74
взыскиваться в доход государства:
«В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход
Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами,
действовавшими умышленно, или применить иные последствия,
установленные законом»
56
.
Вместе с общими последствиями недействительности сделок могут быть
применимы и специальные в виде возложения обязанности возместить ущерб,
который понесен одной из сторон в результате заключения и исполнения
недействительной сделки. Данная санкция может рассматриваться как мера
гражданско-правовой ответственности. Возмещению будет подлежать только
реальный ущерб, т.е. только умаление в имуществе и действительно
понесенные стороной расходы. Данные последствия предусматриваются по
отношению к стороне, которая совершила сделку с недееспособным, если она
знала или должна была знать о недееспособности. Это положение
используется по отношению к сделкам, совершенными с лицами в возрасте до
и старше 14 лет, ограниченных в дееспособности или неспособных понимать
значение совершаемых ими действий или руководить ими.
По сделкам, в которых по отношению к виновной стороне
предусмотрена санкция в виде взыскания полученного в доход государства,
факультативным последствием будет являться возмещение потерпевшему
ущерба.
В сделках, которые совершены под воздействием заблуждения,
дополнительные последствия применяются по отношению к стороне, по вине
которой появилось заблуждение. На нее налагается обязанность возместить
реальный ущерб. Вместе с тем, если заблуждение появилось по вине самой
заблуждавшейся стороны либо по обстоятельствам, от нее не зависящим, то и
заблуждавшаяся сторона должна возместить реальный ущерб второй стороне,
который последняя могла понести в результате признания заключенной сделки
56
Сделки: Постатейный комментарий главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации
/ Под ред. П.В. Крашенинникова. – М.: Статут, 2009. – С. 84.
75
недействительной. Установление факта недействительности сделки и
применение последствий ее недействительности может существовать только
после устранения сомнений в состоятельности сделки, так как последнее
показывает отсутствие сделки вообще
57
.
Таким образом, признание сделок недействительными связывается с
устранением тех имущественных последствий, которые возникают в
результате их исполнения. Универсальным подходом является возврат сторон
в то имущественное состояние, которое существовало до исполнения
недействительной сделки. На каждую из сторон налагается обязанность
вернуть второй стороне все полученное по недействительной сделке. Если
исполненное вернуть в натуре нельзя, то сторона должна возмещать
стоимость, т.е. заменить выполнение в натуре денежной компенсацией.
3.2 Последствия признания сделки незаключенной
К незаключенным сделкам возможно применение ст. 166 ГК РФ с
подходами, которые выработаны судебной практикой применительно к
ничтожным сделкам. Требование о признании таких сделок
недействительными и применении их последствий может быть заявлено
стороной в сделке и заинтересованными лицами. В случае с незаключенной
сделкой заинтересованным лицом, в частности, может быть признан кредитор,
в отношении которого не исполнено обязательство по передаче
индивидуально-определенной вещи в собственность (ст. 398 ГК РФ). Если в
отношении вещи у должника имеется несколько обязательств и ни одному из
кредиторов вещь не передана, то любой кредитор вправе требовать передачи
вещи ему и в этом случае вправе ссылаться на незаключенность остальных
соглашений (когда это имеет место). По нашему мнению, применение
последствий незаключенности, как и недействительности сделки, по
57
Параскевова Д.В. Признание сделки недействительной и (или) применение последствий
недействительности сделки как способы защиты гражданских прав: автореф. дис. …канд.
юрид. наук. – Краснодар, 2010. – С. 7.
76
инициативе суда недопустимо, если не имеется нарушения публичного или
общественного интереса.
Фактически неясность в разграничении недействительных и
незаключенных сделок и применяемых к ним последствиях создает сложности
только при решении вопроса о использовании сроков исковой давности (по
нормам о неосновательном обогащении используется всеобщий срок исковой
давности - три года, а по нормам о недействительности сделок - один год
(оспоримые) и 10 лет (жалкие). Недопустимость использования к
незаключенным сделкам последствий недействительности сделок
обосновывается неоправданным использованием 10-летнего срока исковой
давности (довод О.Н. Садикова). Но использование данного срока
безосновательно и ко многим жалким сделкам. В то же время к требованию о
признании сделки незаключенной, как и к требованию о признании сделки
жалкой, не должна использоваться исковая давность, от того что это иски о
признании. В этом моменте отмечается еще одно сходство.
Вряд ли дозволено согласиться и с суждением о том, что договор не
может единовременно являться незаключенным и недействительным.
Применительно к данной задаче следует привести дела, по которым имеются
основания для признания договора и незаключенным, и недействительным.
Скажем, требование обосновано ссылкой как на неимение значительных
условий договора, так и на неимение государственной регистрации, а также на
нарушение установленного законом порядка отчуждения имущества ( без
решения всеобщего собрания кооператива в соответствии со ст. 20
Федерального закона "О сельскохозяйственной кооперации"
58
. Ссылаются
единовременно и на неимение государственной регистрации договора, и на
передачу имущества в аренду неуполномоченным лицом ( без согласия
собственника либо арбитражного руководящего. При указанных
обстоятельствах подходы судов к разрешению споров разны. По одним делам
58
Федеральный закон от 08.12.1995 N 193-ФЗ (ред. от 03.08.2018) "О сельскохозяйственной
кооперации" // "Собрание законодательства РФ", 11.12.1995, N 50, ст. 4870
77
суд, соглашаясь с аргументами о том, что договор не считается заключенным
ввиду отсутствия в нем значительных условий, государственной регистрации,
а также, что договор является жалким ввиду нарушений закона (ст. 20
Федерального закона "О сельскохозяйственной кооперации", ст. 607, 608, 615
ГК РФ), признает его недействительным (жалким).
По иным делам договор сознается незаключенным со ссылкой на то, что,
от того что он не считается заключенным, основания для признания его
недействительным отсутствуют. Высказанный подход соответствует
высказанному в литературе суждению: представление "незаключенность"
шире представления "недействительность". Несостоявшаяся сделка не может
быть недействительной, потому что представляет собой правовое "ничто" и
вообще сделкой не является, а недействительный договор - может быть "что-
то". Отсель должно следовать, что при наличии оснований для признания
договора и незаключенным, и недействительным, суду дозволено
ограничиться признанием сделки незаключенной с использованием
последствий неосновательного обогащения.
Впрочем при признании сделки только незаключенной складывается
обстановка, когда по выполненной сделке, не прошедшей государственную
регистрацию, не содержащей значительные данные и единовременно не
соответствующей требованиям закона (по основаниям ничтожности), по
истечении трехлетнего срока исковой давности следует отказывать в возврате
имущества, переданного по сделке (если использовать к незаключенным
сделкам нормы о неосновательном обогащении). Получается, что больше
грозная санкция (ничтожность) поглощается менее грозной. Следственно
логичное решение рассматриваемого вопроса видится в использовании
правового механизма, регулирующего недействительные сделки, что
добавочно подтверждает итог о правильности использования идентичных
последствий для незаключенных и недействительных (жалких) сделок при
отсутствии особых указаний в законе касательно незаключенных сделок.
Опираясь на суждение Г.Ф. Шершеневича и Н.В. Рабинович, дозволено
78
попытаться вывести критерии, дозволяющие дифференцировать
незаключенный договор от недействительного. По нашему суждению,
незаключенный договор отличается от жалкого и оспоримого отсутствием
сплоченной свободы сторон и неосуществимостью достижения юридических
последствий договора. То есть при незаключенных договорах отсутствует
постоянная связь свободы, волеизъявления и итога действий сторон.
Аналогичной точки зрения придерживались С. Вагацума, Т. Ариидзуми,
писавшие о механизме завершения договора, - при его завершении «имеет
значение только формальное совпадение оферты и акцепта, а не совпадение
оглавления внутренних свобод оферента и акцептанта». Также
дифференциальным критерием служит динамика правоотношений: в случае
недействительности - на миг возникают правоотношения, соответствующие
заключаемому договору, сменяющиеся отношениями по реституции; в случае
незаключенности договора - никаких правоотношений между сторонами не
появляется, а отношения по неосновательному обогащению являются реально
субсидиарными ко каждому иным правоотношениям. Если бы незаключенный
договор являлся вариантом жалкого, то во всех случаях признания договора
незаключенным дозволено было применить нормы о реституции. Это
расположение доказывает судебная практика - по делу N КГ-А40/1771-00
Федеральный арбитражный суд Московского округа признал договор аренды
незаключенным, впрочем в использовании последствий недействительности
сделки отказал со ссылкой на то, что фактические арендные отношения между
сторонами состоялись, в связи с чем использование двусторонней реституции
не предусмотрено действующим правом.
Впрочем не все авторы придерживаются нашей точки зрения. Скажем,
С.А. Соменков
59
указывал, что «признание договора незаключенным влечет за
собой те же итоги, что и признание договора недействительным, от того что
договора реально не было». И.Ю. Павлова отличает незаключенный договор от
59
Соменков С.А. Расторжение договора в гражданском обороте: теория и практика. М.,
2005. С. 14.
79
недействительного, во-первых, по их итогам (в одном случае - двухсторонняя
и односторонняя реституция, недопущение реституции, ответственность
наплевательской стороны договора, в ином - только применение норм о
неосновательном обогащении); во-вторых, по их возражению закону
(несоответствие его требованиям в случае недействительности)
60
.
Доводом в пользу того, что незаключенные договоры носят твердо иной
нрав, чем жалкие и оспоримые, является неимение в практике судебных
решений о признании незаключенными реальных договоров и установление в
законе вариантов незаключенности договора в связи с отсутствием его
государственной регистрации.
Выводы
1. Незаключенный договор характеризуется отсутствием предмета
договора (материальный критерий) и отсутствием желания достигнуть
согласия в установлении между сторонами правовой связи (волевой критерий).
2. Выделены два варианта незаключенности договора — основанных на
дефекте содержания и основанных на дефекте формы.
3. Незаключенность договора, основанная на дефекте содержания, носит
абсолютный характер.
4. В случаях реального договора может быть только основанный на
дефекте формы вариант незаключенности договора.
5. Незаключенный договор отличается от ничтожного и оспоримого
отсутствием сплоченной воли сторон и невозможностью достижения
юридических последствий договора.
60
Павлова И.Ю. Незаключенность или недействительность договора как последствия
несоблюдения требований к форме и государственной регистрации договора // Государство
и право. 2005. N 10. С. 49 - 56.
80
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Правильное применение норм Гражданского кодекса РФ, регулирующих
отношения, связанные с недействительными сделками и применение их
последствий имеет важное практическое значение.
На сегодняшней день можно говорить об укреплении гражданского
81
оборота посредством снижения возможности аннулирования сделок, однако,
институту недействительности сделок предстоит свое дальнейшее развитие.
Проведенный анализ действующего законодательства, судебной практики,
изучение юридической литературы подтверждает актуальность выбранной
мною темы и демонстрирует огромное количество пробелов, как в
действующем законодательстве, так и в правоприменительной практике - что
позволяет сделать ряд выводов по наиболее существенным вопросам.
Во-первых, необходимо отметить, отсутствие в российском
законодательстве достаточно точно определенных дефиниций. Многие
теоретические проблемы до сих пор остаются дискуссионными, что создает
проблему для правоприменительной практики, которая не вырабатывает тем
самым единый подход. Например, ст. 169 ГК РФ в части толкования
содержащихся в ней понятий «основы правопорядка и нравственности». Как
уже отмечалось, позиция Конституционного суда по данным понятиям
является крайне неопределенной, поскольку в обществе не всегда сходятся
точки зрения относительно норм морали или понимания публичного порядка,
и при этом попираются самые базовые публичные интересы и общественные
ценности. Для устранения данных проблем требуется глубокое теоретическое
осмысление, как для участников гражданских правоотношений, так и для всей
судебной практики.
Во-вторых, к недостаткам судебной практики можно отнести взаимосвязь
признания сделки недействительной и возможность применения последствий
ее недействительности.
Данные недостатки отчетливо прослеживаются в факте признания
ничтожной сделки недействительной. Так, сам факт признания ничтожной
сделки недействительной без применения последствий ее недействительности
– не находит своего отражения в качестве способов защиты гражданских прав
в соответствии со ст. 12 ГК РФ, хотя ГК в качестве таковых позволяет
рассматривать только способы, прямо предусмотренные законом. А, учитывая
высокую значимость исков о признании недействительными ничтожных
82
сделок, в целях обеспечения соответствия правоприменительной практики
закону, - следует говорить о целесообразной корректировки действующего
законодательства.
Кроме этого, как известно, главной целью применения последствий
признания сделки недействительности - является восстановление нарушенных
прав и охраняемых законом интересов, однако правоприменительная практика,
к сожалению, в некоторых случаях отходит от этого правила. В частности
возникают ситуации, когда суды, соглашаясь с тем, что есть основания для
признания сделки недействительной, тем не менее, отказывают из-за
невозможности применения последствий недействительности и в признании
самой сделки недействительной. На наш взгляд, данный подход вряд ли можно
называть разумным, как не основанный на нормах Гражданского кодекса РФ.
Существует также ситуации, когда суд идет по пути вынесения решений
о признании ничтожной сделки недействительной без применения последствий
недействительности, в частности при недействительности договоров уступки
права требования (цессия).При этом суды не учитывают специфику
имущественного права, поскольку возвратить стороны в порядке реституции в
данном случае не представляется возможным, потому как право нельзя
возвратить в порядке реституции, а можно лишь признать право у одного лица
не прекратившимся, а у другого лица не возникшим.
В-третьих, несовершенство законодательства относительно исковой
давности. В частности, момент начала течения срока давности, а именно в
отношении исков о применении последствий ничтожных сделок – со дня,
когда началось ее исполнение.
По нашему мнению, смысл такого отступления от общего правила
совершенно не ясен, согласно которому данный срок течет со дня, когда лицо
узнало или должно было узнать о нарушении своего права и надлежащем
ответчике по иску (ст.200 ГК),
Законодатель, видимо, исходил из того, что сторона недействительной
сделки уже на момент исполнения знает о нарушении своих прав и
83
надлежащем ответчике. Однако в некоторых случаях данная юридическая
конструкция является крайне несправедливой, в результате чего суды
вынуждены прибегать к довольно сомнительным приемам юридической
техники, чтобы использовать иные сроки исковой давности.
В-четвертых, применительно к такому институту, как последствия
признания сделок недействительными, в частности односторонняя реституция
и недопущение реституции – законодателю целесообразно решить вопрос о
нахождении их в системе законодательства. В настоящий момент судебная
практика не избрала единого подхода в отношении возможности
квалификации сделки, как преступления. Поскольку в одном случае суды
используют нормы Уголовного кодекса для применения односторонней
реституции, в другом – категорически отрицают возможность такого
применения. А также необходимо отметить, что наличие уголовного приговора
не должно толкать суды на квалификацию сделку как ничтожную и применять
последствия в виде взыскания полученного сторонами в доход государства по
антисоциальной сделке.
Такие же при применении последствий признания сделок
недействительными активно используются такие значимые в гражданском
праве институты, как виндикация и кондикция.
Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при
этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом
интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка
оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не
связанные с недействительностью сделки.
Ничтожные сделки посягают на публичный интерес, нарушая
специально сформулированные запреты норм права.
Недействительность ничтожных сделок как правило очевидна, в
результате чего она не требует судебного подтверждения. Характерной
особенностью ничтожных сделок является то, что данные сделки стороны
вправе не исполнять, а относиться к ним как к несуществующим.