82
Агарков возражал против традиционной классификации, т.е. против принятого
тогда деления сделок на действительные и недействительные, а также против
деления последних на ничтожные и оспоримые, считая ее неудачной. Он утверждал,
что сделка не может быть ничтожной, таковым может быть только волеизъявление.
Впервые научное определение сделки было сформулировано Агарковым М.М. в
1946 г. «волеизъявления, направленные на установление, изменение или
прекращение правоотношений, следовало делить на ничтожные (не сделки) и
действительные (сделки)».
Недействительность сделки означает, что действие, совершенное в виде
сделки, не обладает качествами юридического факта, способного породить те
гражданско-правовые последствия, наступления которых желали субъекты. О
недействительности сделки можно говорить в тех случаях, когда нарушено одно из
условий действительности сделки.
Иначе говоря, недействительность сделки может быть обусловлена: а)
незаконностью ее содержания; б) неспособностью физических и юридических лиц,
совершающих ее, к участию в сделке; в) несоответствием воли и волеизъявления
участников сделки; г) несоблюдением формы сделки. Определение
недействительности сделки дается в норме п. 1 ст. 166 ГК, согласно которой сделка
считается недействительной по основаниям, установленным законом и иными
правовыми актами, в силу признания таковой судом (оспоримая сделка) либо
независимо от такого признания (ничтожная сделка). Российское гражданское
законодательство в качестве нормативно-правовой дефиниции закрепило
господствовавшее в юридической литературе деление недействительных сделок на
ничтожные и оспоримые. Вместе с тем классификация недействительных сделок на
ничтожные и оспоримые на протяжении веков была предметом жестких
теоретических дискуссий.
83
«Противопоставление ничтожным сделкам оспоримых сделок не покоится на
принципиальной основе: если оспаривание осуществляется, оно приводит к
«ничтожности» сделки, притом не с момента оспаривания, а по общему правилу с
момента совершения сделки, т.е. с обратной силой», – писал видный российский
цивилист И.Б. Новицкий. В связи с этим он предложил классифицировать
недействительные сделки на абсолютно недействительные, т.е. недействительные
непосредственно в силу закона, и относительно недействительные, которые
становятся недействительными в силу признания судом по специальному
заявлению заинтересованного лица. Как видно, к абсолютно недействительным
сделкам отнесены те, которые именуются действующим законом ничтожными, а к
относительно действительным сделкам – именуемые оспоримыми. То есть данная
классификация позволяет использовать термин «ничтожность» как тождественный
термину «абсолютная недействительность», а термин «оспоримость» как
тождественный термину «относительная недействительность». Предложенная
классификация является более корректной, так как она опирается на объективный
критерий, а именно на различную степень противоправности действий,
совершенных в форме недействительных сделок.
Как было отмечено, сделка - это юридическое действие. Но юридическим
действием является и правонарушение. Уже отмечалось, что действия распадаются
на правомерные и неправомерные. Некоторые авторы полагают, что понятие
правомерности не является необходимым признаком сделки, а имеет значение
только для ее последствий.
Недействительная сделка по своему содержанию, форме и направленности -
есть сделка, но в то же время и правонарушение, т.к. она нарушает норму права, но
правонарушение “особого порядка”. Противоправно не только противозаконное
виновное причинение вреда, но и другие неправомерные действия: неосновательное
обогащение, незаконное завладение чужой собственностью, неисполнение
договорных обязательств.
84
К этой же категории можно отнести и недействительные сделки. Последние
тоже представляют собой нарушение конкретной или общей нормы права и должны
приводить к последствиям, свойственным любому неправомерному действию, а
именно: к недопущению сохранения их в силе и наступлению уже наступившего
результата, восстановлению состояния, соответствующего закону.
Большинство авторов объединяет одинаковая оценка действия,
составляющего сделку — оно может и должно быть только правомерным.
Сделку от деликтов отличает не только направленность на установление,
изменение и прекращение гражданского правоотношения, но и то обстоятельство,
что сделки являются действиями дозволенными, а деликты - действиями
неправомерными. Кроме того, сделка направлена на достижение положительного
результата, к которому и стремятся стороны. Наступление же отрицательных
последствий не характерно для стремления субъектов самой сделки. Отрицательные
правовые последствия вызывает не только недействительная сделка, но и деликт,
хотя и в том и в другом случае лица, их совершающие, не желают их наступления.
Однако из этого никто не делает вывода, что деликт - сделка. Таким образом, можно
определить, что обязательным признаком сделки является правомерность действия,
составляющего ее существо.
Правомерность действия — это конститутивный элемент сделки, отличающий
ее от правонарушения. Отсутствие в конкретной сделке элемента правомерности
означает, что возникшее по форме как сделка, действие на самом деле является не
сделкой, а правонарушением. Недействительные сделки, являясь действиями
неправомерными, представляют собой правонарушения. Отсутствие в системе
гражданского права категории неделиктных правонарушений свидетельствует
только о том, что она должна быть разработана. Но это не дает никаких оснований
относить недействительные сделки к институту сделок, т.е. к правомерным
юридическим действиям, направленным на достижение определенного
положительного результата, к которому стремились участники сделки.
Общее правило о недействительности сделки формулируется следующим
образом - недействительна сделка, не соответствующая требованиям закона.
85
Данное общее правило должно применяться во всех случаях, когда сделка,
совершенная с нарушением требований закона, не подпадает под действие
специальных норм, закрепляющих особые основания признания сделок
действительными.
Признание сделок недействительными направлено на охрану правопорядка и
влечет за собой аннулирование прав и обязанностей, реализация которых привела
бы к нарушению закона. Поэтому сделка, признанная недействительной,
недействительна с момента ее совершения. Однако если из содержания сделки
вытекает, что она может быть прекращена на будущее время, действие сделки,
признанной недействительной, прекращается на будущее время.
В российском гражданском праве под термином “сделка” имеется в виду
только действительная сделка, которая отвечает требованиям закона и приводит к
тем правовым последствиям, на достижение которых была направлена воля ее
участников (участника). Недействительная же сделка, которая не соответствует
требованиям закона, не является сделкой, а по своей правовой природе представляет
собой правонарушение, несмотря на то, что по содержанию и форме она возникла
как сделка.
Сделку от деликта отличает не направленность действия, а его правомерность,
соответствие действия требованию закона, в результате чего и может быть
достигнут и достижим тот правовой результат, на который действие было
направлено. Наоборот, недозволенность действия заранее предполагает и
предопределяет, что правовой результат, который желали участники (участник)
сделки, не наступит или будет аннулирован. Недозволенность, неправомерность
действия повлечет за собой отрицательный правовой результат, который лицо
(лица) не желало. Это сближает недействительные сделки с деликтом,
правонарушением.
86
Следовательно, даже для удобства исследования не следует разделять
действия и тот правовой результат (правовые последствия), который этим действием
вызывается, так как правовая природа нередко определяется точнее при
одновременном исследовании действия и вызываемого им правового результата.
Тем более, что правомерность или неправомерность действия и определяет характер
правового результата.
Исследуя правовую природу недействительных сделок и отграничивая их от
сделок (действительных), следует исходить из того, что "недействительные сделки"
характеризуются тем, что действия, лежащие в их основе, не дозволены законом и
поэтому не приводят к тем правовым последствиям, на которые они были
направлены, и, наоборот, вызывают отрицательный правовой эффект.
Такая характеристика недействительных сделок дает основание отнести их к
категории гражданских правонарушений. Вместе с тем нельзя не заметить, что не
все “недействительные сделки” совершаются виновно и закон (ст. 168 ГК РФ),
устанавливающий общие условия недействительности сделки, связывает ее с
объективным несоответствием требованиям закона, независимо от вины субъектов
(субъекта) сделки. Правонарушения же определяются как виновные
противоправные деяния участников общественных отношений.
Хотя это определение правонарушения является общим, включающим
характерные черты всех разновидностей правонарушений (уголовных,
административных, гражданских и т.п.), оно заслуживает самого серьезного
внимания и при определении правовой природы недействительных сделок.
Таким образом, недействительные сделки по своей правовой природе отличны
от сделок действительных. Они являются гражданскими правонарушениями,
влекущими ответственность с помощью гражданско-правовых санкций. Причем
правонарушениями являются не только виновно совершенные "недействительные
сделки", но и те, которые только объективно не соответствуют требованиям закона.
В этом проявляется отмеченная выше особенность гражданского права и
гражданско-правовой ответственности.
87
Именно она объясняет, почему отсутствие вины у владельца источника
повышенной опасности не изменяет правовой природы его действия в случае
причинения вреда, а также дает нам основания считать все недействительные сделки
правонарушениями, независимо от того, совершены ли они виновно или без вины их
участников.
Правильное и обоснованное определение правовой природы
недействительных сделок имеет большое теоретическое и практическое значение,
ибо признание их правонарушениями придает большую остроту и
целенаправленность усилиям суда в борьбе с этими общественно нежелательными и
вредными явлениями.
Специальные последствия несоблюдения формы сделки известны и
отечественному законодательству. Так, особое последствие установлено в случае
несоблюдения простой письменной формы соглашения о задатке (п. 3 ст. 380 ГК
РФ), состоящее в том, что недоказанность наличия между сторонами соглашения о
задатке, в том числе вследствие несоблюдения обязательной простой письменной
формы, приводит к изменению правовой квалификации уплаченных денежных
средств: они считаются авансом, предварительной оплатой за товары или услуги,
которая может удерживаться стороной, совершившей исполнение, либо должна
быть возвращена, если такое исполнение не производилось.
С развитием экономических отношений может появиться необходимость
включения в ГК РФ иных последствий несоблюдения формы сделок, кроме
известных действующему законодательству. Однако такие последствия могут быть
установлены только законом. Единственной возможностью сторон повлиять на
последствия несоблюдения формы сделки является их право предусмотреть
недействительность сделки на случай несоблюдения согласованного ими
требования о простой письменной форме (п. 2 ст. 162 ГК РФ).
88
Действительность сделки зависит от действительности образующих ее
элементов. Поэтому недействительные сделки могут быть сгруппированы в
зависимости от того, какой из элементов сделки оказался дефектным. Так, можно
подразделить недействительные сделки на сделки с пороком субъектного состава,
сделки с пороками воли, сделки с пороками формы и сделки с пороками
содержания.
Наряду с отдельными составами недействительных сделок, закон
формулирует общую норму, согласно которой недействительной является любая
сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов ст. 168
ГК.
Роль такой общей нормы проявляется в случаях, когда совершается сделка, не
имеющая пороков, отдельные ее образующих элементов, но противоречащая по
содержанию и своей направленности требованиям закона.
Норма, сформулированная в ст. 168 ГК, фиксирует общее понятие
недействительной сделки, однако при наличии специальной нормы,
устанавливающей недействительность сделки в зависимости о дефектности
отдельных ее элементов, применению подлежит специальная норма.
Сделки с пороками в субъекте следует подразделить на две группы. Первая
связана с недееспособностью граждан, а вторая – со специальной
правоспособностью юридических лиц либо статусом их органов. Раздельный анализ
сделок, совершаемых гражданами и юридическими лицами, обусловлен характером
совершаемых действий. Сделка как волевой акт требует наличия дееспособности у
лица, ее совершающего. Поскольку дееспособность юридического лица неразрывно
связана с его правоспособностью, то составы недействительных сделок, основанных
на полном или частичном отсутствии дееспособности, не могут быть применены к
юридическим лицам. С другой стороны, при определении круга недействительных
сделок с пороками в субъекте надлежит учитывать, что правоспособность
юридических лиц, в отличие от правоспособности граждан, может быть не общей, а
специальной.
89
Недействительность сделок, участниками которых являются граждане,
основывается на тех же критериях, что и общие правила о возникновении
дееспособности, а именно на таких критериях, как возраст и психическое отношение
к совершаемым действиям.
По этим критериям законом сформулированы следующие составы
недействительных сделок:
а) сделки, совершаемые гражданином, признанным недееспособным согласно
ст. 171 ГК;
б) сделки, совершаемые гражданином, ограниченным судом в дееспособности
согласно ст. 176 ГК;
в) сделки, совершаемые несовершеннолетним в возрасте до 14 лет - ст. 172
ГК, сделки, совершаемые несовершеннолетним в возрасте старше 14 лет согласно
ст. 175 ГК.
По таким сделкам дееспособная сторона обязана, помимо исполнения общего
требования по недействительным сделкам, возместить другой стороне реальный
ущерб, понесенный в результате заключения недействительной сделки. Такая
обязанность возлагается на дееспособную сторону в случае, если она знала или
должна была знать о недееспособности другой стороны. На практике, между тем,
довольно трудно подчас определить, является ли тот или иной гражданин
дееспособным или нет. Критерии же, положенные в основу недействительности
названных сделок, имеют объективный, не зависящий от участников сделки
характер, возраст либо состоявшееся решение суда о признании гражданина
недееспособным или ограниченно дееспособным. В связи с этим важно доказать,
что дееспособная сторона знала или должна была знать о факте недееспособности.
Законом предусмотрено два состава недействительных сделок юридических
лиц сделки, выходящие за пределы специальной правоспособности юридического
лица (ст. 173 ГК), и сделки, совершенные органами юридического лица с
превышением их полномочий (ст. 174 ГК). Объединяет оба этих состава то, что их
недействительность жестко связана с установлением факта, что другая сторона в
сделке знала или заведомо должна была знать о незаконности ее совершения.
90
Это правило еще раз подтверждает, что законодатель стремится наделить
юридическое лицо общей правоспособностью, ведь в случае незнания другим
участником сделки о существующем пороке сделки, последняя не может быть
признана недействительной. Ст. 49 ГК устанавливает, что юридическое лицо
обладает правоспособностью в соответствии с целями, установленными в
учредительных документах юридического лица.
Требование о признании сделок юридического лица недействительными в
связи с нарушением его правоспособности может быть заявлено либо самим
юридическим лицом, либо его учредителем (участником), либо государственным
органом, осуществляющим контроль или надзор за деятельностью юридического
лица, например, налоговой инспекцией, прокуратурой и т. д.
Если сделка совершена с превышением полномочий, т. е. ограничения на ее
совершение нарушены, то по иску лица, в интересах которого ограничения были
установлены, она может быть признана недействительной лишь в случаях, когда
доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об
указанных ограничениях (ст. 174 ГК). Если же доказать этот факт не представляется
возможным, применяется правило ст. 183 ГК, т. е. считается, что сделка совершена
от имени и в интересах совершившего ее лица.
Наиболее часто встречается ограничение полномочий органа юридического
лица. Следует обратить внимание на то, что закон придает юридическое значение
только таким ограничениям полномочий органа юридического лица, которые
отражены в его учредительных документах. Ограничения касаются только органов
юридического лица, поскольку совершать правомерные действия от имени
юридического лица вправе только его органы либо назначенные ими представители,
напротив, правонарушение от имени юридического лица может быть совершено
любым его работником, действующим при исполнении служебных обязанностей.
91
Требование о признании недействительной сделки, совершенной с
превышением полномочий, может быть предъявлено лицом, в интересах которого
установлены ограничения. Такими лицами могут быть, например, учредители
(участники) юридического лица, его акционеры, доверители по договору поручения
и т. п. лица, чьи интересы были защищены введением соответствующего
ограничения.
Сделки с пороками воли можно подразделить на: сделки, совершенные без
внутренней воли на совершение сделки, и сделки, в которых внутренняя воля
сформировалась неправильно.
Без внутренней воли совершаются сделки под влиянием насилия, угрозы,
злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной (ст.
179 ГК), а также гражданином, не способным понимать значение своих действий
или руководить ими (ст. 177 ГК). Такие сделки признаются недействительными
вследствие того, что воля самого лица на совершение сделки отсутствует, имеющее
же место волеизъявление отражает не волю участника сделки, а волю какого-либо
иного лица, оказывающего воздействие на участника сделки.
Необязательно, чтобы контрагент сам оказывал это воздействие, необходимо,
чтобы он знал об этом и использовал это обстоятельство в своих интересах. Угроза
при признании сделок недействительными встречается более часто, чем насилие.
Она представляет собой психическое воздействие на участника сделки, что также
приводит к волеизъявлению при отсутствии внутренней воли. Злонамеренное
соглашение представителя одной стороны с другой стороной также относится к
сделкам, имеющим лишь волеизъявление при отсутствии внутренней воли. В
сделках, совершаемых через представителя, последний не выражает собственную
волю, его задача состоит в том, чтобы донести до контрагента волю
представляемого. Вследствие злонамеренного соглашения воля представляемого не
доводится и подменяется в3олей представителя, что и служит основанием
недействительности этих сделок. Злонамеренность соглашения предполагает
умышленные действия представителя и контрагента, т. е. их сговор за счет
представляемого.