94
В первом случае контроль над обществом имеют акционеры,
аккумулировавшие пакеты акций, достаточные для принятия решений на
общих собраниях акционеров. Во втором случае речь идет о контроле, как
правило, достигаемом при помощи заключения кредитных договоров,
которые наделяют финансовые институты правом оказывать влияние на
процесс принятия решений в акционерных обществах. В третьем случае вся
полнота власти концентрируется у лиц, непосредственно осуществляющих
управление акционерными обществами (члены совета директоров,
правления, генеральный директор). Так, в связи с распыленностью
акционерного капитала, а также из-за того, что американским банкам
законодательно запрещено приобретать в собственность акции корпораций, в
США, в отличие от Германии, где акционерный капитал концентрирован,
реализовался менеджерский тип контроля. В связи с этим обстоятельством
корпоративное законодательство США уделяет пристальное внимание
статусу лиц, осуществляющих управление в акционерном обществе, а также
вопросам их ответственности за ненадлежащее поведение
1
.
Многие исследователи отмечают, что современная ситуация в России
обусловлена тем, что в открытых акционерных обществах существует, как
правило, контроль одного акционера или узкой группы акционеров, которые
хотят одновременно управлять бизнесом, как это происходит в закрытых
корпорациях. Возможно, это вызвано отсутствием культуры применения
корпоративных норм, в связи с чем миноритарный акционер в большинстве
случаев, не может рассчитывать не только на получение дивиденда, но и на
защиту своих нарушенных прав
2
.
Исходя из положения о том, что в России реализовалась теория
акционерного контроля, кажется необходимым уделять первостепенное
1
Кравченко, Р. С. Корпоративное управление: обеспечение и защита права акционеров на
информацию (российский и англо-американский опыт) / Р. С. Кравченко. – М., 2016. –
с.56
2
Долинская, В. В., Фалеев, В. В. Миноритарные акционеры: статус, права и их
осуществление / отв. ред. В. В. Долинская. – М.: Волтерс Клувер, 2014. – с.105
95
внимание именно вопросу ответственности акционеров общества, а не
членов его органов управления. Этот вывод вызван тем, что
контролирующий акционер не только формирует органы управления, но и
осуществляет неформальный контроль над их деятельностью. Разумеется, в
таких обстоятельствах повышается значение именно ответственности самих
акционеров. К сожалению, в настоящее время крайне сложно привлечь к
ответственности реальных акционеров общества. Чаще всего в качестве
владельцев акций выступают организации, не имеющие имущества, которое
могло бы быть использовано для возмещения причиненных убытков.
Как известно, деятельность акционерных обществ базируется на
принципе особого режима ответственности их участников - так называемом
принципе ограниченной ответственности акционеров. Необходимо особо
подчеркнуть, смысловую неточность этого выражения. Дело в том, что при
буквальном толковании этой фразы можно предположить, что акционеры
все-таки несут ответственность по долгам акционерного общества, однако
это в корне не верно.
Е.А. Флейшиц отмечала, что ответственность перед кредиторами
акционерного общества несет лишь само общество как юридическое лицо.
Акционер же принимает на себя предпринимательский риск, пределы
которого ограничиваются суммами, внесенными в оплату акций. Это
подтверждается и положением действующего законодательства. В частности,
абз. 2 п. 1 ст. 2 Закона об АО и абз. 1 п. 1 ст. 96 ГК, говорят о том, что
акционеры не отвечают по обязательствам общества и несут риск убытков,
связанных с его деятельностью, в пределах стоимости принадлежащих им
акций
1
.
Таким образом, как правильно подчеркнула Е.В. Пестерева, по своей
сути «ограниченная ответственность» участников хозяйственных обществ
1
Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. №208-ФЗ «Об акционерных обществах» (ред.
от 03.07.2016) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2017) [Электронный ресурс] – режим
доступа: //http://rulaws.ru/laws/Federalnyy-zakon-ot-26.12.1995-N-208-FZ
96
представляет собой риск потери вкладов, внесенных участниками в уставный
капитал хозяйственного общества. Несмотря на то, что в России нашла свое
практическое выражение теория акционерного контроля, особое внимание
следует уделять и иным органам управления акционерного общества помимо
общего собрания акционеров. Лица, осуществляющие управление
акционерным обществом (управляющие), оказывают большое влияние на
развитие акционерных отношений. В условиях, когда акционеры теряют
право собственности на имущество, переданное в качестве вкладов в
уставный капитал общества, особое значение приобретает статус
управляющего акционерным обществом.
Особое значение в связи с той ролью, которую играют управляющие,
приобретает вопрос об их ответственности. Прежде всего, необходимо
подчеркнуть, что органы юридического лица не являются субъектами права,
а следовательно не могут и нести ответственность. Однако в связи с тем, что
органы юридического лица, по меткому выражению Д.В. Ломакина «имеют
людской субстрат», ответственность должны нести как раз те физические
лица, которые и образуют этот орган (исключением является управляющая
организация, которая на основании договора исполняет полномочия
единоличного исполнительного органа, при этом являясь юридическим
лицом).
Именно поэтому в п. 2 ст. 71 Закона об «Акционерных обществах»
говорится об ответственности не совета директоров, а членов совета
директоров, не коллегиального исполнительного органа, а членов
коллегиального исполнительного органа
1
. Изучая указанную норму, может
возникнуть вопрос о том, почему законодатель в качестве субъекта
ответственности указал единоличного исполнительного органа и временного
единоличного исполнительного органа? Некоторые авторы (И.Л. Иванов, Е.
1
Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. №208-ФЗ «Об акционерных обществах» (ред.
от 03.07.2016) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2017) [Электронный ресурс] – режим
доступа: //http://rulaws.ru/laws/Federalnyy-zakon-ot-26.12.1995-N-208-FZ
97
А. Павлодский) полагают, что законодатель имел в виду гражданина
(физическое лицо), осуществляющего функции (занимающего должность)
единоличного исполнительного органа общества, то есть избранного
директором или генеральным директором.
Соглашаясь с приведенным мнением, все-таки необходимо
подчеркнуть особую важность законодательного устранения неточностей. В
связи с этим целесообразно в ст. 71 Закона об АО указать в качестве
субъектов ответственности не единоличный исполнительный орган и
временный единоличный исполнительный орган, а соответственно лицо,
осуществляющее функции единоличного исполнительного органа и лицо,
осуществляющее функции временного единоличного исполнительного
органа
1
.
Однако необходимо отметить, что по рассматриваемому вопросу
имеется и иная точка зрения. В частности, Е.Н. Бычкова полагает, что
акционерное общество вступает в договорные отношения именно с
исполнительным органом, в связи с чем исследователь ведет речь о
договорной ответственности исполнительного органа, а не лица,
осуществляющего его функции. По изложенным выше причинам с данной
точкой зрения нельзя согласиться.
Если классифицировать ответственность управляющих в соответствии
с делением права на отрасли, то можно прийти к выводу о том, что
достаточно часто они могут быть привлечены ко всем четырем видам
юридической ответственности, применимым к участникам акционерных
отношений. Данное обстоятельство говорит о необходимости комплексного
регулирования ответственности управляющих акционерными обществами.
Допустим, изменение гражданско-правовых основ ответственности
управляющих должно осуществляться с одновременным изменением и норм
1
Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. №208-ФЗ «Об акционерных обществах» (ред.
от 03.07.2016) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2017) [Электронный ресурс] – режим
доступа: //http://rulaws.ru/laws/Federalnyy-zakon-ot-26.12.1995-N-208-FZ
98
иных отраслей права, регулирующих ответственность управляющих. Только
в этом случае удастся добиться гармоничного сочетания норм различных
отраслей права, что в свою очередь приведет к положительному эффекту в
деле регулирования акционерных правоотношений
1
.
5.2. Оспаривание решения общего собрания акционеров в
акционерном обществе
Оспаривание решения общего собрания акционеров является способом
защиты прав акционера акционерного общества: акционер вправе просить
суд признать решение ОСА недействительным, или просить суд оценить
решение ОСА как не имеющее юридической силы изначально. Данный
способ защиты прав прямо не предусмотрен в ст. 12 ГК РФ, содержащей
перечень способов защиты гражданских прав, но поскольку данный перечень
не является исчерпывающим, такой способ возможен.
К сожалению, в российском Законе «Об акционерном обществе» нет
статьи подобной §245 Закона об акционерных обществах Германии: право на
оспаривание. В России данные отношения регламентированы п. 7 статьи 49
Закона «Об акционерном обществе»: акционер вправе обжаловать в суд
решение, принятое общим собранием акционеров с нарушением требований
Закона, иных нормативных правовых актов РФ, устава общества, в случае:
если он не принимал участие в общем собрании акционеров; или голосовал
против принятия такого решения; и таким решением нарушены его права и
(или) законные интересы. Относительно применения данной статьи
существует дискуссия в науке: может ли акционер, не являющийся
акционером на момент принятия незаконного решения обжаловать решение
ОСА? Есть два противоположных мнения по данному вопросу.
Первое: «нет никаких оснований лишать акционера права защищать
свои права, даже если он приобрел акции по времени после момента
1
Носов, С. И. Акционерное законодательство России: история, теоретический анализ,
тенденции развития / С. И. Нососов. – М., 2016. – с.78
99
принятия незаконного решения», «если на момент продажи акций акционер
имел право на обжалование действий акционерного общества, то это право
переходит к новому акционеру в составе переданного комплекса прав на
акции, принадлежащие отчуждателю».
Второе, которого придерживается автор данной работы, что если лицо,
не было акционером на момент принятия решения ОСА и на момент подачи
иска, то такой акционер не вправе оспаривать решение ОСА. «ВАС РФ
исходит из того, что Закон наделяет соответствующим правом лишь
акционера - лицо, имеющее права по отношению к обществу. Тот, кто не был
участником общества на момент вынесения решения, соответственно не имел
прав, о нарушении и защите которых могла бы идти речь. Нельзя признать
правомерным обращение в суд с такого рода требованиями и тех лиц,
которые к моменту обращения с иском или разбирательства дела утратили
связь с обществом. С утратой статуса акционера (в связи с отчуждением
акций) у лица прекращаются корпоративные отношения с обществом, а
следовательно, исчезает и предмет спора, который может вытекать только из
таких отношений».
Данный вывод подтверждается судебной практикой: Президиум ВАС
РФ отметил, что состав участников общества не является неизменным,
поэтому истцу необходимо доказать наличие у него статуса акционера на
день проведения общего собрания. Акционер не вправе оспаривать решение
ОСА, если акционер присутствовал на заседании и проголосовал за принятие
решения, поскольку им, голосовавшим на собрании за принятие
оспариваемого решения, реализованы его права как акционера; у акционера
нет статуса акционера на дату принятия решения и/или на момент подачи
искового заявления в суд об оспаривании решения ОСА, т.к. после
отчуждения акций у него не осталось прав по отношению к обществу, после
приобретения акций после принятия решения, к нему не переходят права на
обжалование – акционер должен был осуществить проверку общества (due
diligence), т.е. покупая акции, он согласился с этим решением; учредитель
100
общества не оплатил акции, если иное не предусмотрено уставом общества.
В этой связи, чтобы урегулировать спорные вопросы можно собрать все
положения о праве на оспаривание и добавить статью в Закон, один из
пунктов может быть следующего содержания: «Право на оспаривание
решения общего собрания акционеров имеют акционеры, указанные в п.7
ст.49 Закона – владельцы обыкновенных акций или привилегированных
(если они в соответствии с Законом имеют право голоса на собрании
акционеров, решение которого обжалуется), являющиеся таковыми начиная с
даты проведения собрания акционеров до даты предъявления искового
заявления и вынесения окончательного решения по делу. Право на
оспаривание не подлежит передаче». Срок для оспаривания. Заявление о
признании недействительным решения общего собрания акционеров может
быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда акционер узнал или
должен был узнать о принятом решении и об обстоятельствах, являющихся
основанием для признания его недействительным. Согласно Закона срок
обжалования решения общего собрания акционеров в случае его пропуска
восстановлению не подлежит, за исключением случая, если акционер не
подавал указанное заявление под влиянием насилия или угрозы.
Формулировка «когда акционер узнал или должен быть узнать» – позволяет
продлевать сроки.
Так, в одном деле акционер оспаривал решение ОСА от 20.01.2017г.,
начиная с декабря 2016г., т.к. суду не было представлено доказательств, что
акционер был уведомлен о проведении оспариваемых собраний и принятых
на них решениях или знал о них либо мог узнать ранее. Таким образом,
данный срок нельзя определить, как пресекательный, по истечении которого
право обратиться в суд прекращается. Данный срок является сроком исковой
давности, которая применяется только по заявлению ответчика, и по
истечение которого защита права прекращается; при этом подлежат
применению нормы о приостановлении, перерыве, восстановлении исковой
101
давности, о последствиях исполнения обязанности по истечении исковой
давности (гл. 12 ГК РФ).
Судебная практика арбитражных судов РФ подтверждает данный
вывод . Пропуск такого срока, о применении которого заявлено ответчиком,
до принятия решения по делу, является самостоятельным основанием к
вынесению решения об отказе в иске. Срок, указанный в п.7 ст.49 Закона,
«обладает всеми признаками давностного срока - срок на защиту
нарушенного права, а теория пресекательных сроков настолько не
разработана, что активное обращение к подобным срокам ни к чему иному,
кроме правовой определенности и даже ошибкам, привести не может».
Представляется, что для стабилизации жизнедеятельности акционерного
общества данный срок должен быть пресекательным и не должно быть
исключений для физических лиц, т.к. владение акцией – это деятельность по
управлению обществом и тяжелая болезнь одного из акционеров не должна
останавливать жизнь общества. Что касается насилия или угрозы – то это
обстоятельства должны быть установлены приговором суда в рамках
уголовного дела и только тогда они могут служить основанием для
восстановления срока. В противном случае возможны злоупотребления. На
сегодняшний день срок, указанный в п.7 ст.49 Закона применяется как
специальный сокращенный срок исковой давности, который составляет 3
месяца не с даты вынесения оспариваемого решения, а с даты, когда
акционер узнал или должен был узнать о принятом решении и об
обстоятельствах, являющихся основанием для признания его
недействительным.
Решения, не имеющие юридической силы и оспоримые решения.
Разделение решений собрания акционеров на ничтожные и оспоримые
присутствует в законодательстве зарубежных стран. «Так, в соответствии со
ст. L 225-121 Торгового кодекса Франции решения собрания акционеров,
принятые с нарушением требований закона (в отсутствие кворума, по
вопросам, не включенным в повестку дня, и т.п.), объявляются ничтожными.
102
Другие допущенные нарушения могут свидетельствовать о том, что решение
подлежит аннулированию, однако до момента аннулирования оно
действительно. По законодательству Швейцарии решения также делятся на
ничтожные и оспоримые». Закон об акционерных обществах Германии тоже
предусматривает (§ 241 и 243) основания ничтожности решения общего
собрания и основания для оспаривания решения собрания.
В Законе «Об акционерном обществе» России присутствует разделение
решений ОСА на решения, не имеющие юридической силы независимо от
обжалования их в судебном порядке (эквивалент ничтожные) и оспоримые.
Несмотря на это в отечественной литературе в зависимости от того, к какой
группе относится автор, решения ОСА могут определяться как решениями,
не имеющими юридической силы или ничтожными решениями.
Представляется все же, что следует руководствоваться терминологией
данной Законом. «Недействительность решений общих собраний акционеров
и советов директоров, независимо от правовой природы этих актов, не
рассматривается ни законодательством, ни судебной практикой в том же
аспекте, что и недействительность сделок. Оценка действительности
принятых органами управлений акционерного общества решений дается
судом, который может квалифицировать, что это решение не имеет
юридической силы, либо признать его недействительным». Однако в
практике встречаются решения суда, рассматривающих заявления о
признании решения ОСА не имеющего юридической силы: «довод истцов об
отсутствии кворума для проведения общего собрания акционеров не
подтверждается материалами дела, следовательно, суды правомерно отказали
в удовлетворении заявленных требований», т.е. по этому признаку можно
провести параллель с ничтожными сделками, которые тоже рассматриваются
судами на предмет признания их ничтожными, несмотря на то, что
законодательством РФ ни для сделок, ни для решений ОСА не требуется
признания их ничтожными судом.
103
Решения общего собрания акционеров не имеют юридической силы
независимо от обжалования их в судебном порядке, если приняты по
вопросам, не включенным в повестку дня общего собрания акционеров (за
исключением случая, если в нем приняли участие все акционеры общества), с
нарушением компетенции общего собрания акционеров, при отсутствии
кворума для проведения общего собрания акционеров или без необходимого
для принятия решения большинства голосов акционеров.
А) Вопрос не включен в повестку дня Добровольский В.И.: «принятие
решения по вопросу, не включенному в повестку дня, само по себе не
свидетельствует о том, что нарушение является существенным, а также не
свидетельствует о нарушении прав и законных интересов акционера,
голосовавшего против данного решения, конечно, при условии, что повлиять
на принятое решение он не мог». Степанов Д.И.: «Однако со второй
ситуацией - принятием решения по вопросам, не включенным в повестку дня
собрания, когда подобные решения относятся не к оспоримым (общий
порядок), а к ничтожным, или в иных терминах к не порождающим правовых
последствий, крайне сложно согласиться. При подобном подходе любое
решение общего собрания акционеров, даже если на собрании
присутствовали все акционеры, будет ничтожно». Маковская А.А.: «Однако,
давая свое разъяснение, Пленум ВАС РФ руководствовался исключительно
положениями Закона об акционерных обществах. Особое значение для
проведения общего собрания акционеров, по мнению Д.В. Ломакина, "имеет
повестка дня общего собрания. Повестка дня представляет собой перечень
вопросов, внесенных на рассмотрение общего собрания акционеров с целью
принятия по ним решений. Таким образом, повестка дня определяет рамки
деятельности общего собрания акционеров, алгоритм его работы. Нарушение
установленного алгоритма категорически запрещено. Согласно п. 6 ст. 49
закона "Об акционерных обществах" общее собрание акционеров не вправе
принимать решения по вопросам, не включенным в повестку дня собрания, а
также изменять повестку дня». Следует согласиться с Добровольским и