74
Следовательно, участникам юридического лица предоставляется
возможность приобретения исключительного права до ликвидации
юридического лица, в данном случае можно не обращаться к институту
распределения имущества. Необходимо отметить, что в нередких случаях это
приводит к затягиванию самого ликвидационного процесса, кроме того,
возникают лишние расходы этого участника. Помимо этого, будет не совсем
логичным использовать другие способы отчуждения исключительного права,
притом, что при ликвидации институтом распределения имущества между
участниками должна обеспечиваться возможность приобретения
исключительного права. Однако на практике существуют сложности
следующего рода: в соответствии с положениями ст. 1234 ГК РФ отчуждение
исключительного права должно осуществляться на основании договора об его
отчуждении или же путем перехода исключительного права к другим лицам
без договора по основаниям и в случаях, установленных законодателем, в т.ч.,
в порядке универсального правопреемства (реорганизация, наследование
юридического лица), а также при обращении взыскания на имущество,
принадлежащее правообладателю (ст. 1241 ГК РФ).
Первое, что необходимо сделать: в процессе распределения оставшегося
имущества между участниками юридического лица разобраться с наличием
договора об отчуждении. В сущности, акт о результатах распределения
имущества между учредителями, в котором закреплено распределение
исключительных прав может быть похож на договор об отчуждении
исключительного права. Однако, по мнению В.В. Совы, договором об
отчуждении исключительно права не может признаваться такой акт
1
. В
обоснование данной позиции автором приводятся следующие доводы:
подобным актом подтверждаются лишь события, действия и факты, акт
1
Сова В.В. Судьба прав на товарные знаки и наименования места происхождения товаров
при ликвидации юридического лица и прекращении деятельности индивидуального
предпринимателя // Имущественные отношения в Российской Федерации. 2014. № 8 (155).
С. 87.
75
составляется лишь с целью подтверждения получения учредителями того или
иного имущества. Также, по мнению В.В. Совы, распределением имущества
ликвидированного юридического лица не подразумеваются обязательства
учредителей по уплате какого-либо вознаграждения, однако обязательная
часть договора об отчуждении исключительного права – это условие о размере
вознаграждения или же его отсутствии (п. 3 ст. 1234 ГК РФ). Таким образом,
в распределении имущества отмечается отсутствие договорных отношений.
Следовательно, далее необходимо выяснить наличие возможности
внедоговорного перехода исключительных прав при распределении
имущества на основании ст. 1241 ГК РФ. Указанной статьей закреплена
возможность перехода исключительных прав без договора по основаниям и в
случаях, установленных законодательством, в том числе, это порядок
универсального правопреемства. Гражданское законодательство не
устанавливает конкретных случаев перехода исключительных прав при
распределении имущества между кредиторами во время ликвидационных
процедур.
Б.Б. Черепахин в своих трудах отмечал, что под универсальным
правопреемством предлагается понимать переход имущества лица как
совокупности прав и обязанностей, принадлежащих ему, к правопреемнику
либо правопреемникам как единое целое. Ученым выделялось и сингулярное
(частичное) правопреемство, под которым предлагалось понимать переход к
правопреемникам отдельных прав и обязанностей либо отдельной
совокупности прав и обязанностей
1
.
Из анализа приведенных определений, нормативным понятием
ликвидации исключается лишь универсальное правопреемство, в этой связи в
научной литературе существуют дискуссии о возможности сингулярного
правопреемства после ликвидации.
1
Черепахин Б.Б. Труды по гражданскому праву. М.: Статут, 2001. С. 221.
76
3.3. Пути совершенствования института исключительных прав
юридического лица
Законодательство, регулирующее охрану товарных знаков, имеет
пробелы:
а) не конкретизирует область применения товарного знака как
коммерческую конкурентную сферу деятельности хозяйствующих субъектов;
б) некоммерческая организация при регистрации товарного знака может
указывать любой перечень классов из Международной классификации
товаров и услуг, а также предоставлять в отношении этих классов
лицензионные договоры, тем самым выходя за границу цели своей
деятельности, и по факту осуществлять коммерческую деятельность
юридического лица. Кроме того, некоммерческая организация может
предоставлять лицензионный договор в отношении товарного знака,
содержащего наименование такой организации, что не допускается в
отношении товарных знаков, содержащих фирменные наименования. Следует
указать в абз. 1 п. 4 ст. 54 ГК РФ, что наименование коммерческого
юридического лица является фирменным, и тем самым снять противоречие ст.
54 и 1473 ГК РФ о структуре данных средств индивидуализации юридических
лиц.
В работе показано, что совместное владение товарным знаком при
процедуре банкротства одного из правообладателей может затруднять
делопроизводство, усложнять процесс проведения процедуры банкротства,
уменьшать конкурсную массу и противоречить цели производства по делу о
несостоятельности. Видится целесообразным дополнить нормативно-
правовую базу законодательства Российской Федерации положением для
решения спорных ситуаций, возникающих при ограничении распоряжения
исключительным правом на товарный знак совместным владением, и
77
проецировать данный подход на результаты интеллектуальной деятельности в
целом. Предлагается изложить текст абз. 2 п. 3 ст. 1229 в следующей редакции:
«Распоряжение исключительным правом на результат интеллектуальной
деятельности или на средство индивидуализации осуществляется
правообладателями совместно, если настоящим Кодексом или соглашением
между правообладателями не предусмотрено иное.
В случае проведения процедуры банкротства в отношении одного из
правообладателей иные обладатели исключительных прав на тот же результат
интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации с
сохранением за ними права на вознаграждение не имеют права препятствовать
отчуждению исключительного права на результат интеллектуальной
деятельности или средство индивидуализации в рамках конкурсного
производства, если соглашением между правообладателями не предусмотрено
иное».
Таким образом, предполагается закрепить на законодательном уровне
обязанность правообладателей исключительного права на результаты
интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации
содействовать целям и задачам института банкротства. Положительный
эффект от данного подхода позволит сделать процедуру банкротства более
оперативной и прозрачной, что является актуальной проблемой, поскольку на
практике данная процедура зачастую затягивается на годы.
Требуется решение проблемы сохранения баланса интересов, как
лицензиара, так и лицензиата, в том случае, если конкурсным управляющим
лицензиара-должника заявлен отказ от исполнения лицензионного договора,
лицензиату, который претерпевает негативные последствия, вызванные
подобным отказом, в данном случае требуется средство правовой защиты либо
в виде предоставления лицензиату права выбора взыскать с лицензиара
убытки, возникшие в результате его отказа договора, или сохранить права на
использование результата интеллектуальной деятельности до конца действия
лицензионного договора, либо вместе с возможностью взыскания убытков
78
предоставить лицензиату период времени с момента заявления об отказе от
договора до прекращения договора, в течение которого лицензиат сможет
разрешить проблему, связанную с утратой прав по лицензии.
Механизмы, направленные на защиту лицензиатов при банкротстве
лицензиара, существуют во многих странах. Так, например, в силу ст. 365 (n)
Кодекса США о банкротстве, если арбитражный управляющий заявляет отказ
от исполнения лицензионного договора, в котором лицензиар является
должником, лицензиат вправе выбрать – считать лицензионный договор
прекращенным в силу заявленного арбитражным управляющим отказа или
сохранить свои права по лицензионному договору и иному соглашению,
дополняющему данный договор, в течение срока действия договора или в
течение иного срока, на который может быть продлено действие договора
применимым небанкротным законодательством. Законодательством Канады
разработан несколько иной механизм защиты прав лицензиатов. Ст. 65.11
Закона о несостоятельности и банкротстве Канады (Bankruptcy and Insolvency
Act)10 и ст. 32 Закона Канады о классификации кредиторов компаний
(Canada’s Companies’ Creditors Arrangement Act) предусматривают для
арбитражного управляющего возможность заявления отказа от исполнения
договора при банкротстве, однако в отличие от ст. 395 (n) Кодекса США о
банкротстве, ст. 32 (6) Закона Канады о классификации кредиторов компаний
не предоставляет контрагенту лицензиара право выбора. В соответствии со ст.
32 (6) Закона Канады о классификации кредиторов компаний, права на
использование РИД, предоставленные лицензиару, действуют до истечения
действия лицензионного договора, даже, несмотря на отказ должника-
лицензиара от дальнейшего его исполнения. Законодательное регулирование
в Канаде в данном вопросе представляется довольно жестким, поскольку вовсе
исключает возможность досрочного прекращения лицензионного договора
при банкротстве лицензиара, однако механизмы защиты прав лицензиатов в
случае заявления лицензиаром-должником отказа от исполнения
79
лицензионного договора необходимы и российскому законодательству о
несостоятельности
1
.
В рамках сингулярного правопреемства гражданское законодательство
целесообразно дополнить положением о том, что оставшиеся после
удовлетворения требований кредиторов исключительные права на
охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к
ним средства индивидуализации при ликвидации юридического лица
подлежат распределению наравне с остальным имуществом и на тех же
основаниях. Исключением из данной нормы будут только права на средства
индивидуализации, отчуждение которых законодательством запрещено
(фирменное наименование, наименование места происхождения товара).
Данное положение будет полностью вписываться в рамки ст. 1241 ГК
РФ и определение ликвидации юридического лица, указанного в п. 1 ст. 61 ГК
РФ, так как это случай сингулярного правопреемства, который будет
установлен законом. А в случаях, когда результат интеллектуальной
деятельности или средство индивидуализации подлежат государственной
регистрации, осуществление такой регистрации возможно на основании акта
о результатах распределения имущества между учредителями.
Также следует выделить круг учредителей, среди которых возможно
распределение исключительных прав на средства индивидуализации.
В п. 85 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г.
№ 9 «О судебной практике по делам о наследовании»
2
указывалось, что после
смерти индивидуального предпринимателя наследовать исключительные
права на средства индивидуализации мог лишь гражданин,
1
Зайкова А.В. Судьба исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности
при банкротстве юридического лица // Право интеллектуальной собственности. Сборник
научных трудов. Сер. «Правоведение» РАН, ИНИОН. Центр социального научно-
информационного исследования Отделение правоведения; МГУ им. М.В. Ломоносова,
Кафедра предпринимательского права. Москва, 2017. С. 159.
2
О судебной практике по делам о наследовании: Постановление Пленума Верховного Суда
РФ от 29 мая 2012 г. № 9 (ред. от 23.04.2019) // Бюллетень Верховного Суда РФ. N 7. июль,
2012.
80
зарегистрированный в качестве предпринимателя, либо юридическое лицо. По
аналогии с этим положением следует указать, что при распределении
исключительных прав на средства индивидуализации между учредителями
такие права может приобрести только учредитель со статусом
индивидуального предприниматели либо юридическое лицо.
Таким образом, если ввести подобный порядок в ГК РФ, это лишь
упростит и ускорит процедуры ликвидации и приобретения исключительных
прав, что будет способствовать увеличению стабильности коммерческого
оборота. Более того, подобное положение не изменит общественные
отношения в этой сфере, ведь если участник нуждается в определенном
исключительном праве, которое принадлежит организации, то он в
большинстве случаев приобретает его до ликвидации юридического лица.
Таким образом, по итогам третьей главы сформулированы следующие
вывод.
Объекты интеллектуальной собственности выступают в качестве
особых объектов гражданского оборота, правообладатель которых наделен
монопольным правом на них. Несмотря на ликвидационный характер
процедур банкротства, которые могут быть введены в отношении указанных
субъектов, за ними должны быть сохранены их неимущественные права, в
отношении имущественных прав должны проводиться разумные процедуры,
например приостановление действия либо прекращение лицензионного
договора. К сожалению, существующая правоприменительная практика,
пошла по пути признания договорных моделей недействительными по
специальным основаниям, которые предусмотрены Законом о банкротстве,
что может в негативном плане отразиться на всем комплексе прав и законных
интересов юридических лиц-правообладателей результатов интеллектуальной
деятельности.
Процедуры банкротства, введенные в отношении юридических лиц,
несмотря на их ликвидационный характер, должны сохранить
81
неимущественные права за юридическими лицами, в отношении
имущественных прав должны быть предусмотрены разумные процедуры.
Предложено решение проблемы сохранения баланса интересов как
лицензиара, так и лицензиата, в случае заявления конкурсным управляющим
лицензиара-должника отказа от исполнения лицензионного договора,
лицензиату, который претерпевает негативные последствия, вызванные
подобным отказом.
Исключительные права могут свободно отчуждаться либо переходить от
одного лица к другому в порядке универсального правопреемства
(наследование, реорганизация юридического лица), иной способ применяется
в том случае, если исключительные права не ограничены в обороте. После
ликвидации юридического лица по общему правилу исключительные права на
средства индивидуализации прекращаются. В данном случае исключение
составляет право на коммерческое обозначение, которое следует судьбе
предприятия и для индивидуализации которого такое обозначение
используется
Восполнение выявленных правоприменительной практикой и
обозначенных правоведами пробелов в сфере правового регулирования
исключительных прав юридических лиц положительным образом должно
сказаться на эффективности правовой защиты результатов интеллектуальной
деятельности и средств индивидуализации юридических лиц.
82
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
По итогам проведенного исследования сформулированы следующие
выводы.
Нами уточнено понятие интеллектуальных прав, которые предлагается
рассматривать как совокупность субъективных гражданских прав,
возникающих в связи с созданием и использованием охраняемых результатов
интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств
индивидуализации (интеллектуальной собственности).
Законодатель называет три вида интеллектуальных прав:
исключительное (имущественное) право на объекты интеллектуальной
собственности; личные неимущественные права; иные интеллектуальные
права.
Содержание исключительного права составляет правомочие
использования результата интеллектуальной деятельности и запрета всем
третьим лицам использовать его без согласия правообладателя, за
исключением разрешенных законом случаев свободного использования, а
также правомочие распоряжения исключительным правом.
Исключительные права есть абсолютные материальные права на
результаты интеллектуальной деятельности. Реализация исключительных
прав, обусловленных экономической составляющей, осуществляется
посредством правомочия пользования и распоряжения. По умолчанию
абсолютным характером подразумевается запрет использования творческих
продуктов, которые обеспечиваются правовой охраной.
Возмездный характер внесения исключительных прав в уставный
капитал юридических лиц вытекает из правовой природы корпоративных
отношений, содержанием которых являются взаимные права и обязанности
учредителя (участника) и юридического лица, носящие, в том числе,
имущественный характер. Выявлены проблемные аспекты распоряжения
83
исключительными правами при создании юридического лица: внесение в
качестве вклада в уставный (складочный) капитал, паевой фонд юридического
лица. В качестве вклада в уставный (складочный) капитал юридического лица
могут быть внесены оборотоспособные, подлежащие денежной оценке
исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности и
средства индивидуализации (не являются оборотоспособными право на
фирменное наименование, коллективный товарный знак, наименование места
происхождения товара), иные интеллектуальные права, в частности право на
подачу заявки на объект патентного права. Личные неимущественные права
автора, право следования, право доступа и иные необоротоспособные
интеллектуальные права не могут быть вкладом в уставный (складочный)
капитал.
Решение рассмотренных проблем формирования уставного капитала до
регистрации юридического лица видится в использовании конструкции
предварительного юридического лица, аналогичной известному германскому
праву предварительному обществу, в частности, использования конструкции
простого товарищества.
При преобразовании юридического лица одной организационно-
правовой формы в юридическое лицо другой организационно-правовой
формы права и обязанности реорганизованного юридического лица в
отношении других лиц не изменяются, исключение составляют права и
обязанности в отношении учредителей (участников), изменение которых
вызвано реорганизацией.
При слиянии юридических лиц все права и обязанности, переходят к
вновь образованному юридическому лицу – сюда включаются
исключительные права и иные имущественные интеллектуальные права.
Вопросы правопреемства при реорганизации юридического лица в
форме присоединения, разделения и выделения вопросы определяются в
соответствии с передаточным актом. В случаях присоединения и слияния
передаточный акт выступает в качестве документа, подтверждающего