26
рынках, началось массовое внедрение стандартов качества ISO и его
русифицированной версии ГОСТ (на базе ISO:9000) [48].
В частности, желание интегрироваться в международные цепочки
выражается в росте объемов дополнительной отраслевой сертификации
российских поставщиков (например, ОАО «Вертолеты России») по
требованиям к качеству глобальных OEM. Однако, в силу малого временного
отрезка принятия зарубежного опыта, СМК и LP в логике соответствия
рынку являются примерами внедрения отдельных компаний, а не элементами
государственной промышленной политики [35].
Компании, реализующие эту парадигму, находятся в ситуации
вхождения в глобальные рынки (автомобильная, судостроительная,
нефтехимическая, металлургическая, военная промышленность).
Наиболее известными в России примерами компаний, создающих свою
производственную систему на базе концепции LP, являются: Группа ГАЗ,
Сбербанк, Иркут, Росатом, КамАЗ, Русал, ЕвразХолдинг, Еврохим, ВСМПО-
АВИСМА, КУМЗ, Sollers (бывш. Северсталь-авто) [39].
Как отмечают большинство руководителей предприятий основной
преградой для внедрения LP является нежелание персонала, в первую
очередь рабочих на производстве, учиться и применять элементы LP.
Возникает вопрос мотивации персонала, который решается, как правило,
методами, сохранившимися со времен СССР: сдельная система оплаты
труда; мотивация руководителей производства на выполнение плана в нормо-
часах или по объему продукции (в рублях), сданной на склад; наказание
рядового персонала за проявление инициативы; «выявление» реальной
ситуации и скрытых резервов предприятия, когда это, наоборот, должно
поощряться. Однако гораздо хуже, когда само руководство компании не
вовлечено на 100 % и лишь « на с ловах» готово изучать и внедрять LP.
Данная проблематика прослеживается в слабой организационной и
финансовой поддержке инициатив по совершенствованию
производственного процесса, в длительном и неэффективном процессе