104
Степановым. Акционеры, владеющие акциями и имеющие право на
управление обществом, фактически лишаются управления им. Представим
себе ситуацию - акционер направил требование о включении в повестку дня
какого-либо вопроса в СД Общества. СД отказало. Чтобы данный вопрос был
включен в повестку дня акционеру необходимо оспорить решение СД об
отказе включения в повестку дня вопроса. Законодатель и судебная практика
не должны запрещать принятие решений акционеров по вопросу, не
включенному в повестку дня, при условии, что на собрании будут
присутствовать все акционеры общества и данный вопрос будет находится в
компетенции ОСА. Фактически управление обществом находится в руках
лица (органа) формирующего повестку дня для ОСА, а акционеру
предоставляется только право голосовать на собрании и направлять
требования данному лицу (органу) для формирования данной повестки.
Безусловно, это создает порядок при созыве ОСА, но ограничивает права
акционера на управление обществом. В конечном итоге, лица, которые
формируют повестку дня для акционера это всего лишь наемные
специалисты.
Б) Нарушение компетенции общего собрания акционеров Общее
собрание акционеров не вправе рассматривать и принимать решения по
вопросам, не отнесенным к его компетенции Законом. Вопросы, отнесенные
к компетенции общего собрания акционеров, перечислены в ст.48 Закона и
других статьях Закона. Данный перечень исчерпывающий и не может быть
изменен. В судебном практике решения ОСА, вынесенные за пределами его
компетенции, признаются не имеющими юридической силы. Так, вопрос как
«одобрение решения Совета директоров Общества» ни Законом, ни Уставом
общества к компетенции общего собрания акционеров не отнесен, решение
об избрании генерального директора - за рамками предоставленной общему
собранию компетенции.
В) При отсутствии кворума для проведения общего собрания
акционеров или без необходимого для принятия решения большинства
105
голосов акционеров Общее собрание акционеров правомочно (имеет кворум),
если в нем приняли участие акционеры, обладающие в совокупности более
чем половиной голосов размещенных голосующих акций общества. Так, суд
принял решение о том, что решение ОСА не имеет юридической силы, т.к.
собрание проведено с существенными нарушениями закона, без участия
акционера (истца), обладающего 63,69 процента голосующих акций
общества. Отсутствие кворума является тем существенным нарушением
закона, которое влечет отсутствие у решений общего собрания юридической
силы и, следовательно, недействительность решений вне зависимости от
того, могли ли истцы повлиять на результаты голосования. Если «решение
общего собрания акционеров было принято, хотя бы и при наличии кворума
для его принятия, но меньшим количеством голосов, чем это предусмотрено
Законом или уставом общества, такое решение не имеет юридической силы».
Оспоримые решения. При рассмотрении исков о признании
недействительным решения общего собрания акционеров следует учитывать,
что к нарушениям Закона, которые могут служить основаниями для
удовлетворения таких исков, относятся: несвоевременное извещение
(неизвещение) акционера о дате проведения общего собрания;
непредоставление акционеру возможности ознакомиться с необходимой
информацией (материалами) по вопросам, включенным в повестку дня
собрания; несвоевременное предоставление бюллетеней для голосования и
др. Иск о признании решения общего собрания недействительным подлежит
удовлетворению, если допущенные нарушения требований Закона, иных
правовых актов или устава общества ущемляют права и законные интересы
акционера, голосовавшего против этого решения или не участвовавшего в
общем собрании акционеров. Суд с учетом всех обстоятельств дела вправе
оставить в силе обжалуемое решение, если: голосование акционера,
обратившего в суд, не могло повлиять на результаты голосования,
допущенные нарушения не являются существенными и решение не повлекло
за собой причинение убытков данному акционеру. Таким образом,
106
обращение акционера в суд с требованием о признании недействительным
решения общего собрания при наличии вышеуказанных обстоятельств
расценивается судом как злоупотребление правом и суд оставляет
обжалуемое решение в силе. Так как законодатель использует союз «и», то
для отказа в иске о признании решения общего собрания недействительным
по указанным основаниям необходима совокупность перечисленных
обстоятельств.
Принятие общим собранием акционеров решения с существенными
нарушениями закона исключает возможность оставления судом такого
решения в силе. Отказ в иске о признании недействительным решения
общего собрания акционеров только по одному основанию - наличию у
акционера небольшого количества акций, не позволяющего ему повлиять на
результаты голосования, противоречит статье 49 Закона. Неисполнение
требований закона нельзя признать несущественным нарушением при
проведении внеочередного собрания, также как нельзя признать права
акционеров неущемленными, если они не допущены к участию в работе
собрания и принятию решений, связанных с корпоративным управлением
обществом даже, если они владеют 2,05% голосующих акций . Принимая
решения о том, что голосование акционера не могло повлиять на результаты
голосования, суды указывают процентное соотношение (0,14%, 0,06% и др.),
могут не указывать процентное соотношение акций, а ограничиться фразами:
небольшое количество акций, незначительное количество акций, что не
совсем правильно, т.к. в мотивировочной части необходимо определять
соотношение и указывать процент голосов и кворум, необходимый для
принятия решения по вопросу повестки дня. Таким образом, голосование
акционера, обратившего в суд, не могло повлиять на результаты голосования,
определяется в каждом отдельном случае в зависимости от кворума,
необходимого для принятия решения по тому или иному вопросу, при этом
чаще всего встречаются дела, когда решения ОСА оспариваются
107
акционерами, обладающие на собрании незначительным (небольшим)
количество голосов (до 3% акций от общего количества).
Допущенные нарушения не являются существенными – это оценочное
понятие, которое каждый раз исследуется судом и принимается решение,
является ли допущенные нарушения существенными. Так, нарушения
признаются существенными, если : - решение ОСА принято во время
действия обеспечительной меры: принятое решение ОСА в этом время
признается недействительным как принятое с нарушением требований,
установленных ст. 16, ст. 96 АПК РФ; -нарушены права истца как акционера
общества в участии в управлении обществом, т.к. после принятия решения
ОСА соотношение количества и номинальной стоимости привилегированных
и обыкновенных акций не соответствует требованиям Закона; - протокол
ВОСА был сфальсифицирован, нарушен порядок подготовки, созыва и
проведения собрания акционеров. Существенными нарушениями не
признаются, если: - нарушение обществом срока извещения акционеров о
проведении собрания на один день (опубликование сообщения за 19 дней до
даты проведения собрания) не является существенным и не может служить
основанием для признания решения этого собрания недействительным; -
нарушение требований, обеспечивающих реализацию права акционера на
выкуп у него акций реорганизуемого общества, само по себе не может
являться основанием для признания недействительным решения общего
собрания акционеров о реорганизации, поскольку при отказе или уклонении
общества от выкупа акций в случаях, порядке и сроки, предусмотренные
Законом, акционер вправе обратиться в суд с требованием об обязании
общества выкупить акции. Таким образом, в большинстве случае суды
констатируют факт, что наличие существенных нарушений требований
Закона не доказано, если же существенные нарушения закона установлены,
то они определяются судом и перечисляются в решении. К сожалению,
установить перечень существенных нарушений на законодательном уровне
не представляется возможным, так как этот список будет постоянно
108
пополняемым и изменяемым. Думается, что наиболее практичный вариант,
когда суд, рассматривающий дело с учетом всех обстоятельств определяет,
какие нарушения являются существенными, а какие нет.
Решение не повлекло за собой причинение убытков акционеру.
Доказать, что именно решение акционеров причинило убытки акционеру,
практически невозможно, несмотря на то, что в п.7 ст.49 Закона Об АО
говорится просто об убытках, не определяя минимальный размер убытков.
«Однако в описанных ситуациях представляется целесообразным (при
наличии соответствующих доказательств) применение норм ст. 10 ГК РФ о
злоупотреблении правом (конструкция следующая: акционер, понесший
убытки, имеет право требовать недействительности решений собрания,
однако злоупотребляет своим правом, что влечет отказ в его защите). При
этом следует учесть важный момент - акционер, понесший убытки, имеет
право потребовать их компенсации от общества, в то время как иск о
признании недействительным решения собрания компенсацию убытков не
влечет. Поэтому, если акционер все равно не сможет повлиять на результаты
голосования, он не имеет реального интереса в признании решения
недействительным, что дает основания для утверждения о злоупотреблении
им своим правом на обжалование решения». Поскольку акционер владеет
акциями, то убытки у него могут возникнут в виде неполучения дивидендов
и/или в снижении цены акций (потеря при продаже акций, снижение цены
обеспечения при кредитовании). В обоих случаях необходимо доказать
причинно-следственную связь между принятием решения ОСА и
возникшими убытками, что сделать очень сложно. Поэтому судебная
практика изобилует утверждениями: доказательств причинения заявителю
(акционеру) убытков не представлен. К сожалению, не удалось найти
решения суда, в котором бы акционеру удалось доказать причинение ему
убытков принятием решения ОСА. Таким образом, следует согласиться с
мнением Телюкиной М.В., что использование категории убытков в
109
рассматриваемом контексте более чем спорно, а на практике оно не
реализуемо.
Выводы по главе 5
Словосочетание "ответственность акционеров" на первый взгляд
кажется достаточно странным. Это связано с некоторыми положениями ГК
РФ и ФЗ "Об акционерных обществах". Например, согласно ст. 96 ГК РФ
участники акционерного общества (акционеры) не отвечают по его
обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества,
в пределах стоимости принадлежащих им акций. Аналогичная норма
содержится в абз. 2 п. 1 ст. 2 ФЗ "Об акционерных обществах".
Однако анализ норм ГК РФ и ФЗ "Об акционерных обществах"
позволяет говорить о существовании ответственности для акционеров в двух
случаях: во-первых, когда речь идет о неполной оплате ими стоимости
принадлежащих им акций, и, во-вторых, при несостоятельности
(банкротстве) общества.
Солидарная ответственность акционеров. Этот вариант
ответственности акционеров предусмотрен абз. 3 п. 1 ст. 2 ФЗ "Об
акционерных обществах". Она распространяется на тех акционеров, которые
не полностью оплатили акции, когда у общества возникает ответственность
по своим обязательствам. Акционеры, не полностью оплатившие акции,
несут солидарную ответственность по обязательствам общества в пределах
неоплаченной стоимости принадлежащих им акций.
Субсидиарная ответственность при несостоятельности (банкротстве)
общества. Конструкция установления субсидиарной ответственности в
случае возникновения несостоятельности (банкротства) уже была
рассмотрена нами, когда такая ответственность устанавливалась для
основного общества. Практически такой же вариант используется при
установлении субсидиарной ответственности, но только уже со стороны
самих акционеров общества. Это возможно в том случае, если
несостоятельность (банкротство) общества вызвана действиями
110
(бездействием) его акционеров или других лиц, которые имеют право давать
обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность
определять его действия. Однако, используя в качестве базы для этого
положения норму п. 3 ст. 56 ГК РФ и фактически не изменяя ее, ФЗ "Об
акционерных обществах" дополнил ее, дав определение того случая, когда
такая ответственность наступает. В соответствии со ст. 3 ФЗ "Об
акционерных обществах" субсидиарная ответственность наступает, если
акционеры или другие лица использовали свое право давать обязательные
для общества указания в целях совершенствования обществом действия,
заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность
(банкротство) общества. Очевидно, только практика даст ответ на вопрос:
насколько эта норма жизнеспособна?
Наряду с уже сказанным необходимо отметить еще один момент,
касающийся вопроса ответственности акционеров и имеющий, на наш
взгляд, важное значение. Акционеры не несут более никакой
ответственности по обязательствам общества, а несут риск убытков,
связанных с его деятельностью, в пределах стоимости принадлежащих им
акций.
Наряду с уже перечисленными вариантами ответственности
акционерного общества необходимо отметить имущественную
ответственность членов органов управления общества перед самим
обществом и его акционерами. Так, закон устанавливает, что члены совета
директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный
исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) и (или)
члены коллегиального исполнительного органа общества (правления,
дирекции), а равно управляющая организация или управляющий несут
ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их
виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер
ответственности не установлены федеральными законами.
111
При этом в совете директоров (наблюдательном совете) общества,
коллегиальном исполнительном органе общества (правлении, дирекции) не
несут ответственности члены, голосовавшие против решения, которое
повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в
голосовании. При определении оснований и размера ответственности
перечисленных лиц должны быть приняты во внимание обычные условия
делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.
Такой инструмент как оспаривание решения в настоящее время
применяется для реализации двух задач – 1. так называемые «косвенные
иски», когда решение ОСА оспаривается только для затягивания других
процессов, т.е. цели оспаривания нет; 2. применение последствий, которые
могут наступить в связи с признанием решения недействительным/не
имеющим юридической силы. Решения общего собрания акционеров, не
имеющие юридической силы, не имеют такой силы изначально независимо
от обжалования их в судебном порядке. С оспоримыми решениями ОСА
немного сложнее: они становятся недействительными в случае, если суд
примет такое решение, т.е. до принятия решения судом такое решение
действительное. «Как не покажется парадоксальным, но представляется, что
сама по себе недействительность решений общего собрания акционеров
(совета директоров), независимо от того, признаны они таковыми по
решению суда или не имели юридической силы изначально, автоматически
не влечет и не должна влечь никаких правовых последствий для тех
правовых отношений, которые возникли на основании этого решения».
П.7 ст.68 Закона и судебной практикой. Это еще одно отличие
корпоративного акта от сделки. Таким образом, можно сделать вывод, что
даже если решение об одобрении крупной сделки будет признано
недействительным судом, то сам по себе этот факт не влияет на
недействительность крупной сделки. Суду достаточно будет одного
обстоятельства, перечисленного в п. 6 ст.79 Закона, чтобы отказать в
удовлетворении требований о признании крупной сделки недействительной,
112
например, акционер, владеющий минимальным количеством акций, не
сможет признать крупную сделку недействительной, т.к. на него всегда будет
распространяться обстоятельство: голосование акционера не могло повлиять
на результаты голосования. Помимо этого, на практике суды отказывают в
признании сделок недействительным, несмотря на то, что решения ОСА об
избрании генерального директора, подписавшего такую сделку были
признаны недействительными, т.к. истец не указал, каким образом
оспариваемой сделкой, заключенной от имени общества были нарушены его
права или законные интересы, какие неблагоприятные последствия сделка
повлекла для него, а также не представило подтверждающих это
доказательств. Возможен промежуточный вариант, когда суды не признают
сделку недействительной, т.к. решение ОСА об его одобрении оспорено не
было и недействительным не признано, то есть можно сделать вывод, что суд
признал бы сделку недействительной по причине признания решения ОСА
недействительным, что неверно и не соответствует закону. И такие решения
есть в судебной практике. Решение ВОСА общества об избрании
генерального директора, подписавшего договор, признано
недействительным, следовательно, оспариваемая сделка совершена при
отсутствии волеизъявления общества и является ничтожной в силу статьи
168 ГК РФ. Другое дело: решение общего собрания акционеров о
совершении крупной сделки признано недействительным в связи с
нарушением процедуры его подготовки и проведения (неизвещение
акционера о проведении собрания). При таких обстоятельствах суды решили,
что при заключении договора не был соблюден установленный статьей 79
Закона порядок заключения крупных сделок, что согласно пункту 6 ст.79
Закона является основанием для признания этого договора
недействительным. Таким образом, судебная практика о последствиях
признания решения общего собрания акционеров еще не единообразна.
113
Заключение
Фундаментальные принципы акционерного права заложены в
Конституции Российской Федерации. Они должны отражаться в текущем
акционерном законодательстве, определять его смысл, содержание и
применение, а также пути дальнейшего развития.
Источниками акционерного права являются также общепризнанные
принципы и нормы международного права, международные договоры
Российской, Федерации, однако пока удельный последних близок к нулю,
что говорит о недостаточной интеграции российского акционерного
законодательства с правовыми системами иностранных государств.
Автор опирается на выводы новой институциональной экономической
теории, и, в частности, такой ее ветви, как теория трансакционных издержек,
рассматривающей фирму не как производственную функцию, а как
совокупность экономических контрактов участвующих в ее деятельности
лиц. Это позволяет объяснить эффективность существования компании как
результат специфической организации участвующих в ее деятельности лиц,
поскольку гармонизация контрактного взаимодействия сама по себе
выступает источником экономической ценности. В результате современная
корпорация понимается «... как продукт серии организационных инноваций,
целью и результатом которых была минимизация трансакиионных
издержек». Указанный подход полезен при исследовании правоотношении,
образующих организационно-правовую форму акционерного общества как
правового явления. Это, однако, не означает смешения экономических и
правовых теорий. Правильное понимание экономических отношений,
возникающих в связи с созданием и деятельностью акционерных обществ,
позволяет строить эффективные правовые модели.
Теории юридического лица по отношению их сторонников к проблеме
субстрата организации подразделяются на три группы. Первую группу
образуют реалистические теории, согласно которым - основу юридического
лица составляет материальный субстрат (люди, имущество). Ко второй