
74
налога) со стороны компании (физического лица), хеджирующей свои риски на
рынке деривативов. Кроме того, процедура доказательства отсутствия
спекулятивной составляющей в сделках на срочном рынке занимала достаточно
длительное время (до одного года), и не всегда результатом было принятие
решения в пользу налогоплательщика.
Сегодня, предприятие, осуществляющее процессы хеджирования, может
рассчитывать на сальдирование финансовых результатов от основной
деятельности и от сделок с деривативами на срочном рынке. Не вызывает
сомнений тот факт, что принятые нормы способствовали развитию в России
института хеджирования рисков на рынке срочных финансовых инструментов.
Однако, несмотря на явно прогрессивный характер принятых норм,
необходимо отметить, что налоговые органы по-прежнему используют
неформализованный, индивидуальный подход по разграничению сделок на
срочном рынке на спекулятивные и хеджерские. В результате предприятие,
хеджирующее риски на рынке деривативов, не застраховано от того, что в
конце налогового периода столкнется с требованием налоговых органов вести
раздельный учет финансового результата от сделок с деривативами и от
основной деятельности
.
Законодатель позволяет предприятиям-хеджерам учитывать финансовый
результат, полученный на рынке срочных финансовых инструментов, при
расчете налога на прибыль. Однако данная норма права действует лишь в
отношении тех сделок, которые признаются сделками хеджирования. Другими
словами, убыток, полученный за счет совершения спекулятивных сделок на том
же рынке, не учитывается при расчете налога на прибыль от основной
деятельности предприятия.
Таким образом, в настоящее время сделки, признанные законодателем
сделками хеджирования, позволяют сальдировать финансовый результат,
полученный от основной деятельности предприятия и на срочном финансовом
Ахмадуллина, А.Р. Хеджирование валютных рисков: джекпот, подушка безопасности или игра с
огнем? / А.Р. Ахмадуллина, М.В. Чернышова // Высшая школа. — 2016. — Т. 1. — № 22. — С. 18-19