52
контекст и смысл игровой ситуации, хотя может потерять часть культурной
специфики. В испанском переводе использованы слова «partidas de naipes»
(карточные игры) и «kopek»: «cómo su buen compañero el ex-hulano se enfadaba
y les ponía multas en las partidas de naipes a tanto de un kopek, cuando lograban
organizar alguna en el gabinete» (Tolstói 2013: 36). «Копейка» передана тем же
образом и в той же форме, что и в английском переводе, в то время как
«partidas de naipes» лучше передает культурно-стилистические особенности и
детали азартной карточной игры, описанной в тексте.
Следующую реалию «фортаплясы», являющуюся разговорным
обозначением фортепьяно, упоминает в разговоре Гальцин: «А ведь странно
подумать, – сказал Гальцин, взяв стакан и отходя к окну, – что мы здесь в
осажденном городе: фортаплясы, чай со сливками, квартира такая, что я,
право, желал бы такую иметь в Петербурге» (Толстой 2020: 20). Английский
перевод выглядит следующим образом: «“Really, it is strange to think,” said
Galtsin, taking a glass, and walking to the window, “that we are in a beleaguered
city; tea with cream, and such quarters as I should be only too happy to get in
Petersburg”» (Tolstoi 2015: 42). Можно заметить, что переводчик полностью
опустил использованное автором слово и не подбирал никаких эквивалентов,
что, в свою очередь, привело к утрате некоторых культурно-стилистических
особенностей оригинального текста. В переводе на испанский переводчик
поступил иначе: «¿No es extraño -siguió Galtzin bebiendo su taza junto a la
ventana- pensar que estamos en una ciudad sitiada, y que tenemos piano y te con
crema; todo ello, en una casa que me gustaría mucho habitar en Petersburgo?»
(Tolstói 2013: 36). В данном случае «фортаплясы» были переданы как «piano»
(пианино), вероятно, из-за того, что это более широко понятное слово для
испаноязычного читателя. Это позволило ясно передать смысл и контекст
описываемой обстановки, где музыкальный инструмент играет некоторую
роль в описании атмосферы, благодаря чему удалось избежать смысловых
потерь, как в случае с английским переводом.
53
Далее перейдем к рассмотрению общественно-политических реалий
(см. табл. 2.8).
Таблица 2.8
Перевод общественно-политических реалий в рассказе Л. Н. Толстого
«Севастополь в мае»
Реалия в исходном
тексте
Английский перевод
Испанский перевод
Пехотный офицер
infantry officer
un oficial de infantería
Штабс-капитан
Captain
el capitán ayudante
Капитан
Captain
Capitan
Прапорщик
Captain
Capitan
Поручик
Lieutenant
el teniente
Адъютант
Adjutant
el edecán
Граф
Count
conde
Князь
Prince
el príncipe
Подполковник
Colonel
el teniente coronel
Ротмистр
Captain of Cavalry
el capitán de caballería
Большая часть должностей и званий имеют устоявшиеся эквиваленты,
тем не менее некоторые случаи вызвали у переводчиков затруднения.
Например, переводы лексемы «пехотный офицер» как «infantry officer»
в английском варианте и «un oficial de infantería» на испанский язык верны,
благодаря чему сохранены культурно-стилистические особенности. Так же
будут верны и переводы званий-реалий «капитан», «поручик», «адъютант»,
«граф», «князь», «подполковник» и «ротмистр». Однако, в случае перевода
«штабс-капитан» как «captain» произошла утрата конкретного значения
звания военного офицера. Штабс-капитан – военный чин, существовавший с
1797 по 1917 год в царской армии и находящийся между поручиком и
капитаном по иерархии. «Captain» применяется для обозначения
54
командующих в разных контекстах, однако в данном случае переводчик
допустил серьезную ошибку, которая может ввести читателя в заблуждение.
Уместным мог бы стать эквивалент «staff captain», звание второго по
значимости лица после капитана, благодаря которому можно было сохранить
различие между званиями действующих лиц рассказа. Вариант «el capitán
ayudante», использованный испанским переводчиком, является более
успешным. В то же время оба переводчика не смогли корректно передать
перевод «прапорщика», звания младшего обер-офицера, следовавшего перед
подпоручиком по табелю о рангах. Использовав англо-русский
синонимический словарь Ю. Д. Апресяна, мы выяснили, что в качестве
эквивалента данного звания следовало использовать слово «ensign» (Апресян
2001: 244). Согласно карманному русско-испанскому словарю М. Руиса-
Сорилльи и С. Виларо Комас, испанским эквивалентом, соответствующим
званию «прапорщик» является лексическая единица «alférez», обозначающая
«oficial de menor graduación del cuerpo general de la Armada, inmediatamente
inferior al alférez de navío» (Ruiz-Zorilla 2015: 43), т.е. «младший офицер
генерального корпуса ВМФ, сразу ниже подпоручика».
В качестве подробного примера рассмотрим перевод должностей,
званий и титулов в данном предложении: «Кружок этот составляли четыре
офицера: адъютант Калугин, знакомый Михайлова, адъютант князь Гальцин,
бывший даже немножко аристократом для самого Калугина, подполковник
Нефердов, …, и ротмистр Праскухин, тоже один из ста двадцати двух
героев» (Толстой 2020: 16). На английском оно передано следующим образом:
«This group consisted of four officers: Adjutant Kalugin, an acquaintance of
Mikhaïloff's, Adjutant Prince Galtsin, who was something of an aristocrat even for
Kalugin himself, Colonel Neferdoff, …, and Captain of Cavalry Praskukhin, also
one of the hundred and twenty-two» (Tolstoi 2015: 48). Испанский перевод: «El
grupo estaba formado por cuatro oficiales: el edecán Kaluguin, conocido de
Mijáilov; el también edecán príncipe Galtsin, quien era un poco «aristócrata»
incluso para el propio Kaluguin; el teniente coronel Neferdov, …, y el capitán de
55
caballería Praskujin, también uno de los ciento veintidós héroes» (Tolstói 2013:
42). Как мы можем увидеть, переводчикам удалось подобрать эквиваленты
реалий, сохранив культурную специфику воинских чинов. Однако следует
отметить опущение слова «герои» в английском переводе, что расценивается
как небольшая потеря смысла и информации из оригинала: в данном контексте
оно может указывать на особое отношение автора и общества к
военнослужащим царской армии, обороняющих Севастополь и являющихся
частью группы офицеров, поэтому его упущение может привести к утрате
смысла.
Можно отметить, что культурно-стилистические особенности в
большинстве случаев перевода общественно-политических реалий хорошо
сохранены, так как военные звания и термины обычно имеют стандартные
аналоги в различных языках.
В процессе анализа переводов рассказа Л. Н. Толстого «Севастополь в
мае» мы выявили 43 реалии. В 11 случаях английский переводчик не смог
передать содержащуюся культурные особенности исходного текста. В
некоторых ситуациях происходило опущение оригинальных лексем, что
можно рассматривать как грубую утрату культурно-стилистической
образности. Испанский переводчик, в свою очередь, допустил утрату
культурной специфики лишь в 4 случаях. Благодаря этому мы можем
утверждать, что перевод на испанский язык выполнен более качественно.
Таким образом, в ходе анализа двух переводов «Севастополя в мае» на
разные языки были выявлены случаи использования транслитерации и
транскрипции, генерализации, опущения и замены эквивалентом ПЯ. В целом,
испанский перевод был более точным и в большей мере сохранял культурно-
стилистические особенности и специфику реалий рассказа по сравнению с
английским, где некоторые термины могли быть упрощены, опущены или
вовсе переведены некорректно.
56
Выводы по главе II
После проведения анализов перевода культурно-стилистических
особенностей двух рассказов из сборника «Севастопольские рассказы» мы
можем сделать следующие выводы.
Для перевода ономастических реалий как англоязычный, так и
испаноязычный переводчик чаще всего использовали транслитерацию и
транскрипцию. При этом были выявлены случаи, когда в английском переводе
имена были опущены.
Те же средства применялись переводчиками для перевода
географических реалий, то есть топонимов. Однако, также было замечено
использование перестановок.
Для передачи этнографических реалий переводчики в некоторых
случаях использовали эквивалентный перевод, однако при переводе на
английский часто применялись более общие понятия (генерализация) и
допускались опущения.
С целью передать общественно-политические реалии, которые
проявлялись в рассказах в виде слов, обозначающих общественный строй,
роль, должность, титул или положение, переводчики старались подбирать
эквиваленты в своих языках, которые в некоторых случаях оказывались
неудачными.
В общей сложности было рассмотрено 66 лексических единиц, несущих
в себе культурно-специфические особенности. Англоязычный переводчик не
смог передать культурную специфику в 18 случаях, тогда как испаноязычный
только в 9.
Мы можем отметить, что английский вариант перевода, выполненный
Изабеллой Ф. Хапгуд в большей степени направлен на то, чтобы с помощью
более простой и понятной лексики погрузить читателя в сюжет рассказа.
Перевод же Марты Санчес-Ньевес на испанский язык был нацелен на полную
передачу лексики оригинального текста и сохранение большей части
культурно-стилистических особенностей произведения Л. Н. Толстого
57
«Севастопольские рассказы». Добиться этого переводчик смог благодаря
тщательному изучению российских реалий и подбору подходящих языковых
соответствий. Таким образом, перевод произведения на испанский можно
считать более успешным.
58
Заключение
Правильная передача культурно-стилистических особенностей
произведений художественной литературы является важной задачей каждого
ответственного переводчика, и в ходе данного исследования был представлен
подробный анализ того, как англоговорящий и испаноговорящий переводчики
предприняли попытку передать для своих читателей слова-реалии,
содержащие культурный компонент, из сборника Л. Н. Толстого
«Севастопольские рассказы».
В ходе анализа теоретического материала для выпускной
квалификационной работы получены следующие результаты:
1. дано определение понятиям «перевод» и «переводческие
трансформации», а также рассмотрены классификации переводческий
трансформаций, что позволит нам выяснить, какие приемы
использовали переводчики для передачи безэквивалентной лексики;
2. изучены стилистическое своеобразие, включающее субъективную
модальность, различную эмоционально-образную лексику,
фразеологизмы и идиомы, а также особенности перевода
художественного текста, благодаря чему возможно провести анализ
избранного произведения;
3. описан национально-культурный аспект в переводе, проявляющийся в
словах-реалиях, что позволило нам выявить необходимые лексические
единицы при практическом анализе.
Во второй главе работы мы провели предпереводческий анализ
рассказов «Севастополь в декабре месяце» и «Севастополь в мае», а также
непосредственно сам анализ оригинального текста на русском языке и его
переводов на английский и испанский. В ходе разбора были отобраны
лексические единицы, включающие ономастические, географические,
этнографические и общественно-политические реалии, несущие в себе
культурно-стилистические особенности, и далее был рассмотрен их перевод
на иностранные языки.
59
Нами было установлено, что самым частым приемом для передачи имен
персонажей и названий географических объектов, т.е. ономастических и
географических реалий, передающих особенности русской культуры, стали
транслитерация и транскрипция. Чтобы перевести термины, связанные с
бытом людей, т.е. этнографические реалии, переводчики подбирали
приближенные соответствия или применяли обобщение, чтобы сделать слова
более понятными для читателей в своих странах. Для передачи общественно-
политических реалий переводчики находили полные эквиваленты, однако в
некоторых случаях были выбраны некорректные соответствия, из-за чего
происходили смысловые потери.
В соответствии с целью выпускной квалификационной работы мы
смогли выявить основные трудности, с которыми сталкиваются при передаче
культурно-стилистических особенностей художественного произведения (на
примере произведения «Севастопольские рассказы» Л. Н. Толстого):
1. передача ономастических реалий вызывает трудности из-за различий в
системах именования людей, мест и организаций. Имена собственные
могут быть уникальными для определенной культуры и не иметь
прямого эквивалента в другом языке. Кроме того, могут использоваться
иные варианты имени собственного, образованные от исходной
единицы, например, уменьшительно-ласкательная форма;
2. перевод географических реалий также может вызывать трудности из-за
различий в терминологии, а также потому что названия географических
объектов бывают связаны с местными легендами, историей или
культурой.
3. перевод этнографических реалий требует от переводчика подбора
наибольшего соответствия, применения более общего понятия или
описательного перевода из-за специфических культурных понятий,
обычаев, традиций и религиозных практик.
4. передача общественно-политических реалий может вызывать трудности
из-за различий в политических системах, институтах и социальных
60
нормах, из-за чего требуется подбор наиболее подходящего
соответствия, в достаточной мере передающего устройство российского
общества.
В целом, можно отметить, что перевод Изабеллы Ф. Хапгуд на
английский язык направлен на то, чтобы с помощью более простой и понятной
лексики погрузить читателя в историю, рассказанную Л. Н. Толстым, в то же
время Марта Санчес-Ньевес в своей работе стремилась не только полностью
передать лексику оригинального текста, но и сохранить большую часть
культурно-стилистических особенностей Севастопольских рассказов путем
тщательного подбора подходящих языковых соответствий, благодаря чему
перевод произведения на испанский можно считать более успешным.
По нашей просьбе перевод Марты Санчес-Ньевес был оценен носителем
испанского языка, преподавателем Московского Международного
Университета Омаром Херардо Эрнандес Родригесом. Носитель выделил из
перевода рассказов «Севастополь в декабре месяце» и «Севастополь в мае»
вызывающие затруднения в понимании лексические единицы, несущие
культурную специфику: sbiten (сбитень), vivaque (бивуак), Anna (Анна, т.е.
орден Святой Анны) и Vladimir (Владимир, т.е. орден Святого Владимира).
Результат может свидетельствовать о том, что испанскому переводчику
удалось успешно передать большую часть культурно-стилистических
особенностей. Также трудности при чтении испанского перевода вызвали
слова variopintas (пестрые), cureñas (пушечные станки), tres bayos (гнедая
тройка), una marinera con pelliza vieja (матроска в старой шубейке), gaviones
(туры), markela (мортира), pushka (пушка), cuevas embarcado (землянка).
Рассмотрение перевода этих и других единиц может стать предметом других
лингвистических исследований.
В заключение можно сказать, что правильная передача культурно-
стилистических особенностей художественных произведений является
трудной задачей, с которой приходится сталкиваться переводчикам.
Результаты нашей работы могут стать полезным источником информации для
61
тех, кто занимается переводом русской классики на английский и испанский
языки.