23
стрессового расстройства (ПТСР) в 9%, 5% для большого депрессивного
расстройства и 4% для генерализованного тревожного расстройства [32].
Недавний систематический обзор
E.K. Peconga и соавт., показал
распространенность посттравматического стрессового расстройства у 43%,
депрессии у 40% и тревоги у 26% [55]. Поскольку в литературе основное
внимание уделялось либо конкретным культурным группам, либо конкретным
принимающим странам, либо объединению внутренне перемещенных лиц с
беженцами и лицами, ищущими убежища, отсутствуют оценки
распространенности психических заболеваний среди более репрезентативных
групп беженцев и лиц, ищущих убежища.
Исследование R. Blackmore показывают, что вынужденные эмигранты,
часто страдают психическими заболеваниями, в частности посттравматическим
стрессовым расстройством и депрессией [26]. Посттравматическое стрессовое
расстройство и депрессия сохраняются в течение многих лет после перемещения,
поскольку, согласно исследованию, не было никакой разницы в
распространенности между теми, кто был перемещен менее 4 лет, и теми, кто
был перемещен дольше. Однако это не относится к распространенности
тревожных расстройств, которое было выше среди лиц, перемещенных менее 4
лет назад.
Исследования, основанные на данных крупномасштабных опросов, также
показали значительно более низкие уровни общего субъективного благополучия
среди эмигрантов по сравнению с жителями [36]. Даже когда миграция приводит
к экономическому процветанию, она может по-прежнему ассоциироваться с
более низким уровнем благосостояния [29].
Важно отметить, что благополучие и психическое здоровье являются
результатом не только прошлого опыта, но и текущих социальных, культурных
и экономических обстоятельств [30]. В то время как в литературе преобладают
исследования воздействия факторов стресса до миграции на психическое
здоровье, факторы стресса после миграции, по-видимому, оказывают столь же
существенное влияние.
24
В исследованиях В.В. Гриценко, раскрывающих проблему
удовлетворенности вынужденными мигрантами различными сторонами
жизнедеятельности, показана значимость следующих факторов: тип поселения,
принятие себя в сложившейся ситуации, установление благоприятных
отношений с населением, а также указанные факторы соотнесены с характером
социально-психологической адаптации мигрантов [3]. Выявленные автором
особенности свидетельствуют, что направления социального поведения могут не
совпадать со сферами неудовлетворенности, и компенсируют их
психологические эффекты реализации поведения человека.
Помимо аккультурационного стресса, связанного с миграцией [37],
факторы, связанные с психическим здоровьем и благополучием беженцев,
включают неопределенность, связанную с судебными разбирательствами,
содержанием в лагерях беженцев, дискриминацией, социальной изоляцией,
финансовыми проблемами, безработицей, разлукой с семьей, опасения по
поводу безопасности и неуверенность в будущем страны
происхождения
[60]. Дальнейшие исследования показывают, что субъективное
благополучие мигрантов в целом связано со знанием языка принимающей
страны и идентификацией [20] и что оно связано с качеством общественных благ,
атмосферой приема вынужденных эмигрантов и степенью экономического
неравенства после миграции [39].
В.Н. Павленко в своих работах проанализировал модели трансформации
идентичности у мигрантов, где выявил, что попадание личности в другую
социокультурную среду приводит не только к общему ухудшению психического
здоровья, но и к серьезным изменениям идентичности личности, что, в свою
очередь, как один из негативных факторов миграции, кризис идентичности,
становится главным препятствием на пути успешной социальной и
психологической адаптации личности к измененным условиям
жизнедеятельности [9].
Более того, Mayer и соавт. подчеркивают, что опыт переселения беженцев
следует понимать, как пороговое состояние, соответствующее переходному
25
периоду, характеризующемуся двусмысленностью и неопределенностью из-за
потери идентичности [47]. Это часто заставляет людей обращаться к вере,
религиозной или иной, как к источнику эмоциональной поддержки, с помощью
которой они могут справиться с неопределенностью и трудностями, решая
дилемму между двумя мирами.
Н.С. Палагина, изучавшая процессы адаптации у вынужденных
эмигрантов, отмечает, что у них происходят значительные изменения
личностного плана, выражающиеся в снижении самооценки и уровня
притязаний, деформации ценностных ориентаций и социальных установок.
По результатам, проведенных ею исследований, что большинство
вынужденных эмигрантов дезадаптированны, что проявляется в гипотимном
типе реагирования, хаотичном характере активности, в тенденции занимать
оборонительную позицию, экстернальности и эскапизме. Эмоциональный фон у
вынужденных эмигрантов снижен, проявляются эмоциональная напряженность
и склонность к беспричинной озабоченности маловажными проблемами,
раздражительность, тревожное состояние. Социальная ситуация вынужденной
эмиграции может быть охарактеризована как кризисная и даже экстремальная
(т.
е. создающая угрозу здоровью и жизни) [10].
Таким образом, очевидно, что вынужденные эмигранты страдают от
различных форм стресса, как и ожидается от людей, травмированных войной,
перемещением и переселением в незнакомую среду.
1.3. Специфика совладающего поведения у вынужденных эмигрантов в
условиях боевых действий
Совладающее поведение жизненно важное для психосоциального
благополучия людей, которые переживают стрессовые события, такие как война,
боевые действия, вынужденная эмиграция и пр.
В литературе обсуждаются многие стратегии выживания, используемые
вынужденными эмигрантами в стрессовых ситуациях; некоторые из этих
26
стратегий эффективны (оптимизм, смех, запланированное решение проблем,
общение, социализация, религиозные практики), тогда как другие
неэффективными (уход в себя, избегание социума, злоупотребление
психоактивными веществами, наркотики).
Психологи, работающие с жертвами войны, подчеркивают, что после
серьезной травмы центральным моментом в процессе восстановления является
интеграция этого травматического опыта в значимый контекст истории жизни
пострадавшего [28]. Религия, духовность и связанные с ними практики могут
играть эту роль, поскольку было обнаружено, что они являются важными
средствами выживания в повседневной жизни и тяжелых травмах [28]. Так, в
исследовании
M.Brune и соавт. было выявлено, что те, у кого были самые
сильные религиозные или политические убеждения, лучше справлялись со
своими травмами и «новой» жизнью [28].
Исследований, посвященных непосредственно специфике совладающего
поведения у вынужденных эмигрантов немного.
Отдельные исследования были сконцентрированы на выявлении того, как
именно вынужденным эмигрантам удается преодолевать свои проблемы и жить
хорошей жизнью после переселения. Некоторые из них косвенно связаны и с
особенностями совладающего поведения.
Так, обзор опубликованной литературы выявил следующие шесть
факторов, способствующих выбору адекватного стиля совладающего поведения
[62]:
1. Социальная поддержка;
2. Стратегии аккультурации;
3. Возможность продолжать образование.
4. Религиозность;
5. Наличие надежды;
6. Возможность избегания.
Среди доступной информации есть аналитическое исследование
Дж. Уилсона и соавт., согласно которому, такое совладающее поведение как
27
позитивное личное отношение, навыки и взаимодействие с другими были
обычными проявлениями, способствующими устойчивости в ответ на острые
или длительные формы стресса и его долгосрочной положительной
адаптации [17].
Исследование стратегий совладания N. Khawaja и соавт. суданских
беженцев показало, что одной из наиболее популярных стратегий были
различные религиозные действия [38].
Второй копинг-стратегией, используемой почти половиной участников,
было получение поддержки от близких. Так, участники исследования сообщили,
что в трудные времена они обсуждали проблемы и получали моральную и
материальную поддержку от своих близких.
Третьей копинг-стратегией, используемой участниками, был когнитивный
процесс переосмысления ситуации. Ряд участников описали, как их личная
оценка своих трудностей помогла им справиться с трудными временами.
Участники сообщили о двух основных методах переосмысления ситуации для
успешной адаптации. Первым из этих методов была вера в собственную
внутреннюю силу. Участники заявили, что они могут справиться с трудностями,
потому что они сильны и могут столкнуться с любым вызовом, который
возникнет. Вторым типом произошедшего рефрейминга была нормализация
опыта и смирение со всем, что готовило будущее. Эти участники сообщили, что
они просто привыкли жить со своими трудностями и приняли отношение, что
все находятся в одинаковой ситуации и с этим ничего нельзя поделать.
Исследование F.A. Alzoubi и соавт. совладающего поведения сирийских
беженцев показало, что основной стратегией совладания, используемой ими,
оказался поиск социальной поддержки [18]. Сирийские беженцы стремились к
прочным социальным отношениям друг с другом; хотели получить финансовую
и инструментальную поддержку; обеспечить чувство принадлежности,
безопасности и защиты; и чувствовать себя социально вовлеченным, а не
изолированным или отвергнутым. Для 63% испытуемых характерным была
28
стратегия избегания. Так, некоторые беженцы чувствовали себя чужаками и
были склонны избегать людей.
В этом исследовании только 39,5% беженцев были склонны к стратегии
решения проблемы. Это может быть связано с недостатком знаний, навыков или
ресурсов, кроме того, низкий доход, незащищенность от войны и насилия, а
также вынужденный переход ограничивали возможности беженцев решать
проблемы.
Результаты также показали, что поведение, направленное на решение
проблем, было характерно для более молодых людей, а также для работающих.
В исследовании O. Solberga и соавт. внимание уделялось вынужденным
эмигрантам, находящимся в процессе поиска убежища. Были выявлены
следующие стратегии совладания [63]. Так, характерными были социальная
поддержка, определяемая как взаимодействие с членами семьи, друзьями и
сверстниками для получения информации, поддержки или принятия. Обращение
за поддержкой дает ощущение социальной связи, и это делается тремя
способами:
1) Через связь с семьей и близкими этническими группами в первые годы
переселения;
2) Через связь с другими сообществами для помощи в изучении
принимающего языка и установлении контактов с более широким обществом,
3) Через связи с более крупными организационными институтами.
Также, было обнаружено, что создание разнообразия в социальных сетях
играет важную роль в защите от возникновения посттравматического
стрессового расстройства и способствует адаптации. Участие в социальной,
культурной и религиозной деятельности для развития чувства принадлежности
и чувства индивидуальной и культурной идентичности также оказалось
полезным. Дополнительные факторы, которые могут дать ощущение
нормальности, смысла и цели, могут также включать возможности для
образования и профессиональной подготовки, трудоустройства и экономической
деятельности, политической защиты, стабильного и надежного жилья.
29
В исследовании L. Oviedo с соавт., изучалось совладающее поведение
вынужденных эмигрантов из Украины [53]. Было выявлено, что большинство
людей прибегали к более чем одной стратегии совладания. Другим важным
результатом является то, что социальные контакты играли очень важную роль в
процессе совладания и устойчивости, наряду с интенсивной внутренней жизнью.
Активность также играет важную роль в этих случаях. Преодоление с помощью
профессиональных терапевтических средств имеет меньшее значение и
необходимо в некоторых экстремальных состояниях или когда других стратегий
преодоления недостаточно для решения серьезных психологических проблем.
Таким образом, вне зависимости от нации вынужденных эмигрантов, мы
можем наблюдать схожее совладающее поведение. На основе проведенного
анализа, мы можем сделать вывод о том, что таким поведением является
общение с близкими; религиозное поведение; поведение избегания.
30
Выводы по первой главе
Совладающее поведение представляет собой когнитивные и
поведенческие усилия, направленные на удовлетворение внешних и внутренних
требований, которые оцениваются как чрезмерные или превышающие ресурсы
человека. Стратегии совладания можно классифицировать как ориентированные
на проблему, на эмоции или как неадаптивные. Копинг, ориентированный на
проблему, фокусируется на активном решении самой проблемы, тогда как
копинг, ориентированный на эмоции, фокусируется на реакциях человека на
эмоции, связанные с проблемой. Эффективность этих стратегий зависит от
характера ситуации: копинг, ориентированный на проблему, более адаптивен в
контролируемых ситуациях, тогда как стратегии, ориентированные на эмоции,
более полезны в неконтролируемых ситуациях.
Вынужденные эмигранты, переживающие боевые действия, сталкиваются
с экстремальными стрессорами, что ведет к кризису идентичности и разрушению
базовых структур личности. Эти люди подвергаются высокому риску развития
психических расстройств, таких как посттравматическое стрессовое
расстройство, депрессия и тревожные расстройства. Отсутствие безопасности,
разлука с семьей, бюрократические барьеры и культурные изменения
усугубляют их состояние, делая их особенно уязвимыми к психологическим
последствиям насилия и переселения. Психологическая помощь и поддержка со
стороны социальных сетей и религиозных практик играют важную роль в
процессе адаптации вынужденных эмигрантов.
Религиозные убеждения, социальная поддержка и когнитивные стратегии
переосмысления являются ключевыми аспектами совладающего поведения у
вынужденных эмигрантов. Эти стратегии помогают им справляться с
трудностями и способствуют устойчивости в ответ на острые или длительные
формы стресса. Исследования показывают, что вынужденные эмигранты
активно используют религиозные действия, поддержку от близких и
когнитивные процессы переосмысления ситуации для успешной адаптации.
31
Социальные связи и участие в религиозных и культурных мероприятиях также
играют важную роль в защите от посттравматического стрессового расстройства
и способствуют адаптации.
Таким образом, совладающее поведение у вынужденных эмигрантов
характеризуется активным использованием социальных связей, религиозных
практик и когнитивных стратегий переосмысления. Эти подходы помогают им
справляться с экстремальными стрессорами, связанными с переселением и
боевыми действиями. Несмотря на различные культурные и национальные
различия, общими стратегиями совладания являются общение с близкими,
религиозное поведение и избегание. Эти стратегии помогают вынужденным
эмигрантам адаптироваться к новым условиям жизни.
32
Глава 2. Эмпирическое исследование особенностей совладающего
поведения у вынужденных эмигрантов в условиях боевых действий
2.1. Организация исследования особенностей совладающего поведения у
вынужденных эмигрантов
Объект исследования: совладающее поведение.
Предмет исследования: совладающее поведение вынужденных эмигрантов
в условиях боевых действий.
Цель исследования: выявление структуры совладающего поведения у
вынужденных эмигрантов в условиях боевых действий.
Гипотеза исследования: структура совладающего поведения у эмигрантов
будет различаться в зависимости от причины эмиграции, а именно:
1) вынужденным эмигрантам будут характерны защитные стратегии
совладания;
2) у добровольных эмигрантов будут преобладать активные и
стратегически ориентированные копинги.
Задачи эмпирического исследования:
1. Провести сравнительный анализ особенностей совладающего поведения
у вынужденных эмигрантов, добровольных эмигрантов и не эмигрирующих
людей.
2. Установить общие закономерности особенностей совладающего
поведения у вынужденных эмигрантов, добровольных эмигрантов и не
эмигрирующих людей.
3. Выявить особенности совладающего поведения у вынужденных
эмигрантов, добровольных эмигрантов и не эмигрирующих людей.
Был подобран комплекс диагностических средств, включающий 3
методики.
Для изучения структуры совладающего поведения были использованы
следующие методики: