75
ГЛАВА 3. НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
ИНСТИТУТА СДЕЛОК И УСЛОВИЙ ИХ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ
3.1. ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫХ И НЕЗАКЛЮЧЕННЫХ СДЕЛОК
В большинстве правовых систем предел свободы договора устанавливается
правовой системой. Классический подход подразумевает ничтожность
договора, если его содержание нарушает установленный запрет. Это является
радикальной санкцией, дабы не допускать правовой неопределенности и
предотвратить заключение договоров с пороками. С момента отражения в
законе классического подхода и применения его, выяснилось, что в чисто виде
такой подход применять нельзя. Поскольку основополагающие функции
частного права, выражающегося в независимости и автономии личности,
признания и защиты частной собственности, свободы договора в
судопроизводстве направлены на то, чтобы в рамках конкретного дела учесть
интересы сторон наиболее сбалансированным образом.
Непроходящая актуальность темы юридических сделок, и в особенности
проблематики, связанной с их недействительностью, вряд ли может вызвать у
кого-нибудь сомнение.
В Российской Федерации имеются серьезные исследования различных
проблем сделок. В их числе можно назвать известные работы Д.О. Тузова
(Реституция при недействительности сделок и защита добросовестного
приобретателя в российском гражданском праве. М.: Статут, 2007; Теория
недействительности сделок: опыт российского права в контексте европейской
правовой традиции. М.: Статут, 2007; Недопущение реституции и конфискация
при недействительности сделок: Теоретический очерк. М.: Статут, 2008 и др.) и
О.В. Гутникова (Недействительные сделки в гражданском праве (теория и
практика оспаривания). 3-е изд., испр. и доп. М.: Статут, 2007, и др.). В этих
76
исследованиях авторы отмечают ряд особенностей и проблем правового
регулирования сделок в гражданском законодательстве России
91
.
Чтобы поставить вопрос о недействительности сделки с тем или иным
объектом, необходимо исследование критериев (оснований) признания их
таковыми. Это связано в первую очередь с анализом действительности сделки,
которая вытекает из ее определения как правомерного юридического действия
субъектов гражданского права, направленного на установление, изменение или
прекращение гражданских прав и обязанностей, а также с учетом того, что
сделка действительна при одновременном наличии таких условий, как ее
законность и содержание, гражданская дееспособность участников,
соответствие их воли и волеизъявления, надлежащая форма. Невыполнение
хотя бы одного условия влечет за собой недействительность сделки. На это и
указывает гражданское законодательство, содержащее нормы, определяющие
различные пути признания сделок недействительными.
Сделка может быть признана недействительной, если совершенное
действие в виде ее не обладает качествами юридического факта, то есть не
порождает возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и
обязанностей в силу порочности того или иного условия сделки. Эта
порочность может касаться всех четырех условий сделки, что требует анализа
каждого из них.
Одним из важных вопросов при признании сделок недействительными
является определение порочности субъектного состава.
Механизм такого определения предусматривает необходимость учета всех
категорий субъектов и определение их гражданской дееспособности.
Большой вопрос вызывает не самое признание сделок недействительными,
а последствия признания этих сделок недействительными.
По мнению автора настоящей работы необходимо, в каждом конкретном
случае, устанавливать справедливое равновесие между потребностями общего
91
Скрябин С.В. Недействительность сделок и ее последствия // Власть Закона. 2017. № 1. - С.
158
77
интереса и требованиями защиты фундаментальных прав лица, не возлагая при
этом непропорциональное и чрезмерное бремя на добросовестных
приобретателей.
В настоящее время, институт добросовестности в порядке рассмотрения
дел о недействительности сделок не отвечает на сто процентов положениям о
защите собственности, предусмотренной статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции
о защите прав человека и основных свобод. Так, неоднократно указывалось в
Постановлениях Европейского Суда по правам человека, прежде всего
Европейский Суд отмечает, что, как это установлено внутригосударственными
судами, заявители приобрели комнаты добросовестно. Обоснованность их
права собственности, а также права собственности предыдущего владельца
квартир были проверены и согласованы государственными регистрационными
органами. В этой связи Европейский Суд напоминает, что ошибки или
просчеты государственных органов должны служить выгоде заинтересованных
лиц, особенно в отсутствие иных конфликтующих интересов. Другими
словами, ответственность за любую ошибку, допущенную государственными
органами, должно нести государство, и эти ошибки не должны устраняться за
счет заинтересованного лица (см. Постановление Европейского Суда по делу
"Гладышева против Российской Федерации", § 80)
92
К сожалению, в настоящее время государство как гарант справедливости
абстрагируется от проблем применения последствий недействительности
сделок, хотя, косвенно участвует в легитимизации недействительных сделок
своим безразличным отношением к ним. Не секрет, что реституция в своем
большинстве не приводит к тем положительным результатам, на которые она
направлена. Все дело в том, что освобождая государство от ответственности, у
государства не возникает необходимости прорабатывать механизм защиты
сделок, что, в свою очередь, способствует негативному развитию порочности
92
Постановление ЕСПЧ от 01.12.2016 «Дело «Томина и другие (Tomina and Others) против
Российской Федерации» (жалобы № 20578/08, 21159/08, 22903/08, 24519/08, 24728/08,
25084/08, 25558/08, 25559/08, 27555/08, 27568/08, 28031/08, 30511/08, 31038/08, 45120/08,
45124/08, 45131/08, 45133/08, 45141/08, 45167/08 и 45173/08) // КонсультантПлюс
[Электронный ресурс] : справочная правовая система
78
сделок. Те меры, которые существует в настоящее время крайне недостаточны
для защиты прав добросовестных приобретателей.
Признание договора незаключенным является способом защиты
гражданских прав, имеющим отличия от признания сделки недействительной.
Трансляция поддерживаемых судейским сообществом идей в объективное
право редко сопряжено со значительными сложностями, однако умудренное
опытом поколение исследователей высказывалось на данную тему достаточно
осторожно, без ставки на юридический позитивизм. Были осторожны, в
частности, разработчики Концепции развития гражданского законодательства
Российской Федерации, поэтапно реализуемой законодателем в условиях
действия различных факторов (экономического, политического и правового
характера). Пункт 7.2 разд. V Концепции является, по сути, высказанным
сомнением, а не категорическим утверждением: «Следует законодательно
решить вопрос о самой возможности исков о признании договоров
незаключенными (допускать ли вообще такой иск, как самостоятельное
средство правовой защиты, или ограничить право стороны, принявшей
исполнение от контрагента по договору, на предъявление такого иска), а в
случае положительного решения вопроса также определить правовые
последствия признания договора незаключенным».
Приведенный фрагмент Концепции позволяет сделать вывод о
существовании у ее разработчиков колебаний сразу по трем позициям: во-
первых, о принципиальной необходимости прямой «легализации» такого
способа защиты гражданских прав, как признание договора незаключенным,
во-вторых, о допустимости удовлетворения соответствующего требования
судом, когда истец принял исполнение; в-третьих, о правовых последствиях
удовлетворения иска.
В пользу рациональности осуществленного законодателем закрепления
такого способа защиты гражданских прав, как признание договора
незаключенным, говорит один весьма важный аргумент практического
свойства. Стороны могут компенсировать недостаток существенных условий
79
договора путем заключения дополнительного соглашения к нему, тем самым
придать имевшимся договоренностям завершенный в юридическом плане вид.
Как видится, это возможно и в том случае, когда договор уже признан судом
незаключенным. Впрочем, для целей максимальной определенности в
отношениях контрагентов, иное (т.е. следующее за признанием судом договора
незаключенным полное аннулирование достигнутых договоренностей) можно
зафиксировать в будущих нормах закона, требующих обсуждения со
специалистами в области гражданского материального и процессуального
права.
Стремление затронуть вопросы о круге существенных условий для
конкретных договорных конструкций, отсутствие согласия по которым делает
договор незаключенным, наблюдается на уровне официальных обобщений - со
стороны разработчиков актов толкования права и составителей обзоров
судебной практики
93
.
3.2. АНАЛИЗ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ О ПРИЗНАНИИ
СДЕЛОК НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫМИ И НЕЗАКЛЮЧЕННЫМИ
Анализ судебной практики показывает, что дела по признанию
недействительными сделок, преимущественно в судах первой инстанции,
вызывают определенные проблемы.
Так, проблема, связанная с недействительностью сделок, совершаемых с
участием граждан, признанных недееспособными или ограниченно
дееспособными по решению суда, в настоящее время является актуальной.
Отсутствие правовых и электронных ресурсов, позволяющих точно установить
наличие решения суда о признании недееспособными или ограниченно
дееспособными граждан – участников гражданско-правового оборота, в
93
Болдырев В.А. Признание договора незаключенным как способ защиты гражданских прав
// Законы России: опыт, анализ, практика. 2018. N 4. – С. 65
80
современной юридической науке, а также в правоприменительной практике
является предметом дискуссии уже давно.
Основной проблемой связанной с установлением дееспособности граждан,
является выявление наличия решения суда о признании гражданина
недееспособным или ограниченно дееспособным. В частности, отсутствие
Единой информационной базы лиц, признанных по решению суда
недееспособными или ограниченно дееспособными (далее – Единая
информационная база) можно считать проблемой, поскольку последствием
заключения сделки с гражданином, признанным судом недееспособным влечет
ее ничтожность (ст. 171 ГК РФ), а сделка, заключенная с гражданином
ограниченно дееспособным, влечет ее оспоримость (ст. 176 ГК РФ).
Негативность сделок, при которых одна из сторон сделки не имеет
возможности установить дееспособность контрагента, заключается в
формировании обстоятельств, ведущих к ненадежности гражданско-правового
оборота, что подтверждается материалами судебной практики. Так, решением
Наримановского районного суда Астраханской области от 24 декабря 2015 года
кредитный договор, заключенный между ПАО «Сбербанк России» в лице
Астраханского отделения № 8625 и Лебедевым В.Ю., признан
недействительным, в силу того, что согласно решению Наримановского
районного суда Астраханской области от 24 февраля 2012 года, на момент
заключения кредитного договора Лебедев В.Ю. являлся недееспособным
94
.
Указанным решением, также было постановлено взыскать с Лебедева В.Ю.
денежные средства в пользу ПАО «Сбербанк России» с рассрочкой платежа на
срок 10 лет. Однако кредитная организация категорически была не согласна с
рассрочкой платежа. Спор по делу продолжается. Аналогичное решение было
вынесено в г. Казани. 03 августа 2016 года решением Авиастроительного
районного суда города Казани, договор потребительского займа (№ и дата
94
Апелляционное определение Астраханского областного суда от 30.03.2016 по делу № 33-
1080/2016 // URL: https://oblsud--
ast.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=doc&number=3725828&delo_i
d=5&new=5&text_number=1&case_id=931521 (дата обращения: 09.01.2019)
81
обезличены), заключенный между А.В. Белоусовым и ООО «Микрофинансовая
организация «Управляющая компания «Деньги Сразу ЮГ», был признан
недействительным в виду того, что заемщик был признан недееспособным
95
. В
обоих случаях кредитным организациям, до настоящего времени не удалось
вернуть выданные займы. Интересная и немалочисленная судебная практика по
оспариванию сделок в соответствии со ст. 176 ГК РФ. Так, 03 марта 2016 года
Судебной коллегией по гражданским делам Владимирского областного суда,
была рассмотрена апелляционная жалоба на решение Муромского городского
суда Владимирской области от 10.12.2015, которым постановлено, признать
договор дарения в части дарения Костылевым Ю. В. принадлежавшей ему доли
в праве общей долевой собственности на квартиру Мосину В. В.
недействительным, так как на момент совершения сделки дарения Костылев
Ю.В. был признан ограниченно дееспособным. Решение Муромского
городского суда Владимирской области от 10.12.2015 было оставлено без
изменения
96
.
Анализ судебной практики по делам о признании сделок
недействительными, заключенных с недееспособными и сделок, заключенных с
ограниченно дееспособными без надлежащего согласия, показывает, что такие
сделки признаются судами недействительными, а контрагенты, в большинстве
случаев при двусторонней реституции не имеют возможности вернуть свое
имущество, переданное недееспособной стороне по сделке. Взыскать
имущество, переданное по сделке, заключённой с недееспособным или
ограниченно дееспособным лицом с опекуна или попечителя, не
участвовавшего в заключении сделки или не дававшего своего согласия на
заключение такой сделки, также нельзя. Таким образом, добросовестная
95
Решение Авиастроительного районного суда города Казани от 03. 08. 2016 по делу № 2-
3650/2016 // URL: https://aviastroitelny--
tat.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=doc&number=304420303&delo
_id=1540005&new=0&text_number=1 (дата обращения: 09.01.2019)
96
Апелляционное определение Владимирского областного суда от 03.03.2016 по делу № 33-
956/2016 // URL: https://oblsud--
wld.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=doc&number=12919995&delo
_id=5&new=5&text_number=1 (дата обращения: 09.01.2019)
82
сторона сделки может оказаться в сложной ситуации и остаться ни с чем. В
свою очередь негативные последствия таких сделок могут наступить также для
недееспособных или ограничено дееспособных, поскольку они могут не
осознать характер заключаемой сделки и не оценить приобретаемую для себя
выгоду по сделке. На сегодняшний день установить дееспособность
гражданина можно по паспорту, но такая процедура дает возможность
определить наступление совершеннолетия гражданина, что носит лишь
частичный характер в установлении дееспособности, и не дает полной картины
о психическом состоянии. Подобные обстоятельства нередко становятся
предметом злоупотребления в корыстных целях. При этом, воспользоваться
тем, что у стороны сделки или третьего лица (нотариуса) отсутствует
возможность установить наличие решения суда о признании гражданина
недееспособным или ограниченно дееспособным, могут как подопечные лица,
их опекуны и попечители, так и контрагенты по сделке
97
.
Также на практике очень часто появляется необходимость разграничить
влияние существенного заблуждения и влияние обмана. ГК РФ, в отличие от
первого ГК РСФСР 1922 г.
98
, очевидно дифференцирует эти понятия, посвящая
им две разные статьи. Обман – это предоставление заведомо ложной
информации (или намеренное умолчание), которая интерпретируется ее
получателем однозначно неправильно. Такой обман предусматривает наличие
умысла
99
. Введение же в заблуждение, которое имеет в виду гражданское
законодательство, может быть совершено неосторожно или невиновно, у лица
возникает ложное мнение относительно каких-либо обстоятельств в результате
явственно не намеренных действий контрагента. В этой связи стоит отметить,
что психическое отношение к собственным действиям в гражданских спорах
97
Хорзов Д.В. Недействительные сделки с пороком субъектного состава: проблема
определения дееспособности граждан – участников гражданско-правового оборота. 2016 г. //
https://elibrary.ru/download/elibrary_27162418_41638924.pdf (дата обращения 25.12.2018)
98
Ст. 32 Гражданского кодекса РСФСР 1922 г. // URL: http://docs.cntd.ru/document/901808921
(дата обращения: 25.12.2018)
99
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами
некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»
// КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система
83
выявить непросто, и в доктрине чаще придерживаются подхода объективного, а
не субъективного масштаба оценки вины, как в уголовном праве.
Нужно учитывать разумность восприятия лицом ситуации всерьез.
Абсурдность доводов в пользу наличия заблуждения не должна порождать
таких зачастую негативных последствий, как недействительность сделки.
Влияние заблуждения – это достаточно серьезное основание для прекращения
правоотношений, и суды должны тщательно доказывать действительное
наличие заблуждения, а также исходить из презумпции существенности. Также,
чтобы устранить проблематичность применения положения о заблуждении
относительно мотивов, сторонам рекомендуется осведомлять друг друга о
наличии каких-либо обстоятельств, послуживших мотивом к совершению
сделки, и прямо договариваться о прекращении сделки, если такие
обстоятельства окажутся иными.
100
Так, Индивидуальный предприниматель (покупатель) обратился в
арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью
(продавцу) о признании договора купли-продажи грузового автомобиля
недействительным как совершенного под влиянием заблуждения относительно
качеств товара и применении последствий недействительности сделки (статья
178 ГК РФ).
Как следовало из материалов дела, по условиям указанной сделки стороны
договорились о предварительном проведении диагностики ходовых
характеристик и исправности оборудования автомобиля на станции
технического обслуживания официального дилера автомобилей приобретаемой
марки. По результатам диагностики автомобиль был признан технически
исправным, с состоянием износа в рамках соответствующих нормативов.
100
Домокурова В.А. «Понятие заблуждения в гражданском праве России (на примере
положений о недействительности сделок): актуальные проблемы». Право, общество,
государство: проблемы теории и истории: сборник материалов Международной
студенческой научной конференции. Москва, РУДН, 27–28 апреля 2018 г. – Москва : РУДН,
2018. // URL: https://elibrary.ru/download/elibrary_35360307_95800149.pdf (дата обращения
25.12.2018)
84
Однако вскоре после исполнения договора купли-продажи автомобиля в
связи с частыми нарушениями работы двигателя покупатель был вынужден
обратиться в ремонтную мастерскую, где в результате проведения повторной
диагностики выяснилось наличие неисправности в электронном блоке
управления двигателем.
Суд первой инстанции исковые требования удовлетворил, указав, что
наличие каких-либо иных способов защиты нарушенного права покупателя не
исключает возможности оспаривания сделки на основании статьи 178 ГК РФ
как совершенной под влиянием заблуждения. Более того, из статьи 166 ГК РФ,
напротив, следует, что квалификация сделки как недействительной не зависит
от наличия иных способов защиты нарушенных прав и законных интересов
заинтересованного лица.
В другом деле арбитражный суд удовлетворил исковые требования о
признании заключенного между двумя индивидуальными предпринимателями
договора купли-продажи автомобиля недействительным на основании статьи
179 ГК РФ как сделки, совершенной под влиянием обмана, и о применении
последствий недействительности сделки. Суд установил, что при заключении
договора продавец заверил покупателя в том, что пробег автомобиля
минимален, о чем также свидетельствовали показания одометра и внешний вид
автомобиля. Однако в ходе дальнейшей эксплуатации был выявлен
существенный износ автомобиля, явно не соответствующий заявленному
пробегу. В результате проведения судебной экспертизы были установлены
следы недавнего вмешательства в устройство, фиксирующее пробег
автомобиля. С учетом всех обстоятельств дела суд пришел к выводу о наличии
обмана со стороны продавца при заключении спорной сделки. При этом,
удовлетворяя исковые требования, суд отклонил доводы ответчика о том, что
истец мог воспользоваться правами, предусмотренными статьей 475 ГК РФ на
случай выявления недостатков товара, указав, что наличие других способов