14
правоотношений, которые не могут быть предусмотрены имеющимся
законодательством.
Гражданско-правовое регулирование данных отношений, при учете
правомерности возможного их поведения, может быть реализовано на общих
началах гражданского законодательства (ст. 6, 8 Гражданского кодекса РФ).
1
В
данных условиях разрешение возможных между участниками конфликтов, не
может быть реализовано без опоры на общие принципы гражданского права.
Одна из особенностей закрепления в гражданском законодательстве
общих правовых принципов заключается в том, что они имеют
общеобязательный характер и их применение и соблюдение во время
рассмотрения определенных правовых ситуаций следует считать обязательным
требованием закона.
Назначение принципов гражданского права состоит в обеспечении
функционирования механизма всего гражданского права, которое способно
охватывать вместе с фактическим его действием, его содержание, а также
внутреннюю непротиворечивость, единство правоприменительной практики.
В данном смысле принципы могут выступать в качестве определенного
правового средства, при помощи которого развивается экономика в
конкретном, указанном направлении, в определенных границах, а также
существовать и развиваться законодательная, правоприменительная
деятельность.
2
Если рассматривать принципы гражданского права в историческом
аспекте, то следует обратиться к трудам Г.А. Свердлыка - одного из ярчайших
представителей гражданско-правовой науки.
Именно этот ученый классифицировал принципы гражданского права на
так называемые фундаментальные отраслевые принципы, которые, "во-первых,
пронизывают, генерализуют и цементируют все гражданско-правовые
1
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая)" от 30.11.1994 N 51-ФЗ (ред. от
16.12.2019)//"Собрание законодательства РФ", 05.12.1994, N 32, ст. 3301
2
Яблоков А.М. Комментарий к первой части Гражданского кодекса. - М. ЮНИТИ-ДАНА,
2017. С. 134.
15
подотрасли и составляющие их институты и закрепляются либо тем, либо иным
образом, проявляются, отражаются в преамбулах, вводных положениях, общих
частях основополагающих гражданских правовых актов и в гражданско-
правовых нормах; во-вторых, по своему глубинному политическому,
социально-экономическому и правовому содержанию являются первичными, то
есть содержат исходный материал, используемый при формировании других
подотраслевых, межинституционных и институционных принципов; в-третьих,
связаны генетическими и функциональными зависимостями; и, наконец, в-
четвертых, отличаются известной самобытностью".
1
Другой известный ученый С.Н. Братусь в свое время идентифицировал
эту правовую конструкцию следующим образом: "Принцип - это ведущее
начало, закон данного движения материи и общества, а также явлений,
включенных в ту или иную форму движения".
2
Действительно, все общеобязательные принципы гражданского права
однозначно следует относить к фундаментальным отраслевым принципам,
наиболее полно отражающим существо и специфику гражданского правового
регулирования имущественных отношений.
Эти принципы в равной степени признаются большинством
представителей современной цивилистической науки, поскольку, как отмечает
С.А. Степанов, "они в своем единстве характеризуют отраслевую специфику
отрасли гражданского права, его место и роль в жизни общества".
3
Такие выводы основываются и на системной трактовке положений п. 1
ст. 2 ГК РФ, установивших общие регулятивные границы гражданского
законодательства.
Современное гражданское законодательство базируется на таких
основополагающих принципах, как равенство участников гражданских
правоотношений, неприкосновенность собственности, свобода договора,
1
Свердлык Г.А. Принципы советского гражданского права. - Красноярск, 1985. С. 105.
2
Братусь С.Н. Принципы советского гражданского права // Правоведение. - 1960. - N 1. - С.
48.
3
Гражданское право: Учеб.: В 3 т. Т. 1 / Под ред. С.А. Степанова. - М.: Норма, 2016. С. 7.
16
недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела,
необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав,
обеспечение восстановления нарушенных прав и их судебную защиту (п. 1 ст. 1
ГК РФ).
В ходе реализации своих прав и обязанностей участники гражданских
правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3 ст. 1 ГК РФ). При
этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность
их действий предполагаются (п. 5 ст. 10 ГК РФ).
Как отмечает С.Б. Полич, эти положения современного гражданского
законодательства de facto не квалифицируют категорию добросовестности в
качестве общеотраслевого принципа гражданского права. Равнозначные
выводы напрашиваются в отношении принципов разумности и справедливости,
которые в строгом смысле также можно не относить к числу
общеобязательных.
1
Соответственно, положения действующего ГК РФ (т.е. гражданского
законодательства) позволили некоторым авторам относить "добросовестность,
разумность и справедливость не к общеобязательным принципам самого
гражданского права, а к принципам осуществления гражданских прав и
исполнения обязанностей".
2
Справедливо замечено, что "отсутствие в юридической науке единого
мнения по вопросам понимания принципов права, их видам и содержанию
предопределяет дискуссию, которая сохраняется до настоящего времени".
3
Таким образом, вопрос об отнесении принципов добросовестности, разумности
и справедливости к общеотраслевым принципам гражданского права является
спорным. Тем не менее, следует согласиться с тем, что указанные принципы
выступают "мерилом и цементирующим звеном становления имущественного
оборота в Российской Федерации на современном этапе развития". При этом
1
Полич С.Б. Дискреция некоторых принципов гражданского права // Вестник Арбитражного
суда Московского округа. – 2016. - № 1. – С. 74.
2
Российское гражданское право: Учеб.: В 2 т. Т. 1 / Под ред. Е.А. Суханова. - М., 2018. С. 27.
3
Булаевский Б.А. Презумпции как средства правовой охраны интересов участников
гражданских правоотношений: Монография. - М.: ИНФРА-М, 2017. С. 43.
17
они не только и не столько основаны на нормах гражданского
законодательства, сколько обусловлены нормами морали и нравственности.
Реализация этих принципов призвана наиболее полно учитывать
характер имущественного оборота на текущем этапе экономического развития
в Российской Федерации, соблюдать баланс частных и публичных интересов
участников этого оборота, а также исторические тенденции, современное
состояние и перспективы развития морали и нравственности в обществе.
Подобно тому, как со временем меняются нравственные ориентиры
отдельных индивидов и общественных групп, так наполняются новой
"правовой начинкой" принципы добросовестности, разумности и
справедливости.
Правильно замечено, что "возможность раскрытия правовых принципов
через оценочные категории (в том числе нравственные) вполне допустима.
Ориентированные на регулирование поведения участников правоотношения
принципы права аккумулируют в себе те критерии оценки поведения, которые
в данный исторический момент наиболее точно соответствуют желаемому
эффекту правового регулирования. Что хорошо, а что плохо - преломляется в
любом обществе в нравственных стандартах, которые являются основой и для
права".
Следует согласиться и с тем, что "право по своему предназначению
призвано быть проводником нравственных ценностей в человеческом
обществе. Поэтому хороший закон всегда основывается на нравственных
началах".
1
Эти высказывания приобретают в науке и практике совершенно новое
звучание и несомненную актуальность в свете исследования такого правового
явления, как современные принципы гражданского права, к которым относятся
принципы добросовестности и справедливости.
1
Селиванова Л. А. Принципы гражданского права //Научный электронный журнал
Меридиан. 2020. № 6 (40). С. 195-197
18
Думается, что названные принципы выступают правовым и
нравственным инструментарием (ориентиром) цивилизованного поведения
участников имущественного оборота. В качестве нравственных ориентиров они
могут быть отнесены к оценочным категориям, которые постоянно
видоизменяются вслед за прогрессивным и объективным развитием
российского общества.
1.3. Понятие и содержание принципа добросовестности и
справедливости
Добросовестность как принцип гражданского права была введена в ГК
РФ в процессе реформирования гражданского законодательства России в 2013-
2015 гг.
В 2013 г. ст. 1 ГК РФ «Основные начала гражданского
законодательства» была дополнена нормами о том, что «участники
гражданских правоотношений должны действовать добросовестно», «никто не
вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного
положения». Далее, в 2015 году, словно стремясь еще раз подчеркнуть
важность принципа добросовестности, норма о нем была воспроизведена
законодателем также в ст. 309 ГК РФ: «При установлении, исполнении
обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать
добросовестно …».
Два десятилетия, прошедшие с момента принятия части первой ГК РФ,
показали, что современное гражданское право не может существовать без такой
системообразующей категории, как добросовестность. В Преамбуле Концепции
развития гражданского законодательства РФ разработчиками изменений
указывалось, что развитие экономики и становление гражданского общества
требуют использования всех средств гражданско-правового характера.
1
В
качестве одной из основных мер было предложено ввести в гражданское
1
Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации // Вестник
ВАС РФ. - 2009. - № 11.
19
законодательство принцип добросовестности как один из наиболее общих и
важных принципов гражданского права.
При этом понимание важности, актуальности и необходимости
подчинения права принципу добросовестности, т.е. необходимости
обеспечения соответствия формальных норм тем целям, которые преследуются
правом, в том числе требованиям справедливости, честности, соблюдения
баланса интересов сторон, пересилило опасения того, что добросовестность как
в отечественном правопорядке является абсолютно неразработанной
категорией. Схожим образом в свое время поступила комиссия по разработке
Гражданского уложения Российской империи, включившая в текст проекта
Гражданского уложения нормы, устанавливавшие добросовестность как
принцип обязательственных отношений. Тогда, как и сейчас, это вызывало
острые дискуссии, против этого выступали авторитетные российские
правоведы.
1
Но, несмотря на дискуссионность и противоречивое к нему
отношение, принцип добросовестности нашел свое место в проекте
Гражданского уложения. В комментарии к нормам проекта Уложения
редакционная комиссия указывала, что следует больше опасаться обмана, чем
борьбы с ним.
2
На сегодняшний день, как и 20 лет назад, отсутствуют сколько-нибудь
значимые доктринальные разработки, отвечающие современным требованиям и
уровню гражданского оборота, и, что самое главное, нет работ,
ориентированных на возможность использования их в реальном гражданско-
правовом обороте, а не являющихся излишне теоретизированными. Судебная
практика также не привнесла, да и не могла за столь короткий срок привнести,
сюда в отсутствие необходимой доктрины какой-либо значительный вклад.
1
Зайцева Е.А. Принцип добросовестности: исторический анализ//В сборнике: Развитие
интеллектуально-творческого потенциала молодежи: из прошлого в современность
Материалы I Международной научно- практической конференции. Под общей редакцией
проф. С.В. Беспаловой. 2018. С. 274
2
Нам К.В. История развития принципа добросовестности (TREU UND GLAUBEN) в период
с 1900 по 1945 г. // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. - 2018. - №
6. - С. 67.
20
Качественный уровень судейского корпуса и судебной системы в целом за
последние 20 лет вырос не настолько, чтобы, не сомневаясь, передать ему в
руки развитие принципа добросовестности.
1
Тем не менее, несмотря на крайне
противоречивое к нему отношение, разработчики изменений решились на
данный шаг, и российский законодатель поддержал их, введя в текст ГК РФ
добросовестность в качестве основополагающего и системообразующего
принципа гражданского права.
В литературе подчеркивалось, что принцип добросовестности может
являться достаточно мощным оружием судебной практики, которая с его
помощью может дополнять и развивать позитивное право. Но при этом любое
оружие в неумелых руках либо в руках лиц с не самыми добрыми намерениями
может оказаться весьма опасным и привести к противоположному результату.
И в этом смысле судебная практика, неспособная оперировать принципом
добросовестности с должным пониманием его целей и задач, может причинить
большой вред и стабильности оборота, и праву в целом.
Очевидно, что судебная практика, имея в руках такой инструмент, как
принцип добросовестности, должна не только более или менее четко понимать
его цели и задачи, но и иметь представление о функциях, сферах применениях,
методах и способах реализации этого принципа в конкретных делах. Всем этим
должна обеспечивать судью юридическая наука. Здесь нельзя не согласиться с
С.В. Сарбашом, верно подметившим, что единственным доктором в случае
неточности или неясности закона является судья, а ассистентом у него
выступает доктрина, которая и подает ему необходимые инструменты для
решения конкретной задачи.
2
А в условиях отсутствия собственной сформировавшейся судебной
практики по применению принципа добросовестности юридическая наука
приобретает еще большее значение. Подчеркивалось, что принцип
добросовестности хотя и является очень мощным инструментом в достижении
1
Нам К.В. Принципы добросовестности: некоторые проблемы развития доктрины // Вестник
гражданского права. - 2017. - Т. 17. - № 6. - С. 76.
2
Сарбаш С.В. Единственный доктор для закона - это судья // Закон. - 2017. - № 4. - С. 12.
21
справедливости, но в то же время очень абстрактен и неконкретен. При этом на
практике при решении конкретного дела добросовестность не может быть
абстрактной, она должна быть конкретной, т.е. у нее должно быть вполне
определенное конкретное содержание. Соответственно первостепенными
задачами юридической науки на данном этапе и в ближайшем будущем
являются разработка, формулирование и описание правового инструментария,
необходимого для эффективного применения, реализации принципа
добросовестности в российском гражданском праве.
Следует констатировать, что со времени принятия части первой ГК РФ,
когда появились нормы о добросовестности участников гражданских
правоотношений, и до настоящего момента, т.е. уже по прошествии нескольких
лет после закрепления в Кодексе добросовестности в качестве принципа
гражданско-правовых отношений, в отечественной цивилистике не появилось
работ, в полной мере отвечающих указанным задачам.
Разобраться, почему в условиях острого дефицита необходимых
доктринальных работ таковые не появляются, может помочь анализ
имеющихся в российской цивилистике исследований, посвященных принципу
добросовестности или так или иначе его касающихся.
Следует оговориться, что в российском гражданском праве на
нормативном уровне закреплены две различные правовые категории,
именуемые одним и тем же с точки зрения лексики термином
«добросовестность». Это собственно интересующая нас добросовестность,
возведенная с недавнего времени законодателем в ранг принципа гражданского
права, и так называемая субъективная добросовестность, понимаемая обычно
как извинительное незнание лицом определенных фактов, имеющих
юридическое значение. Эти две категории, несмотря на их терминологическую
идентичность, представляют собой различные самостоятельные правовые
явления. И различие между ними состоит не только в том, что первое отнесено
к принципам гражданского права и применимо ко всем гражданско-правовым
отношениям, а второе является частным случаем юридической квалификации
22
определенных фактических обстоятельств. У них различные цели и задачи,
различные функции, не говоря уже о различии в механизмах правового
регулирования. А тот факт, что исследователи говорят об общих правовых
корнях данных явлений, тянущихся к римскому праву, для современного права
уже не имеет принципиального значения.
1
Как представляется, понимание необходимости отграничения
добросовестности как принципа права от «субъективной» добросовестности
является очевидным и не должно представлять собой проблему, но тем не
менее анализ работ отечественных правоведов, посвященных вопросам
добросовестности, показывает обратное. При этом смешение в литературе двух
категорий добросовестности началось еще до реформирования ГК РФ,
продолжилось в период подготовки и введения поправок в ст. 1 Кодекса и
получает значительное распространение также в настоящее время, т.е. спустя
уже несколько лет после внесения в ГК РФ соответствующих поправок. К
сожалению, здесь можно говорить уже об определенной системности в данном
вопросе.
Так, в одной из работ начала 2000-х гг., посвященной вопросам доброй
совести, автор начинал рассматривать добросовестность в контексте ее
понимания как признания воли другой стороны, уважения автономии
контрагента, необходимости соответствия поведенческих установок принципам
справедливости, общеправовым ценностям, способности ее противостоять
строгому праву. Но затем из посыла о способности добросовестности
противостоять строгому праву делается вывод: «Именно это свойство теперь
выходит на первый план и придает доброй совести непосредственное
(техническое, нормативное) значение: под ней понимается такое состояние
воли лица, которое характеризуется извинительным незнанием объективных
препятствий к достижению преследуемой им юридической цели, прежде всего
1
Нам К.В. Принципы добросовестности: некоторые проблемы развития доктрины // Вестник
гражданского права. - 2017. - Т. 17. - № 6. - С. 77.
23
приобретению частного права».
1
И далее добросовестность рассматривается
автором уже исключительно в субъективном смысле. Анализируются
различные случаи извинительного незнания во взаимоотношениях
собственника и владельца (добросовестное владение), в обязательственных
отношениях (защита должника, при цессии, защита стороны сделки при
заключении ее со стороны юридического лица с превышением полномочий).
Исходя из такого подхода, логичен и вывод автора: «Юридический смысл
доброй совести не в укреплении субъективного права, а в противостоянии ему».
Но логичным он может быть только применительно к «субъективной»
добросовестности, но не к добросовестности как принципу гражданского права,
т.е. в смысле необходимости соблюдения честной деловой практики,
справедливости с оглядкой на интересы сторон правоотношения, соблюдения
баланса интересов сторон, общеправовых ценностей.
Подобное смешение разных правовых категорий, хотя и имеющих одно
наименование, до реформирования ГК РФ, наверное, можно объяснить
отсутствием в тот период времени достаточного внимания к этим вопросам. Но
продолжение такого смешения или как минимум недостаточно четкое
разделение этих категорий в период подготовки и внесения изменений в ст. 1
ГК РФ должно уже было вызвать настороженность. В одной из первых статей,
посвященных новелле ГК РФ - закреплению в ст. 1 принципа
добросовестности, ожидаемо было увидеть анализ значения нового принципа,
причин и актуальности его позитивного закрепления и, главное, попытку
раскрытия содержания этого принципа с точки зрения его целей и задач.
Однако, несмотря на интересный экскурс в сравнительное правоведение, в
частности в немецкое право, автор, в принципе правильно указывая отправные
точки для понимания этого принципа, тем не менее все-таки относит к его
содержанию также и «субъективную» добросовестность, подробно раскрывая
ее содержание как извинительное незнание определенных фактов, имеющих
1
Перегудова Д.А. Принцип добросовестности в кондикционных обязательствах//Известия
Юго-Западного государственного университета. Серия: История и право. 2019. Т. 9. № 5. С.
47