31
быть признана недействительной, если об этом будет заявлено требование со
стороны участника в сделке либо представителя прокуратуры и др.
1
.
Близкой к позиции Новицкого придерживается Н. Растряев. Он писал, что
в науке существуют два вида недействительности сделок: ничтожность и
оспариваемость. B принцип различия этих двух родов недействительных
сделок положено следующее: если сделка нарушает нормы, охраняющие права
лиц и запрещающие определенные действия в интересе общественном или
государственном, т.е. нарушает права публичные, то нарушение таких норм
поражает сделку ничтожностью, если все-таки сделки нарушают нормы,
охраняющие интересы частного лица, т.е. частное право, признать сделку
недействительной можно лишь по требованию потерпевшей стороны. В первом
случае мы наблюдаем сделку ничтожную, т.е. где недействительность
обнаруживается сама собой по предписанию закона и помимо жалобы
заинтересованного лица; во втором - сделку оспариваемую, т.е. такую
недействительность, которая не вытекает самостоятельно в силу веления
закона, а только на основании жалобы лиц, несущих незаконный или
несправедливый ущерб от сделки, инициатива суда здесь не имеет места.
«...Сделка, ничтожная сама по себе, должна быть признана ничтожной каждым
заинтересованным в ней лицом; сделка же оспариваемая - недействительна
только по желанию потерпевшего, причем недействительность эта не всегда
бывает безусловная»
2
.
Однако говорить, что один вид недействительных сделок наносит ущерб
публичным интересам, а другой нет, не совсем правильно. Так как в любом
случае, недействительная сделка наносит ущерб правопорядку и устойчивости
гражданского оборота. B таком случае, более удачным видится подход,
согласно которому в основе деления недействительных сделок на ничтожные и
оспоримые должны лежать не значимость либо характер интересов,
1
Новицкий И.Б. Сделки. Исковая давность. М., 1954. – 248 с.
2
Растеряев Н. Недействительность юридических сделок по русскому праву. Часть общая и
часть особенная: догматическое исследование. СПб., 1900. – 376 с.
32
нарушаемых сделкой, а специфика самой сделки, ее особые свойства. Только
эти особенности той или иной сделки позволяют отнести ее к разряду
ничтожных либо оспоримых
1
.
Так, Н.B. Рабинович, руководствуясь приведенным суждениям
Новицкого, пишет: «Оспоримые сделки по существу также являются
противозаконными в том смысле, что условия их заключения и само их
существование не соответствуют закону. Они столь же недопустимы, как и
любая ничтожная сделка. Если закон выделяет их в особую группу, то это
совсем не значит, что он признает сомнительным либо спорным несоответствие
их правопорядку или что он руководствуется признаком большей или меньшей
значимости нарушаемых подобной сделкой интересов государства и общества.
Выделение оспоримых сделок объясняется тем, что признание их
недействительными в силу особых, присущих им свойств не может иметь места
без соответствующего заявления потерпевшей стороны (либо
заинтересованного лица). К примеру, для признания недействительности
сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы и т.д., необходимо,
чтобы сам потерпевший подтвердил, что он совершил сделку под давлением
примененного к нему воздействия. Без заявления потерпевшего это
установлено быть не может»
2
.
Следует согласиться с этим мнением, так как именно в этом и
заключается специфика оспоримых сделок – в возможности их оспаривания
кругом лиц, прямо указанных в законе.
Подытоживая сказанное, отмечу, что имеет смысл подразделять
недействительные сделки на ничтожные и оспоримые, с целью возможности их
оспаривания заинтересованными лицами.
Одновременно, привычнее разделяя сделки на ничтожные и оспоримые,
классификацию недействительных сделок в зависимости от несоблюдения
1
Киселёв А.А. Вопросы квалификации и классификации недействительных сделок // Юрист.
2007. № 12. С. 24 – 27.
2
Рабинович Н.В. Недействительность сделок и ее последствия. Л., 1960.
33
отдельных условий действительности сделки ученые проводят не так часто. По
моему мнению, это является упущением, так как деление сделок на ничтожные
и оспоримые – это общее, само собой разумеющееся деление, а классификация
по отдельным условиям – это частное, глубокое изучение конкретных условий
наступления недействительности сделки. В данном случае разумно применение
основных законов логики (таких как анализ и синтез), чтобы подробнее изучить
и распознать особенности классификации недействительных сделок.
Один из основополагающих принципов действительности сделки – ее
соответствие закону.
При реформировании части первой ГК РФ произошла смена презумпции
ничтожности сделки, противоречащей закону, на ее оспоримость, что было
осуществлено в целях обеспечения стабильности и предсказуемости
гражданского оборота.
До проведенных реформ гражданское законодательство содержало
указание на то, что сделка, которая не соответствует требованиям закона или
иным правовым актам, ничтожна, если законом не установлено, что такая
сделка оспорима, или не предусматривает других последствий нарушения
1
.
Обновленная версия ст. 168 ГК PФ исключает данную возможность
2
.
Также хотелось бы отметить, что при анализе ст. 168 ГК PФ прихожу к
заключению, что применение положений указанной статьи наблюдается не
только при нарушении гражданско-правовых норм, но и в случае несоблюдения
норм других отраслей права.
Необходимо указать на то, что нормы о недействительности отдельных
категорий сделок, которые противоречат нормам законодательства, содержатся
1
Шухарева А.В. Коллизионные аспекты недействительности сделок, противоречащих закону
/ А.В. Шухарева // Юридическая техника. – 2017. – № 11. URL:
http://cyberleninka.ru/article/n/kollizionnye-aspektynedeystvitelnosti-sdelok-protivorechaschih-
zakonu (дата обращения: 21.02.2020).
2
Скрыпник Д.О. Целевое толкование закона или иного правового акта при определении
юридической судьбы сделки на основании статьи 168 гражданского кодекса Российской
Федерации / Д.О. Скрыпник // Вестник ЧелГУ. - 2013. - №11 (302). URL:
http://cyberleninka.ru/article/n/tselevoetolkovanie-zakona-ili-inogo-pravovogo-akta-pri-opredelenii-
yuridicheskoysudby-sdelki-na-osnovanii-stati-168-grazhdanskogo (дата обращения: 21.02.2020).
34
в ряде различных нормативно-правовых актов. Некоторые ученые считают, что
недействительность сделок связана и с налоговым законодательством. Однако
данную точку зрения следует уточнить, налоговые последствия связаны с
гражданско-правовой сделкой не напрямую, а опосредованно – через реальные
хозяйственные операции.
Нормы о недействительности сделок содержатся также в статьях 1718.1,
23, 34 ФЗ от 26.07.2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции», где обозначены
полномочия антимонопольного органа на обращение в арбитражный суд с
исками, заявлениями о нарушении антимонопольного законодательства, о
признании торгов недействительными, о признании недействующими либо
недействительными полностью или частично договоров, противоречащих
антимонопольному законодательству.
Сделка (согласно п. 1 ст. 171 ГК РФ) признается недействительной по
причине несоблюдения двух условий действительности сделки: 1)
дееспособность лица; 2) отсутствие пороков воли, в соответствии с которым
лицо, признанное судом недееспособным, не обладает самостоятельной и
осознанной волей на совершение сделки.
Согласно апелляционному определению Ростовского областного суда от
30.11.2015 по делу № 33-18229/2015
1
, были заявлены требования о признании
недействительным договора дарения жилого помещения, применении
последствий недействительности сделки. По обстоятельствам дела решением
суда истица признана недееспособной. На момент заключения договора
дарения истица была лишена возможности понимать значение своих действий и
руководить ими. Суд принял следующее решение: требование удовлетворить,
поскольку ответчик самостоятельно обратился в суд с заявлением о признании
истицы недееспособной, на момент заключения договора дарения ему точно
было известно о состоянии здоровья истицы и возможных последствиях
заключения такого договора.
1
Апелляционное определение Ростовского областного суда от 30.11.2015 по делу № 33-
18229/2015 // СПС «КонсультантПлюс».
35
Согласно апелляционному определению Краснодарского краевого суда от
11.10.2016 по делу № 33-25523/2016
1
, было заявлено требование о признании
недействительной сделки купли-продажи временного торгового павильона. По
обстоятельствам дела опекун, действующий в интересах недееспособного,
указал, что между покупателем и ответчиком заключен договор купли-
продажи, однако решением суда покупатель признан недееспособным.
Решением суда требование было удовлетворено.
Еще один пример из судебной практики. Согласно апелляционному
определению Московского областного суда от 04.04.2016 по делу №
334391/2016
2
, были заявлены требования о признании недействительными
договоров купли-продажи недвижимого имущества, договора дарения,
применении последствий недействительности сделок. По обстоятельствам
истица указала, что решением суда была признана недееспособной, ответчика
назначили ее опекуном. Ответчик, имея цель завладеть ее имуществом, не имея
цели реализовать указанное имущество и потратить денежные средства,
полученные от реализации, на нее, обратился в органы опеки и попечительства,
получил согласие на продажу земельных участков и жилого дома. По решению
суда требование было удовлетворено.
Как видно из судебной практики, взятой из разных регионов РФ, суды,
рассматривая дела по спорам, связанным с признанием недействительными
сделок по ст. 171 ГК РФ, зачастую удовлетворяют требования.
В ходе реформирования законодательства в 2013 году была введена новая
статья в ГК РФ 173.1, в соответствии с которой сделка, совершенная без
согласия третьего лица, органа юридического лица либо государственного
органа или органа местного самоуправления, необходимость получения
которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не
вытекает, что она ничтожна либо не влечет правовых последствий для лица,
1
Апелляционное определение Краснодарского краевого суда от 11.10.2016 по делу № 33-
25523/2016 // СПС «КонсультантПлюс».
2
Апелляционное определение Московского областного суда от 04.04.2016 по делу № 33-
4391/2016 // СПС «КонсультантПлюс».
36
управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Здесь
следует указать на то, что указанная сделка, если она является оспоримой,
может быть признана недействительной только в том случае, если будет
доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать, что на
момент совершения сделки отсутствовало необходимое согласие
уполномоченного на то лица либо органа.
Рассмотрев недействительные сделки, в которых нарушено условие о
соответствии законодательству, хотелось бы перейти к анализу сделок,
совершенных с пороками воли.
Большая часть сделок, которые закреплены в ГК PФ, если в них не будет
соблюдено условие действительности об отсутствии пороков воли, являются
оспоримыми. Закон устанавливает оспоримость таких сделок в связи с тем, что
воля человека – это его личное внутреннее регулирование своего поведения.
Поэтому в данном случае только сам субъект и может утверждать, что имеется
порок воли.
Однако мнимые и притворные сделки, что является исключением из
обозначенного выше правила, по закону являются ничтожными (согласно ст.
170 ГК РФ). В ходе их заключения присутствует порок воли, который
проявляется в виде несоответствия воли и волеизъявления участников
указанной сделки. В данном случае воля либо вообще не направлена на
создание правовых последствий, соответствующих какой-либо сделке (мнимая
сделка), либо воля направлена на создание правовых последствий,
соответствующих иной сделке, не той, которая совершена (притворная сделка).
Что касается судебной практики по поводу применения ст. 170 ГК PФ, то
тут происходит довольно интересная ситуация: в большинстве исков суды
отказывают в удовлетворении требований о признании сделки мнимой и
притворной.
37
Так, согласно Постановлению Арбитражного суда Северокавказского
округа от 10.10.2014 по делу № А01-1/2013
1
, было заявлено требование о
признании недействительным договора дарения долей уставного капитала
общества. По обстоятельствам дела истцы считали оспариваемую сделку
притворной. Суд в удовлетворении требования отказал, поскольку у
оспариваемого договора отсутствуют признаки как мнимости, так и
притворности сделки.
Анализ судебной практики позволяет прийти к выводу, что зачастую
суды не удовлетворяют исковые требования о признании сделки мнимой и
притворной. Видимо, это происходит по той причине, что доказать мнимость и
притворность сделки бывает достаточно трудно.
В своей практике я часто сталкиваюсь с делами связанными с признанием
сделок недействительными, особенно в рамках рассмотрения дел о признании
юридических или физических лиц несосотоятельными (банкротами) как со
стороны должников, так и со стороны кредиторов.
Естественное право может поставить под сомнение сделку со стороны
пороков воли как естественных пороков сделки, возникающих помимо закона.
Но в этом случае сделка как факт, естественно, сохраняется, что очевидно из
самого понятия оспоримости сделки: предметом спора является факт, а при
отсутствии спора факт сделки не может быть поставлен под сомнение. Отсюда
следует, что в обосновании нуждаются прежде всего позитивное право,
лишающее сделку ее действия вопреки воле сторон (при этом стороны далеко
не всегда имеют желание опереться на закон для придания сделке юридической
силы).
Акты, основанные на воле сторон, называемые сделками, люди
совершают потому, что они понимают значение прав и обязанностей в своей
жизни, и, совершая такие действия, они ставят перед собой цель достичь
юридического результата. Изъявление воли порождает правовые последствия.
1
Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.10.2014 по делу №
А01-1/2013 // СПС «КонсультантПлюс».
38
В рамках дел о банкротстве при процедуре реализации имущества
подаются иски о признании сделок недействительными по тем или иным
обстоятельствам.
Одним из наиболее сложных в данных делах доказать такие основания
недействительности сделок как злоупотребление правом и мнимость или
притворность сделок.
Ранее Президиум ВАС РФ допустил оспаривание сделок по основаниям
ст. 10 ГК PФ как незаконных, если они совершены в результате
злоупотребления правом. Это мнение с самого начала имело неустранимый
теоретический изъян: нет такого субъективного права, как право на заключение
сделки; для заключения той или иной сделки достаточно иметь дееспособность,
а ею невозможно злоупотребить. Это разъяснение породило продвижение
принципа добросовестности, закрепленного в ст. 1 ГК PФ в закон и в практику.
Изменения, создаваемые закреплением принципа добросовестности,
состоят в том, что наряду с действиями правомерными и противоправными
возникают и недобросовестные, которые при внешней правомерности могут
влечь, однако, различные неблагоприятные последствия.
Под недобросовестным поведением понимаем действия, нарушающие
интересы другого лица, в результате чего другое лицо, потерпевшее от
недобросовестного поведения, вправе требовать защиты от недобросовестности
нарушителя.
Норма о недопустимости злоупотребления гражданскими правами
закреплена в п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда PФ от
30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по
основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности
(банкротстве)".
На практике можно встретить такие случае, когда лица, например бывшие
супруги, в преддверии банкротства заключают соглашения по уплате
задолженности по алиментам на содержание несовершеннолетних детей. К
сожалению, судебная практика по таким вопросам не принимает довод истца
39
(финансового управляющего или кредиторов) о злоупотреблении правом. При
этом совершенно очевидно злоупотребление правом, в виду подтвержденной
осведомленности обеих сторон о наличии у плательщика алиментов
множественных денежных обязательств и отсутствия судебных споров по
установлению алиментов. Или для исполнения алиментных обязательств
передается движимое и недвижимое имущество. В данном случае в приоритете
у суда исключение риска нарушения прав детей на необходимый уровень
жизни. Для этого необходимо доказать, что размер алиментов и порядок их
уплаты, прописанный в соглашении, носит явно завышенный, чрезмерный и
недобросовестный характер, причиняющий вред другим кредиторам должника.
В данном случае мы наблюдаем практически неоспоримый способ отчуждения
имущества, в разумных пределах, с целью предотвращения возможного
обращения на него взыскания или вывода денежных средств с целью
уменьшения конкурсной массы, несмотря на отнесение законодательством
указанных целей к злоупотреблению правом.
Такие же цели преследует и мнимая сделка. Стороны мнимой сделки
осуществляют действия, инсценируя сделку с целями, отличными от тех, на
которые указывает закон, описывая сделку. Обычный пример мнимой сделки -
укрытие имущества от взыскания, маскируемое сделкой об отчуждении
вероятным должником своего имущества третьему лицу.
Так как мнимая сделка не направлена на установление прав и
обязанностей, она не исполняется, ведь передача вещи, имущества или денег,
выполнение работ, оказание услуг, т.е. исполнение обязательства,
обнаруживают как раз намерение создать правовые последствия. B то же время
возможна и инсценировка исполнения: при отсутствии оказанных услуг или
передачи имущества составляются фиктивные акты об оказании услуг или
приема-передачи соответственно, что выдаются за выполненные по мнимой
сделке обязательств. Поэтому при доказывании мнимости сделки следует также
опровергнуть доказательства ее исполнения.
40
Передача имущества в собственность или передача имущества в
пользование (по договору аренды и т.п.). Иногда стороне мнимой сделки
имущество действительно вручается: например, автомобиль, которым мнимый
получатель управляет. Такого получателя имущества нельзя считать
владельцем этого имущества в точном смысле этого слова, так как владелец,
вправе использовать имущество для собственных целей по своему усмотрению,
без всяких ограничения воли иного лица (при аренде такие ограничения
установлены договором, но в их рамках владелец также правомочен
использовать вещь собственной волей). А получатель имущества по мнимой
сделке не получает от другой стороны никакой возможности ею пользоваться в
полном объеме, например невозможности регистрации транспортного средства
в органах ГИБДД, заключению полиса ОСАГО. Так как сторона мнимой сделки
не приобрела имущество по смыслу ст. 167 РФ, она его возвращать и не
должна, а значит, имущество осталось во владении мнимого продавца
(арендодателя и т.д.). Для целей вытекающих из ст. 398 ГК PФ требований о
выдаче проданной вещи также необходимо исходить из того, что вещь,
переданная по мнимой сделке, осталась у продавца и может быть истребована
покупателем. Есть и иные ситуации, когда приведенные положения будут
иметь главенствующее положение и для существа спора, и для выбора средств
защиты.
Регистрация права на недвижимое имущество не является исполнением
сделки (её обязательств). Одна только регистрация права не препятствует
признанию сделки мнимой. Надо отметить, что именно регистрация права
собственности и выступает обычным средством маскировки истинных
намерений при совершении мнимого отчуждения недвижимости. Поэтому
доводы, что регистрация права делает невозможной квалификацию сделки по
отчуждению или о распоряжении недвижимым имуществом как мнимой -
ошибочны.
Ситуация несколько иная с автотранспортными средствами, т.к.
регистрация транспортного средства в органах ГИБДД не является