42
Таблица 2.4
Перевод общественно-политических реалий в рассказе Л. Н. Толстого
«Севастополь в декабре месяце»
Реалия в исходном
тексте
Английский перевод
Испанский перевод
Бивуак
Bivouac
Vivaque
Пластун
Sharpshooters
Cosacos
Реалия «бивуак», обозначающая место стоянки войск под открытым
небом, встречается: «…странное смешение лагерной и городской жизни,
красивого города и грязного бивуака не только не красиво, но кажется
отвратительным беспорядком» (Толстой 2020: 6). Для английского и
испанского перевода использованы прямые эквиваленты «bivouac» и
«vivaque», благодаря чему культурно-стилистические особенности полностью
сохранены.
Реалия «пластун», обозначающая пешего кубанского казака, несшего
сторожевую службу, встречается: «По улице встречаете вы и обгоняете
команды солдат, пластунов, офицеров…» (Толстой 2020: 9). В английском
переводе для обозначения данной должности использовано слово
«sharpshooters»: «In the street you meet and overtake bodies of soldiers,
sharpshooters, officers» (Tolstoi 2015: 23). В испанском варианте – «cosacos»:
«Por la calle se encuentra y adelanta a destacamentos de soldados, cosacos,
oficiales» (Tolstói 2013: 16). Английское слово «sharpshooters» означает
стрелков, снайперов или специалистов по стрельбе, и переводчик, вероятно,
выбрал это слово, чтобы передать идею о том, что «пластуны» выполняют
сторожевую службу и могут быть специалистами по стрельбе. Тем не менее,
выбор нельзя назвать удачным, поскольку он не является прямым
эквивалентом и в данном контексте может передать лишь общий смысл и
характер деятельности этого подразделения казаков. Испанский переводчик, в
свою очередь, применил генерализацию, заменив узкое понятие более общим,
43
не выделяя подразделение казаков отдельным термином, что можно считать
более успешным переводом в сравнении с английским вариантом.
В процессе анализа перевода рассказа Л. Н. Толстого «Севастополь в
декабре месяце» мы рассмотрели передачу 23 реалий русской культуры на
английский и испанский языки. В 7 случаях английский переводчик не смог
передать культурно-стилистические особенности оригинала, тогда как
испанский – в 5. В связи с этим, мы можем назвать испанский перевод более
корректным и качественным.
Таким образом, анализ показал, что переводчики использовали
различные трансформации для передачи культурно-стилистических
особенностей произведения. Для передачи имен собственных и топонимов они
применяли транскрипцию и транслитерацию, не заменяя их на традиционные
английские или испанские имена. В некоторых случаях удалось достаточно
точно передать атмосферу и особенности оригинального рассказа на
английский и испанский языки. Однако, в некоторых случаях были заметны
недочеты и потери в передаче культурно-стилистических особенностей.
2.4. Предпереводческий анализ рассказа Л. Н. Толстого
«Севастополь в мае»
Рассказ «Севастополь в мае» является вторым по очередности
произведением из сборника «Севастопольские рассказы» и был издан в 1856
году. Объем анализируемого текста в выбранном издании составил 46
страниц, что соотносится с небольшим рассказом.
В тексте ведется рассказ о событиях, происходящих в Севастополе в мае.
В прологе рассказчик (Толстой) рассуждает о сути войны, спрашивая не
является ли более логичным решать конфликты поединком представителей
двух сторон. Главный герой, офицер Михайлов, отправляется на службу,
погруженный в размышления о письме от друга и его жены. Проходя по
Морской улице, он замечает, что публика поделена на две группы:
44
«аристократы» и «неаристократы», между которыми есть некое
противостояние. В то время как другие офицеры и генералы проводят время в
роскошной квартире, Михайлов готовится к выходу на передовую с плохими
предчувствиями. После ночной битвы, в которой погибает Праскухин,
Михайлов получает ранение, которое он считает наградой. Утром на бульваре
«аристократы» хвалятся своей храбростью, не замечая Михайлова. После
временного перемирия на передовой, где русские и французы разбирают
трупы, Толстой заключает, что единственный герой в его рассказе – это
истина.
Среди лексических особенностей текста можно выделить
общеупотребительную лексику, оценочную лексику и фразеологизмы, а
грамматических – преобладание простых предложений, синтаксическое
разнообразие и экспрессивный синтаксис. В качестве средства повышения
плотности информации автор использовал лексические сокращения и
синтаксическое сжатие информации. Какие-либо графические средства и
интертекстуализмы отсутствуют.
Лексическим фоном выступают литературная, общеупотребительная и
разговорная лексика.
Для повествования автор выбрал первое (Я отметил; Я говорю) и третье
лицо (Он пишет; он злится; они играли). Реципиентом содержащейся
когнитивной и эмоциональной информации является широкая аудитория, а ее
источником – Лев Николаевич Толстой.
Как и в случае с предыдущим рассказом, при переводе необходимо
сохранить структуру и стиль оригинала, передать эмоциональную окраску,
архаичные элементы, исторический контекст, а также культурно-
стилистические особенности текста.
45
2.5. Передача культурно-стилистических особенностей рассказа
Л. Н. Толстого «Севастополя в мае» на английский и испанский языки
Как и в случае с анализом переводов «Севастополя в декабре месяца»,
мы отобрали передающие культурно-стилистические особенности реалии
методом сплошной выборки и разделили их на четыре группы по
классификации С. Влахова и С. Флорина.
Перейдем к ономастическим реалиям. При анализе второго рассказа
было найдено большое количество имен собственных (см. табл. 2.5).
Рассмотрим некоторые из случаев перевода подробнее.
Таблица 2.5
Перевод ономастических реалий в рассказе Л. Н. Толстого «Севастополь в
мае»
Реалия в исходном
тексте
Английский перевод
Испанский перевод
Никита
Nikita
Nikita
Пупка
Pupka
Pupka
Михайлов
Mikhaïloff
Mijáilov
Обжогов
Obzhogoff
Obzhógov
Сусликов
Suslikoff
Súslikov
Паштецкий
Pashtetzky
Pashatetski
Гальцын
Galtsin
Galtsin
Наташа
Natasha
Natasha
Калугин
Kalugin
Kaluguin
Нордов
Nordoff
Nordov
Нефердов
Neferdoff
Neferdov
Праскухин
Praskukhin
Praskujin
Зобов
Zoboff
Zobov
Непшитшетский
Nepshisetzky
Nepshitshetski
46
Имена собственные встречаются на протяжении всего текста рассказа и
переданы они с помощью транскрипции и транслитерации в обоих переводах,
при этом окончания -ов в английском были переданы с помощью аффикса -off
в соответствии со сложившейся традицией передачи: Mikhaïloff, Obzhogoff,
Suslikoff, Nordoff, Neferdoff и Zoboff (Tolstoi 2015).
Перейдем к географическим реалиям (см. табл. 2.6).
Таблица 2.6
Перевод географических реалий в рассказе Л. Н. Толстого «Севастополь в
мае»
Реалия в исходном
тексте
Английский перевод
Испанский перевод
Зеленая гора
the green hill
el monte Zelenaia
Морская улица
the Morskaya street
la calle Morskaia
Евпатория
Eupatoria
Eupatoria
Петербург
Petersburg
San Petersburgo
Балаклава
Balaklava
Balaklava
Саратов
Saratoff
Saratov
Мамадыш
Mamaduish
Mamadysh
Винница
Vinnitz
Venecia
Шварцовский редут
the Schvartz redoubt
el Reducto Shvartsovski
Как мы можем видеть из таблицы, такие топонимы как «Евпатория»,
«Петербург», «Балаклава», «Саратов», «Мамадыш» и «Винница» остались
почти без изменений, в основном связанных с особенностями транскрипции и
транслитерации в английском и испанском переводах, что помогло сохранить
аутентичность названий и избежать искажений.
Топонимы Зеленая гора, Морская улица и Шварцовский редут на
английский были переданы как the Green hill, the Morskaya street, the Schvartz
redoubt (Tolstoi 2015) и на испанский как el monte Zelenaia, la calle Morskaia, el
47
Reducto Shvartsovski (Tolstói 2013). Данные переводы достаточно точно
передают исходные названия, при этом сохраняя культурно-стилистические
особенности и аутентичность оригинального текста. Испанский перевод в
целом более тесно придерживается оригинала, что позволяет более точно
передать культурно-стилистические особенности русской топонимики.
Далее проанализируем этнографические реалии (см. табл. 2.7).
Таблица 2.7
Перевод этнографических реалий в рассказе Л. Н. Толстого «Севастополь в
мае»
Реалия в исходном
тексте
Английский перевод
Испанский перевод
Георгиевский крест
the Cross of St. George
la cruz de San Jorge
Анна
—
Anna
Владимир
—
Vladimir
Ваше
превосходительство
Your Excellency
Excelencia
Принципал
Commander
Superior
Сигарочница
Cigar-holder
Boquilla
Сикурс
Help
Refuerzis
Пулька
Game
Partidas de naipes
Копейка
Kopek
Kopek
Фортапляс
—
Piano
Одной из этнографических реалий является «Георгиевский крест»,
учрежденная в Российской Империи государственная награда как знак
отличия Военного ордена Святого Георгия: «Он сражается на бастионах и
непременно получит Георгиевский крест, и про него в газетах напишут»
(Толстой 2020: 14). На английский реалия переведена как «the Cross of St.
George» (Крест Святого Георгия): «He fights on the bastions, and he will surely
48
receive the Cross of St. George, and he will be talked about in the newspapers»
(Tolstoi 2015: 41). На испанский язык название награды передана как «la cruz
de San Jorge»: «Il se bat sur les bastions, y le darán la cruz de San Jorge, y hablarán
de él todos los periódicos» (Tolstói 2013: 36). Передачу реалии «Георгиевский
крест» может считать успешной, поскольку и английский, и испанский
переводчик использовали аналогичные термины с добавлением слова
«святой», т.е. эквиваленты «the Cross of St. George» и «la cruz de San Jorge»
соответственно, благодаря чему сохраняется смысл и историческое значение
оригинальной реалии как престижной награды.
Названия государственных наград также можно заметить в начале
текста. Обратим внимание на имена собственные, которые использовал автор:
«Сколько звездочек надето, сколько снято, сколько Анн, Владимиров, сколько
розовых гробов и полотняных покровов!» (Толстой 2020: 9). «Анна» и
«Владимир» относятся к названиям орденов, которые выдавались в царской
России, и в данном контексте обозначают награды, присужденные российским
военнослужащим за боевые заслуги, причем орден Святой Анны был
младшим в иерархии орденов и находился на ступень ниже ордена Святого
Владимира. Примечательно, что в английском переводе имена опущены вовсе:
«How many red coffins and canvas canopies there have been!» (Tolstoi 2015: 37).
Можно предположить, что при передаче на английский переводчик хотел
избежать потенциального недопонимания или упростить текст для
англоязычного читателя, не затрагивая образные детали, выраженные в
русских именах. Испанский перевод более приближен по форме к оригиналу:
«¡Cuántas estrellas concedidas, cuántas recogidas, cuántas Annas y Vladímirs,
cuántas ataúdes de alarguez y mantos de lienzo!» (Tolstói 2013: 31). Переводчик
сохраняет имена «Анна» и «Владимир», передавая их с помощью
транслитерации и внося их в перевод как элементы, несущие определенную
культурную и стилистическую нагрузку, однако для испаноязычного читателя
может быть неясна использованная автором аллюзия на существовавшие в
действительности награды во время правления императорской семьи. Данные
49
единицы имеют определенное историческое и культурное значение в
российском контексте, и их использование может создать более глубокий
культурный оттенок для зарубежной аудитории, позволяя сохранить часть
авторской задумки. Испанский перевод оказался более полным в передаче
аутентичности по отношению к использованию имен в тексте, несмотря на
потерю некоторого заложенного автором замысла, в то время как английский
перевод целиком опустил имена собственные и упростил фразу, что может
отрицательно повлиять на степень культурной передачи. В связи с этим оба
варианта нельзя считать удачными. Возможно, для более успешной передачи
следовало использовать историзмы «the Order of Saint Anna» и «the Order of
Saint Vladimir» для английского варианта и «Orden de San Anna» и «Orden de
San Vladimir» для испанского.
Вернемся к реалиям, выраженным в виде обращения к лицу из высшего
сословия. По аналогии с обращением «ваше благородие» в рассказе
«Севастополь в декабре месяце», необходимо отметить обращение «ваше
превосходительство» в диалоге между Калугиным и генералом: «Шел скоро
очень, ваше превосходительство!» (Толстой 2020: 26). Автор английского
перевода снова использовал лексему «Your Excellency»: «I have been walking
very fast, Your Excellency!» (Tolstoi 2015: 82), таким образом опустив отличия
между различными обращениями, использующимися в зависимости от ранга
военнослужащего. Испанский переводчик, ранее использовавший слово
«señor», применил обращение «Excelencia» (Превосходительство): «He venido
muy de prisa, Excelencia» (Tolstói 2013: 76). Можно увидеть, что перевод на
испанский отражает разницу между обращениями «ваше благородие» и «ваше
превосходительство», в то время как английский перевод опустил данную
особенность и не учел различия, что может привести к неточному пониманию
ранга адресата.
Следующая реалия «принципал» на данный момент является архаизмом,
означает начальника или хозяина. Слово встречается в данном отрывке: «И
мой принципал на бастионе, стало быть, и мне надо идти, – сказал
50
Праскухин, надевая саблю, но никто не отвечал ему: он сам должен был
знать, идти ли ему или нет» (Толстой 2020: 20). В английском переводе слово
передано как «commander»: «“And my commander is on the bastion – of course, I
shall have to go,” said Praskukhin, buckling on his sword» (Tolstoi 2015: 63).
Значение «commander» (командующий) несколько отдалено от
первоначального значения «начальника» или «хозяина», хотя и передает
общую идею о чьем-то более высоком статусе. Испанский переводчик
использовал слово «superior»: «También mi superior está en el bastión; por
consiguiente, yo también debería ir -dijo Praskujin poniéndose el sable» (Tolstói
2013: 57). Предложенный вариант ближе по смыслу к оригиналу и лучше
передает идею о вышестоящем лице. Испанский перевод реалии можно
считать более успешным, поскольку он не искажает значение принципала и
сохраняет культурно-стилистические особенности исходного текста.
Реалия «сигарочница» относится к XIX веку и подразумевает мундштук,
полную трубку для курения сигарет или папироса: «–Э сеси у аште? –
спрашивает офицер, указывая на деревянную желтую сигарочницу, в которой
француз курит папиросу» (Толстой 2020: 35). Для английского перевода
использован эквивалент: «“And this – bought where?” asks the officer, pointing
to a cigar-holder of yellow wood, in which the Frenchman was smoking his
cigarette» (Tolstoi 2015: 116). Лексема «A cigar-holder» (держатель для сигарет)
– это более общее и универсальное понятие, чем «сигарочница», т.е.
переводчик применил генерализацию. Подобная замена позволяет
англоязычному читателю лучше понять, что из себя представляет предмет, но
при этом утрачивается часть культурной специфики и аутентичности
описываемого предмета. Важно отметить замену переводчиком вопроса
«Э сеси у аште?» в английском переводе может быть оценено как утрата
части культурной и языковой специфики оригинала, так как французский язык
был широко распространен в XIX веке в Российской Империи среди
образованных классов, что может привести к утрате авторской образности и
снизить уровень детализации описываемой ситуации. Испанский переводчик
51
использовал слово «boquilla»: «–E sesi u ahste? –pregunta el oficial, señalando
la boquilla de madera amarilla en la que el francés fuma un cigarrillo» (Tolstói
2013: 110). Данный эквивалент близок по смыслу к «сигарочнице» и более
точно передает культурно-стилистические особенности оригинального текста,
уделяя внимание конкретному предмету, который использовался в XIX веке
для курения среди солдат.
Следующая реалия-архаизм встречается в следующей реплике: «Где
тут отбить, когда его вся сила подошла: перебили всех наших, а сикурсу не
подают» (Толстой 2020: 23). Слово «сикурс» является устаревшим и
относится к военной лексике, обозначая поддержку войсками, численную
помощь. Англоязычный переводчик предложил вариант «help» (помощь):
«How could we repulse them, when he came up with his whole force? They killed all
our men, and there was no help given us» (Tolstoi 2015: 72). В данном примере
мы также можем видеть случай генерализации, и, хотя это общее слово, оно
корректно передает смысл «сикурса» в данном контексте помощи,
необходимой для противостояния противнику. Испанский переводчик
использовал слово «refuerzis» (подкрепления): «A donde rechazarlos, si trajeron
toda su fuerza: mataron a todos los nuestros y los refuerzis no llegaron»
(Tolstói 2013: 64). Данное слово более точно передает идею усиления войск на
поле боя, а также специфику и атмосферу эпохи, так как охватывается не
только понятие помощи, но и представление об отравленных дополнительных
войсках.
Две реалии можно встретить в данном отрывке: «…он сердился и
ремизился, когда они, бывало, в кабинете составляли пульку по копейке…»
(Толстой 2020: 14). Реалия «пулька» обозначает партию в карточной игре,
«копейка» – разновидность разменной монеты в России. Английский
переводчик применил генерализацию, использовав слово «game» (игра,
партия), и устоявшийся эквивалент «kopek» (копейка): «…how the latter had
grown angry and had lost the game when they had played cards for kopek stakes in
his study, …» (Tolstoi 2015: 42). Такой выбор позволяет передать общий