«человеческий капитал» в «узком» (с точки зрения знаний, навыков,
способностей личности) представлении о данном явлении (Хекман, 1963;
Хермансон, 1964; в более поздних работах: Беккер, 1993; Топел, 1990; Биати,
Смит, 2010 – здесь также прослеживаются основные идеи, свойственные
данному этапу) с проявлением повышенного интереса к исследованию данной
категории с точки зрения использования финансовых методов при оценке
человеческого капитала.
Второй этап (1970–1990 гг.) ознаменован, с одной стороны, снижением
интереса к анализу человеческого капитала, с другой стороны, усложнением
его структуры по мере выделения таких составляющих, как инвестиции в
защиту и поддержание здоровья, в профессиональное обучение и развитие, в
мобильность населения с целью изменения условий занятости, овладения
необходимой информацией в условиях рынка труда.
Третий этап эволюции понятия «человеческий капитал» (с начала 1990-х
гг. и по настоящее время) обусловлен использованием в «широком» смысле
трактования человеческого капитала в качестве источника конкурентного
преимущества (Вард, 2000), при этом оценивались не только величина
человеческого капитала и финансовые показатели, но и его нематериальная
составляющая (Рослендер и Дайсон, 1992).
Необходимо отметить, что в 1960-х гг. – начале XXI в. происходило
изменение понятия (в т.ч. по содержанию): изначальные компоненты
человеческого капитала (образование, поддержание здоровья,
профессиональная мобильность) были расширены до уровня мотивов,
обязательств, особенностей поведения работника. Анализируя изменение
понятия «человеческий капитал» с исторической точки зрения, необходимо
отметить, что на протяжении обозначенных трех этапов осуществлялось
усложнение структуры данного понятия – от одной базовой доминанты
(образование) до выделения в его составе таких компонентов, как здоровье,
культура и экономическая составляющая. Осуществлялись изменения и в
оценке сущности понятия «человеческий капитал»: изначально