62
Назначением безотзывной доверенности является защита прав и
интересов представителя или лиц, от имени или в интересах которых действует
представитель. С помощью безотзывной доверенности исполняется
обязательство или обеспечивается исполнение обязательства, стороной
которого выступает представляемый, т.е. лицо, выдавшее доверенность. Вместе
с тем выдача доверенности не лишает представляемого права совершать
юридические действия, полномочие на совершение которых было
предоставлено представителю. Возвращаясь к приведенному выше примеру
использования безотзывной доверенности, очевидно, что продать имущество
может как Б. (заимодавец, получивший безотзывную доверенность), так и
собственник имущества - А. (заемщик, т.е. лицо, выдавшее доверенность).
Представитель Б. в рассматриваемой ситуации не имеет никаких правовых
способов воздействия на А.
Полномочие, которым обладает Б. на основании доверенности, не
прекращает субъективное гражданское право А. на распоряжение
принадлежащим ему имуществом. Полномочие представителя можно
анализировать как угодно и как субъективное право, и как юридический факт,
но от этого не меняются субъективные права представляемого. Полномочие
представителя, полученное им по доверенности, нельзя считать субъективным
правом, переданным представляемым представителю. Даже если анализировать
полномочие представителя в качестве субъективного гражданского права, то
это право, безусловно, связано с правом лица, выдавшего доверенность, но
субъективное право представителя является самостоятельным субъективным
правом, это не то право, которое принадлежало представляемому. Таким
образом, по доверенности не передается субъективное право представляемого,
а передается полномочие, которое, в свою очередь, становится субъективным
гражданским правом. В пользу того, что полномочие представителя становится
субъективным гражданским правом свидетельствует также тот факт, что с
субъективным правом представителя корреспондирует обязанность лица,
63
выдавшего доверенность. Последнее обязано принять то, что было совершено
представителем в рамках, имеющихся у него полномочий.
Конечно, в данном случае нет прямой корреспонденции прав и
обязанностей представителя и представляемого, тем не менее, именно у
представляемого появляются права и обязанности в результате совершенных
представителем действий. В связи с высказанным нельзя согласиться с мнением
Р.А. Беседина, который пишет, что безотзывная доверенность "порождает
возникновение субъективного права, а не полномочия, т.к. последнее
реализуется не в интересах представителя, а в интересах представляемого".
Доверенность всегда порождает полномочие, в противном случае нивелируется
смысл и назначение доверенности. Несмотря на существующие особенности,
безотзывная доверенность все же является разновидностью доверенности и,
пока мы признаем безотзывную доверенность доверенностью, на нее
распространяются общие положения о доверенности с теми исключениями,
которые специально предусмотрены в отношении безотзывной доверенности.
Осуществление обязательства, равно как и обеспечение его исполнения
осуществляется на основании условий обязательства или закона. Если в рамках
обязательства, во исполнение или в целях обеспечения исполнения которого
стороны оговорят выдачу безотзывной доверенности и прямо предусмотрят
обязанность представляемого воздержаться от осуществления субъективного
гражданского права, полномочие на осуществление которого передается
представителю, то неисполнение представляемым этой обязанности можно
квалифицировать как иное заведомо недобросовестное осуществление
гражданских прав (злоупотребление правом) со всеми правовыми
последствиями.
Всё же в случае отсутствия таких договоренностей между
представляемым и представителем или представляемым и лицами, от имени
или в интересах которых будет действовать представитель, безотзывную
доверенность нельзя считать способом исполнения обязательства или способом
обеспечения его исполнения.
64
Во-первых, такие способы прямо не названы в ГК РФ, а формулировку п.
1 ст. 188.1 ГК РФ можно полагать условной: выдача безотзывной доверенности
осуществляется в целях исполнения обязательства или обеспечения его
исполнения.
Во-вторых, ни в норме о безотзывной доверенности, ни в главе 10 ГК РФ
"Представительство. Доверенность", куда структурно входит рассматриваемая
норма, нет указания на то, что к положениям о безотзывной доверенности
применяются нормы об обязательствах. Таким образом, не исключено
дословное толкование п. 1 ст. 188.1 ГК РФ, согласно которому безотзывная
доверенность не будет пониматься как способ исполнения или как способ
обеспечения исполнения обязательства, а будет учитываться лишь цель ее
выдачи.
В-третьих, независимо от того, как мы понимаем безотзывную
доверенность и факт ее выдачи, норма о безотзывной доверенности является
декларативной, если в рамках обязательства, во исполнение или в целях
обеспечения осуществления которого выдается безотзывная доверенность, не
предусмотрены: а) обязанность представляемого воздержаться от
осуществления субъективного права, полномочие на осуществление которого
передано представителю, б) ответственность представляемого за нарушение
обязательства воздержаться от осуществления субъективного гражданского
права, полномочие на осуществление которого передается представителю,
и/или в) прямая ссылка на главу 22 ГК РФ "Исполнение обязательств" или
главу 23 ГК РФ "Обеспечение исполнения обязательств".
Согласно п. 1 ст. 185 ГК РФ доверенностью признается письменное
уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для
представительства перед третьими лицами. В соответствии с п. 3 ст. 182 ГК РФ,
представитель не может совершать сделки от имени представляемого в
отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем
которого он одновременно является, за исключением случаев,
предусмотренных законом. Сделка, которая совершена с нарушением данных
65
правил и на которую представляемый не дал согласия, является оспоримой.
Она может быть признана недействительной, если она нарушает интересы
представляемого (последнее предполагается, если не доказано иное).
Возвращаясь к приведенному выше примеру применения безотзывной
доверенности, смоделируем ситуацию: в случае неисполнения обязательства А.
по возврату суммы займа в оговоренный срок представитель Б. продает
имущество А. самому себе. В случае оспаривания А. совершенной сделки
сможет ли Б. доказать, что интересы А. не нарушены? Ответ на этот вопрос не
является однозначным. Если в доверенности была оговорена цена, по которой
возможна продажа имущества, и Б. продал имущество по оговоренной или по
более высокой цене, то ответ на вопрос будет положительным. Если же цена не
была оговорена в доверенности, то ответ будет, скорее всего, иным.
Лицо, которым была выдана доверенность, имеет возможность в любой
момент отменить ее, а лицо, которому соответствующая доверенность была
выдана, - отказаться от доверенности. Соглашение по поводу отказа от данных
прав является ничтожным. Данное положение, предусмотренное пунктом
вторым статьи 188 ГК РФ, до недавнего времени характеризовалось
отсутствием изъятий.
Положение, согласно которому законодатель признал твердость права на
отзыв доверенности и ничтожность соглашений, предусматривающих отказ от
данного права, исходило из доктринально признанной квалификации выдачи
доверенности как сделки, определяющим признаком которой является
фидуциарность отношений между ее участниками.
Возникновение и нормальное существование правовых отношений,
обусловленных выдачей письменного уполномочия в целях представительства
в отношении третьих лиц возможно лишь в случае, если имеется особое,
повышенное доверие и расположение, которое доверитель оказывает
получателю доверенности. В этой связи право доверителя на отмену
доверенности в любой момент, представляя собой имманентную
характеристику представительства по доверенности, являлось проявлением и -
66
с учетом положения пункта второго статьи 188 ГК РФ гарантией обеспечения
доверительных отношений в рамках правовой связи между представителем и
представляемым.
Вместе с тем, несмотря на фидуциарный характер отношений
представительства по доверенности и обеспечение государством устойчивости
права на отмену доверенности, последнее, как и любое субъективное
гражданское право, не может использоваться вразрез с его назначением,
должно иметь заранее установленные границы и, что самое важное,
принципиально может быть подвергнуто ограничению в целях, указанных в ст.
1 ГК РФ, особенно в случаях, когда речь идет об использовании доверенности в
качестве инструмента исполнения юридических обязанностей.
Потребность в том, чтобы ограничить право на отмену доверенности,
наиболее выражена в обрасти такой сфере, как корпоративно-правовая.
Например, если лица, участвующие в договоре по поводу реализации прав
участников ООО (акционерного соглашения) пришли к договренности
голосовать на общем собрании участников или акционеров конкретным
образом, и для этого произвели выдачу доверенности на участие в собрании и
согласованное голосование определенному члену подобной организации, либо
по согласованию определенному третьему лицу, объяснимым является
желание обеспечить невозможность или затруднить возможность отзыва
подобной доверенности, чтобы обеспечить исполнение условий,
предусмотренных корпоративным соглашением. В случае, если доверенность
составляется фактически не в целях представительства, а для того, чтобы
доверитель исполнил на основе заключенного с поверенным договора по
поводу отчуждения акций обязанности, связанные с переносом на
приобретателя права на участие в собрании акционеров (в соответствии с
пунктом вторым статьи 57 ФЗ N 208-ФЗ от 26.12.1995, регламентирующим
деятельность акционерных обществ при передаче акций после даты, на
которую составлен список лиц, обладающих правом участвовать в общем
собрании акционеров, и до даты, когда проводится общее собрание акционеров
67
лицо, которое включено в указанный список, несет обязанность по выдаче
приобретателю доверенности на голосование или осуществление голосования
на общем собрании согласно указаниям приобретателя акций), также требуется
ограничивать право на отмену доверенности.
Осознание указанной потребности и стремление повысить
инвестиционную привлекательность отечественной экономики посредством
внедрения в российское гражданское законодательство апробированных в
зарубежных правопорядках и привычных для иностранных инвесторов
юридических механизмов обеспечения коммерческой уверенности в
корпоративных отношениях предопределили появление идеи о закреплении в
ГК РФ института безотзывной доверенности.
Изначально было запланировано введение нормы, регулирующей
безотзывные доверенности, непосредственно в раздел ГК РФ, регулирующий
статус юрлиц, в статью, регулирующую особенности управления в
хозяйственных обществах и товариществах. В соответствии с пунктом пятым
статьи 67.1 ГК РФ в проекте Федерального закона о внесении изменений в ГК
части 1-4 ГК РФ, который был опубликован в сентябре 2011 г.,
предусматривалось, что для исполнения обязанностей, обусловленных
корпоративным договором, его стороной, представляющей собой
коммерческую организацию или индивидуального предпринимателя, может
быть произведена выдача доверенности, отмена которой до окончания срока ее
действия исключается, кроме случаев, когда прекращается корпоративный
договор применительно к выдавшему ее лицу (безотзывная доверенность).
Сторонники подхода, предусматривающего необходимость ввести институт
безотзывной доверенности, отмечали, что решение по поводу частичного
включения механизма ограничения права отменять доверенностей лишь в
сфере корпоративного права является отнюдь не случайным, что возможность
выдавать безотзывные доверенности как общее правило недопустима.
По замечанию авторов проекта внесения изменений в ГК РФ, вводя
безотзывные доверенности, законодателю необходимо учитывать появление
68
легальной возможности совершения от имени доверителя действий,
являющихся юридически значимыми вопреки воле доверителя, несмотря на ее
прямое выражение.
Несмотря на то, что использование доверенностей не в соответствии с
прямым назначением, в т.ч. и для того, чтобы обеспечивать исполнение
обязанностей, обусловленных корпоративными соглашениями, представляет
собой наглядный пример неэффективности нормативной регламентации, и что
ущемление права отменять доверенность приводит к разрушению конструкции
фидуциарных отношений представительства в соответствии с доверенностью,
подобное точечное (в порядке исключения) использование института
безотзывной доверенности в области корпоративных отношений может
являться оправданным.
Однако фактически следствием обновления предусмотренных
гражданским законодательством положений о доверенности привело к
генерализации данного частного решения. С первого сентября 2013 г. общее
правило, регулирующее отмену доверенностей, было изменено с внесением
оговорки по поводу законного изъятия. В соответствии с пунктом вторым
статьи 188 ГК РФ, в ред. ФЗ от 07.05.2013 г. N 100-ФЗ, лицо, которым выдана
доверенность, вправе произвести отмену доверенности либо передоверия,
кроме случая, который предусмотрен в статье 188.1 ГК РФ, которая также была
введена данным Законом. Правила статьи 188.1 ГК РФ предусматривают, что
может быть выдана безотзывная доверенность, т.е. доверенность, в которой
представляемым указано, что она не может быть отменена до окончания срока
ее действия либо может быть отменена только в предусмотренных в
доверенности случаях.
Даже если отвлечься от представляющегося принципиально неверным
реформирования отечественного гражданского законодательства в направлении
установления возможности исключения права на отмену доверенности,
выступающего гарантией и одновременно конституирующим признаком
фидуциарности отношений порождаемого доверенностью представительства, а
69
равно в направлении поощрения искусственного, притворного использования
института доверенности не по прямому назначению, нельзя не констатировать,
что столь поспешное и доктринально неподготовленное законодательное
санкционирование существования безотзывных доверенностей вызвало ряд
проблемных вопросов.
В первую очередь следует отметить сомнительность обоснованности
введения непосредственно наименования "безотзывная доверенность".
Возникает вопрос, может ли называться безотзывной доверенность, отзыв
которой, как следует из статьи 188.1 ГК РФ, может быть осуществлен, если
представляемый ввел лишь ограничение на право ее отменить посредством
определенных условий, и которая будет отменена в любом случае после того,
как прекратится обязательство, для исполнения либо обеспечения исполнения
которого состоялась выдача доверенности, и в любое время при
злоупотреблении представителем собственными полномочиями, а также в
случае возникновения обстоятельств, которые с очевидностью
свидетельствуют, что подобное злоупотребление может быть совершено.
Видится очевидным, что в данном случае налицо не введение института
безотзывной доверенности, а допущение в порядке пункта второго статьи 1 ГК
РФ определенного (хотя и достаточно ощутимого) самоограничения лицом,
выдающим доверенность, своего гражданского права отменять доверенность
применительно к определенным случаям.
Во-вторых, формулировка положения, предусмотренного пунктом
первым статьи 188.1 ГК РФ, которая ограничивает область применения
безотзывных доверенностей, не может считаться достаточно продуманной.
Установлено, что выдача безотзывных доверенностей может
производиться для того, чтобы исполнять или обеспечивать исполнение
обязательств представляемого перед представителем либо лицами, от чьего
имени или в чьих интересах действует представитель, если подобное
обязательство обусловлено осуществлением деятельности
предпринимательского характера.
70
Связывая возможность выдавать безотзывную доверенность с
необходимостью устанавливать связь отношений, в рамках которых
производится выдача данной доверенности, с осуществлением деятельности
предпринимательского характера, законодатель не предусмотрел, должно ли
быть проявлением подобной связи поведение одного только представляемого
лица, кого-либо из субъектов данных отношений (таких, как представляемый,
представитель, третье лицо, указанное в норме), или всех участников данных
отношений.
Осуществляя толкование данного правила, следует принимать во
внимание, что вследствие ограничения права на отмену безотзывной
доверенности возникает повышенный риск лишь для лица, являющегося
представляемым, и в этой связи можно сделать вывод о том, что выдача
безотзывной доверенности может производиться лишь лицом, которое
осуществляет деятельность предпринимательского характера.
В то же время подобный вывод может поставить под сомнение
возможность достичь цели, для которых был введен институт безотзывной
доверенности, в первую очередь - создать простой, удобный, надежный
механизм, позволяющий обеспечивать имущественные интересы субъектов,
участвующих в корпоративных отношениях, которые могут и не являться ( и
зачастую не являются) предпринимательскими.
Принимая во внимание, что согласно п. 2 ст. 188.1 ГК РФ безотзывная
доверенность должна быть нотариально удостоверена, при отсутствии
законодательного уточнения или соответствующего компетентного
правоприменительного разъяснения по указанному моменту, представляется
практически неосуществимой выдача доверенности представителем, не
являющимся предпринимателем, лицу, деятельность которого не носит
предпринимательских признаков.
Так, в соответствии со статьей 163 ГК РФ в редакции вышеуказанного ФЗ
№ 100-ФЗ, нотариальное удостоверение сделки есть выражение проверки
законности сделки, в т.ч. наличия у сторон сделки права ее совершить. Таким
71
образом, нотариусы, удостоверяя каждую безотзывную доверенность, должны
устанавливать многочисленные обстоятельства - имеется ли обязательство
представляемого перед представителем либо в отношении третьих лиц, от чьего
имени или в чьих интересах действует представитель; существует ли связь с
деятельностью предпринимательского характера; имеется ли соответствие
между содержанием доверенности и действительными намерениями
представителя и представляемого, и нет ли противоречия предусмотренным
законом требованиям.
В-третьих, особо актуальным в отношении безотзывной доверенности
является не решенный до конца вопрос по поводу порядка, согласно которому
должен совершаться акт отмены доверенности, которая облечена в
нотариальную форму.
В судебной практике имеется подход, в соответствии с которым
необходимо оформлять отмену нотариальной доверенности в нотариальном
порядке.
На основе статьи 156 ГК РФ, устанавливающей, что в отношении
односторонних сделок подлежат применению общие положения,
регулирующие обязательства и договоры, если это не противоречит
положениям закона, односторонности сделки и ее существу, суды приеняют
положение к норме пункта первого статьи 452 ГК РФ, в соответствии с которой
соглашение по поводу изменения или расторжения договора должно
совершаться в форме, идентичной форме договора, если закон, иные правовые
акты, договор или обычай делового оборота не обуславливают иного, и
приводят к выводу о необходимости нотариального удостоверения отмены
доверенности как односторонней сделки, которая направлена на то, чтобы
прекратить последствия односторонней сделки, связанной с выдачей
доверенности, если таковая совершена нотариально.
Подобный вывод не поддерживается другими судами, со ссылкой на то,
что он не может быть сделан ни при буквальном толковании положений статьи
188 ГК РФ, ни на основе положений предусмотренных статьей 86 Основ