44
«представители которых обладают трудно контролируемой и трудно
ограничиваемой властью. Естественно, врач обладает известной властью над
больными, от него зависит здоровье (физическое и душевное) и жизнь других
людей, их свобода (например, в ситуации судебно-психиатрической
экспертизы) и их достоинство». По Р.Конечному и М.Боухалу,
профессиональная деформация постепенно развивается из профессиональной
адаптации. Определенная степень адаптации естественна для медицинского
работника. Сильное эмоциональное восприятие страданий другого человека в
начале профессиональной деятельности, как правило, несколько (а порой и
достаточно сильно) притупляется. Р.Конечный и М.Боухал приводят пример:
студенты-медики после нескольких часов, проведенных в «анатомичке»,
выходят достаточно быстро из психического потрясения и приступают к
деловому изучению анатомии[12].
Конечно, для врача просто необходима определенная степень
эмоциональной сопротивляемости, но он должен сохранять те качества,
которые делают его не просто хорошим профессионалом, но и оставляют
человеком: способность к эмпатии, уважение к другому человеку, соблюдение
норм профессиональной этики.
Ярким примером профессиональной деформации является подход к
пациенту как к объекту — носителю определенного симптома, составной части
синдрома. Этот подход иллюстрируется следующими выражениями врачей-
психиатров: «явное нарушение мотивационной сферы», «меня интересуют
только особенности мышления», «для диагноза мне нужно знать, есть ли
изменение личности по эпилептоидному типу». Такое отношение не
подразумевает ценностного и целостного подхода к личности пациента, к
системе его жизненных отношений. Как правило, действие в узких границах
нормы с целью постановки диагноза является достаточно устойчивым
признаком профессиональной деформации.
Кроме того, выделяются следующие признаки профессиональной
деформации врачей (из опыта работы автора в психоневрологической клинике):