12
ет именно на эффект данного механизма, при этом сама цель никак не специ-
фицируется.
Общий вывод из анализа трех вышерассмотренных определений сводится
к тому, что ни одно из них не может рассматриваться в качестве строгого и
универсального, отражая исключительно авторскую позицию в отношении рас-
сматриваемого вопроса. Данное положение в той или иной степени характерно
также и для иных определений, предлагаемых отечественными учеными
(например, К.А. Семеновым, Я.С. Друзиком, В.Е.Рыбалкиным и др.), что под-
тверждает обозначенный тезис об ограниченности сферы их использования.
С учетом наличия подобного опыта , некоторые современные исследова-
тели (в частности, В.И. Баронов и Г.М. Костюнина) вообще не вводят опреде-
ления особых экономических зон. Подробно анализируя различные аспекты
функционирования данных объектов, данная группа экспертов намеренно ди-
станцируется от введения дефиниций, которые, будучи изложенными в начале
трудов, отражали бы авторское видение сущности явления. Вместо этого, в
рамках описания конкретных реалий, как в отраслевом, так и в региональном
разрезе , предполагается апелляция к правовым конструкциям, регулирующим
их функционирование на соответствующем уровне. Впрочем, эксплицитное
указание на то, формулировкой какого именно нормативного акта следует опе-
рировать в пределах того или иного раздела, как правило, отсутствует. Иными
словами, налицо mutatis mutandis аксиоматическое восприятие особых эконо-
мических зон, при котором авторы исходят из того, что как им самим, так и чи-
тателю данное понятие известно на некотором интуитивном уровне и не требу-
ет дополнительного пояснения [48, c. 57].
Очевидным недостатком такого видения проблемы является его фор-
мальное отступление от базовых гносеологических принципов современной
науки. Представляется, что с учетом обозначенного выше многообразия автор-
ских концепций, оставление за кадром предмета и метода исследований вносит
лишь еще большую неопределенность. В то же время переход и использование