
74
может руководствоваться ими.
В данном случае вызывают споры о признании сделки
недействительной нахождение одной из сторон в момент соглашения в
состоянии алкогольного опьянения: необходимо четкое определение, хотело
ли лицо именно этих правовых последствий, подписывая договор. При этом,
причины, по которым лицо находилось в невменяемом состоянии при
подписании договора, во внимание не берутся
.
Законодателем не дается мотивированного ответа на решение данного
вопроса, что создает возможность для возникновения противоправных
действий стороны, желающей заключения сделки в личных интересах. Таким
образом, следует отметить, что при осуществлении гражданского оборота
возникают вопросы, связанные с признанием сделок недействительными,
применением тех или иных норм, регулирующих данные правоотношения.
Решение указанных проблем достаточно актуальны в связи с увеличением
числа сделок, как между юридическими, так и между физическими лицами.
Решение дел по существу не только даст возможность восстановить
нарушенные права одной из сторон, но и создаст условия для увеличения
правовой культуры граждан, направит их деятельность в правовое русло, что
в конечном итоге, позволит в полной мере говорить о совершении
правосудия. Учитывая вышеизложенное, можно с уверенностью утверждать,
что действующее отечественное законодательство остро нуждается в
концептуальном анализе с целью совершенствования правового
регулирования сделок и условий их действительности.
Действующее законодательство обладает рядом неопределенностей
непосредственно в доктрине, а, следовательно, и в правоприменительной
практике в отношении признания оспоримых сделок недействительными.
Нерешенность правовой доктрины приводит к коллизионным решениям,
принимаемым отечественными судами, что приводит препонам в деле
Галеев Р.Р. Недействительность крупных сделок: проблемы теории и практики
корпоративного права // Финансовое право и управление. 2015. № 11. С. 347.