
В самом деле, если легальное определение относит договор к роду
соглашений, то уместно предположить, что договор по своей юридической
природе является соглашением, точнее, юридическим соглашением (ведь, как
было показано ранее, одной из важнейших функций легального, впрочем, как и
доктринального, определения какого-либо правового феномена является
определение юридической природы этого феномена). Но такое предположение
отнюдь не проясняет юридическую природу договора, поскольку соглашение не
занимает определенного особого места в системе явлений гражданского права и
права вообще. Это невозможно, так как соглашение занимает в гражданском
праве то же самое место, что и договор, ибо, как уже было установлено,
соглашение и договор суть равнозначные явления в гражданском праве
.
С другой стороны, определение договора через соглашение не согласуется
с принципиальными положениями статьи 154 ГК РФ и теории гражданского
права, согласно которым гражданско-правовые сделки подразделяются на два
вида: односторонние сделки и двух- или многосторонние сделки (договоры). Из
них следует, что договор является видом сделки, причем понятие гражданско-
правовой сделки является ближайшим родом по отношению к понятию
гражданско-правового договора. Отнеся договор к роду сделок, статья 154 ГК
РФ тем самым законодательно определила правовую природу договора как
сделки (точнее, разновидности сделки). Понятие сделки в отличие от понятия
соглашения занимает в гражданском праве свое определенное место, причем
такое же значительное, как понятия закона, правовой нормы, гражданского
правоотношения
.
На наш взгляд, именно поэтому законодатель проявил
непоследовательность, сначала в статье 154 ГК РФ, квалифицировав договор как
разновидность сделки, а затем в статье 420 ГК РФ, определив договор через
Демин А.А. Договор и соглашение: соотношение понятий/ А.А.Демин. – Вестник Волжского
университета. – 2012. - №2. С.25-26
Гражданское право. Том 2/ Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. – М.: Проспект. - 2011.
С.440-441.