88
приравнивается к отсутствию документов. Пункт 3.2 статьи 3 Закона об
обществах с ограниченной ответственностью предлагается изложить в
следующей редакции:
«3.2. Пока не доказано иное, предполагается, чтообществом,
исключенным из единого государственного реестра юридических лиц в
порядке, установленном федеральным законом о государственной
регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, не
исполнены обязательства перед кредитором вследствие недобросовестных
действий лица, осуществлявшего полномочия единоличного
исполнительного органаобщества на дату внесения записи об исключении
общества из единого государственного реестра юридических лиц, при
наличии следующих обстоятельств:документы бухгалтерского, налогового,
кадрового и статистического учета и отчетности, в том числе первичные
учетные документы и регистры учета, и (или) документы отчетности,
обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена
законодательством Российской Федерации, отсутствуют. Непредставление
указанных документов по требованию суда лицом, осуществлявшим
полномочия единоличного исполнительного органа общества на дату
внесения записи об исключении общества из единого государственного
реестра юридических лиц, приравнивается к отсутствию документов».
Вводимая в законпрезумпция не должна применяться в отношении
руководителя, который докажет, что документы были утрачены не им, а
предыдущим руководителем, что документы были утрачены не по его вине и
он предпринимал носящие реальный характер попытки их найти. На
практике таким попытками являются, например, истребование документов у
бывшего руководителя, попытки восстановления документов, уведомление
уполномоченных органов о недобросовестных действиях предыдущего
руководителя, в том числе заявления о возбуждении уголовного дела.
Субсидиарная ответственность по обязательствам общества с
ограниченной ответственностью, исключенного регистрирующим органом из