконного решения.
Использование общих гражданско-правовых способов защиты
исключительных прав может оказаться не менее удобным и продуктивным для
истца, нежели специальные способы.
Необходимость исследования вопросов вины судом должна оцениваться
всякий раз при рассмотрении дел о защите интеллектуальных прав, в том числе
и прав на результаты интеллектуальной деятельности.
В процессе исследования необходимо сделать определенные
практические выводы, а именно:
- в судебной практике возникает некая неопределенность при
рассмотрении исков о взыскании компенсации с коммерческих юридических
лиц, в силу неоднозначности применения норм об их вине;
- развитие информационных технологий перед правоприменителями
ставит сложные вопросы об ответственности субъектов недавно возникших
информационных отношений за нарушение исключительных прав;
- вопрос столкновения исключительных прав, в том числе патентных,
достаточно широко обсуждаемый в среде специалистов, не получает должного
разрешения в правоприменительной практике. В литературе можно
неоднократно встретить критику в адрес судов относительно данного вопроса;
- историческое развитие института защиты интеллектуальных прав
достигло нового рубежа, возникновение которого связано с комплексным
реформированием гражданского законодательства;
- общие гражданско-правовые способы защиты, как интеллектуальных
прав в целом, так и прав на результаты интеллектуальной деятельности, все
чаще становятся объектом пристального внимания участников тематических
круглых столов, конференций. При этом специалисты находят все новые
методы их применения и использования;
- критерии разграничения копии и оригинала электронного произведения
в теории до конца не определены. Необходима выработка конкретных позиций