между двумя реальностями: вся «свобода», безнаказанность виртуального
мира начинает проецироваться в реальную жизнь.
Для человека не существует норм и границ – он вправе делать все, что
ему хочется, его не интересует чужое мнение (мнение «других», не из его
круга авторитетов), только он прав, только он и никто другой, а
существование людей, думающих иначе, вообще ставиться под вопрос. Люди
не просто не готовы уважать свободу других людей с иным мнением и
точкой зрения, но и признавать само их существование, так как в тех
группах, в которых они преимущественно общаются «других» нет.
Если носитель иных убеждений появляется, то он автоматически
становится врагом, так как факт его существования ставит под сомнение
систему ценностей, которая стоит в данной социальной группе. У такой
группы, в силу её специфики, не может быть ни единого постоянного лидера,
ни единой программы действий, условное объединение такой группы может
происходить исключительно ситуативно, вокруг определенного узкого круга
идей, которые разделяют большинство её членов .
Из всего вышеперечисленного можно сделать следующие выводы.
Для многих активных пользователей пространство социальных сетей
образует виртуальную бытийную среду, которая в ряде случаев может
становиться более реальной, чем сама реальность. Возникает ложная
убежденность, что события тогда являются реальными и достоверными,
когда они отражены в социальной сети, если же событие не находит
отражение в сети, то его существование ставится под сомнение.
Вследствие этого, точка зрения определенной группы может
восприниматься человеком как позиция всего общества. Что, в свою очередь,
ведет к глубокому искажению представлений окружающей реальности.
Для социальных сетей характерны свои, измененные (отличные от
объективных) представления о ценностях, возможностях и статусах. Очень
часто сетевая активность является банальным самоутверждением личности и
способом реализации желаний, которые с малой долей вероятности (или с