95
Глава 3. Рекомендации по совершенствованию понимания и практического
использования конструкции «право как право»
3.1. Изменения в научной трактовке понятия через призму современного
мировосприятия конструкции «право как право»
Специально-юридическая методология охватывает такие методы
познания права и государства, «которые пригодны лишь для изучения
отдельных сторон, ограниченных и специфических областей государственно-
правовой реальности».
Эти методы обогащают диалектическую методологию, научные
подходы и методы общенаучного познания, конкретизируя их применительно
к особенностям изучения политико-правовой сферы жизнедеятельности
общества. В настоящее время трудно представить исчерпывающий перечень
частных (специальных) методов правоведения. В науке авторы предлагают
отнести к их числу самые разнообразные приемы и средства познания права.
Среди современных юристов-теоретиков отношение к догматическому
методу познания права и правовых явлений неоднозначное.
При оценке познавательных возможностей метода догматического
анализа следует исходить не только из его обособленной самоценности,
выраженной в выработке различных правовых понятий и категорий, прямо
воспроизводящих конструкцию «право как право», но и его способности
практически всегда выступать в синтезе с другими методами общей теории
права и государства, вследствие чего теоретические формы догматического
правового знания, которые часто являются первичными, также всегда
дополняются социологической, психологической, математической,
кибернетической и иной информацией, в той или иной мере присущей праву
и правовым явлениям.
В современной правовой науке значительную роль в понимании
сущности права, его смысла и назначения выполняет теория возрожденного
естественного права, утверждающая его нравственные, ценностные
96
основания, неотъемлемые права человека, свободу, равенство,
справедливость. При этом высокую степень значимости приобретает
трактовка понятия «право как право».
Господство доктрины правового позитивизма, считавшего право
порождением государства, подчинявшего право интересам государственной
власти, привело к возрождению и обновлению концепции естественного права
с его огромным потенциалом в борьбе с тоталитарными проявлениями
двадцатого столетия.
В противовес тоталитарным доктринам произошло реформирование
концепции естественного права, возвышающей достоинство и права личности,
усилилась естественно-правовая идеология, ее практическое влияние на
политико-правовую сферу общественной жизни, что является особенно
значимым в начале 21 века.
Отождествление права и морали в концепциях конструкции «право как
право» приводит к невозможности нахождения и определения формального
единства среди нестабильных установок нравственных ценностей, что требует
существенного пересмотра в их понимании.
Сущность концепции «право как право» понимает как переживание и
осмысление эмоций императивно-атрибутивного характера, где
императивность – переживание своего долга перед другими субъектами права,
а атрибутивность понимается как осознание субъектом своего собственного
права.
Процесс формирования и развития нового понимания концепции «права
как права» включает в себя переживание эмоций, их осмысление и
последующее выражение в законе этих психологических состояний.
Позитивное право формируется при активном участии граждан
государства и судей, толкующих и применяющих закон и понимание
конструкции «право как право».
Продолжением естественно-правовых традиций в современной
философии права являются учения интерсубъективного подхода к пониманию
97
права, стремящиеся преодолеть проблемы противопоставления сознания и
бытия, субъекта и объекта, материализма (объективизма) и идеализма
(субъективизма), присущие классической философии права и анализа
конструкции «право как право».
К ним возможно также отнести экзистенциальную феноменологию,
правовую герменевтику как онтологические концепции права и
коммуникативную философию как неонтологическую доктрину права.
Таким образом, развитие конструкции «право как право» во многом
определяется влиянием на него герменевтических парадигм мышления,
основанных на признании естественного права как высшей формы свободы,
равенства и справедливости.
3.2. Изменения в нормативно – правовой базе конструкции «право как право»
С позиций правовой герменевтики, содержание текстов правовых
предписаний при практике реализации конструкции «право как право»
должно соответствовать требованиям реальной правовой действительности.
Правоприменители, принимая конкретные решения, интерпретируют
нормы закона и конкретизируют их применительно к индивидуальным
ситуациям.
Закон представляет собой выражение обязательного, должного и
применяется в рамках текстуального выражения нормы, но в реальной
практике буквальное использование норм права в определенных случаях
становится невозможным, на основании чего возникает необходимость
толкования норм и выявления заложенной в ней воли законодателя.
Право получает возможность расширяться с помощью герменевтики в
каждом конкретном случае, осуществлять его правильную оценку, «когда по
единичному изучается общее, когда нормативное знание актуализируется в
процессуальности исторического.
98
Приведение изменений в трактовку конструкции «право как право»
имеет непосредственную взаимосвязь с созданием новых нормативно –
правовых актов, которые затрагивают интересы граждан и способствуют
более четкому и правильному принятию решений с соблюдением норм
законотворчества.
Использование на практике экзистенциальной парадигмы права,
опираясь на идею различения права и закона и апеллируя к индивидуальной
экзистенции конкретного, ситуативного характера, отвергает возможность ее
связи и соответствия с позитивным, всеобщим законом.
Такое экзистенциалистское, индивидуалистическое понимание свободы
и справедливости без всеобщих требований права в рамках практики
применения конструкции «право как право» не способно обеспечить идею
реализации правового закона.
Нормы права обосновываются в процессе практической коммуникации,
соотносящейся с идеальной конструкцией понимания трактовки «права как
права» как главного критерия истинности права.
В разрешении проблемы соотношения права и закона возникает
противоречие между двумя различными подходами к пониманию права –
естественно-правовым, признающим право надпозитивным явлением, и
позитивистским, основанном на понимании права как системы
законоположений государства, что имеет непосредственную связь с
трактовкой восприятия конструкции «право как право».
Определение критериев правового закона усложняет понимание права и
ведет зачастую к смешению категорий права и морали.
Следует отметить, что проблема соотношения права и закона в
практической сфере опирается на непротиворечивую идею неделимости и
единства права и закона, но остается неразрешенной в теоретических, научных
дискуссиях.
Процессы формирования правового государства и развития
гражданского общества на современном этапе предполагают, что позитивное
99
право должно выражать в своих установлениях ценности естественного права,
обеспечивать реализацию прав и свобод личности, что имеет
непосредственную связь с пониманием конструкции «право как право».
3.3. Изменения в практике судопроизводства конструкции «право как
право»
Проблема определения роли суда в правовом государстве в настоящее
время является достаточно актуальной, в силу следующих обстоятельств: во-
первых, норма ч. 1 ст. 1 Конституции Российской Федерации провозглашает
нашу страну правовым государством, что требует совершения определенных
действий со стороны государственной власти для построения правового
государства.
Систематическое толкование данной нормы в контексте ч. 1 ст. 120, а
также частей 1, 3, 4 ст. 123 Конституции РФ свидетельствует о необходимости
совершенствования судебной системы Российской Федерации и суда как
государственного органа; во-вторых, для такой разновидности государства,
как правовое, характерно осуществление государственными органами своей
деятельности на основе закона и при строгом его соблюдении.
А, суд, являясь органом государственной власти, участвует в
регулировании поведения. При этом, суд как государственный орган,
принимает активное участие в регулировании поведения субъектов. Суд
занимает особое место в правовом государстве, т.к. является самостоятельным
и независимым носителем одной из ветвей государственной власти.
Суды, не подменяя иные органы государственной власти
(законодательные и исполнительные), выступают работающим элементом в
механизме сдержек и противовесов по разрешению споров между субъектами
общественных отношений на основе Конституции Российской Федерации и
закона. В своей деятельности суды выносят решения, которые обязательны
100
для исполнения всеми субъектами права, что свидетельствует о наличии
государственной власти у судов.
При этом суды, выносят решения от имени государства, а государство,
в свою очередь, обеспечивает исполнение данных решений. В.А. Ржевский и
Н.М. Чепурнова определяют, что «конституционные гарантии судебной
защиты заключаются в необходимости создания сильной судебной власти как
характерной черты правового государства».
В подтверждении высказанной точки зрения можно привести статьи 45-
47 Конституции РФ, в которых закреплены гарантии судебной защиты, а
именно: рассмотрение дела по подсудности; право обвиняемого на
рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей; получение
квалифицированной юридической помощи; соблюдение презумпции
невиновности; невозможности двойного вменения; защита прав потерпевших;
право на возмещение вреда со стороны государства; запрещение обратной
силы закона, устанавливающего или отягчающего ответственность.
Таким образом, конституционные гарантии сводятся к созданию всех
условий для реальной защиты прав, свобод, законных интересов, Проблема
определения роли суда в правовом государстве в настоящее время является
достаточно актуальной, в силу следующих обстоятельств: во-первых, норма ч.
1 ст. 1 Конституции Российской Федерации провозглашает нашу страну
правовым государством, что требует совершения определенных действий со
стороны государственной власти для построения правового государства.
Роль судебной власти в укреплении правопорядка значительна и
незаменима. Разрешая правовые конфликты, устанавливая истину в каждом
случае, восстанавливая нарушенные права, свободы и законные интересы
человека, суды в России обеспечивают верховенство закона и
конституционность во всех сферах жизни и способствуют построению
правопорядка в России, который следует понимать, как такую организацию
общества, в которой соблюдаются все права и свободы, гарантированные
Конституцией РФ.
101
Правовой статус суда в России в общих чертах закреплен нормами
Конституции РФ, в которой провозглашены важнейшие принципы
осуществления судебной власти. Так, правосудие в соответствии с п. 1 ст. 118
Конституции РФ осуществляется только судом. Есть ряд требований,
предъявляемых кандидатам на должность судьи.
Судьям гарантированы неприкосновенность, независимость,
несменяемость; они должны подчиняться исключительно Конституции РФ и
закону. Статья 1 Закона Российской Федерации «О статусе судей» в части 4
расширяет статус судей с гарантией: «В своей деятельности по отправлению
правосудия они «судьи» ни перед кем не подотчетны».
Кроме того, действующее законодательство устанавливает другие
гарантии и права судей как носителей судебной власти, а также ограничивает
возможность их участия в деятельности, помимо профессиональной судебной.
В настоящее время можно констатировать, что в ходе судебной реформы
90-х – начала 2000-х годов, а также продолжающегося реформирования
судебной системы, было принято достаточное количество законодательных
актов, регламентирующих порядок формирования и деятельности судов, а
также видов судопроизводств. То есть, нормативно-правовое обеспечение
судебной системы Российской Федерации в настоящее время достаточно.
Следовательно, государством созданы все необходимые условия для
независимого и беспристрастного отправления правосудия судами.
Институциональные гарантии независимости судебной власти также
отражены в действующем законодательстве.
Так, судья, как мы уже говорили ранее, подчиняется только
Конституции Российской Федерации и закону и при принятии решений,
руководствуется ими; в нашей стране нет инструкции о толковании
законодательства судьями. Судья в Российской Федерации толкует закон и
принимает решения в соответствии со своими убеждениями, долгом и
совестью, а не с мнением третьих лиц.
102
Другой институциональной гарантией является независимость судей от
других ветвей власти. Для этого был принят закон «Об органах судейского
сообщества в Российской Федерации», который создал правовую основу для
судейского самоуправления.
Именно органы судейского сообщества, состоящие из действующих
судей и судей в отставке, в соответствии со статьей 4 указанного закона
принимают участие в организационной, кадровой и ресурсной поддержке
судебной деятельности.
Более того, важнейшим принципом деятельности этих органов являются
гарантии статуса судей (согласно ч. 1 ст. 5 того же закона), которые
заключаются в осуществлении деятельности по осуществлению на основе
коллегиальности, гласности, независимости судей и невмешательства в
судебную деятельность». Т.е. даже другие судьи и судебные органы лишены
права и законной возможности вмешиваться в деятельность отдельного судьи.
Таким образом, роль суда в правовом государстве водится к тому, что
они, во-первых, разрешают конфликты, споры между участниками
общественных отношений на основе Конституции и закона; во-вторых,
осуществляют конституционный контроль; в-третьих, защищают и
восстанавливают нарушенные права и свободы граждан и других субъектов
общественных отношений; в-четвертых, применяют меры юридической
ответственности в виде наказания за правонарушения, совершенные на
основании закона, и в порядке, установленном законом, т.е. в форме
конституционного, гражданского, арбитражного, административного,
уголовного судопроизводства. Кроме того, суды, выполняя возложенные на
них задачи, способствуют построению правопорядка в России.
Рассматривая проблемы правоприменения отраслевых конструкций
«право на право» в виде правопреемства в гражданско-правовой сфере, стоит
103
отметить, что многие ученые (А.Н. Гуев
1
, Г.А. Жилин
2
, А.П. Рыжаков
3
)
совершенно справедливо указывают, что правопреемство в процессуальной
сфере гражданско-правовых отношений невозможно, если материальные
притязания или обязательства выбывшего из процесса лица основаны на
правах и обязанностях, которые неразрывно связаны с его личностью, а также
иных случаях, когда в соответствии с законом или договором данное
материальное правоотношение не допускает правопреемства.
Так в случае смерти гражданина, т.е. выбытия стороны в гражданском и
арбитражном процессе, суд на любой стадии процесса должен решить вопрос
о возможности замены этой стороны ее правопреемником. В таком случае, как
отмечает А.П. Рыжаков, суд в случае замены стороны правопреемником
выносит соответствующее решение. Этот судебный акт может быть
обжалован в суд вышестоящей инстанции заинтересованным лицом
(например, другой стороной)
4
.
Исходя, из содержания положений ГПК РФ
5
и АПК РФ
6
следует, что для
возникновения процессуального правопреемства необходимы юридические
факты, с которыми закон связывает возникновение, изменение и прекращение
правоотношений. В данном случае речь идет о наличии нескольких
взаимосвязанных юридических фактов возникающих в определенной
последовательности, которые образуют юридический состав. Следовательно,
для возникновения процессуального правопреемства в равной степени
требуются юридические факты как материального, так и процессуального
1
Гуев А.Н. Указ. Соч. 2010; Гуев А.Н. Постатейный комментарий к Арбитражному
процессуальному кодексу РФ. Система ГАРАНТ, 2010.
2
Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу РФ (постатейный) (под ред.
Г.А. Жилина). М.: Проспект, 2010 г. - С. 208.
3
Рыжаков А.П. Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской
Федерации. Система ГАРАНТ, 2010; Рыжаков А.П. Постатейный комментарий к
Арбитражному процессуальному кодексу РФ. Система ГАРАНТ, 2010 г.
4
Рыжаков А.П. Постатейный комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу РФ.
Система ГАРАНТ, 2010.
5
Гражданский процессуальный кодекс РФ от 14.11.2002 N 138-ФЗ (ред. от 03.08.2018)//
Российская газета, N220, 20.11.2002.
6
Арбитражный процессуальный кодекс РФ от 24.07.2002 N 95-ФЗ (ред. от 03.08.2018)//
Российская газета, N 137, 27.07.2002.
104
права, которые можно подразделить на материально-правовые и
процессуально-правовые основания.
Так, для правопреемника процессуальные действия (а не только
действия его правопреемника), совершенные до его вступления в дело,
обязательны, если они:
1) совершены именно в ходе конкретного судебного процесса;
2) были бы обязательны для лица, которого он заменил, т.е.
правопреемник продолжает участие в деле вместо выбывшего истца или
ответчика.
При этом положения ч. 2 ст. 44 ГПК РФ, ч. 2 ст. 48 АПК РФ не
определяют конкретной возможности сингулярного процессуального
правопреемства, поскольку в них установлена обязательность для
правопреемника всех действий правопредшественника, совершенных до его
вступления в процесс. Однако, в постановлении Пленума ВАС №22 от 2014
года
1
и в сменившем его постановлении Пленума ВС N7 от 2016 года
2
отмечается равнозначность перехода прав и обязанностей
правопредшественника для универсального и сингулярного правопреемства,
если в законе или договоре не установлено иное.
Таким образом, для реализации процессуального правопреемства в
целом необходимо наличие следующих юридических фактов
3
:
- выбытие лица из спорного или иного установленного судом
материального правоотношения;
1
Постановление Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 22 «По общему правилу при
сингулярном (частичном) правопреемстве на стороне должника обязанность уплатить
взыскателю денежные средства за неисполнение судебного акта переходит к
правопреемнику должника».[Электронный ресурс]. СПС КонсультантПлюс. (не
применяется).
2
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7(ред. от 07.02.2017) "О
применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации
об ответственности за нарушение обязательств"//"Бюллетень Верховного Суда РФ", N 5,
май, 2016.
3
Закиров Р.Ю. Виды правопреемства в гражданском праве//Ученые записки Казанского
филиала "Российского государственного университета правосудия". 2015. Т. 11. С. 97-104.