32
В качестве примера можно рассмотреть такое предложение: “Olympic
Romeo Shaun Pearce was branded a love-rat yesterday” (Леннон 2004: 256). В
данной структуре выделяется лексема “Romeo”, которая отсылает читателя к
персонажу из пьесы Шекспира “Ромео и Джульетта”. Совместно с данной
лексемой присутствует и выражение “love-rat”, означающие “неверный своему
партнеру по браку” (Ято 2020: 228). В итоге получается, что аллюзивная
единица “Romeo” является негативной, так как её восприятие определено иной
лексической единицей, добавляющей такую коннотацию. Стоит сказать, что
здесь не происходит прямой связи с оригинальной пьесой Шекспира, так как
значение первой лексемы отсутствует и не передает оригинального смысла.
Одновременно с этим нужно подчеркнуть и то, что аллюзия может иметь
в себе и такой источник, присущий сразу для несколько культур. Здесь можно
говорить о бикультурализме аллюзии, подразумевающей ее существование в
двух и более культурах. По этой же причине существование такой аллюзии
только в одном культурном пространстве будет невозможно. Помимо этого,
характеристика бикультурализма присутствует у аллюзии в том случае, если она
была использована в нескольких социумах на протяжении истории в силу
различных исторических, экономических, социальных обстоятельств.
Соответственно проблем с переводом такого рода аллюзий может не быть из-за
возможного эквивалента в принимающем языке. Например, к такой категории
аллюзий можно отнести библию, которая затрагивает все социумы ввиду своей
исторической распространенности и использования. Например, аллюзия “if
Belgravia is not a sounding brass and Tyburnia a tinkling cymbal” (Теккерей 2001:
474) отсылает нас на фрагмент из библии, принадлежащий Посланию Павла к
корифянам глава 13, стих 1, который имеет библейский перевод и не требует
впоследствии дополнительных операций по переводу данного фрагмента
текста. Однако не исключено, что такие фрагменты могут быть видоизменены
для того, чтобы соответствовать лингвистическому окружению нового текста.
2.2. Приемы перевода аллюзий
33
Проанализировав факторы, которые могут являться препятствиями для
выполнения процесса перевода аллюзивных единиц, можно выделить модели
их перевода. Перед этим стоит отметить, что модель перевода — это процесс,
при котором происходит обработка имеющихся лингвистических знаков и
категорий для воспроизведения текста на переводящем языке. В результате
такого процесса получается текст, который должен соответствовать не только
оригинальному смыслу, но и функциональным особенностям языка, на который
он был переведен, не искажая в то же время основного замысла автора. При
этом модель перевода как деятельность по обработке исходного текста
затрагивает как минимум один лингвистический элемент, который будет
определяющим для получения точного текстового аналога (Комиссаров 2002).
На основе этого суждения можно выделить сразу несколько типологий
моделей перевода, которые могут быть созданы на основе их функционального
компонента. Другими словами, типологии основываются на том, на какой
лингвистический элемент делается акцент. В соответствии с этим, выделяются
следующие типологии:
1) лексические трансформации,
2) грамматические трансформации,
3) комплексные трансформации.
Каждая типология будет обладать своими особенностями, которые
позволяют им быть выделенными в отдельную группу (там же). В свою очередь
каждая их приведенных типологий будет иметь свои подклассы, обладающие
индивидуальными методами для перевода аллюзии с определенного
функционального аспекта и в соответствии с существующими нормами.
Данные типологии с их подклассами можно представить в виде таблицы
(Коршунова 2022) (см. таблицу 2.1):
Таблица 2.1
Виды переводческих трансформаций
Вид переводческой трансформации
Подкласс
34
Лексическая трансформация
Транскрипция/транслитерация
Калькирование
Лексические замены
Грамматическая трансформация
Дословный перевод
Членение предложения
Объединение предложений
Грамматические замены
Комплексная трансформация
Антонимический перевод
Описательный перевод
Компенсация
Рассматривая лексическую типологию моделей перевода, важно
подчеркнуть, что она может быть применена к разным лингвистическим и
литературным единицам, включая аллюзии. Однако особенности каждой
модели будут определять ее выбор для осуществления точного перевода.
Транслитерация как вид лексической трансформации подразумевает под
собой перевод лексической единицы посредством записи данной единицы
символами алфавита того языка, на который происходит перевод. Иными
словами, происходит процесс, при котором лексическая единица не изменяет
свою звуковую оболочку, но меняет свой графический план в соответствии с
нормами принимающего языка. Такая модель перевода подходит для перевода
имен собственных, географических объектов, интернациональных слов,
понятий, аналоги которых не присутствуют в принимающем языке, или
устойчивых выражений, которые являются частью массовой культуры и не
имеют эквивалентов в других языках. В практическом смысле перевода
аллюзий, представленных в виде таких слов, применяется чаще всего, так как
этот способ способен передать смысл и значение аллюзивной единицы
наиболее точным образом.
Например, такие слова как Herodotus, Sherlock Holmes, Dr. Johnson, Don
Juan (Вебстер 1999) могут быть переведены транслитерацией следующим
образом: Геродот, Шерлок Холмс, Доктор Джонсон, Дон Жуан. Эти имена
35
являются не только аллюзивными единицами, но и именами собственными,
которые относятся только к одной культуре или имеют общий источник
происхождения. В процессе перевода транслитерацией можно обнаружить, что
происходит не только графическое изменение, но и частично звуковое,
позволяющие переведенным именам встраиваться в систему принимающего
языка.
Такую же модель перевода можно применить для географических или
исторических названий. При этом исторические места обычно адресуют
читателя к местам, которые играли значительную роль в истории или в культуре,
в том числе и в фольклоре. В качестве примера возьмем следующие слова:
Alamo, Arden, Avalon, Baiae, Babylon, Austerlitz (Делаханти 2012). Их перевод
будет выглядеть следующим образом: Аламо, Арден, Авалон, Байи, Вавилон,
Аустерлиц. Если сопоставить два ряда аллюзивных единиц, можно сделать
вывод, что транслитерация способна передавать смысл данных слов, при это
трансформации происходят на звуковом уровне для соответствия фонетическим
нормам переводящего языка.
Следующая переводческая модель представляет собой калькирование,
которое является по сути дословным переводом. Калькирование применяется
для перевода ряда устойчивых выражений или словосочетаний, но с
изменением морфологической структуры, так как в английском языке
(английский) морфологическая структура представлена аналитическим типом, а
в принимающем языке (русском) - синтетическим. Такая замена морфем
является необходимой, так как она передает лексический пласт за счёт
грамматического значения (Комиссаров 2002). Для наглядности можно взять
такие примеры как: Aesop’s fable, Promised Land, Red Queen's race, Room of
one’s own (Вебстер 1999). Данные словосочетания представляют собой
аллюзивные единицы, отсылающие читателя на разные объекты литературы и
истории. Несмотря на это, данные словосочетания образованы посредством
притяжательного падежа и конверсии. Соответственно при переходе из
английского в русский данные категории пропадут и будут применены другие
формы. Перевод: Басни Эзопа, Земля Обетованная, Гонка с Черной королевой,
36
Собственная комната. Если проанализировать готовые переводы, можно
заметить, что проявляется больше категорий падежа русского языка, а также
присутствует категория рода, отображенная соответствующими морфемами для
выполнения своих функций.
Следующий тип лексических трансформаций выделен как лексические
замены, которые подразумевают под собой развертывание в процессе перевода.
Другими словами, происходит процесс, при котором исходная единица для
перевода будет переведена не дословно, но её смысл будет раскрыт благодаря
единицам переводящего языка. Однако здесь стоит учитывать и тот факт, что
абсолютно точного перевода может и не быть в силу того, что принимающий
язык не обладает такими эквивалентами, которые смогли бы полностью
заменить текстовую структуру для полноценного соответствия первоисточнику
(Комиссаров 2002). Однако, несмотря на такую проблему, перевод может быть
выполнен приближено к оригиналу. Обычно среди таких слов или аллюзивных
единиц выделяются лексические структуры, образованные путем
лексикализации или сращения, которые не могут быть рассмотрены отдельно
друг от друга. К примеру, можно взять слова как: Portmanteau word, primrose
path, third rail, Ugly American, Vox Populi (Вебстер 1999). Примерный перевод
данных аллюзий может быть выполнен таким образом: складное слово, легкий
путь со скрытыми опасностями, третий путь (путь под напряжением),
недружелюбный по отношению к иностранцам, Голос Бога. Сопоставив данные
примеры с их исходными значениями, можно сказать, что не все приведенные
переводы являются точными, так как эквивалент не присутствует в русском
языке. Словосочетание “третий путь” или “путь под напряжением” может быть
переведено в контексте инженерной тематики, однако функциональность
аллюзивной единицы строится на том, что данное словосочетание используется
в политическом контексте и затрагивает процесс заказных убийств
политических деятелей. Помимо этого, словосочетание “Ugly American”
изначально было применено к американцам, которые не доброжелательно
относятся к иностранцам. Однако с течением времени это словосочетание
перешло и к другим национальностям. В то же время считать данное
37
словосочетание аллюзивной единицей возможно при том условии, что
происходит ссылка на сборник историй 1958 года, где данное словосочетание
было употреблено впервые (там же).
Следующей типологией является грамматическая трансформация, которая
акцентирует внимание на грамматический аспект перевода. Она трансформация
основывается на создании синтаксического аналога, соответствующего
грамматическим нормам принимающего языка и передающего смысл исходного
текста (Комиссаров 2002). Таким образом, дословный перевод не подразумевает
трансформаций, которые влияли бы на изменение грамматической структуры
предложения. Однако не исключено, что могут быть внесены изменения для
соответствия нормам переводящего языка.
В контексте перевода аллюзивных единиц данная модель перевода может
быть применена в тех случаях, когда аллюзия представлена в виде
синтаксически самостоятельной структуры. Такие аллюзии могут быть
изображены в виде устойчивых выражений из иностранных языков
(французского, латинского, греческого, итальянского и других). Они означают
умозаключения, основанные на источниках, выражающих мудрость и
связывающих жизнь социума с историей. В виде таких выражений могут
выступать следующие: omnis vincet amor, per vias rectas, modus operandi, una
voce и другие (Спейк 2005). Соответственно данные выражения переводятся
дословным образом, что в результате дает адекватный и точный перевод: всё
может быть побеждено любовью, прямиком к точке назначения (абсолютно
точно), режим работы (функционирования), в один голос (единогласно). Как
можно заметить, перевод выполнен дословно, однако затем внесены правки для
соответствия литературным нормам русского языка.
Далее, членение предложения как грамматическая трансформация может
быть представлена как трансформация полноценной синтаксической структуры
посредством разделения целого предложения на несколько предложений при
переводе на принимающий язык (Комиссаров 2002). В контексте перевода
аллюзивных единиц данная модель применяется, если синтаксическая
структура представлена как целая аллюзия. Однако такая аллюзия обычно
38
выступает как использование отдельных фрагментов из источника, которые
являются ключевыми для формирования смысла в утверждении.
Объединение предложений представляет собой объединение нескольких
микропредложений в одно крупное предложение, которое объединено
посредством союзов или знаков препинания (там же). В контексте перевода
аллюзий это никаким образом не отразится, так как структура аллюзии,
входящая в предложение в первоисточнике, может быть переведена
посредством вышеописанных моделей. При этом переведенная аллюзия не
будет терять своих свойств как грамматической структуры, так и лексико-
семантической. В процессе перевода, где ключевой моделью является
объединение предложений, аллюзия становится частью более крупной
структуры, не теряя при этом своего смысла и своих аллюзивных качеств.
Другими словами, происходит соединение предложений, где аллюзия остается в
неизмененном, но переведенном виде.
Под грамматическими заменами можно подразумевать и тот факт, что
предложение оригинала претерпевает изменения в построении синтаксической
структуры. В процессе данной трансформации отмечается, что грамматический
смысл передается иными морфологическими или синтаксическими категориями,
которые могут означать эквивалентный аспект в принимающем языке. По
большей части здесь затрагиваются грамматические аспекты, которые в русском
языке не представлены в открытом виде или полностью отсутствуют (Ярулина
2019). В контексте перевода аллюзии данная трансформация представлена как
перенос лексических элементов и их смысла с помощью иных грамматических
структур или категорий. Обычно это применяется, когда аллюзия изображена
как целая синтаксическая структура с элементами, являющимися
второстепенными, но несущими лексическое значение, которое может быть
передано точно при условии четкой передачи грамматического аспекта.
Типология комплексных трансформаций в первую очередь выделят
антонимический перевод, как операцию, при которой замена осуществляется с
помощью использования противоположных лексических элементов. Не
исключено так же и то, что при такой операции может быть осуществлена так
39
же и замена грамматических форм, показывающих обоснованность всей
комплексной трансформации (Комиссаров 2002). При переводе аллюзий данный
перевод является не подходящим, так как замена лексических элементов на
противоположные будет нарушать построение всей аллюзивной единицы, в
результате чего она может быть стерта и в готовом переведенном тексте не
отобразиться. Более того, убранная аллюзия может повлиять так же и на
восприятие текста, так как она является элементом для добавления смысла или
украшения текста (Дронова 2006). В свою очередь это ведет к переоформлению
текста, который потом перестает быть похожим на оригинальный источник.
Описательный перевод является моделью, которая дает развернутое
объяснение в ходе перевода и в готовом виде может описывать полное
представление аллюзивной единицы или другого неясного компонента (там же).
Использование такой модели перевода является одной из самых эффективных,
так как она передает смысл аллюзии полностью. При этом стоит отметить и то,
что аллюзия не является полностью стертой, так как её лексические и
семантические составляющие сохраняют своё исходное значение. Однако при
такой трансформации аллюзия может превращаться в полноценную фразу или
предложение для передачи смысла. Наравне с этим отмечается и то, что
аллюзия в первоисточнике может быть изображена как единичное слово или
словосочетание. Такая трансформация является незаменимой в том случае,
когда аллюзия не может быть переведена другими моделями ввиду
недостаточности передачи смысла. Другими словами, ее смысл не может быть
передан полностью, так как аллюзия содержит в себе те культурные элементы,
которые не присутствуют в культуре принимающего языка или они не сильно
распространены.
Последняя модель перевода — это компенсация или компенсационный
перевод. Смысл данной операции заключается в том, что лингвистический
элемент, который должен быть переведен, не может полностью соответствовать
эквиваленту в принимающем языке (если он присутствует). В таком случае
можно прибегнуть к элементам, обладающим схожей семантикой. С помощью
похожих лингвистических знаков можно перевести аллюзию, учитывая в то же
40
время и семантические нюансы, присутствующие в оригинальном тексте.
Однако такие нюансы могут быть и исключены в переведенном тексте, если их
невозможно адекватно передать в принимающем языке (Яковлева 2008). В
контексте перевода аллюзивных единиц такая модель является одной из самых
эффективных, потому что она пытается передать весь первоначальный смысл
благодаря компенсации значения за счет элементов из принимающего языка. В
результате аллюзия может быть переведена, но некоторые стилистические
аспекты могут быть утеряны из-за их невозможности переноса в переводящий
язык. Несмотря на это, смысл определенного текста может быть передан
полноценно, и данная модель может отражать неискаженный смысл
аллюзивной единицы.
2.3. Анализ перевода аллюзий в романе У. Теккерея
“Ярмарка Тщеславия”
Как было сказано в теоретической части данной работы, аллюзии
обладают некоторыми особенностями, выделяющими их среди ряда других
литературных приемов для создания ссылки на конкретный объект или
создания специфичной ситуации в произведении. Также, аллюзии позволяют
автору текста делать его более простым или, наоборот, сложным. Кроме этого,
мы выяснили, что процесс перевода аллюзий может подразумевать
определенные обстоятельства, которые могут делать данный процесс более
трудным для выполнения, в связи с чем определяется более подходящая модель
перевода.
Для проведения практической части исследования было выбрано
произведение В. М. Теккерея «Ярмарка Тщеславия» (в переводах М.А.
Дьяконова и В.И. Штейна), так как в нем присутствует большое количество
аллюзивных единиц, которые автор использовал для создания необходимых
стилистических эффектов той эпохи, где происходит действие.
41
Исходя из этого, можно сказать, что все рассмотренные ранее аспекты,
затрагивающие факт существования аллюзивной единицы в тексте и её
перевода, являются необходимыми для создания точного или приближенного
аналога в принимающем языке по отношению к первоисточнику.
Для наглядности соотношения аллюзии в оригинале с ее переводом,
осуществленным двумя разными переводчиками, представим данные в виде
таблицы (см. табл. 2.2).
Таблица 2.2
Соотношение оригинального текста и переводов
Оригинальный текст
Перевод М. А. Дьяконова
Перевод В. И. Штейн
"Have you completed all the
necessary preparations incident
to Miss Sedley's departure, Miss
Jemima?" asked Miss Pinkerton
herself, that majestic lady; the
Semiramis of Hammersmith,
the friend of Doctor Johnson,
the correspondent of Mrs.
Chapone herself.
(Теккерей 2001: 3)
- Вы закончили все
приготовления к отъезду мисс
Седли, мисс Джемайма? -
спросила мисс Пинкертон,
величественная дама -
хэммерсмитская Семирамида,
друг доктора Джонсона,
доверенная корреспондентка
самой миссис Шапон.
(Дьяконов 1953: 5-6)
- Вы закончили все
приготовления к отъезду мисс
Седли, мисс Джемайма? -
спросила мисс Пинкертон,
величественная дама -
хэммерсмитская Семирамида,
друг доктора Джонсона,
доверенная корреспондентка
самой миссис Шапон.
(Штейн 2021: 9)
В данном фрагменте можно обнаружить аллюзивные единицы,
выраженные посредством имен собственных. Говоря про функциональный план
данных аллюзий, они были применены с той целью, чтобы воссоздать
исторический контекст времени, в котором происходит повествование всего
романа. В свою очередь, данные аллюзивные единицы формируют основу для
создания правдоподобности как литературного, так и действительного
окружения. Более того, они используются с той целью, чтобы передать
атмосферу того времени, когда данный роман был написан, и описывают
культурную специфику исторического периода.
Наравне с этим важно подчеркнуть и тот факт, что данные аллюзии
принадлежат к разным типам, вследствие этого они могут выполнять разные