64
контролировать ситуацию, и тем самым существенно снизить эффективность
деятельности учреждений и органов системы исполнения наказаний по
реализации стоящих перед ними задач».
В качестве основного непосредственного объекта преступления,
предусматривающего ответственность за дезорганизацию деятельности
учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, выступают
общественные отношения, обеспечивающие порядок исполнения наказания в
виде лишения свободы, а также порядок содержания лиц в следственных
изоляторах и изоляторах временного содержания.
Возникает вопрос: почему законодатель сужает объект посягательства
только отношениями, связанными с исполнением наказания в виде лишения
свободы. Может быть, если уж мы говорим об управленческой деятельности
государства в сфере исполнения наказаний, расширить сферу применения
данной нормы, распространив ее не только на сотрудников мест лишения
свободы, но и на сотрудников исправительных центров, уголовно-
исполнительных инспекций, назвав данную статью «Дезорганизация
деятельности учреждений и органов, исполняющих наказание».
Распространяя данную норму на сотрудников всех учреждений и органов,
исполняющих наказание, мы тем самым устраняем пробел, связанный с
проблемой квалификации действий, посягающих на здоровье сотрудников
уголовно исполнительной инспекции и иных сотрудников Федеральной службы
исполнения наказаний РФ
1
.
В качестве второго варианта разрешения данной правовой ситуации
можно предложить вообще не выделять в качестве самостоятельного объекта
уголовно-правовой охраны именно деятельность по исполнению наказаний,
рассматривая ее как разновидность исполнительно-распорядительной
1
Доля лиц, ранее осуждавшихся за совершение преступления. URL:
http://www.cdep.ru/userimages/ sudebnaya_statistika/2018/Dolia_litc_ranee_osuzhdavshikhsia_
za_sovershenie_prestuplenii_za_2017g.xls (дата обращения: 05.05.2018).
65
деятельности, и защищать жизнь и здоровье сотрудников учреждений и
органов, исполняющих наказание, наравне с представителями власти в рамках
ст. 318 УК РФ, предусматривающей ответственность за применение насилия в
отношении представителя власти.
Понятие и признаки представителя власти содержаться в примечании к
ст. 318 УК РФ, где сказано, что «представителем власти в настоящей статье и
других статьях настоящего Кодекса признается должностное лицо
правоохранительного или контролирующего органа, а также иное должностное
лицо, наделенное в установленном законом порядке распорядительными
полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной
зависимости».
Данное определение предполагает достаточно широкий круг субъектов,
потерпевших по данной статье, не ограничиваясь только сотрудниками
правоохранительных органов, как, например, в ст. 317 УК РФ.
Дополнительным объектом, согласно ч. 1 рассматриваемой статьи, являются
общественные отношения, обеспечивающие телесную неприкосновенность
осужденных, а также их психическое благополучие.
Особенностью данного состава является то, что в рамках одной статьи
законодатель объединил в качестве потерпевших и лиц, отбывающих наказание
и содержащихся под стражей, и сотрудников мест отбывания наказания и
содержания под стражей. Обращаясь к ч. 1 ст. 321 УК РФ, следует отметить,
что потерпевшими по ней выступают осужденные, но не все, а только те, кто
встал на путь исправления и сотрудничает с администрацией учреждения или
органа уголовно-исполнительной системы. Во-первых, посягая на данный круг
осужденных, лицо тем самым, прежде всего, нарушает отношения, связанные с
достижением целей наказания, речь идет о реализации правосудия и
достижении ее целей.
Поэтому в качестве непосредственного объекта данных действий
выступает не порядок исполнения наказаний, а интересы правосудия. Во-
66
вторых, включение в число потерпевших по преступлениям против порядка
управления осужденных не представляется обоснованным и целесообразным.
В гл. 32 «Преступления против порядка управления» традиционно
выделяется группа преступлений, посягающих на субъектов управленческой
деятельности, к которым относятся сотрудники правоохранительных органов,
представители власти, то есть лица, наделенные соответствующими властными
полномочиями в сфере исполнительной деятельности государства.
Государство, наделяя их различного рода функциями в сфере управления
и властью предусматривает для них особую систему уголовно-правовой
защиты в рамках отдельной главы. Кроме того, как известно, дополнительный
объект, в качестве которого выступают общественные отношения,
обеспечивающие телесную неприкосновенность осужденных, всегда должен
быть связан с основным, и вред дополнительному объекту причиняется в связи
с причинением вреда основному.
А основным объектом по рассматриваемому составу выступают
отношения, обеспечивающие законную деятельность органов исполнительной
власти в сфере исполнения наказаний и содержания подозреваемых и
обвиняемых под стражей. Следовательно, потерпевшими могут быть только
лица, осуществляющие эту деятельность, наделенные соответствующими
правами и обязанностями.
В силу вышеизложенного осужденные не вписываются в систему
преступлений против порядка управления, в частности, не могут быть
потерпевшими по преступлениям, посягающим на субъектов управленческой
деятельности. Кроме того, по данным Судебного департамента РФ, в 2018 г. по
ч. 1 ст. 321 УК РФ было осуждено всего 4 человека.
В связи с этим предлагается исключить из числа потерпевших по ст. 321
УК РФ осужденных, а факты применения насилия в отношении осужденных
рассматривать по статьям, предусматривающим ответственность за
преступления против здоровья.
67
Говоря об объекте данного преступления, следует отметить, что по ч. 2
ст. 321 УК РФ, предусматривающей ответственность за применение насилия, не
опасного для жизни или здоровья, либо угрозы применения насилия в
отношении сотрудника мест лишения свободы или места содержания под
стражей в связи с осуществлением им служебной деятельности или их близких,
в качестве потерпевших выступают сотрудники мест лишения свободы или
сотрудники мест содержания под стражей, а также их близкие лица. Прежде
всего, необходимо разобраться, что относится к местам лишения свободы и
местам содержания под стражей.
Здесь, как правило, проблем не возникает. В соответствии со ст. 73, 74
Уголовно-исполнительного кодекса РФ, осужденные к лишению свободы
отбывают наказание в исправительных учреждениях, к которым относятся
исправительные колонии, воспитательные колонии, тюрьмы, лечебные
исправительные учреждения
1
.
Следственные изоляторы выполняют функции исправительных
учреждений в отношении осужденных, оставленных для выполнения работ по
хозяйственному обслуживанию, осужденных, в отношении которых приговор
суда вступил в законную силу и которые подлежат направлению в
исправительные учреждения для отбывания наказания, осужденных,
перемещаемых из одного места отбывания наказания в другое, осужденных,
оставленных в следственном изоляторе или переведенных в следственный
изолятор в порядке, установленном ст. 77.1 настоящего Кодекса, а также в
отношении осужденных на срок не свыше шести месяцев, оставленных в
следственных изоляторах с их согласия8 . Что касается мест содержания под
стражей, то, в соответствии со ст. 7 Федерального закона от 15 июля 1995 г. №
103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в
совершении преступлений», к местам содержания под стражей относятся
1
Доля лиц, ранее осуждавшихся за совершение преступления. URL:
http://www.cdep.ru/userimages/ sudebnaya_statistika/2018/Dolia_litc_ranee_osuzhdavshikhsia_
za_sovershenie_prestuplenii_za_2017g.xls (дата обращения: 05.05.2018).
68
следственные изоляторы уголовно исполнительной системы, изоляторы
временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел,
изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых пограничных
органов федеральной службы безопасности.
Еще один вопрос, требующий выяснения, это определение понятия
сотрудника мест лишения свободы и содержания под стражей. В соответствии
со ст. 1 Федерального закона от 19.07.2018 № 197-ФЗ «О службе в уголовно-
исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в
Закон Российской Федерации «"Об учреждениях и органах, исполняющих
уголовные наказания в виде лишения свободы"» – это гражданин, проходящий
в соответствии с настоящим Федеральным законом службу в уголовно-
исполнительной системе в должности, по которой предусмотрено присвоение
специального звания.
К сотрудникам мест содержания под стражей, в соответствии с
Федеральным законом от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под
стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», относятся
лица рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, сотрудники
учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащие
органов федеральной службы безопасности и Вооруженных Сил Российской
Федерации, исполняющие обязанности по обеспечению режима содержания
под стражей.
Таким образом, в качестве потерпевших по данной статье могут
выступать только аттестованные сотрудники мест лишения свободы в чьи
непосредственные функции входит обеспечение режима отбывания наказания.
Критикуя данный подход законодателя к определению круга
потерпевших по ст. 321 УК РФ, ограничивая его лишь сотрудниками, то есть
лицами, имеющими специальные звания, А.В. Шеслер и Т.Г. Антонов
предлагают «вместо термина "сотрудник" ввести термин "представитель
администрации"», указывая, что «такой подход приобретает особую
актуальность в связи с тенденцией перевода многих сотрудников с
69
аттестованных должностей в число вольнонаёмного персонала, не имеющего
специальных званий, при выполнении ими функций, аналогичных функциям,
выполняемым аттестованными сотрудниками».
Также на необходимость расширения круга потерпевших по данной
статье указывает и М.С. Красильникова, считая, что к «работникам уголовно-
исполнительной системы, подлежащим уголовно-правовой охране посредством
специальной нормы, следовало бы отнести лиц, осуществляющих в местах
лишения свободы общеобразовательное и профессионально-техническое
обучение, медицинское обслуживание, административный и инженерно-
технический персонал, руководящий производственной деятельностью
осужденных», дополнив норму словами «работники места лишения свободы».
Помимо сотрудников мест лишения свободы и мест содержания под
стражей, потерпевшими по ч. 2 ст. 321 УК РФ выступают их близкие лица, к
которым в соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 27
января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК
РФ)» «наряду с близкими родственниками, могут относиться иные лица,
состоящие с ним в родстве, свойстве (родственники супруга), а также лица,
жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги
потерпевшему в силу сложившихся личных отношений».
Следует отметить, что в судебной практике практически не встречаются
примеры применения насилия к лицам, близким сотруднику мест лишения
свободы или содержания под стражей. Объективная сторона рассматриваемого
преступления выражается в совершении нескольких действий в зависимости от
части.
В чч. 1 и 2 ст. 321 УК РФ указывается на два деяния. Первое действие,
указанное в диспозиции статьи, – это насилие, не опасное для жизни или
здоровья, и второе − это угроза применения насилия. На сегодняшний день
проблем при определении характера применяемого насилия не возникает.
В Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. №
29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» в п.21 указывает,
70
что «под насилием, не опасным для жизни или здоровья (пункт "г" части
второй статьи 161 УК РФ), следует понимать побои или совершение иных
насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему
физической боли либо с ограничением его свободы (связывание рук,
применение наручников, оставление в закрытом помещении и др.)».
У потерпевшего могут быть синяки, ссадины, кровоподтеки, гематомы,
но не должно быть вреда здоровью. Угроза применения насилия как признак
объективной стороны рассматриваемого состава заключается в психическом
воздействии на потерпевшего с целью устрашения. В данном случае речь идет
об угрозе применения любого насилия, как опасного, так и неопасного, вплоть
до угрозы лишения жизни. Преступление считается оконченным с момента
совершения любого из указанных действий, то есть состав по конструкции
относится к числу формальных.
Части 1 и 2 ст. 321 УК РФ отличаются друг от друга только кругом
потерпевших. В части 3 ст. 321 УК РФ содержится особо квалифицированный
состав преступления, в котором предусмотрена ответственность за «деяния,
предусмотренные частями первой и второй настоящей статьи, совершенные
организованной группой либо с применением насилия, опасного для жизни или
здоровья».
Похоже, что эта формулировка не совсем успешна и требует
корректировки. В частности, на основании формулировки чч. 1, 2 и 3 ст. 321
Уголовного кодекса, получается, что часть 3 данного раздела предусматривает
ответственность за применение насилия, которое не опасно для жизни или
здоровья, с применением насилия, которое опасно для жизни или здоровье.
Похоже, что как с точки зрения законодательной технологии, так и здравого
смысла, такая формулировка неприемлема и требует изменения.
В связи с этим требуется новая формулировка состава преступления,
квалифицируемого как рассматриваемое преступление, которая
предусматривает ответственность за применение насилия, жизнь, угрожающую
жизни или здоровью осужденного или работника помещения. исполнение
71
приговоров или мест содержания под стражей. А также, если есть сомнительная
необходимость в предоставлении специально квалифицированного персонала,
устанавливающего повышенную ответственность за применение насилия, как
опасного, так и не опасного для жизни или здоровья, совершенного
организованная группа
1
.
Под насилием, опасным для жизни или здоровья, в соответствии с
Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О
судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», «следует понимать
такое насилие, которое повлекло причинение тяжкого и средней тяжести вреда
здоровью потерпевшего, а также причинение легкого вреда здоровью,
вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную
стойкую утрату общей трудоспособности».
Насилие, которое опасно для жизни или здоровья, также включает
«нападение за захват имущества, совершенное с применением насилия,
опасного для жизни или здоровья, которое, хотя оно и не наносило ущерба
здоровью жертвы, но во время использования создавало реальную угрозу его
жизни или здоровью».
Так ч. 3 ст. 321 Уголовного кодекса конкретно касается преступлений
против здоровья. Поэтому легкий, умеренный и серьезный ущерб здоровью
жертвы полностью покрывается этим стандартом и не требует дополнительных
квалификаций в области преступлений против здоровья. Если во время
применения насилия, опасного для жизни или здоровья, жертва вызвана
смертью по неосторожности, то требуется дополнительная квалификация в
соответствии с частью 4 ст. 111 УК РФ, предусматривающий ответственность
за умышленное причинение серьезного вреда здоровью человека, повлекшее
смерть по неосторожности.
1
Доля лиц, ранее осуждавшихся за совершение преступления. URL:
http://www.cdep.ru/userimages/ sudebnaya_statistika/2018/Dolia_litc_ranee_osuzhdavshikhsia_
za_sovershenie_prestuplenii_za_2017g.xls (дата обращения: 05.05.2018).
72
Если же смерть причиняется умышленно, то квалификация должна быть
по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ, предусматривающая ответственность за убийство
лица в связи с осуществлением служебной деятельности. В ряде работ
отмечается, что обязательным признаком объективной стороны состава
«дезорганизации деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от
общества» выступает место совершения преступления, в качестве которого
выступает место лишения свободы.
Как указывает М.С. Красильникова, «специфичным признаком
дезорганизации деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от
общества, является место совершения преступления, поскольку квалификация
угрозы насилием либо фактически примененного насилия к соответствующим
потерпевшим вне места лишения свободы или места содержания под стражей
должна осуществляться по статьям уголовного закона о преступлениях против
жизни или здоровья, если действия направлены на осужденного, либо по ст. 318
УК РФ, если речь идет о потерпевшем представителе власти».
Сложно согласиться с данным высказыванием. В диспозиции ст. 321 УК
РФ не указывается на место совершения данного преступления,
соответственно, обязательным оно не является. Кроме того, представляется, что
общественная опасность рассматриваемого деяния связывается не столько с
местом совершения преступления, сколько с порядком осуществления
деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества.
Применение насилия к сотруднику мест лишения свободы в связи с его
служебной деятельностью, независимо от того, где оно было совершено и в
какое время, посягает на отношения, обеспечивающие порядок исполнения
наказания, представителем которой выступает сотрудник.
Также ч. 3 ст. 321 УК РФ, как было указано выше, предусматривает в
качестве квалифицирующего признака применение насилия, не опасного для
жизни или здоровья организованной группой. Под организованной группой ч. 3
ст. 35 УК РФ понимает «устойчивую группу лиц, заранее объединившихся для
совершения одного или нескольких преступлений».
73
Признаки организованной группы включают следующее: стабильность
состава, тесные взаимоотношения между членами группы, постоянство форм и
методов преступной деятельности, продолжительность существования, частота
преступлений, техническое оснащение, наличие организатора, распределение
ролей и др.
Если законодатель предусматривает совершение преступления в
соучастии в качестве квалифицирующего признака, то более целесообразно
предусмотреть не только организованную группу, но и группу лиц по
предварительному сговору.
Во-первых, традиционно возникают трудности при доказательстве
существования такого знака как организованной группы, особенно когда речь
идет о применении насилия.
Во-вторых, такой вид соучастия, как группа лиц по предварительному
сговору встречается гораздо чаще в судебной практике и также обладает
достаточно высокой степенью общественной опасности по сравнению с
совершением преступлений единолично.
Субъективная сторона рассматриваемого преступления характеризуется
умышленной формой вины, прямым умыслом. Помимо вины, обязательным
признаком субъективной стороны выступают мотив и цель совершаемых
действий. Если потерпевшим является осужденный, то, в соответствии с
диспозицией ст. 321 УК РФ, насилие или угроза применения насилия
осуществляются «с целью воспрепятствовать исправлению осужденного или из
мести за оказанное им содействие администрации учреждения или органа
уголовно-исполнительной системы».
При квалификации действий виновного лица, помимо установления
прямого умысла, направленного на применение насилия или угрозы
применения насилия к потерпевшему осужденному, необходимо установить
цель применяемого насилия, которая связывается с поведением осужденного,
его исправлением, либо установить мотив