12
французского происхождения Шарль Балли (1865-1947). Балли впервые
систематизировал сочетания слов в своих книгах «Очерк стилистики» и
«Французская стилистика» 1905 и 1909 годов написания соответственно. В
своих трудах Балли посвятил фразеологии отдельную главу. Он выделял
четыре группы словосочетаний:
1. Свободные словосочетания: сочетания, лишенные устойчивости,
распадающиеся после их образования;
2. Привычные сочетания: словосочетания с относительно свободной
связью компонентов, допускающие некоторые изменения в структуре;
3. Фразеологические ряды: группы слов, в которых два понятия
сливаются почти в одно;
4. Фразеологические единства, т.е. сочетания, в которых слова
утратили свое значение и выражают единое неразложимое понятие. (Bally
1909: 46) Таким образом, Балли различал сочетания слов по степени
устойчивости: сочетания, в которых имеется свобода группировки
компонентов, и сочетания, лишенные такой свободы. На тот момент Балли
лишь схематически наметил эти группы, но не дал их сколько-нибудь
подробного описания.
В своей более поздней работе «Французская стилистика» Балли
рассматривает привычные сочетания и фразеологические ряды как
промежуточные типы словосочетаний и различает лишь две основные
группы сочетаний: 1) свободные сочетания, т.е. слова с самостоятельным
значением, объединённые в выражение, но свободно существующие без него;
и 2) фразеологические единства, т.е. словосочетания компоненты, которых,
постоянно употребляемые в данных в данных сочетаниях для выражения
одной и той же мысли, утратили всякое самостоятельное значение. Все
сочетание в целом приобретает новое значение, неравное сумме значений
составных частей (Bally 1909: 78). Балли указывает, что такой оборот можно
сравнить с химическим соединением, и подчеркивает, что если единство
является достаточно употребительным, то, очевидно, в этом случае сочетание
13
равняется простому слову. Балли ставил фразеологичность словосочетания в
зависимость от наличия у него слова-идентификатора. Эти мысли Балли
позднее легли в основу выделения фразеологических сращений и разработки
теории эквивалентности фразеологической единицы слову. Со времени Балли
исследование фразеологии шагнуло далеко вперед. Но работа большого
ученого, написанная на заре изучения фразеологии, способствовала
дальнейшему развитию фразеологических исследований.
В. В. Виноградов в своих трудах определил основы развития
фразеологии наметил основные направления изучения фразеологических
единиц. Советский ученый трансформировал типологию Ш. Балли и
классифицировал фразеологизмы русского языка. Лингвист выделил три
типа фразеологических единиц:
1. «Фразеологические сращения». Устойчивые, лексически неделимые
обороты, значения которых не выводятся из семантики их составляющих. В.
В. Виноградов писал: «семантическая единица, однородная со словом,
лишенным внутренней формы» (Виноградов 1977: 124). К данному типу
фразеологизмов относятся следующие примеры: валять дурака, точить лясы.
В эту группу также входят фразеологизмы, содержащие устаревшие слова
(например, бить баклуши, тянуть канитель, попасть впросак) и устаревшие
формы слов.
2. «Фразеологические единства». Устойчивые, неделимые посредством
подбора синонимов фразы, значения которых мотивированы значениями их
компонентов, но не выводятся непосредственно из них, а развиваются в
результате образного переосмысления. Например: висеть на волоске; ни
слуху, ни духу.
3. «Фразеологические сочетания». Данный тип характеризуется
устойчивостью сочетания слов, но при этом отдельные его составляющие
имеют устойчивую семантику и являются равноправными. Например:
закадычный друг, скоропостижная смерть, щекотливый вопрос (там же).
И. В. Арнольд применила типологию фразеологизмов В.В.
14
Виноградова к английскому языку: фразеологические сращения (англ.
fusions), фразеологические единства (англ. unities) и фразеологические
сочетания (англ. combinations).
«According to the type of motivation and the other above-mentioned
features, three types of phraseological units are suggested: phraseological fusions,
phraseological unities and phraseological combinations» (Арнольд 2017: 206).
Фразеологические сращения характеризуются тем, что составляющие
данной лексической единицы полностью утрачивают лексическое значение, а
также являются стилистически окрашенными. Например, «a fish story» (рус.
«история, не являющаяся правдивой»), «mare’s nest» (рус. «иллюзия») и др.
Фразеологические единства – мотивированные устойчивые выражения,
целостность которых обусловлена такими стилистическими приемами, как
ритм и рифма. Например, «to be art and part of» (рус. «быть активным
участником чего-то») (Арнольд 2017: 207-209).
Фразеологические сочетания имеют в своём составе компонент,
употребленный в прямом значении. Устойчивость фразеологических единиц
данного типа связана с ограниченной сочетаемостью слов. Также, как
замечает в своей статье Башилова Е. И., фразеологизмы могут разделяться на
устаревающие общеупотребительные, устаревшие и новые. Большая часть
фразеологизмов являются активным запасом языка, так они используются
широко в художественных произведениях, периодике, разговорной речи
(Башилова 2020: 15). Во многих случаях, фразеологические сочетания
представляют собой комбинацию глагола с дополнением. Примером
лексических единиц данного типа может служить «to break silence» (рус.
«издать звук, заговорить»).
На основе исследований Шарля Балли лингвисты по всему миру
исследовали идиомы в разных языковых культурах. Благодаря разнообразию
формы и выражения фразеологических единиц специалисты смогли выявить
множество качеств, присущих данному явлению языка, что привело к
различным подходам к классификации устойчивых выражений.
15
Рассмотрим одну из этих классификаций, предложенную А. Г.
Назаряном, который разделил фразеологизмы современного французского
языка на три основных структурных типа: «1) непредикативные
фразеологизмы (en effet, rester baba, homme de main etc); 2) частично
предикативные фразеологизмы (fier comme un paon qui fait la roue); 3)
предикативные фразеологизмы, имеющие структуру простого или сложного
предложения (forse lui est de…, son compte est bon). (Назарян 1976: 68)
Назарян выявил, что фразеологизмы во французском языке строятся в
основном по синтаксическим моделям свободных словосочетаний. Это
заметно упрощает и распространяет их использование в разговорной и даже
письменной речи, так как свободные словосочетания не требуют особенного
согласования с основным массивом текста и могут быть использованы в
любой момент речи как тематическая связка или просто выражение эмоций
говорящего.
По принципу выполнения в языке ключевой функции общения Назарян
разделил фразеологизмы на две группы: «1) коммуникативные – т.е.
обладающие функцией сообщения и соотносимые с предложением; 2)
некоммуникативные – т.е. не обладающие функцией сообщения и
соотносимые со словом или словосочетанием» (там же).
Фразеологизмы второй группы в свою очередь подразделяются на:
1. Номинативные фразеологизмы – словосочетания, обладающие
назывной функцией. Они могут обозначать предметы, явления, действия,
качество и т.д. Эта функция фразеологизмов отличаются от аналогичной
функции слов тем, что данные единицы называют предмет опосредованно;
2. Служебные фразеологизмы - выполняют служебную функцию и в
предложении выступают в роли сложных предлогов и союзов;
3. Междометные фразеологизмы - выполняют эмотивную функцию, в
предложении выступают в качестве междометий;
4. Модальные фразеологизмы - отражают личностное отношение
говорящего к своему высказыванию или его оценку содержания сообщения.
16
По сфере употребления:
1. Нейтрально-литературные фразеологизмы. Употребляются
практически во всех сферах от литературного жанра, до разговорной речи;
2. Разговорно-фамильярные фразеологизмы - употребляются обычно в
разговорном стиле, чаще всего в диалогах, отличаются большей
выразительностью и эмоциональной окрашенностью;
3. Просторечные фразеологизмы - употребляются преимущественно в
разговорной речи, так же, как и разговорно-фамильярные обладают большей
степенью экспрессии;
4. Жаргонные фразеологизмы - употребляются в узких кругах людей,
объединенных по профессиональному или социальному признакам;
5. Книжные - характерны для книжной письменной речи. Чаще
употребляются в научном или научно-публицистических стилях;
6. Поэтические фразеологизмы - употребляются в поэтическом стиле
речи, особенностью является их описательность при названии того или иного
предмета или явления («les feux de la nuit» - звезды).
По источникам происхождения:
1. Терминологического происхождения: (связанные с военным,
морским делом; связанные с играми, искусством спортом; связанные с
ремеслами; связанные с церковью, ритуалами).
2. Нетерминологического происхождения: (связанные с историческими
фактами или событиями; основанные на шутках или анекдотичных
ситуациях; взятые из литературных источников; связанные с природой,
животными; связанные с народными поверьями и легендами, религией) (там
же).
Но если классификация фразеологизмов даёт нам широкий обзор на
виды идиом по форме выражения, то аспект означаемых фразеологическими
единицами явлений всё ещё остаётся незатронутым. Денотат в отношении
сигнификата во фразеологизмах является полным эквивалентом далеко не во
всех случаях. Это обусловлено широкой образно-экспрессивной базой языка
17
в целом и фразеологических выражений в частности. Об этом в своих трудах
писал А. В. Кунин.
Рассматривая более подробно значение фразеологических единиц
Кунин подчёркивает: «В значении, в том числе и во фразеологическом,
имеются две стороны: план содержания (десигнат), в котором следует
различать сигнификативный, денотативный и коннотативный аспекты, и
план выражения, т. е. материальная оболочка фразеологической единицы.
Этот двухаспектный характер значения и есть единство содержания и формы.
Сигнификативный аспект значения — объем информации, выражаемой
фразеологической единицей в отношении обозначаемого ею элемента
внеязыковой действительности» (Кунин 1996: 310).
Под денотативным механизмом реализации фразеологических единиц
следует понимать их предметную соотнесенность, которая встречается в
речи. Следует указать тот факт, что под предметной соотнесенностью
понимают, прежде всего, соотнесенность с определенным предметом,
действием, ситуацией, лицом, состоянием. А под коннотативным
механизмом понимается стилистическая окрашенность фразеологических
единиц, их эмоционально-экспрессивная сторона, т. е. отношение носителя
языка к внеязыковым сущностям, обозначаемым фразеологическими
единицами, или усиление эффективности языкового воздействия, лишенного
оценочного элемента (Кунин 1996: 310).
Рассматривая взаимодействие фразеологизмов и обозначаемых ими
явлений А.В. Кунин, утверждает: «Соотношение этих аспектов в различных
видах фразеологических единиц не всегда является тождественным. Так, во
фразеологических единицах, обозначающих единичную внеязыковую
сущность, например, «the swan of Avon» — лебедь с Эйвона (прозвище
Шекспира, родившегося и похороненного в Стрэтфорде-на-Эйвоне),
сигнификативный и денотативный аспекты совпадают. Фразеологическое
значение и есть отношение идеального и материального во фразеологической
единице, т.е. единство десигната и структуры фразеологической единицы,
18
рассматриваемое как элемент фразеологической микросистемы языка»
(Кунин 1996: 310-311).
Таким образом, рассматривая значение фразеологической единицы
можно утверждать, что оно обуславливается, с одной стороны, своей
структурой и функцией, а с другой стороны, характеризуется своим
отношением к обозначаемому. Обусловленность значений фразеологической
единицы создается в результате взаимоотношения этих условий.
Таким образом, мы видим, что фразеологизмы французского языка
могут выполнять различные функции, а также сохранять в своем составе
исторические свидетельства тех или иных событий, нести назидательный
характер и обогащать словарный запас всего языка, начиная от научных
текстов заканчивая разговорной речью. Классификация фразеологизмов
играет очень важную роль для изучения их в рамках науки фразеологии и
помогает проследить не только структуру речи, но также и выявить
некоторые национальные закономерности и особенности. В состав
фразеологизмов могут входить различные компоненты. Таковыми являются,
например: зоонимы, топонимы, библеизмы. Для изучения фразеологических
единиц с тем или иным компонентом, важно рассмотреть не только
классификацию самих фразеологизмов, но также и классификацию, и
особенности компонента, в него входящего. В данной работе
рассматривается компонет-зооним во фразеологических единицах
французского и русского языков, поэтому ниже мы рассмотрим понятие
зоонима, а также его классификацию.
1.3. Специфика использования зоонимов во французском языке.
Впервые термин зооним (от гр. Ζωον – животное и ὄνομα – имя)
появляется в языкознании 60-х гг. XX в. Отдельные учёные используют
данный термин, имея в виду слово, обозначающее животное, живое
существо, относящееся к животному миру.
19
До настоящего времени у исследователей нет единства мнений по
данному вопросу. Так, например, по мнению французского философа К.
Леви-Стросса, наименования животных могут быть отнесены к
«мифимемам», т.е. к словам с двойным значением, словам слов,
одновременно функционирующим в двух планах: в плане языка, где они
сохраняют своё лексическое значение, и в плане метаязыка, где они
выступают в роли элементов вторичной знаковой системы, которая способна
возникнуть лишь из соединения этих элементов (Леви-Стросс 1983: 34). Это
связано с тем, что термин «зооним», с одной стороны, используется для
обозначения имени собственного (клички) животного (Рэкс, Катька, Зорька),
а с другой стороны, для имени нарицательного, обозначающего животное
(собака, кошка, корова).
Так, например, согласно «Словарю Русской ономастической
терминологии» за авторством Н. В. Подольской, зооним – это собственное
имя (кличка) животного, в т.ч. домашнего, содержащегося в зоологическом
саду, «работающего» в цирке, в охране, подопытного или дикого (лошадь
Бойцун, попугай Лима, лев в зоопарке Кипули) (Подольскя 1978: 58-59).
В. В. Морковкин полагает, что термин «зооним» по отношению к
живому существу является не вполне удачным: помимо неоднозначности, у
него есть и другой недостаток. Присвоение некоторому слову квалификации
«зооним», согласно позиции этого лингвиста, заслоняет то обстоятельство,
что данное слово, наряду с собственно анимальным значением, может
соотноситься и с денотатами – неживотными. Кроме того, зооним может
выступать в качестве исходного лексико-семантического варианта
многозначного слова, а может быть одним из производных лексико-
семантических вариантов такого слова (Морковкин 1983).
Именно по этой причине В.В. Морковкин предлагает такие термины,
как «зоолексема» и «зоонимосодержащая» лексема (там же). Зоолексемой он
называет лексическую единицу, которая в исходном значении выступает в
качестве названия определённого вида животного, например, кот. При этом,
20
считает учёный, если в толковых словарях зоолексема фигурирует как
однозначное слово, то она одновременно является и зоонимом, например,
снегирь. Если же зоонимом является не исходный, а один из производных
лексико-семантических вариантов слова, то такую единицу можно называть
зоонимосодержащей лексемой (мухоловка – «небольшая птица») (там же).
Л.А. Киприянова предлагает свой термин – «зоосемизм» – это
родовидовая сверхобщность, в которой ощутим приоритет переносного
значения входящих в неё лексем. Большинство зоонимных единиц в прямом
значении номенклатурны, тяготеют к сфере терминологии. Этим обусловлена
ограниченность их употребления в обыденной речи; в переносном же
значении, получая заряд эмоциональности и образности, они становятся
широко употребительными как в повседневном общении людей, так и в
литературе, придавая языку идиоматичность (Киприянова 1999: 8).
Н.В. Солнцева рассматривает «зооним» как «общую словарную
единицу, которая, с одной стороны, может принимать «облик» зоосемизма,
собственно названия животного (млекопитающих, птиц, насекомых и т.д.), с
другой стороны – зооморфизма, своего переносного, метафорического
варианта, проецируемого на человека, характеризующего и оценивающего
его под разными углами зрения» (Солнцева 2004: 116).
По мнению учёной, эти лексико-семантические варианты зоонима –
зоосемизм и зооморфизм – объединены и одновременно противопоставлены
друг другу в его смысловой структуре.
Как отмечает Ю.Г. Юсифов, «зооним» употребляется как в значении
общих, так и собственных имён животных и понимается как термин,
совмещающий в себе две функции, с чем и связано его употребление
ономасиологии и лексикологии (Юсифов 1985: 27).
Широкое понимание термина «зооним» находим в исследовании Л. Ф.
Миронюка, который относит к зоонимам любые наименования животных:
крокодил, блоха и др.; производные от названий животных единицы: волчий,
коровушка, конина и т.д.; все слова, так или иначе связанные с миром
21
животных: зверь, копыто, лес, пастбище, стойло, трава (Миронюк 1987: 4).
Э. А. Кацитадзе отмечает, что языковые единицы с основным
«актуальным» значением, отражающим наименование животного, могут
быть обозначены как зоолексемы. Значение зоолексемы в функции
первичной номинации – название какого-либо животного – автор именует
зоонимом (Кацитадзе 1985: 10).
Таким образом, зоонимам посвящён целый ряд работ лингвистов
разных стран, каждая из которых заслуживает особого внимания и имеет
определённую ценность для изучения зоонимии и развития зоонимики.
Наличие разных подходов к содержанию термина «зооним» свидетельствует
о что понятие по своей сути охватывает очень широкий спектр
номинативных единиц языка, что открывает нам пространство для
исследования. Учитывая разные мнения, наиболее приемлемым, с нашей
точки зрения, является определение термина «зооним», данное Л. Ф.
Миронюк и Э. А. Кацитадзе. В нашем работе при анализе фразеологических
единиц с компонентом-зоонимом мы будем опираться на них.
1.4. Вопрос адаптации фразеологизмов с компонентом-зоонимом на
русский язык.
Во непосредственного выполнения своих обязанностей по переводу
специалист часто встречает фразеологизмы, так как как они представляют
собой достаточно многочисленное явление в языке. С ними у переводчика
чаще всего возникают трудности в адаптации по причине отсутствия в
переводящем языке (далее ПЯ) аналогичных идиоматических выражений. По
этому принципу Е. В. Шепелева условно систематизирует фразеологические
единицы таким образом:
1. Полностью эквивалентные фразеологизмы – в идиоматической базе
ПЯ у них есть полный аналог. Например: to freeze blood in veins (кровь
застыла в жилах), to the depth of soul (до самой глубины души);