62
подготовке преступлений и их совершению. Кроме того, группа обладала
технической оснащенностью – в процессе совершения преступлений
использовалась личная автомашина Курского и автомашина, находящаяся у
Мурашкина. Организованная группа специализировалась на указанных
преступлениях, четко выполняя отведенные им роли и соблюдая меры
конспирации.
Однако, исходя из материалов дела и из приговора, такой вывод суда
не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела,
установленным судом первой инстанции.
В результате ограниченного объема настоящей работы рассмотрим
лишь некоторые допущенные нарушения.
Существенные нарушения уголовно – процессуального закона (ст.379
ч.1 УПК РФ) ч.1 ст. 409 УПК.
1. Судом I-ой инстанции были грубо нарушены все принципы УПЗ
РФ, поскольку суд вообще не рассмотрел ходатайство Курского И.М. о
возвращении У/Д прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ от 22.11.2010 г. за
исх. № 33/8-К-312, которое поступило в суд - 30.11.2010 г. (вх. № 7304),
согласно штампа суда на сопроводительном письме (приложение № 17) и не
принял вообще никакого решения по существу заявленного письменного
ходатайства.
Вместо этого, суд, в ходе судебного заседания от 06.12.2010 г.
возвратил данное ходатайство Курского И.М., указав следующее:
«Возвратить ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору от
22.11.2010г., в связи с окончанием судебного следствия» (Т. 8 л.д. 114).
Тем самым, суд нарушил требования ст. ст. 47 (п. 5 ч. 4), 237 (ч.1), 243,
244, 256 (ч.2), 271 (ч.2), 291 УПК РФ, поскольку принял решение по
ходатайству – не предусмотренное УПК РФ (ст. 256 ч. 2 УПК РФ)! То есть,
суд, фактически лишил обвиняемого Курского И.М. гарантированных ему
УПК РФ прав, что впоследствии повлияло на внесение законного и
обоснованного решения (приговора).
63
Вместе с тем, возвращение судом Курскому И.М. его ходатайства не
основано на законе, поскольку:
- подсудимый имеет право подавать письменное ходатайство о
возвращение У/Д прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, на любой стадии
судебного разбирательства, в том числе и после окончания судебного
следствия;
- ходатайство (приложение № 17) было направлено 22.11.2010 г. через
администрацию СИЗО, а судебное следствие было окончено только
29.11.2010 г.;
- 29.11.2010 г. в ходе судебного заседания Курский И.М. возражал
против окончания судебного следствия, указывая на то, что им 22.11.2010 г.
было направлено ходатайство о возвращении У/Д прокурору в порядке ст.
237 УПК РФ, в связи, с чем Курский И.М. просил суд, разрешить
направленное ходатайство по существу, в соответствии с требованиями ч. 2
ст. 256 УПК РФ, а затем окончить судебное следствие и перейти к прениям
сторон.
Тем самым, в уголовном деле № 1-33/11 судом I-ой инстанции до
настоящего времени имеется не рассмотренное ходатайство (приложение №
17)!!!
Таким образом, судом I-ой инстанции были допущены существенные
нарушения норм УПЗ РФ, повлиявшие на вынесение законного и
обоснованного приговора, что является основанием для отмены приговора и
последующих судебных решений, в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 409
УПК РФ.
В данном случае, суд I-ой инстанции должен был принять решение по
ходатайству Курского И.М. в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 256 УПК
РФ в виде отдельного процессуального документа.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной
в Постановлении от 02.07.1998 г. № 20 –П и в последующих его решения, в
том числе и в Определении от 18.07.2006 г. № 290-0, заинтересованным
64
участникам уголовного процесса еще до завершения производства в суде I-ой
инстанции, должна быть обеспечена возможность обжаловать судебные
решения, которыми объективно создаются препятствия для дальнейшего
движения дела либо ограничиваются права граждан на защиту.
2. Обвинительное заключение составлено с нарушением требований
УПК РФ, что подтверждается кассационным определением Судебной
коллегии по уголовным делам Брянского областного суда от 11.03.2011 г. и
исключает возможность постановления законного и обоснованного
приговора от 24.12.2010г.
«Курский И.М. обвиняется в перевозке руководителя преступной
группы и наркотиков, используя принадлежащую ему а/м ВАЗ-21112 гос.
номер Е 976 ХР 32».
А так же, в том, что «17.03.2009 г. Любакина и Курский на а/м
последнего, выехали в сторону д. 39 по ул. 22-го Съезда КПСС г. Брянска для
последующего сбыта 106, 4 грамма наркотиков, что является особо крупным
размером. Однако 17.03.2009 г. около 19ч. 40 мин. данные наркотики были
обнаружены и изъяты сотрудниками УФСКН в автомашине Курского И.М.
при проведении осмотра места происшествия».
Указанные действия Курского И.М. следствием и впоследствии судом
квалифицированы по ч. 1 ст. 30, п.п. «А, Г» ч.3 ст. 228.1 УК РФ –
приготовление к незаконному сбыту «наркотиков» в особо крупном размере,
организованной группой лиц.
Вместе с тем, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого,
в обвинительном заключении и в приговоре от 24.12.2010 г. в нарушении
требований: ст. ст. 171 (п.4 ч.2), 220 (п.3 ч.1), 307 (п.1) УПК РФ, не указано
существо предъявленного обвинения, а именно:
- способ совершения преступления от 17.03.2009 г.;
- цель и мотив совершенного Курским И.М. преступления;
65
- не конкретизированы и вообще не описаны преступные действия
Курского И.М. направленные именно на приготовление «наркотиков» к
сбыту 17.03.2009г.;
- отсутствуют объективные данные, подтверждающие приобретение
«наркотиков» именно у Мурашкина В.В., а не у иного лица;
- отсутствуют данные о сбыте Курским И.М. «наркотиков» и
подыскание последним конкретных лиц (покупателей);
- не указаны другие обстоятельства (непричастность Курского И.М. к
сбыту «наркотиков», установленная впоследствии Судебной коллегией в
кассационном определении от 11.03.2011г. абз. 3 лист 33), имеющие
существенное значение для уголовного дела, а так же для правильной
правовой оценки содеянного.
В судебных решениях судов I-ой и кассационных инстанций не
отражены признаки объективной и субъективной сторон преступления от 17
марта 2009 г., а именно:
- вина Курского И.М., характеризующая мотивом и целью
совершенного преступления.
Совершение указанного выше приготовления к преступлению
возможно только с прямым умыслом, что не было установлено и доказано в
суде.
Судами не были установлены обстоятельства, указывающие на
причастность Курского И.М. к сбыту «наркотиков», поскольку таких
доказательств в уголовном деле нет
17.03.2009 г. у Курского И.М. отсутствовал умысел на сбыт
«наркотиков», которые находились в автомашине при Любакиной Е.П. и
получение от «сбыта» какой-либо выгоды Суд, в частности указал:
«Об умысле подсудимых на сбыт наркотиков, изъятых в автомашине
Курского И.М. 17.03.2009 г., свидетельствует их количество, одинаковая
упаковка и их нахождение в известном Курскому И.М. и Любакиной Е.П.
месте».
66
Но вместе с тем, судами установлен факт нахождения (наличия)
«наркотиков» в автомашине, но не более того.
Поскольку в обвинительном заключении отсутствуют признаки
объективной стороны и оно составлено с нарушением требований УПЗ РФ,
то имеются основания отмены приговора с возвращением уголовного дела
прокурору, предусмотренные ч.1 ст.409 УПК РФ.
Кроме того:
- нарушены требования ст. 409 (ч.1) УКП РФ, «несоответствие выводов
суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела»,
поскольку суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять
на выводы суда (п.1 ч.1 ст.379 УПК РФ);
- допущены нарушения уголовно-процессуального законодательства
оперуполномоченным Карповым А.М. при составлении протокола личного
обыска Курского И.М.;
- сфальсифицирован протокол задержания подозреваемого Курского
И.М, от 18.03.2009г.;
- допущены нарушения уголовного процессуального законодательства
РФ при производстве предварительного следствия и фальсификация
доказательств, по уголовному делу № 50133/09, что является нарушением ч.1
ст. 409 УПК РФ.
Помимо вышеизложенного, заключение экспертизы № 658 от
10.04.2009г, является недопустимым доказательством по следующим
основаниям:
- 08.04.2009г следователь Зубцов Р.В. вынес постановление о
назначении химической экспертизы, согласно которого предоставил в
распоряжение эксперта «пакеты со смывами с рук Курского И.М», при этом
не давал разрешение на их частичное либо полное уничтожение, поскольку
смывы еще не были осмотрены и признаны вещественными
доказательствами по уголовному делу № 50133/09;
67
- согласно заключения эксперта № 658: «В ходе проведения экспертизы
все смывы были израсходованы», т.е. фактически были уничтожены без
разрешения следователя на их уничтожение, а также без описания
(мотивировки) в заключение о необходимости их уничтожения.
Таким образом, экспертом были нарушены следующие требования
УПК РФ и ФЗ № 73-ФЗ от 31.05.2001г «О государственной экспертной
деятельности в РФ».
1. Нарушил требования п.3 ч.4 ст.57 УПК РФ «эксперт не вправе
проводить без разрешения следователя исследования, могущие повлечь
полное или частичное уничтожение объектов либо изменения их внешнего
вида или основных свойств»;
2. Нарушил требования ФЗ от 31.05.2001г № 73-ФЗ «Образцы для
исследования не могут самовольно, без разрешения следователя, быть
уничтожены. Если экспертное исследование требует применение так
называемых разрушающих методов и для проведения экспертизы
существует необходимость определенного повреждения образцов (объектов)
представленных на экспертизу, то разрешение на это должно быть отражено
в постановлении о назначении судебной экспертизы, направляемом
следователем эксперту. Необходимость того или иного повреждения
представленных на экспертизу объектов обосновывается экспертом в
заключении».
3. В соответствии с п.27 «Инструкции по организации судебных
экспертиз в РФ, утвержденной приложением №1 к приказу МВД РФ от
29.06.2005г № 11»:
- эксперт обязан обеспечить сохранность представленных объектов
для исследования;
- эксперт обязан применять при производстве экспертизы методики,
не связанные с видоизменением, разрушением или расходованием объектов
исследования.
68
После проведения экспертизы № 658 (в ходе которой были
израсходованы все смывы), спустя 4 месяца следователь составил протокол
осмотра фактически уже уничтоженных смывов (т.е. не понятно, что вообще
было предметом осмотра?) и затем вынес постановление о признании (этих
смывов) вещественным доказательством, что само по себе, по сути, означает
осмотр и признание вещественным доказательством – «воздуха», а не
образцов.
Более того, в нарушении ФЗ № 73-ФЗ от 31.05.2001г контрольный
смыв с рук Курского И.М. – не производился.
Также, эксперт Хохлов В.Н. показал:
- «Повторную химическую экспертизу по смывам рук Курского И.М.
провести нельзя, т.к. израсходована вытяжка, которая была сделана с ватных
тампонов».
4. В соответствии с ч.5 ст.199 УПК РФ «Эксперт вправе возвратить
без исполнения постановление, если представленных материалов
недостаточно для производства экспертизы».
Вопреки требованиям ч.5 ст.199 УПК РФ эксперт Хохлов В.Н. в
полной мере осознавая, что представленных объектов недостаточно,
самовольно провел экспертизу, в ходе которой без разрешения следователя
израсходовал (уничтожил) все смывы с рук Курского И.М. и вообще не
обосновал в своем заключении № 658 – целесообразность уничтожения всех
объектов (смывов)!
Вместе с тем, суд I-инстанции сделал необоснованный вывод, указав
следующее:
«Тот факт, что в постановлении о назначении химической экспертизы
отсутствует разрешение следователя на уничтожение доказательств никоим
не свидетельствует о недопустимости экспертизы № 658 от 10.04.2009г и
соответственно о его недопустимости» (абз.6 лист 39 приговора).
Данный вывод суда, является необоснованным и несостоятельным,
ввиду грубого нарушения УПЗ РФ экспертом при производстве экспертизы
69
№ 658 и следователем при признании израсходованных смывов –
вещественным доказательством (нарушены требования ст.ст. 81,85,87,88
УПК РФ) поскольку:
- на эксперте лежит обязанность обеспечить сохранность объектов
экспертизы и их неизменность, поскольку это совместимо с заданиями;
- противоречит закону практика самостоятельного собирания
экспертом по своей инициативе или указанию органов, назначивших
экспертизу, материалов для доказывания либо самовольное полное или
частичное уничтожение (израсходование) объектов, представленных на
экспертизу;
- заключение эксперта, полученное с нарушением требований закона,
не может быть положено в основу обвинительного приговора (БВС РФ 1998г
№ 12 стр.9).
5. Постановление о назначении экспертизы, является обязательным
процессуальным актом, в котором формулируется решение следователя и
называются конкретные объекты, направляемые для исследования эксперту,
способы их упаковки и обеспечения их сохранности.
Вопреки данному требованию ни следователь, ни эксперт не
обеспечили сохранность объектов – «смывов с рук Курского И.М.».
6. Кроме того, 18 марта 2009г следователь вынес постановление о
получении образцов для сравнительного исследования.
С данным постановлением Курский И. М. Не был ознакомлен и в нем
не расписывался. Отраженная в постановлении подпись – выполненная за
Курского И. М. является поддельной и ему не принадлежит.
Несмотря на утверждения о поддельности моей подписи в
постановлении, суд сделал необоснованный вывод:
«Доводы подсудимого о поддельности его подписи являются
голословными и ничем не подтверждены» (абз.5 лист 38 приговора).
70
7. В протоколе получения образцов – «смывов с рук Курского И.М.
наличествуют подписи эксперта Журавкова Д.И., которого якобы привлекал
следователь к данному следственному действию.
В ходе судебного следствия из показаний экспертов: Хохлова В.Н. и
Журавкова Д.И. суд установил, что фактически смывы ногтевые срезы
получал эксперт Хохлов В.Н., а протокол подписал Журавков Д.И. по
указанию следователя, но в соответствии со ст. 202 УПК РФ данные образцы
с моих рук никто из экспертов вообще не получал и не видел.
Кроме того, судом установлено, что «упаковывал смывы и срезы с рук
Курского И.М. следователь Зубцов Р.В., сам лично и в своем кабинете». Но
каким образом (способом) к следователю попали образцы от экспертов (т.е.
эксперты находятся на 5 этаже, а кабинет следователя на 2-ом этаже) судом
не установлено.
8. Также, судом установлено, что на опечатанных пакетах с образцами
отсутствуют подписи участвующих лиц отраженных в протоколе, т.е.
эксперта Журавкова Д.И., адвоката Голуб С.И., подозреваемого Курского
И.М., отсутствует контрольный смыв. Данный факт вызывает сомнения в
достоверности, относимости и принадлежности этих смывов, поскольку не
отвечают требованиям ч.1 ст.88 УПК РФ. Более того, «образцы» с пук
Курского И.М. были упакованы в 3(три) пакета, в то время как образцы с рук
Любакиной Е.П. и Мурашкина В.В. - упакованы в 4(четыре) пакета с
подписями участвующих лиц в следственном действии и пояснительными
записками.
Таким образом, смыв с рук Курского И.М. как производное от них
заключение эксперта № 658 является в соответствии с требованиями ст. 75
УПК РФ - недопустимыми доказательствами и не могут использоваться в
процессе доказывания, и положены в основу приговора, поскольку получены
с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.
71
Заключение
В результате проведенного исследования сделаем следующие выводы.
Под правосудием следует понимать одну из форм государственной
деятельности, заключающуюся в рассмотрении и разрешении судами дел в
порядке гражданского, уголовного, административного и арбитражного
судопроизводства. Для осуществления правосудия помощь и содействие суду
оказывается и другими государственными органами: прокуратурой, органами
дознания и предварительного следствия, учреждениями, исполняющими
вступившие в законную силу приговоры, решения и иные судебные акты.
В соответствии со ст. 118 Конституции РФ правосудие в Российской
Федерации осуществляется только судом; судебная власть реализуется
посредством конституционного, гражданского, административного и
уголовного судопроизводства. Судебная деятельность (в том числе связанная
с отправлением правосудия) как деятельность органа государственной
власти, каковым является суд, регулируется рядом норм, содержащихся в
законах и иных актах, правовая природа которых различна.
Нормы, регулирующие деятельность в сфере судебной власти, имеют
комплексный характер, поскольку данные нормы содержатся в различных
отраслях права: гражданско-процессуальном, арбитражно-процессуальном,
уголовно-процессуальном, конституционном, административном, уголовном
и т.д.
Санкции норм о преступлениях против правосудия нуждаются в
совершенствовании, как в плане установления вида и размера мер
государственного принуждения, так и в плане их применения. Основными
недостатками санкций за преступления против правосудия являются:
- невозможность применения некоторых из них в полном объеме;
- не всегда обоснованная безальтернативность наказания;
- чрезмерно широкие границы между низшими и высшими пределами
наказания;