67
Игры в библиотеку, издательство, мастерскую дополняют одна вторую.
В «издательстве» дети осуществляют заказы «библиотеки», в «мастерской»
чинят книги. Дети не только лишь перед игрой подготавливают все
необходимое для нее, но работают и в процессе самой игры. Это обогащает их
игровое творчество и содействует вырабатыванию длинных игр [7, стр. 50].
В «мастерской» дети проглядывают книгу и устанавливают, какую тут
нужно починку (прошить ли книгу, подклеить ли полоску к переплету, сделать
обложку и т. д.), подбирают бумагу соответствующего окраски и величины,
подклеенные страницы прокладывают. Те, кто раньше всех усваивает навыки
починки книг, обучают остальных. При подобной организации труда в
«мастерской» увеличивается ответственность ребят за выполнение не только
лишь собственной работы, но и работы друга, которого он обучал. Приняв на
самого себя роль специалиста, воспитанник постоянно следит за тем, каким
образом осуществляет работу его ученик, выражая при этом заботу, желание в
любое время поддержать и подсказать ему, если у него что-то не выходит. «Что
ты крутишься и спешишь, — с горечью произносит Коля (мастер) Полине. —
Нужно совершать все точно, а то выйдет некрасиво и чумазо». «Ты сама
попробуй сшить, а то и не научишься, если будешь только лишь глядеть», —
заявляет Света застенчивой Лизе, демонстрируя ей, где нужно прошивать
книгу.
В этаких играх, как «Издательство» и «Мастерская» взаимно
дополняются игра и труд. Это характерно для игр ребят 7-го года жизни.
Игровое оформление рабочих воздействий придает им установленную
эмоциональную расцветку, содействует тому, что ребята, работая в роли
художника, писателя, печатника, удовлетворяют собственные художественные
увлечения, желание быть схожими на людей, чей работа они представляют.
Оценка труда («Какой же ты мастер, если сам не умеешь прошить хорошо
книгу») влияет на детей мощнее любых поучительных бесед. Сквозь образ, в
какой входит ребенок, педагог воздействует на его поведение [8, стр. 181].