96
Такие действия посредника нельзя в полной мере приравнять к
пособничеству, так как ни средств, ни орудий преступления он не
предоставляет, а фактически предоставляет свои услуги. В таком случае его
действия частично схожи с ролью соисполнителя, но соисполнителем дачи
взятки, а тем более ее получения, он быть не может.
Некоторые ученые считают, что указание на значительный размер
предмета взятки неслучайно и лицо, передававшее взятку, размер которой не
является значительным, вообще не подлежит уголовной ответственности, так
как нормы, предусматривающей ответственность за такое деяние, нет.
Иного мнения придерживаются авторы, считающие, что действия лица,
передавшего взятку, размер которой не превышает значительный размер,
необходимо квалифицировать, как и ранее, со ссылкой на ч. 5 ст. 33 УК РФ.
Хотелось бы отметить, что судебная практика по уголовным делам
подобного рода идет по второму пути. Такая позиция вполне ясна, так как
фактически лицом совершается уголовно наказуемое деяние, ответственность
за которое присутствовала и до введения ст. 291.1 УК РФ, и освобождение лица
от уголовной ответственности в сложившейся ситуации как минимум нарушает
принцип равенства граждан перед уголовным законом.
В связи с вышеизложенным хотелось бы отметить, что указание на
значительный размер взятки в диспозиции ст. 291.1 УК РФ вносит разлад в
вопрос квалификации такого уголовно наказуемого деяния, как посредничество
во взяточничестве. При значительном размере передаваемой взятки посредник
несет ответственность как исполнитель отдельного преступления, а в случае,
когда размер взятки значительным не является, — как соучастник
преступления. Уголовная ответственность в этих случаях наступает разная.
Во втором случае посредник, скорее всего, понесет гораздо более мягкое
наказание за совершение фактически тех же самых действий. Более того,
фактический размер передаваемой взятки может быть посреднику и неизвестен.
Как в таком случае квалифицировать деяние посредника?
97
Лицо, осведомленное о требовании значительного размера взятки для
наличия в его действиях состава ст. 291.1 УК РФ, в рамках рассмотрения
уголовного дела будет настаивать на том, что оно не было осведомлено о
размере взятки, даже при условии, что размер передаваемой взятки фактически
был значительным. В таком случае, исходя из принципа вины и при отсутствии
каких-либо доказательств, опровергающих утверждения посредника, его
действия следует квалифицировать как пособничество во взяточничестве, что
значительно снижает его ответственность.
По нашему мнению, из диспозиции ст. 291.1 УК РФ следует исключить
указание на значительный размер передаваемого предмета взятки. Данная мера
позволит уравнять ответственность посредников, которых ложно признают
виновными как пособников в совершении дачи или получения взятки с целью
недопущения их освобождения от уголовной ответственности, и существенно
облегчит процедуру их привлечения к уголовной ответственности.
Несовершенство ст. 291.1 УК РФ также видится нам и в ч. 5 данной
статьи, а именно в формулировке диспозиции указанной части: «Обещание или
предложение посредничества во взяточничестве». По нашему мнению, само
внесение в УК РФ нормы, предусматривающей ответственность за обещание
или предложение посредничества во взяточничестве, нарушает принципы
уголовной ответственности.
Согласно ч. 2 ст. 30 УК РФ уголовная ответственность наступает за
приготовление только к тяжкому и особо тяжкому преступлению. Само по себе
посредничество во взяточничестве в простой его форме является
преступлением средней тяжести, так как максимальный срок наказания в виде
лишения свободы за него составляет 4 года, поэтому за приготовление к такому
преступлению уголовная ответственность наступать не может.
Часть 5 ст. 291.1 УК РФ, в свою очередь, предусматривает наказание до 7
лет лишения свободы, тем самым подпадая под категорию тяжких
преступлений, и, по существу, образует абсолютно новый состав преступления.
Аналогии с данной статьей в действующем УК РФ найти непросто (за
98
исключением ч. 5 ст. 204.1 УК РФ). Норма с особо квалифицированным
составом, предусматривающая более тяжкое наказание лишь за обещание или
предложение совершения преступления, указанного в ч. 1 все той же статьи.
По нашему мнению, в такой ситуации полностью нарушается принцип
справедливости уголовного наказания. За фактическое совершение
преступления лицо может понести меньшее наказание, чем за обещание или
предложение его совершения. Не говоря уже о том, что возникает вопрос
квалификации в случае обещания или предложения посредничества во
взяточничестве в незначительном размере.
Исходя из логики законодателя, посредничество во взяточничестве,
совершенное по предварительному сговору с одной из сторон дачи/получения
взятки, следует квалифицировать как совершение двух преступлений, а именно
по ч. 5 и ч. 1 ст. 291.1 УК РФ. В связи с вышеизложенным мы считаем, что ч. 5
из состава ст. 291.1 УК РФ необходимо исключить.
Все вышеперечисленные проблемы в полной мере распространяются и на
ст. 204.1 УК РФ, в связи с тем, что статья абсолютно шаблонно была списана с
введенной ранее ст. 291.1 УК РФ.
Отдельного разговора требуют и ст. 291.2 и 204.2 УК РФ,
предусматривающие ответственность за мелкое взяточничество и мелкий
коммерческий подкуп соответственно. В пояснительной записке к закону,
вносящему в состав УК РФ данные статьи, необходимость таких изменений
объясняется тем, что в последнее время размер предмета взятки или
коммерческого подкупа не превышает 10 000 руб. В связи с чем законодатель
счел необходимым введение нормы, предусматривающей более щадящую
ответственность за взяточничество и коммерческий подкуп в незначительном
(до 10 000 руб.) размере.
Указанное основание видится нам не вполне обоснованным. Согласно
принципу справедливости, изложенному в ч. 1 ст. 6 УК РФ, наказание и иные
меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему
преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру
99
и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его
совершения и личности виновного. Исходя из вышеуказанного принципа, лица,
совершившие менее общественно опасное деяние, должны нести более
щадящее наказание, чем лица, совершившие преступление с более высокой
степенью общественной опасности. В обозначении каких-либо размеров
передаваемого предмета взятки в данном случае нет никакой необходимости.
Возникает также вопрос о квалификации все того же посредника в мелком
взяточничестве или коммерческом подкупе. Указание на обязательный
значительный размер предмета взятки при посредничестве во взяточничестве
или коммерческом подкупе исключает квалификацию действий посредника как
посредничество в мелком взяточничестве или мелком коммерческом подкупе.
Содеянное посредником следует квалифицировать как действия пособника, со
ссылкой на ч. 5 ст. 33 УК РФ (что, опять же, доказывает несостоятельность
указания на значительный размер взятки в диспозиции ст. 291.1 УК РФ).
По нашему мнению, необходимости вносить ст. 291.2 и 204.2 в
Уголовный кодекс РФ не было, так как действия, ответственность за которые
они предусматривают, были наказуемы и ранее.
Основной целью любой коррупционной деятельности является личное
обогащение или извлечение иной личной выгоды. Должностные лица,
совершающие коррупционные преступления, считают свое материальное
состояние недостаточным для занимаемого ими места в обществе. Так или
иначе, каждый коррупционер сталкивается с проблемой хранения и
использования доходов, нажитых преступным путем.
Антикоррупционное законодательство, в свою очередь, также
развивается и со временем разрабатываются все новые и новые способы
изобличения лиц, занимающихся коррупцией. Федеральный закон «О
противодействии коррупции»
1
, содержит ряд норм, направленных на усиление
1
Федеральный закон от 25.12.2008 № 273-ФЗ (ред. от 16.12.2019) «О противодействии кор-
рупции». // СЗ РФ, 29.12.2008, № 52 (ч. 1), ст. 6228.
100
контроля за должностными лицами, чья деятельность сопровождается высоким
риском коррупционных проявлений.
Так, согласно ст. 8 этого Закона, определенные перечнем лица обязаны
подавать сведения о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах
имущественного характера, а также о доходах, расходах, об имуществе и
обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и
несовершеннолетних детей. Эта мера позволяет отслеживать соответствие
затрат доходам должностных лиц.
Следует отметить, что данная мера была введена в соответствии с
требованиями Конвенции Организации Объединенных Наций «Против
коррупции», принятой Генеральной Ассамблеей ООН 31 октября 2003 г.
1
Предоставление должностными лицами сведений о своих доходах, расходах и
об имуществе, а также официальное опубликование этих сведений для
всеобщего ознакомления с ними позволяет в какой-то мере ограничить
возможность накопления имущества, нажитого незаконным путем.
Но тем не менее встречаются случаи владения должностными лицами
(или их близкими родственниками) движимым и недвижимым имуществом,
стоимость которого значительно превосходит доходы данных должностных
лиц. В настоящее время часть имущества, происхождение финансов на
приобретение, которого лицо доказать не имеет возможности, может быть
изъята в пользу государства. По нашему мнению, данные меры недостаточны
для поддержания адекватного уровня противодействия коррупции.
Наличие у должностного лица имущества, значительно (то есть в
несколько раз) превышающего законные доходы, и отсутствие у него
возможности доказать законный характер происхождения такого имущества
косвенно, но все же может свидетельствовать о вовлечении данного лица в
коррупционную деятельность.
1
Конвенция Организации Объединенных Наций против коррупции (принята в г. Нью-Йорке
31.10.2003 Резолюцией 58/4 на 51-м пленарном заседании 58-й сессии Генеральной Ассам-
блеи ООН) // Собрание законодательства РФ, 26.06.2006. № 26. ст. 2780.
101
В статье 20 Конвенции ООН «Против коррупции» говорится, что при
условии соблюдения своей конституции и основополагающих принципов своей
правовой системы каждое государство-участник рассматривает возможность
принятия таких законодательных и других мер, какие могут потребоваться, с
тем чтобы признать в качестве уголовно наказуемого деяния, когда оно
совершается умышленно, незаконное обогащение, то есть значительное
увеличение активов публичного должностного лица, превышающее его
законные доходы, которое оно не может разумным образом обосновать.
В настоящее время УК РФ не предусматривает ответственности, о
которой говорится в Конвенции. В связи с этим можно сделать вывод, что
международные нормы, направленные на борьбу с коррупцией, в Российской
Федерации реализуются не полностью. С целью реализации ст. 20 Конвенции
ООН «Против коррупции» в Государственную Думу РФ 24 апреля 2017 г. был
внесен законопроект № 157763-7 «О внесении изменений в Уголовный кодекс
Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской
Федерации в части введения понятия незаконного обогащения и иных мер,
направленных на противодействие коррупции»
1
.
В части 3 ст. 1 данного законопроекта предлагается дополнить
Уголовный кодекс РФ статьей 290.1 «Незаконное обогащение», в которой
незаконное обогащение определяется как «значительное превышение
стоимости активов должностного лица над размером законных доходов такого
лица». Данный законопроект был отклонен, и, по нашему мнению,
небезосновательно.
Изложенная в законопроекте диспозиция ст. 290.1 УК РФ, на наш взгляд,
является весьма узкой и не совсем корректно сформулированной. Уголовная
1
Паспорт проекта Федерального закона № 157763-7 «О внесении изменений в Уголовный
кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в
части введения понятия незаконного обогащения и иных мер, направленных на противодей-
ствие коррупции». Документ опубликован не был. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&ts=172732428809769533368444285&cac
heid=9AA72C3976D078782794E0FD42866BA4&mode=splus&base=PRJ&n=158472&rnd=1FD
CF28374B70252DC597B290B0A4151#2o3sbh4uppw. Дата обращения: 14.02.2020.
102
ответственность за незаконное обогащение должна наступать лишь в том
случае, когда лицо не может доказать законность происхождения
принадлежащего ему имущества и стоимость его имущества значительно
превышает его доходы за определенный период. В статье не говорится о сроках,
сумма дохода за которые не покрывает стоимость имущества.
Вполне вероятна ситуация, когда лицо долгое время откладывает честно
заработанные деньги и спустя какое-то время приобретает имущество,
превышающее его доход за год. По нашему мнению, считать данный поступок
уголовно наказуемым неправильно.
Также сомнительными видятся положения ч. 2 примечания к указанной
статье, в которой говорится, что должностными лицами в настоящей статье
признаются лица, обязанные в соответствии с законодательством Российской
Федерации представлять представителю нанимателя (работодателю) сведения
о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера.
Данное понимание термина «должностное лицо» расходится с уже имеющимся
в УК РФ определением.
В части 1 примечания к ст. 285 УК РФ говорится о том, что
должностными лицами в статьях настоящей главы признаются лица, постоянно,
временно или по специальному полномочию осуществляющие функции
представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные,
административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах
местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях,
государственных корпорациях, государственных компаниях, государственных
и муниципальных унитарных предприятиях, акционерных обществах,
контрольный пакет акций которых принадлежит Российской Федерации,
субъектам Российской Федерации или муниципальным образованиям, а также
в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских
формированиях Российской Федерации.
Хотелось бы отметить, что не все должностные лица, указанные в
примечании к ст. 285 УК РФ, обязаны подавать сведения о своих доходах,
103
расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера. В связи с
этим введение в УК РФ статьи в том виде, в котором она предлагалась в
законопроекте, могло вызвать противоречия при привлечении должностных
лиц к уголовной ответственности.
Лица, не обязанные подавать сведения о своих доходах, расходах, об
имуществе и обязательствах имущественного характера, но являющиеся
должностными лицами в соответствии с определением, изложенным в
примечании к ст. 285 УК РФ, к уголовной ответственности за незаконное
обогащение быть привлечены не могут.
Также перечень лиц, обязанных подавать сведения о своих доходах,
расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера,
периодически меняется и регулируется не на законодательном уровне, а на
уровне подзаконных нормативных правовых актов. В связи с этим складывается
ситуация, когда субъект преступления определяется не Уголовным кодексом
РФ, а подзаконными актами.
По нашему мнению, Уголовный кодекс РФ все же необходимо дополнить
статьей, предусматривающей ответственность за незаконное обогащение, но в
формулировке, отличающейся от изложенной в законопроекте. Введение
данной нормы послужит весомым рычагом воздействия на должностных лиц,
аккумулирующих в своей собственности огромные капиталы, происхождение
которых не всегда прозрачно и законно.
В связи с внесением таких изменений, естественно, необходимо будет
внести изменения и в ряд других законодательных актов. Изменениям
необходимо будет подвергнуть также Федеральный закон «О противодействии
коррупции»: пп. «а» п. 1 ст. 1 после слов «коммерческий подкуп» необходимо
будет дополнить словами «незаконное обогащение». Это позволит ужесточить
ответственность должностных лиц, а также послужит весомой мерой
профилактики коррупционных преступлений в будущем.
104
Предлагаем ряд дополнений в действующее уголовное законодательство,
направленных на эффективность действий уголовно-правовых мер по
противодействию коррупции.
1. В целях минимизации проявлений коррупции предлагаем расширить
круг коррупционных преступлений, совершенных с использованием
служебного положения, за которые предусмотреть конфискацию доходов от
коррупции и конфискацию имущества коррупционера, дополнив пункт «а»
части 1 статьи 104.1 УК РФ следующими составами: частью 3 статьи 159,
частью 3 статьи 160, пунктом «а» части 2 статьи 226.1, пунктом «б» части 2
статьи 229.1, пунктом «б» части 3 статьи 174, пунктом «б» части 3 статьи 174.1,
частью 3 статьи 175, частью 3 статьи 294 УК РФ.
2. Согласно части 5 статьи 46 УК РФ (в редакции Федерального закона от
3 декабря 2012 г. № 231-ФЗ
1
) в случае злостного уклонения от уплаты штрафа,
назначенного в качестве основного наказания, за исключением случаев
назначения штрафа в размере, исчисляемом исходя из величины, кратной
стоимости предмета или сумме коммерческого подкупа или взятки, штраф
заменяется иным наказанием, за исключением лишения свободы. В случае
злостного уклонения от уплаты штрафа в размере, исчисляемом исходя из
величины, кратной стоимости предмета или сумме коммерческого подкупа или
взятки, назначенного в качестве основного наказания, штраф заменяется
наказанием в пределах санкции, предусмотренной соответствующей статьей
Особенной части УК РФ. При этом назначенное наказание не может быть
условным.
То есть решение вопроса о виде наказания, которым можно заменить
штраф, в первую очередь зависит от того, осуждено лицо за преступление,
связанное с коммерческим подкупом или взяткой, или нет.
1
Федеральный закон от 03.12.2012 № 231-ФЗ (ред. от 22.12.2014) «О внесении изменений в
отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального
закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должно-
сти, и иных лиц их доходам» // Собрание законодательства РФ, 10.12.2012, № 50 (часть 4),
ст. 6954.
105
При этом независимо от категории совершенного преступления при
замене штрафа, не связанного со взяткой или коммерческим подкупом,
заменить лишением свободы его нельзя.
По нашему мнению, следует рассмотреть вопрос о внесении в часть 5
статьи 46 УК РФ дополнений, предусматривающих возможность в случае
злостного уклонения от уплаты штрафа, назначенного в качестве основного
наказания, заменить его наказанием в виде лишения свободы и при осуждении
лица за иные коррупционные преступления.
Проведенное во второй главе работы исследование позволяет определить
направления совершенствования антикоррупционного российского и
международного уголовного законодательства.
С учетом транснационального характера коррупционных преступлений
необходима имплементация положений международных нормативных
документов с учетом особенностей правовой системы при доработке
национального законодательства: установление в уголовном законодательстве
РФ возможность привлечения к ответственности за преступления
коррупционной направленности юридических лиц.
В целях минимизации проявлений коррупции предлагаем расширить
круг коррупционных преступлений, совершенных с использованием
служебного положения, за которые предусмотреть конфискацию доходов от
коррупции и конфискацию имущества коррупционера, дополнив пункт «а»
части 1 статьи 104.1 УК РФ следующими составами: частью 3 статьи 159,
частью 3 статьи 160, пунктом «а» части 2 статьи 226.1, пунктом «б» части 2
статьи 229.1, пунктом «б» части 3 статьи 174, пунктом «б» части 3 статьи 174.1,
частью 3 статьи 175, частью 3 статьи 294 УК РФ.
Следует также разъединить квалифицирующие признаки части 2 статьи
204 УК РФ, включив их в самостоятельные части статьи, а санкции
сформулировать с учетом реальной опасности таких деяний. Предлагается
внесение в статью 204.1 Уголовного Кодекса Российской Федерации
следующих изменений и дополнений: