32
- И почему, - воскликнул он, - я должен довольствоваться частью, если могу
забрать всё?
Сделать это было проще простого. Сначала он схватил железный канделябр,
затем – посох, который старик оставил у стены, и уселся на волшебный ковёр.
- Во имя рога святого Якова, - воскликнул он, - я повелеваю тебе, о Ковёр!
Неси меня над холмами и долинами, над озёрами и реками, неси туда, где старик меня
никогда не найдёт!
Стоило ему это произнести, как ковёр поднялся в воздух, унося его с собой,
всё дальше и дальше, выше облаков, словно несомый легчайшим ветерком. Наконец
ковёр снова опустился на землю, и молодой транжира, оглядевшись, обнаружил
вокруг точь-в-точь такую же пустыню, как та, в которой они со стариком добыли
сокровище. Однако юноша об этом не задумался и даже не стал осматривать
окрестности. Больше всего на свете ему хотелось испытать волшебный канделябр. Он
высек огонь, зажёг все три свечи, и в тот же миг перед ним появились три маленьких
старичка. Они принялись крутиться и вертеться, вертеться и крутиться, поднимая
вокруг себя облака песка и пыли. Юноша крепко сжал дубинку.
Однако многое в мире зависит от мелочей, а юноше не хватало мудрости,
чтобы это понять. Когда старик бил по головам трёх слуг канделябра, дубинка у него
была в левой руке! Юноша же этого не заметил, и теперь, схватив дубинку правой
рукой, изо всей силы ударил трёх человечков, как это делал старик. Бах! Бах! Бах!
Раз! Два! Три!
И что, человечки превратились в три кучи золота? Как бы не так! Они
вытащили из-под одежды дубинки, покрепче той, что сжимал в руке юноша, без
лишних слов набросились на него и принялись бить и колотить так, что только пыль
летела. Напрасно он вырывался, плакал и молил о пощаде, напрасно пытался
защититься – человечки и не думали останавливаться, пока юноша не оказался на
земле и не остался там лежать, тяжело дыша, вздыхая и стеная. Лишь тогда они
оставили его в покое и, взяв с собой железный канделябр и волшебный ковёр, улетели