86
Совершенно очевидно, что положительный опыт имплементации
положений международных нормативных документов зарубежными странами
можно использовать с учетом особенностей правовой системы при доработке
национального законодательства.
Особого внимания заслуживает положительный опыт установления
уголовной ответственности юридических лиц иностранными государствами со
схожей правовой системой, в частности странами СНГ. В правовой системе
Российской Федерации требования международного законодательства
частично учли и приняли нормы, предусматривающие административную
ответственность юридического лица за коррупционное правонарушение
1
.
Однако вопрос о привлечении к уголовной ответственности
юридического лица не нашел отражение в уголовном законодательстве
Российской Федерации и остался открытым. В теории уголовного права
целесообразность привлечения к ответственности юридических лиц является
предметом острых дискуссий. Исследование доктринальных источников
свидетельствует, что между теоретиками уже давно ведутся споры о
возможности и целесообразности привлечения к уголовной ответственности
юридических лиц. В частности, в научной среде обсуждаются две
противоположные точки зрения.
Представители первой полагают, что следует привлекать к уголовной
ответственности юридическое лицо, и приводят довольно убедительные
аргументы.
Во-первых, к таким обстоятельствам относится необходимость
исполнения рекомендаций международных договоров, ратифицированных
Российской Федерацией, где содержатся требования установления уголовной
ответственности юридических лиц.
Во-вторых, зарубежная практика привлечения юридических лиц к
уголовной ответственности подтверждает, что с юридических лиц
1
Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 №
195-ФЗ (ред. от 18.02.2020). // СЗ РФ, 07.01.2002, № 1 (ч. 1), ст. 1.
87
взыскиваются крупные размеры штрафов, все это дисциплинирует участников
рыночных отношений и способствует созданию прозрачных финансовых
отношений, а также обеспечивает существенное пополнение бюджета. Как
правило, юридические лица имеют более высокое имущественное положение в
сравнении с физическими лицами, что позволяет взыскивать с них штрафы,
размеры которых обеспечивают возмещение причиненного материального
ущерба юридическим лицом от коррупционных преступлений.
В-третьих, роль отдельного человека как преступника отходит на второй
план, юридическое же лицо выдвигается на передний план в качестве реального
преступника, незаконно получающего денежные или иные выгоды от
преступной деятельности. Оппоненты с изложенным мнением не согласны и
считают, что достаточно имеющейся возможности привлечения юридических
лиц к административной ответственности.
В качестве основного аргумента указывается, что уголовная
ответственность юридических лиц не соответствует принципам личной и
виновной уголовной ответственности. Вина всегда не что иное, как психическое
отношение лица к своему деянию. Этой вины у юридических лиц нет. Если
требуется усилить ответственность юридических лиц, а ее действительно
следует ужесточить, то это вполне можно осуществить в рамках гражданского,
хозяйственного, финансового права. На наш взгляд, нельзя согласиться с такой
позицией, так как степень общественной опасности от совершенных
коррупционных преступлений не всегда дает возможность адекватной оценки
посредством применения положений административного или гражданского
законодательства, поэтому целесообразно установить уголовную
ответственность юридического лица.
Правоприменительные проблемы обусловлены законодательными
недостатками правовой защищенности представителей бизнеса, оказывающих
активное содействие в расследовании и раскрытии коррупционных
преступлений органами предварительного расследования, в частности по
фактам взяточничества.
88
В УК РФ содержатся примечания к ст. 291, 291.1, 291.2,
предусматривающие основания освобождения от уголовной ответственности
взяткодателей, а также посредников
1
. Как следует из примечания, «лицо,
давшее взятку, освобождается от уголовной ответственности, если оно активно
способствовало раскрытию и (или) расследованию преступления и либо в
отношении его имело место вымогательство взятки со стороны должностного
лица, либо лицо после совершения преступления добровольно сообщило в
орган, имеющий право возбудить уголовное дело, о даче взятки».
Безусловно, указанное законодательное установление справедливо, и его
целесообразность не вызывает сомнений ввиду способствования эффективной
борьбе с фактами взяточничества, а также заинтересованности субъекта
преступления активно содействовать раскрытию и расследованию
коррупционного посягательства. В то же время законодательное
несовершенство правовой нормы, закрепленной в диспозиции ст. 19.28 КоАП
РФ – незаконное вознаграждение от имени юридического лица, – приводит к
существенному противоречию с уголовным законодательством и подрывает
эффективную работу правоохранительных органов в области противодействия
коррупции.
Проблема заключается в том, что в уголовном законодательстве
содержатся поощрительные нормы, освобождающие физических лиц от
уголовной ответственности, а в административном законодательстве
аналогичные нормы не предусмотрены, что явно не способствует
сотрудничеству физических и юридических лиц с правоохранительными
органами в области противодействия коррупции ввиду неотвратимого
привлечения к административной ответственности юридического лица.
Нужно отметить, что в юридической литературе неоднократно
указывалось на значительное количество технико-юридических дефектов
1
Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 18.02.2020) // СЗ
РФ, 17.06.1996, № 25, ст. 2954.
89
уголовного закона, которые обусловливают неэффективную практику
применения его положений.
В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 г. № 24
«О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных
преступлениях»
1
указано, что привлечение лиц к уголовной ответственности за
дачу взятки или незаконную передачу предмета коммерческого подкупа не
освобождает от ответственности юридическое лицо, от имени или в интересах
которого совершены соответствующие коррупционные действия,
установленные ст. 19.28 КоАП РФ.
Из указанного акта судебного толкования следует, что юридическое лицо
не освобождается от административной ответственности за незаконное
вознаграждение от имени юридического лица. На наш взгляд, изложенная
позиция отрицательно влияет на практику привлечения к административной
ответственности юридических лиц, оказывающих активное содействие в
раскрытии и расследовании коррупционных преступлений. Таким образом,
физические лица, действующие в интересах юридического лица,
освобождаются от уголовной ответственности, а юридическое лицо даже при
условии позитивного посткриминального поведения привлекается к
административной ответственности.
Указанный законодательный недостаток является существенным, что
нарушает принцип справедливости и требует законодательного устранения. В
качестве положительного примера судебной практики освобождения от
административной ответственности юридического лица рассмотрим
определение Конституционного Суда РФ от 5 июня 2014 г. № 1308-О «Об
отказе в принятии к рассмотрению жалобы ООО «Приоритет» на нарушение
конституционных прав и свобод частью 1 статьи 19.28 Кодекса РФ об
административных правонарушениях». Как следует из представленного
1
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 № 24 (ред. от 24.12.2019) «О
судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» //
Бюллетень Верховного Суда РФ, № 9, сентябрь, 2013.
90
определения, положения международных договоров подразумевают
виновность лица, совершающего коррупционные деяния от имени
юридических лиц или в интересах юридического лица
1
.
В том случае, если деяния совершаются с уведомлением или под
контролем правоохранительных органов, преднамеренность в поведении
физического лица отсутствует и, соответственно, по смыслу этих положений,
ни состав преступления, совершенного физическим лицом, ни состав
административного правонарушения, совершенного юридическим лицом, не
образуется, а указанные лица не подлежат ответственности
2
.
Буквальное толкование изложенного определения свидетельствует, что
юридическое и физическое лицо не подлежит уголовной и административной
ответственности, если передает незаконное денежное вознаграждение в рамках
проведения оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент».
В то же время если в ходе расследования уголовного дела или проведения
оперативно-розыскных мероприятий выяснится либо физическое лицо
добровольно сообщит о ранее совершенных коррупционных преступлениях в
интересах юридического лица, то в этом случае юридическое лицо
привлекается к административной ответственности, что нашло подтверждение
в определении Конституционного Суда РФ.
Необходимо отметить, что Конституционный Суд РФ в судебном акте
указал, что не исключает возможность определения в законе условий, при
которых юридические лица, исполнительные органы которых сообщили в
правоохранительные органы о незаконном вознаграждении, могут быть
1
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2019 № 59 «О внесении изменений
в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 июля 2013 года №
24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступле-
ниях» и от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении
должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» // Российская га-
зета, № 296, 31.12.2019.
2
Вестн. Конституционного Суда РФ. 2014. № 6 // Официальный интернет-портал правовой
информации. URL: http://www.pravo. gov.ru. Дата обращения: 04.01.2020.
91
освобождены от административной ответственности. При этом механизм
реализации указанного положения не разъясняется.
В итоге вопрос об основании и о правовом механизме освобождения от
административной ответственности юридического лица остался не решенным.
В правоприменительной практике возможна ситуация, когда конкурент
по бизнесу за материальное денежное вознаграждение склонил сотрудника
другого юридического лица либо физическое лицо, не имеющее никакого от-
ношения к юридическому лицу, «подставить» добросовестную
конкурирующую организацию путем незаконной передачи, предложения или
обещания денег или иного имущественного блага должностному лицу от имени
или в интересах юридического лица, без согласия и уведомления
исполнительного органа и учредителей.
Возникает вопрос, подлежит ли при таких обстоятельствах юридическое
лицо административной ответственности? Решение указанного вопроса требует
теоретической разработки положений об условиях привлечения к
ответственности юридического лица. Необходимо выяснять следующие
условия: «действие (бездействие) совершено: 1) с ведома юридического лица
(его органа управления) или было им санкционировано; 2) в пользу (в
интересах) юридического лица (при умышленной преступной деятельности); 3)
субъектом, уполномоченным юридическим лицом.
С учетом изложенных обстоятельств правоприменителю следует
принимать решение о возможности привлечения к ответственности
юридического лица, что приведет к справедливому судебному решению.
Анализ административной практики привлечения к ответственности
юридических лиц за коррупционное правонарушение свидетельствует, что
большинство материалов по ст. 19.28 КоАП РФ возбуждаются прокурорами
только на основании сведений, полученных в результате прокурорского
надзора за коррупционными уголовными делами.
Генеральная прокуратура РФ в методических рекомендациях для
территориальных органов прокуратуры разъяснила, что в случаях, если
92
результаты оперативно-розыскной деятельности содержат данные,
указывающие на признаки административного правонарушения,
предусмотренного ст. 19.28 КоАП РФ, соответствующая информация в объеме,
определяемом руководителем оперативного подразделения, незамедлительно
направляется прокурору для решения вопроса о возбуждении дела об
административном правонарушении с соблюдением установленного
законодательством порядка рассекречивания
1
.
Указанное требование Генеральной прокуратуры РФ является
незаконным, так как органы, осуществляющие оперативно-розыскную
деятельность, в соответствии с требованиями законодательства Российской
Федерации не могут предоставлять и рассекречивать результаты оперативно-
розыскной деятельности, свидетельствующие о совершении административных
правонарушений
2
.
Как правило, по фактам взяточничества основным доказательством в суде
служат результаты оперативно-розыскной деятельности. Возникает вопрос, как
выявлять правонарушение, ответственность за которое установлена в ст. 19.28
КоАП РФ, если в соответствии с требованиями оперативно-розыскного
законодательства Российской Федерации органам, осуществляющим
оперативно-розыскную деятельность, проводить оперативно-розыскные
мероприятия на выявление административного правонарушения запрещено.
К сожалению, детальное изучение административного и уголовного
законодательства в части установления ответственности за коррупционные
преступления свидетельствуют, что юридические лица не заинтересованы в
1
Об организации взаимодействия контрольно-надзорных органов, органов, осуществляю-
щих оперативно-розыскную деятельность, и органов следствия с органами прокуратуры при
выявлении признаков правонарушений, предусмотренных статьей 19.28 КоАП РФ, и при рас-
следовании дел об административных правонарушениях указанной категории: письмо Ген-
прокуратуры России от 16 февр. 2015 г. № 86-242-2014/Нд4167. Документ опубликован не
был.
2
Федеральный закон от 12.08.1995 № 144-ФЗ (ред. от 02.08.2019) «Об оперативно-розыскной
деятельности» // Собрание законодательства РФ, 14.08.1995, № 33, ст. 3349.
93
обращении в правоохранительные органы с сообщениями о фактах
взяточничества.
Таким образом, в целях обеспечения эффективной уголовной политики
противодействия коррупции, а также устранения имеющихся коллизий
необходимо внести изменения в административное законодательство
Российской Федерации, определяющие легальную возможность освобождения
юридического лица от ответственности в случае добровольного сообщения
физическими лицами о незаконном вознаграждении от имени юридического
лица либо в случае передачи незаконного вознаграждения под контролем
правоохранительных органов в рамках проведения оперативно-розыскного
мероприятия «Оперативный эксперимент».
В рамках уголовного законодательства самыми распространенными
преступлениями коррупционной направленности являются ст. 290 «Дача
взятки», 291 «Получение взятки», 204 «Коммерческий подкуп» УК РФ. Все
вышеперечисленные преступления входят в определение понятия «коррупция»,
имеющееся в ст. 1 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О
противодействии коррупции».
В целом понятие коррупции, согласно имеющемуся в законе
определению, содержит в себе гораздо более широкий перечень преступлений.
Дополнительно следует отметить относительно новые составы преступлений,
относящиеся к коррупционным. К таким составам относятся: ст. 291.1
«Посредничество во взяточничестве», ст. 291.2 «Мелкое взяточничество», ст.
204.1 «Посредничество в коммерческом подкупе», ст. 204.2 «Мелкий
коммерческий подкуп» УК РФ. Хотелось бы остановиться именно на новых
составах преступлений, так как их введение существенно повлияло на вопросы
квалификации коррупционных преступлений.
Из всех вновь введенных составов хронологически первым стал состав
преступления, предусмотренного ст. 291.1 «Посредничество во
взяточничестве» УК РФ. С одной стороны, до введения данной статьи действия
посредника квалифицировались как соучастие в даче или получении взятки со
94
ссылкой на ч. 5 ст. 33 УК РФ, то есть квалифицировались как пособничество.
Фактический посредник признавался пособником в даче или получении взятки
в зависимости от того, с чьей стороны исходила инициатива совершения
преступления и, соответственно, вовлечения в него посредника.
Таким образом, в случае передачи предмета взятки посредником по
поручению взяткодателя действия посредника следовало квалифицировать по
ч. 1 ст. 291, ч. 5 ст. 33 УК РФ. В случае же получения взятки от лица
взяткополучателя и по его просьбе или указанию содеянное следовало
квалифицировать как ч. 1 ст. 290, ч. 5 ст. 33 УК РФ.
С введением ст. 291.1 УК РФ мнения ученых-правоведов разделились.
Одним из главных вопросов квалификации посредничества во взяточничестве
стало указание на значительный размер передаваемого предмета взятки. Какова
была действительная необходимость указания такого размера?
При сравнении с другими нормами уголовного права можно провести
аналогию, когда в случае невыполнения обязательного указания на
закрепленный в норме статьи размер или причиненный вред наступает не
уголовная, а административная ответственность.
В качестве примера можно привести ст. 158 УК РФ и 7.27 КоАП РФ. В
первом случае при сумме хищения более 2 500 руб. наступает уголовная
ответственность, но, если сумма хищения не превышает 2 500 руб., лицо
подлежит административной ответственности по ст. 7.27 КоАП РФ. Однако
законодательство не стоит на месте и с учетом изменений, внесенных в УК РФ
в июле 2016 г., за совершение повторного мелкого хищения лицо, уже
привлеченное к административной ответственности по ст. 7.27 КоАП РФ,
подлежит уголовной ответственности по ст. 158.1 «Мелкое хищение,
совершенное лицом, подвергнутым административному наказанию» УК РФ.
Такой подход законодателя вносит весьма существенное разнообразие в
возможности правового воздействия на лицо, систематически совершающее
мелкое хищение, а также вносит определенную дифференциацию
95
ответственности за хищение. В случае с посредничеством во взяточничестве
дело обстоит немного иначе.
Не совсем ясна мотивация законодателя при указании значительного
размера взятки. Отдельной нормы, предусматривающей ответственность за
посредничество во взяточничестве при незначительном размере предмета
взятки, ни в Уголовном кодексе, ни в Кодексе об административных
правонарушениях нет. Как в таком случае надлежит квалифицировать действия
посредника?
Ряд ученых-правоведов придерживается мнения, что посредничество во
взяточничестве не в полной мере охватывается понятием пособничества,
содержащимся в ч. 5 ст. 33 УК РФ. В указанной статье говорится, что
пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления
советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий
совершения преступления либо устранением препятствий, а также лицо,
заранее обещавшее скрыть преступника, средства или орудия совершения
преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным
путем, а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы.
Если рассматривать фактическую функцию посредника в процессе дачи
или получения взятки, то его роль может заключаться в так называемом
физическом или интеллектуальном посредничестве. В случае с
интеллектуальным посредничеством посредник может оказывать всяческую
посильную помощь, то есть предоставлять свои банковские счета для перевода
денежных средств, служить в качестве оператора при их переводе.
В данном случае действия посредника вполне можно квалифицировать
как пособничество, что уже создает конфликт двух норм. При физическом
посредничестве посредник выполняет исключительно физическую функцию по
перемещению предмета взятки в пространстве.
Посредник может не составлять и не разрабатывать никаких планов, не
предоставлять какой-либо информации участникам преступного сговора, а
лишь выполнять распоряжения, отдаваемые представителем одной из сторон.