86
«ПСЛ-12» (дело № А40-181929/16-18-107 «Б»), ООО «ЖК-ПОДРЯД» (дело №
А40-69394/15-88-136 "Б"), ООО «ЖК-Ресурс» (дело № А41-97272/15), ООО
"ЖК-Эксплуатация" (дело №А40-215722/17-179-303 Б), ООО «Эффект» (дело
№ А40-182962/16-4(185)-221 «Б»), ООО «Тойтар» (дело № А40-82186/18-160-
90), ООО «Оптэнерго» (дело № А40-150361/17-174-229 завершено
16.08.2018г), АО «УКС Лавочкина» (дело № А40-31616/17-123-49Б), ООО
«Трансспецстройэнерго» (дело № А40-183717/15 завершено 03.03.2017г),
ООО «ЖК-Матрешки» (дело № А40-41168/16-36-74Б), ООО «ТоргСити»
(дело № А40-64182/18-66-80 завершено 06.12.2019г).
С рядом указанных компаний (ООО «ЖК-Ресурс», ООО «ЖК-
Матрешки», ООО «ЖК-ПОДРЯД», ООО "ЖК-Эксплуатация"), ЗАО «Группа
компаний «Жилищный капитал» имеет взаимные обязательства, включенные
в реестр кредиторов. Следовательно, при предъявлении в делах о банкротстве
данных юридических лиц заявлений о привлечении контролирующих лиц к
субсидиарной ответственности также может возникнуть необходимость
определения круга лиц, действительно контролирующих данных должников,
и проблема дублирования требований к одним и тем же контролирующим
лицам в деле о банкротстве ЗАО «Группа компаний «Жилищный капитал» и
указанных компаний группы.
В рамках дела о банкротстве ООО «Эффект» суд привлек к
субсидиарной ответственности Бояева С. А. и Козятинского С. А. в размере
259 507 691 рубля 07 коп., в том числе по обязательствам перед ЗАО «Группа
компаний «Жилищный капитал» в размере 93 417 273 рублей 08 коп.
основного долга, 8 696 рублей 08 коп. процентов, а также в размере 17 392
рублей 15 коп. штрафа
1
. При этом вопрос о «техническом» характере ООО
«Эффект» и его подконтрольности руководству группы «Жилищный капитал»
в рамках данного обособленного спора не ставился и не исследовался.
1
Определение Арбитражного суда г. Москвы от 16.01.20г. по делу № А40-182962/16-4-221Б
87
В рамках дела о банкротстве ООО «ТоргСити» № А40-64182/18-66-80
суд привлек к субсидиарной ответственности генерального директора
Куркина В. М. и учредителей ООО «Вайт Лайн» и ООО «Монолитдоминвест»
в размере 2 239 867 560,81 рублей, в том числе по обязательствам перед ЗАО
«Группа компаний «Жилищный капитал» в размере 241 625 000 рублей
1
. При
этом вопрос о «техническом» характере ООО «ТоргСити» и его
подконтрольности руководству группы «Жилищный капитал» в рамках
данного обособленного спора не ставился и не исследовался.
В свою очередь, требования ООО «ТоргСити» были включены в реестр
требований кредиторов ЗАО «Группа компаний «Жилищный капитал» в
размере 478 300 888,12 руб. основного долга
2
. Размер данных требований был
учтен конкурсным управляющим ЗАО «Группа компаний «Жилищный
капитал» при подаче заявления о привлечении контролирующих лиц к
субсидиарной ответственности. В ходе процедуры конкурсного производства
в отношении ООО «ТоргСити» указанная дебиторская задолженность была
списана по решению собрания кредиторов. Таким образом, размер
субсидиарной ответственности в деле о банкротстве ЗАО «Группа компаний
«Жилищный капитал» подлежит уменьшению на данную сумму.
Действующее в настоящее время законодательство о банкротстве
предусматривает возможность выбора кредитором способа распоряжения
правами требования, возникшими в результате привлечения контролирующих
лиц должника к субсидиарной ответственности. В соответствии с п.2 ст. 61.17
Закона о банкротстве каждый кредитор, в интересах которого лицо
привлекается к субсидиарной ответственности, вправе направить
арбитражному управляющему заявление о выборе одного из следующих
способов распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной
ответственности: 1) взыскание задолженности по этому требованию в рамках
процедуры, применяемой в деле о банкротстве; 2) продажа этого требования
1
Определение Арбитражного суда г. Москвы от 04.07.19г. по делу № А40-64182/18-66-80
2
Определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.04.16 по делу № А40-38734/15-78-223Б
88
по правилам п. 2 ст. 140 Закона о банкротстве; 3) уступка кредитору части
этого требования в размере требования кредитора
1
.
ЗАО «Группа компаний «Жилищный капитал» был выбран в отношении
прав требования по субсидиарной ответственности в рамках дела о
банкротстве ООО «ТоргСити» и дела о банкротстве ООО «Эффект» третий
способ распоряжения данным требованием - уступка кредитору части этого
требования в размере требования кредитора. Суд произвел процессуальную
замену кредитора ООО «ТоргСити» на ЗАО «Группа компаний «Жилищный
капитал» в сумме 241 625 000 рублей
2
.
В рамках дела о банкротстве ООО «Эффект» вопрос о процессуальной
замене кредитора по требованию о субсидиарной ответственности на дату
написания данного исследования судом не рассмотрен.
Как уже было сказано выше, конкурным управляющим ЗАО «Группа
компаний «Жилищный капитал» было подано заявление о привлечении
контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, в том числе в список
подлежащих привлечению к субсидиарной ответственности лиц, по мнению
конкурсного управляющего, вошли члены совета директоров и генеральные
директора компании за 3-хлетний период, предшествующий принятию
заявления о банкротстве, в том числе Жук В. А., Пиганов А. А., Нечаев О. В.,
Чекалин И. В. Высока вероятность того, что суд признает данных лиц
подлежащих привлечению к субсидиарной ответственности по долгам ЗАО
«Группа компаний «Жилищный капитал» перед кредиторами.
Действующее законодательство о банкротстве предусматривает, что в
отношении лиц, привлеченных к субсидиарной ответственности,
возбуждается сводное исполнительное производство, взыскателями по
которому являются все кредиторы, предъявившие исполнительные листы к
исполнению
3
. Однако, в случае нахождения Ответчика по требованию о
1
п.2 статьи 61.17 закона №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». С. 111
2
Определение Арбитражного суда г. Москвы от 13.01.20г. по делу № А40-64182/18-66-80
3
п.1 статьи 61.18 закона №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». С. 112
89
субсидиарной ответственности в процедурах банкротства, требования
кредиторов подлежат предъявлению в рамках дела о банкротстве. В настоящее
время в отношении Жука В.А., Пиганова А.А., Нечаева О.В., Чекалина И.В.
возбуждены дела о банкротстве физических лиц.
В силу абзаца 3 пункта 3 статьи 61.16 Закона о банкротстве арбитражный
управляющий в деле о банкротстве, в котором рассматривается вопрос о
привлечении к субсидиарной ответственности, обязан в установленный
Законом о банкротстве срок от имени должника предъявить в деле о
банкротстве контролирующего должника лица требование о включении в
реестр требований кредиторов, основанное на заявлении о привлечении к
субсидиарной ответственности
1
.
ЗАО «Группа компаний «Жилищный капитал» 10 октября 2019г.
обратилось с соответствующими заявлениями в реестр требований кредиторов
Жука В.А. (дело № А40-60733/2016-66-77), Пиганова А.А. (дело № А40-
55861/17-178-76 «Ф»), Чекалина И.В. (дело № А40-167789/16-160-260).
В деле
о банкротстве Пиганова А.А. суд удовлетворил ходатайство конкурсного
управляющего ЗАО «Группа компаний «Жилищный капитал» о
приостановлении производства по заявлению до вступления в законную силу
судебного акта по результатам рассмотрения заявление о привлечении
Пиганова А.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «ГК
«Жилищный капитал» по делу № A41-46277/16
2
. В свою очередь в деле о
банкротстве Чекалина И.В. суд отказал ЗАО «Группа компаний «Жилищный
капитал» во включении требования по субсидиарной ответственности в реестр
кредиторов Чекалина И.В. и о приостановке рассмотрения данного требования
до вступления в законную силу судебного акта о привлечении к субсидиарной
ответственности, посчитав такое обращение преждевременным
3
.
1
Абз. 3 пункта 3 статьи 61.16 Закона о банкротстве №127-ФЗ
2
Определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.12.19г. по делу № А40-55861/17-178-76Ф
3
Определение Арбитражного суда г. Москвы от 21.01.20 по делу № А40-167789/16-160-260
90
Приведенные примеры свидетельствуют, что в настоящее время в
судебной практике отсутствует понимание механизма и последовательности
действий в случае, если контролирующее должника лицо находится в
процедурах банкротства, что приводит к отсутствию единообразия судебной
практики, а в связи с этим предсказуемости судебного производства.
3.3 Выработка рекомендаций по внесению изменений в законодательство
о банкротстве Российской Федерации в части привлечения
контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.
Сложившаяся в деле о банкротстве ЗАО «Группа компаний «Жилищный
капитал» ситуация с привлечением контролирующих лиц к субсидиарной
ответственности наглядно демонстрирует весь спектр проблем, вызванных
отсутствием в конкурсном праве России принципов снятия корпоративной
вуали, материальной консолидации активов и процессуальной координации.
Очевидно, что Жук В. А. являлся основным лицом, контролирующим
группу компаний «Жилищный капитал», определяющим как работу группы в
целом, так и отдельных юридических лиц, входящих в группу компаний.
Однако, отсутствие в российском конкурсном праве механизма
процессуальной координации и проникновения за корпоративную вуаль в
случае, когда контролирующее лицо обладает такой степенью контроля,
которая значительно превосходит обычный контроль, присущий любому
мажоритарному акционеру, не позволяет с достаточной степенью
достоверности выявить степень влияния Жука В.А. на конкретную компанию
группы и степень его ответственности за последствия принятия
управленческих решений и совершение управленческих действий. По сути, в
каждом случае вопрос выявления истинного контролирующего лица зависит
от профессионализма арбитражного управляющего, ведущего дело о
банкротстве данной компании группы и возможности со стороны ответчика,
привлекаемого к субсидиарной ответственности по долгам компании,
91
доказать отсутствие у него самостоятельной воли и подконтрольность
компании иному лицу, а также от профессионального суждения судьи.
Как было указано ранее в главе 1 настоящего исследования, по сути
возможность ссылаться на положения Доктрины о снятии корпоративной
вуали возникает в российском праве только при осложнении
рассматриваемого дела иностранным элементом, когда подлежат применению
положения международного частного права. В рассматриваемом случае
банкротства ЗАО «Группа компаний «Жилищный капитал» можно будет
попробовать применить данные нормы в отношении акционеров компании –
иностранных юридических лиц, находящихся под юрисдикцией Кипра и
Британских Виргинских Островов, для целей раскрытия бенефициарного
участия Жука В.А. в данных компаниях. В том числе – в связи с выводом
активов ЗАО «Группа компаний «Жилищный капитал» за рубеж, например в
виде выдачи по сути не возвратных займов компании LENARIA HOLIDINGS
LIMITED на сумму более 5 млн. USD, что установлено судебным актом
1
.
Как было указано автором данной работы в главе 2, в российском
конкурсном праве остро стоит вопрос отсутствия возможности
процессуальной координации и материальной консолидации в процедурах
банкротства предпринимательских групп. Что наглядно видно в
рассматриваемом нами примере банкротства группы компаний «Жилищный
капитал». Так, очевидно, что по сути компании, входящие в группу
«Жилищный капитал», оперировали одним и тем же массивом материальных
и финансовых активов предпринимательской группы: объемом жилищного
строительства, которое велось застройщиком ЗАО «Группа компаний
«Жилищный капитал». При этом основная компания группы – застройщик
ЗАО «Группа компаний «Жилищный капитал» формально утрачивал контроль
над данными активами (жилыми и нежилыми помещениями в объектах
незавершенного строительства – многоквартирных домах) с момента
1
Решение Арбитражного суда г. Москвы от 03.04.18г. по делу № А40-136030/17-31-1234
92
заключения договоров долевого участия (ДДУ) с «техническими» компаниями
группы, например ООО «Эффект», ООО «Тойтар», ООО «Оптэнерго», ООО
«ТДН «Жилищный капитал», которые в дальнейшем осуществляли уступку
данных прав физическим и юридическим лицам по мере нахождения
покупателей на данные объекты недвижимости. К тому же права требования
«технических» компаний к застройщику по ДДУ, как правило, обременялось
правом залога в пользу банков, выдавших кредиты под обеспечение данными
правами требования к застройщику.
В результате сложилась парадоксальная правовая ситуация. При
введении процедур банкротства в отношении застройщика ЗАО «Группа
компаний «Жилищный капитал» и «технических» компаний, обязанность
достроить многоквартирные дома и передать их дольщикам осталась за
застройщиком и реализовывалась в деле о банкротстве ЗАО «Группа
компаний «Жилищный капитал» через механизм передачи объектов
незавершенного строительства и обязательств перед дольщиками новому
застройщику в порядке статьи 201.15 Закона о банкротстве, а материальные
активы (квартиры в завершенных строительством домах) и право их
получения в будущем (права требования по ДДУ в отношении незавершенных
строительством объектов), остались в распоряжении «технических» компаний
ООО «Эффект», ООО «Тойтар», ООО «Оптэнерго», были реализованы на
торгах и вырученные средства направлены на погашения требований
кредиторов данных компаний (в основном банков, осуществлявших
кредитование под залог данных требований). Например, в деле о банкротстве
ООО «Оптэнерго» № А40-150361/17-174-229 были погашены требования на
сумму 872 030 477,01 рублей из 2 136 004 408,59 рублей, включенных в реестр,
з которых 2 134 107 760 руб. 21 коп. составили требования ПАО «МКБ», в том
числе 1 760 511 475 руб. 04 коп. – требования обеспеченные залогом
недвижимого имущества. В деле о банкротстве ООО «Тойтар» № А40-
82186/18-160-90 предполагается погашение требований на сумму
455 556 249,26 рублей, из которых требования ПАО «Промсвязьбанк»
93
составляют около 99% от суммы установленных требований и процентов.
Тогда как требования кредиторов ЗАО «Группа компаний «Жилищный
капитал», относящиеся к четвертой очереди (в том числе обязательства перед
подрядчиками, налоговыми органами, банками), не будут погашены в
процедуре конкурсного производства и будут предъявлены контролирующим
лицам в рамках привлечения их к субсидиарной ответственности.
При этом ЗАО «Группа компаний «Жилищный капитал» не являлось
кредитором ООО «Тойтар» и ООО «Оптэнерго» и не получило никаких выгод
от распределения конкурсной массы данных организаций между кредиторами.
Однако, у ЗАО «Группа компаний «Жилищный капитал» при передаче
объектов незавершенного строительства, в которых находились в том числе и
квартиры, принадлежащие по ДДУ ООО «Тойтар» и ООО «Оптэнерго» (три
многоэтажных жилых дома) новому застройщику ООО «Осенний квартал»
возникли обязательства в размере 922 млн. рублей перед данным
застройщиком в виде разницы между стоимостью передаваемых объектов
незавершенного строительства и размером передаваемых новому
застройщику обязательств перед дольщиками.
В рамках дела о банкротстве ООО «Эффект» № А40-182962/16-4(185)-
221 «Б» конкурсным управляющим ЗАО «Группа компаний «Жилищный
капитал», как кредитором ООО «Эффект», была предпринята попытка
оспорить цепочку сделок, включая несколько переуступок прав требования,
приведших к отчуждению в пользу данной компании 83 квартир. Однако,
ввиду сложности доказывания взаимосвязи и подконтрольности входящих в
цепочку компаний, данная попытка не увенчалась успехом. В результате
фактическим выгодоприобретателем по итогу реализации данных квартир
оказался банк ООО КБ «Национальный стандарт», реализовавший на торгах
права требования в отношении данных квартир.
Представляется справедливым, если бы мы могли бы применить
принцип материальной консолидации активов и обязательств группы, то есть
рассматривать активы (единая конкурсная масса) и обязательства (единый
94
реестр кредиторов) группы как единое целое. Автор полагает, что применение
данного принципа на практике позволило бы более справедливо
удовлетворить требования кредиторов группы компаний «Жилищный
капитал». Законодательно установленная возможность понижения
приоритета требований компаний, входящих в группу, по сравнению с
требованиями внешних кредиторов, помогла бы избежать ситуации, когда,
требования банка предъявляются к формальному заемщику («технической»
компании) и застройщику, как поручителю по данному кредиту.
Однако, следует отметить, что принцип материальной консолидации
является, пожалуй, самым сложным механизмом реализации коллективной
ответственности предпринимательской группы и практически не применяется
даже в мировой практике, за исключением США и Новой Зеландии. Но даже
в указанных правопорядках вынесение судом приказа о материальной
консолидации активов является исключительным случаем и предполагает
наличие совокупности ряда факторов: наличие вины компании группы или
контролирующих лиц, проведении ими мошеннических схем, смешения
активов или иным образом введения кредиторов в заблуждение. Наиболее
перспективным, с точки зрения автора настоящей работы, является внедрение
в законодательство Российской федерации и судебную практику принципа
процессуальной координации при банкротстве предпринимательских групп.
Применительно к процедуре банкротства группы компаний
«Жилищный капитал» использование процессуальной координации означало
бы назначение единого арбитражного управляющего и введения единой
процедуры банкротства компаний предпринимательской группы. Применение
процессуальной координации позволило бы избежать ситуации дублирования
требований к одному и тому же лицу, возникших при ранее описанном случае
привлечения к субсидиарной ответственности Жука В.А. в деле о банкротстве
ООО «Торговый Альянс» №А41-88422/15 по обязательствам ООО «Торговый
Альянс» перед ЗАО «Группа компаний «Жилищный капитал» и
одновременного привлечения Жука В.А. в деле о банкротстве ЗАО «Группа
95
компаний «Жилищный капитал» № А41-46277/2016 по встречным
обязательствам перед ООО «Торговый Альянс». И возможного возникновения
таких ситуаций в будущем в делах о банкротстве ООО «ЖК-Ресурс», ООО
«ЖК-Матрешки», ООО «ЖК-ПОДРЯД», ООО "ЖК-Эксплуатация", имеющих
с ЗАО «Группа компаний «Жилищный капитал» взаимные обязательства.
Кроме того, применение механизма процессуальной координации в деле
о банкротстве предпринимательской группы позволило бы избежать ситуации
принятия судами по сути противоречащих друг другу решений. Как уже было
сказано выше, в деле о банкротстве Пиганова А.А. № А40-55861/17-178-76
«Ф» судом принято к производству заявление о включении в реестр будущих
требований по субсидиарной ответственности, тогда как в деле о банкротстве
Чекалина И.В. № А40-167789/16-160-260 суд не нашел соответствующих
оснований. Хотя и в том, и в другом случае требования заявителя ЗАО «Группа
компаний «Жилищный капитал» основывались на одних и тех же правовых
нормах и основаниях. В деле о банкротстве ООО «Торговый Альянс» №А41-
88422/15 суд признал Жука В.А. контролирующим лицом по иным
основаниям, не связанным с формальным вхождением данного лица в органы
управления компании, а в деле о банкротстве ООО «ЖК-Альянс» № А40-
41171/16-88-59 "Б" и исковом производстве в отношении Сиротенко И.А. как
бывшего директора ООО «Пелотон» № А40-238305/18-44-302 суд не нашел
соответствующих оснований, несмотря на то, что аргументация ответчиков
была идентична аргументации в деле о банкротстве ООО «Торговый Альянс»
и даже интересы ответчиков представлял один и тот же адвокат.
Отсутствие процессуальной координации и хотя бы законодательно
закрепленной обязанности согласовывания действий между арбитражными
управляющими привело к тому, что в делах о банкротстве ООО «Эффект» №
А40-182962/16-4(185)-221 «Б» и ООО «ТоргСити» № А40-64182/18-66-80
арбитражными управляющими даже не рассматривался вопрос о выявлении и
привлечении к субсидиарной ответственности лиц, действительно
контролирующих данных должников, что привело к формальному